Смотри. На. Меня.

Глава 32 Гостеприимство

— Откройте! — я настолько сильно била ладонями по двери, что руки уже горели. Жгли болью. — Вы не имеете права меня тут держать!

Я понятия не имела, где сейчас находился Дарио, но прекрасно знала, что за дверью было несколько мужчин. Тех, которые забрали меня из спальни Де Луки и отвели в другую комнату. Они не прикасались ко мне и не применяли физическую силу, но ясно дали понять, что любая моя попытка сбежать ничем хорошим не закончится. Но все-таки я надеялась на что-нибудь более лучшее, чем на то, что меня в итоге просто возьмут и запрут.

— Зачем меня вообще тут закрыли? — я еще несколько раз ударила ладонями по двери, после чего отошла, растирая ладони о джинсы. Пытаясь хоть как-нибудь унять боль и жжение.

Все, что я сейчас делала было похоже на истерику. Мне явно стоило успокоиться и, черт раздери, осознать, что мне следует вести себя совершенно иначе, но страх настолько плавил сознание, что я даже за мысли ухватиться не могла.

Я отошла еще на несколько шагов. Морщась от сильной боли, которая до сих пор разрывала голову, я оглянулась по сторонам. Это… тоже спальня. По размерам примерно в два раза меньше, чем комната Дарио, но тут огромная кровать, светлые стены, шикарная люстра. Возможно, хрустальная. Около огромного окна кожаный диван.

Сорвавшись с места, я побежала к окну. Яркие солнечные лучи полоснули по глазам причиняя мне новую порцию невыносимой боли, но я, щурясь, посмотрела на улицу. Увидела… Это сад? Господи, он настолько огромный, что я конца не видела. Ухоженные деревья, подрезанные кусты, ровный газон. Я такого раньше не видела. Разве что в журналах. Даже в особняке моей родной семьи Редже сад был значительно меньше и победнее.

Я выдохнула так, словно делала это в последний раз в жизни. Когда Дарио ранее сказал, что мы в его спальне, логично предположить что мы находились в особняке семьи Де Лука, но… о господи, это же сердце Каморры и, получается, где-нибудь тут находится Дон Де Лука — отец Дарио.

Я была столько наслышана про этого человека, что сейчас у меня возникло лишь одно желание — сорваться с места, закричать и побежать куда-нибудь. Неважно куда. Главное — подальше отсюда.

Вот только, такой возможности у меня не было — я заперта в чертовой комнате.

Вариант того, чтобы сбежать через окно не подходил. Я на третьем этаже.

Да и я вообще не осознавала насколько хорошей идеей было желание сбежать. Даже если у меня получится, в чем я очень сильно сомневалась, Каморра найдет меня по щелчку пальца. И вот тогда со мной могут сделать все что угодно.

Может, мне с самого начала нужно было попросить помощи у дона Моро? Все-таки я являлась частью его клана. Пусть и слишком незначительной.

Я отрицательно качнула головой. Дону Моро уже давным давно плевать на меня и, если возникнет такая ситуация, скорее всего, он просто швырнет меня Каморре, ведь, даже если бы дон Моро хотел бы меня защитить, противостоять им не смог бы. А ему на меня, опять-таки, плевать.

Думать о том, что за меня могла бы заступиться моя родная семья Редже, я вообще не хотела. Во-первых, они тоже значительно слабее Каморры. Во-вторых… я желала бы скрыть от самой себя то, что жаждала хоть какой-нибудь их поддержки сильнее, чем дышать. Даже, если бы они не спасли бы меня, но… хоть что-нибудь. Они ведь мои мама, папа, брат, вот только реальность такова, что я уже давно оказалась за пределами семьи. У них теперь новая дочь. Умница. Красавица. Помнят ли они вообще о том, что я существую?

На негнущихся ногах отойдя вправо, я упала на диван. Закрыла лицо ладонями и начала пальцами тереть кожу. Учитывая мое состояние, это причиняло практически невыносимую боль, но я надеялась, что через нее смогу сжечь некоторые панические мысли.

