Погода радовала ярким весенним солнцем, даря надежду на то, что сегодня всё пройдёт по плану. Перешагнув порог, я спрятала руку за спиной, скрестив пальцы на удачу.
Суеверие? Да, согласна. Но судя по тому, как бешено билось сердце, при одной только мысли, что снова придётся подняться в небо, я была на грани того, чтобы заработать себе фобию. Поэтому удача сегодня лишней точно не будет.
Не знаю, какие ещё «сюрпризы» приготовила нам судьба, но очень хотелось, чтобы жизнь снова стала стабильной и размеренной. Приключения я любила, но не в том случае, когда они становятся итогом каких-то проблем. Если и оказываться в лесу, то только по желанию, а не когда тебя запихивают в самолёт и пытаются размазать по горе.
Вертолёт снижался, укладывая траву потоками воздуха в ровные круги. Второй такой же закладывал вираж над опушкой, ожидая своей очереди.
— Их два? — удивилась, переведя взгляд с техники на Тимофея.
— В один мы все не поместимся, — ответил он. — А по лесу вести преступников пешком не самая хорошая идея: шансы на побег слишком велики.
— Вы вовремя, — улыбнулся Медведев, подходя и забирая Злату из рук Тимофея. — Мы и Клим Аркадьевич полетим на этой птичке, — он указал на приземлившийся вертолёт. — А Горский со вторым егерем, загрузят Машкова с подельниками во второй, и отправятся следом. Так будет спокойнее.
— Отлично, — согласился дядька. — Одобряю. И… Береги моих девочек, Медведев.
— Само собой, майор, — откликнулся тот. — Созвонимся.
— Давайте, ребятки, поторапливайтесь, — прокричал Клим Аркадьевич, помахав нам рукой. — А то у нас итак смета по топливу в этом месяце будет золотой.
— Вещи все забрала? — уточнил Даня, взяв меня за руку.
— Да, — кивнула, похлопав по поясной сумке, проверяя её наличие, и поправив за плечами рюкзак,
— Хорошо. Сюда мы теперь не скоро вернёмся.
— Лучше уж вообще не возвращаться, — проворчала я.
— А мне понлавилось жить в избушке с тобой и папой, — не согласилась со мной Злата.
— Значит, нужно будет повторить. Правильно, Солнышко?
— Плавильно, папуль, — согласилась с ним малышка.
— Моё мнение, я так понимаю, в этом вопросе не учитывается, — со вздохом проворчала я.
— Учитывается, — улыбнулся Медведев. — Но твой голос в этот раз в меньшинстве, так что без обид.
Чем ближе мы подходили к летательному аппарату, тем сильнее прижималась к отцу малышка.
— Всё хорошо, милая, — успокаивал её Медведев. — Этот дядя-пилот отлично управляет своей стальной птичкой, и домчит нас с ветерком.
— Домой? — немного расслабившись, спросила дочка.
— В посёлок, а там до моего дома рукой подать. Поживёте пока у меня, а потом будем решать, что делать дальше.
— Холошо, — окончательно успокоилась Злата.
Забравшись в вертолёт, мы расселись по местам. Данила посадил Злату рядом с собой, я села позади них с Климом Аркадьевичем.
— Не переживай, дочка, эта машина надёжная, — попытался меня подбодрить пожилой мужчина, заметив стиснутые от напряжения кулаки.
— Знаю, — с трудом разжав пальцы, положила руки на подлокотники. — Просто последний мой полёт был не самым приятным. Видимо, это сказывается.
— Уже наслышан. Ты молодец, что прошла через такое и не сломалась. Уважаю. Достойная пара нашему Даньке.
Двигатели натужно взревели, заставляя прервать разговор. Вцепившись в подлокотники, я на миг закрыла глаза и медленно выдохнула, твердя про себя, что всё будет хорошо.
Вертолёт плавно оторвался от земли и взмыл в небо, оставляя Горского и егеря на поляне, в компании преступной троицы, всё ещё находящейся в отключке. Я смотрела на дядьку, не отрывая взгляда, пока его не скрыли деревья, при этом вспоминая счастливое детство. Он был частью его. Причём, весьма весомой. Именно Тимофей научил меня ездить на велосипеде и плавать. К нему всегда можно было обратиться за помощью. И я обращалась, прекрасно зная, что он отложит все свои важные дела, чтобы помочь племяшке.
А что хорошего сделала для него я? Втянула в очередную неприятность?
Пора менять эту нездоровую тенденцию.
За размышлениями время пролетело незаметно. Не успела опомниться, как вместо леса под нами замелькали крыши домов. А ещё пару минут спустя вертолёт приземлился на площадку, окружённую высокими соснами и берёзами.
Здесь вообще кругом были сосны и берёзы, а между ними небольшие дома, укрытые шатрами старых яблоневых садов.
— Добро пожаловать в Залесное, — произнёс Клим Аркадьевич, выбираясь из вертолёта и подавая мне руку, — место, где сбываются мечты.
— Это какие же, если не секрет? — фыркнул Медведев, спускаясь следом за нами со Златой на руках.
— Всякие разные, — не растерялся тот. — Кто-то ищет здесь покой и, между прочим, находит его. Кто-то новую жизнь, полную приключений и встреч с дикими животными.
— А ну да, согласен. Такого добра здесь хоть отбавляй. Главное, правильно расписать единственные прелести, да шеф?
— Именно, Медведев. Именно, — улыбнулся тот. — Может, Алёна влюбится в эти края и передумает возвращаться в город. Очень уж не хочется, чтобы ты рванул за ней и лишил меня ценного сотрудника.
— Теперь понятно, откуда у твоей вежливости и обходительности ноги растут, — рассмеялся Данила. — Не переживая, я пока увольняться не собираюсь.
— Вот и отлично. Ловлю на слове, — тут же успокоился начальник. — Ладно, детки, бывайте. Пойду садиться за отчёты. Бумажки заполнять — это вам не семечки щёлкать, тут целая стратегия нужна. Кстати, Медведев, у тебя сегодня-завтра законные выходные. Хотя, пожалуй, и послезавтра тоже. Отдыхай, заслужил.
— Спасибо, шеф.
Махнув на прощание рукой, Клим Аркадьевич направился к приземистому зданию администрации, судя по вывеске под крышей.
— Ну что, девчонки, пойдёмте, покажу вам местные достопримечательности в виде магазина и Дома культуры. Они как раз находятся на пути к дому. Заодно закупим продукты на ужин и вкусняшек.
— Ула-а, вкусняшки, — тут же воодушевилась Злата. — А можно мне моложенное, чипсы и сок?
— Можно, Солнышко. Главное, чтобы они там были в наличии.
— Могут и не быть? — удивилась я.
— В нашем крутейшем супермаркете возможно всё, — со вздохом признался Данила. — Это тишины и зверья у нас хоть отбавляй, а вот с товарами бывают перебои.