Мне стоит увидеться с Дарио и поговорить с ним. Попытаться убедить его отпустить меня.

Пока что я другого варианта для себя не видела.

Опуская руки, я посмотрела на потолок, но практически сразу закрыла глаза и до боли прикусила язык, вспоминая слова Де Луки.

Я не верила в то, что мы переспали. Или, вернее, отказывалась это делать.

Резко открыв глаза, я повернула голову вправо. Ранее я заметила там дверь и, сейчас найдя ее взглядом, быстро поднялась. Вернее, попыталась это сделать, но запуталась в собственных ногах и чуть не упала. Пусть будет проклят алкоголь!

Выровнявшись, я прошла через комнату и распахнула дверь. За ней оказалась ванная. Как раз то, что нужно.

В первую очередь я умылась холодной водой, затем расстегнула джинсы и осмотрела себя, при этом ощущая себя самой последней идиоткой. Опять-таки, я понятия не имела как должна себя чувствовать девушка после первого секса, но никакого дискомфорта я не уловила. Даже малейшего. Никаких других признаков тоже не было.

Захотелось взять, поднять руку и показать средний палец. Не важно куда. Главное, что это было бы адресовано Де Луке. К сожалению, показать этот непристойный жест ему в лицо, я бы не посмела. Я же не суицидница.

Но, черт, вот прямое доказательство, что он лгал! Я и так это понимала, но все-таки с подтверждением куда лучше.

Мне даже стало легче.

Я уже хотела покинуть ванную, как случайно в зеркале увидела то, что заставило меня замереть.

На моей шее было два свежих засоса.

— О боже… — с трудом выдавила из себя, пальцами прикасаясь к отметкам на коже. Начиная сильно тереть, будто это могло помочь убрать засосы.

То облегчение, которое я испытывала буквально мгновение назад, тут же испарилось. Паника подкатила к горлу и меня начало трясти.

Значит, ночью между нами все-таки что-то произошло.

Плечом прислонившись к холодной плитке, я тяжело задышала. Черт, нет. Нет!

Мне понадобилось много времени для того, чтобы хоть немного успокоиться и осознать, что засосы не являются подтверждением слов Де Луки. Главное — мои ощущения. И они твердят о том, что прошлой ночью Дарио не перешел через грань.

Немного или даже сильно, меня угнетало то, что я не верила в его порядочность. Более того, я считала, что Дарио ничего не мешает воспользоваться пьяной девушкой. Тем более, касательно меня он был заинтересован исключительно в сексе.

Но все-таки, нет, прошлой ночью Де Лука меня не брал. Тогда какого черта говорил про то, что лишил девственности и, тем более, зачем издевался беременностью? Дарио ведь даже не пытался делать это тонко. Это действительно были просто грубые насмешки.

Я лежала на диване, пытаясь перебороть головную боль, когда дверь наконец-то открылась. Я резко села и тут же пожалела об этом. Стало настолько паршиво, что я еле сдержалась, чтобы не рухнуть обратно.

Но, вопреки моим ожиданиям, в комнату вошел не Дарио. На пороге появились две девушки. Судя по одежде — горничные.

— Как вы себя чувствуете, госпожа? Вы выглядите бледной, — рыжеволосая девушка, поставила на стол поднос с едой. Я знала, что в каждой семье одежда прислуги отличается. В особняке Де Лука горничные носили брюки и блузки. Явно из очень хорошей ткани. Над их формой кто-то постарался. — Повар приготовил для вас суп и пирог, но, если вы захотите что-нибудь другое, пожалуйста, скажите об этом.

Девушка казалась очень обходительной. Даже осторожной и никакой наигранности в ней я не чувствовала. И это странно. Абсолютно все, что касалось дона Каморры вызывало у меня сильную настороженность и увидеть в его доме что-либо хорошее я не ожидала. С его сыном я уже познакомилась. Спасибо, больше не хочу.

Наклонившись, я посмотрела в сторону двери и очень сильно нахмурилась увидев там трех верзил. Черт.

— Вы не знаете, где сейчас сеньор Де Лука? Я имею ввиду Дарио Де Луку, — быстро поправила себя, поднимаясь с дивана.

— Сеньор Де Лука два часа назад покинул дом, но, если вы хотите, когда он вернется, старшая горничная передаст сеньору, что вы спрашивали про него.

— Пожалуйста, пусть она передаст сеньору Де Луке, что я хочу с ним поговорить.

Оказалось, что вторая горничная принесла мне одежду. Платье. Я его приняла и, когда девушки ушли, рассмотрела.

Оно не особо длинное. Возможно, будет мне до колен или чуть выше. С обнаженной спиной и короткими рукавами. Алого цвета.

Переодеваться в это платье я не стала, но все-таки решила сходить в душ. Сейчас мне это требовалось.

После душа я и правда стала чувствовать себя немного лучше. Голова не так сильно болела, но, когда я принялась за еду, по коже скользнул сильный холодок. На подносе рядом с супом и пирогом я увидела витамины для беременных. Что это такое я поняла лишь когда прочитала то, что увидела на упаковке и еле сдержалась, чтобы не бросить эти таблетки куда-нибудь подальше.

Значит, вот почему горничные были настолько бережными. Из-за этих таблеток они решили, что я беременная.

Сминая упаковку я очень сильно понадеялась, что Дарио в этой чертовой игре не зайдет слишком далеко.

Лишь вечером мне сказали, что Дарио вернулся и то, что меня отведут на террасу. Там будет проходить ужин.

К этому моменту физически я уже ощущала себя вполне хорошо, но от нервозности начала сходить с ума. Во-первых, семья Леоне порвет меня на части, когда я вернусь. Если мне все-таки удастся это сделать. Я ночевала не дома. Целый день не выходила на связь. Они на такое не закроют глаза.

Во-вторых, что означает «ужин»? На нем же не будет присутствовать дон Каморры? Господи, все, что угодно, но только не это.

Когда я вышла на террасу и увидела там стол накрытый лишь на двух человек, мне стало немного легче, но не сильно.

Дарио уже был тут. Он стоял около перегородки и курил. Выглядел примерно так же, как и утром, из-за чего у меня по сознанию расплылась паника, но все-таки я пошла к нему. Пусть и делала это очень осторожно.

— Зачем ты закрыл меня в своем доме? Пожалуйста, прошу, отпусти меня, — я произнесла это умоляюще. — Мне нужно домой. Моя приемная семья, уверена, очень сильно переживает. И…

— Ты не переоделась, — тяжелый, мрачный голос Де Луки заставил меня вздрогнуть.

Я остановилась не дойдя до него примерно три метра.

— Пренебрегаешь моим гостеприимством, Романа?

— То платье… оно просто мне не подошло, — солгала. — И о каком гостеприимстве речь, если ты запер меня тут?

— Разве тебя связали и заперли в подвале без еды и воды?

— Нет, но…

— Значит, я проявил гостеприимство. А теперь иди и переоденься. Немедленно.

Учитывая то, как Дарио это произнес, я не то, что решила не спорить — я этого не смогла сделать.

Стало еще страшнее, но мысленно уверяя себя в том, что если я буду себя хорошо вести, получу больше шансов поскорее выйти отсюда.

Те верзилы отвели меня обратно в спальню и я переоделась. Первое, что я поняла — платье идеально подошло мне по размеру. Второе — я бы такое сама никогда бы не надела. Оно облегало тело, подчеркивая каждый изгиб. Делая это как-то слишком. Еще и спина обнаженная. Мне не нравился даже цвет ткани — алый. Обычно я предпочитала что-нибудь потемнее.

Я с первого же мгновения возненавидела это платье, но под присмотром верзил в нем вернулась на террасу.

Дарио все еще курил, но, стоило мне оказаться на террасе, как он окинул меня медленным взглядом. Тем, под которым мне стало слишком неуютно.

— Мне было лучше в джинсах и толстовке, — я не смогла сдержаться и потянула платье вниз, пытаясь посильнее прикрыть ноги. Оно оказалось короче, чем я предполагала. — В этом платье неудобно.

— Как жаль, что мне плевать на твое удобство.