Таро на троих

Глава 30

С каким-то детским восторгом наблюдала за происходящим. В памяти поневоле всплывали строки из песни Кирилла Толмацкого: «Вечеринка у демона дома». Правда, в оригинале звучало имя Децла, ну да не суть.

Братья созвали экстренный совет приятелей, чтобы обсудить насущный вопрос — как им без риска для здоровья перевоплотиться в людей. На клич о помощи откликнулись уже знакомые мне бизнесмен Игнат с хвостиком русых волос на затылке (на самом деле он был главврачом подземной больницы для сверхъестественных существ) и его девушка Кира — ослепительная блондинка с хищным оскалом на месте улыбки. Они твердили наперебой:

— Идиотская затея, Зар, — надменно вещала красавица (хирург всё в той же клинике для нечисти). — Знаешь, сколько раз я мечтала переделать себя? Мне ли не знать, как хреново зависеть от сексуальной энергии? — она похлопала по плечам обоих братьев.

— И тут вы должны прислушаться, — поддержал её слова Игнат. — Бороться со своей природой — пустое занятие. Даже если вам удастся заточить свои души в сосуды...

— Что значит «если удастся»? — вступила в разговор хамоватая мадам, которая не понравилась мне с полувзгляда.

Яркая брюнетка в ретро костюме-тройке с цепочкой часов, торчащих из кармана жилета. Красивая, надменная, даром что ведьма. От её взгляда делалось не по себе.

— Уж не хочешь ли ты намекнуть, Игнат, будто я со своей задачей не справлюсь? — гневно вопросила она, уперев руки в бока.

— Никто в тебе не сомневается, Лина, — поспешил утешить Тёма. Даже приобнял девицу за плечи, а меня аж передёрнуло.

Зар выглянул из-за спины рослого блондина с пирсингом на лице — Саймона, которого многие по простоте называли Сёмкой, — и подмигнул мне. Не кипишуй, мол.

— Да, Лин, речь не о способностях твоего ковена, а о наших силах, — принялся убеждать зазнайку Зар. — Их хватит, уж поверьте.

— В самом деле? — насмешливый голос грянул будто от самого потолка, и в гостиную вошёл незваный гость.

Я узнала его в один момент, хоть он выглядел несколько иначе. Тот же кроваво-красный сюртук вместо алого плаща и чёрный костюм под ним. Лицо на сей раз было человеческим: ни дать ни взять Джаред Лето собственной персоной. Тёмные волосы до плеч, густая растительность на лице и пронизывающий взгляд. Асмодей, один из четырёх князей ада. Мой будущий свёкор, если что.

Нервно хохотнула на последней мысли. Тлетворное существо услыхало, повернуло ко мне свою позаимствованную рожу.

Братья вмиг выстроились передо мной, отгораживая от своего папаньки. Зар скалился, Тёма фырчал — не слишком они близки с родителем.

— Тебе чего здесь надо? — спросил младший, нахохлившись.

— Пришёл полюбоваться, как проводят свой досуг мои сыновья. — Асмодей в притворном чувстве распростёр руки и попытался обнять великовозрастных детишек.

Все вокруг замерли с огромной настороженностью. Саймон и Игнат оттеснили Киру подальше от эпицентра, что ей не слишком пришлось по вкусу. А ведьма ничуть не испугалась верховного демона. Пала ниц, распростёрла руки и ударилась ими в пол — в такой позе, небось, челобитную царю преподносили.

— Приветствую тебя, владыка! — раболепно пролепетала Лина, не смея поднять головы.

Только пыжилась она зря. Асмодей бровью не повёл в её сторону, он сверлил суровым отеческим взором обоих сыновей. Не по очереди, а как-то в целом, и даже мне хотелось вопить от этого зрелища. Между ними явно шёл какой-то бессловесный разговор. Зар хмурился всё сильнее, Тёма отступал шаг за шагом, отодвигая меня подальше.

— Что происходит? — едва различимо прошептала, обращаясь к своему защитнику.

— Дело дрянь, Стась.

— Почему?

— Потому что ты — наш подарок от папеньки, если верить его запредельным ментальным крикам. И он очень недоволен тем, как мы им распоряжаемся.

— То есть?

— Та старуха, что жила возле вокзала, горбатая ведьма, помнишь? Ты нужна была вовсе не ей. Ритуал извлечения силы — лишь предлог. На самом деле...

— Ты — наше испытание, — громко и отчётливо проговорил Зар. — Ждал, что я прикончу брата, чтобы завладеть ей?

Вопрос, полный лютой ненависти, он адресовал отцу, потом тяжело сглотнул и бросил на меня полный сожаления взгляд. Словно отчитывал за испытанное разочарование или сожалел о чём-то.

— Тогда я с ней покончу, раз вам неугодны мои дары, — с улыбкой, достойной самого Люцифера, проговорил вслух Асмодей и занёс руку.

Бабахнуло дважды. Зар взорвался с оглушительным рёвом и на миг исчез в мареве слепящего холодного белого света, а после на его месте возник уже знакомый мне божественно прекрасный демон в одеянии из ярчайших лучей солнца и грозовых молний. Следом преобразился Тёма. Повеяло могильным холодом и дымкой опасности.

Все демоны разом перешли на непонятный диалект. Ведьма сочла за благо забраться под стол и тихо заскулила, выглядывая из-под скатерти. Вампиры в компании блондинки настороженно наблюдали за происходящим. Тот, что носил колечко в носу и щеголял проколотой бровью, спросил что-то у адовой семейки на том же гортанном наречии, получил от Зара короткий ответ и вроде немного успокоился. Он тихо сказал что-то своим сородичам, и его сестра-близнец прокомментировала:

— Что-то не похож он на того, кто блефует.

Асмодей добавил властных ноток. Тёма в ответ оскалился и зарычал, даже волосы на затылке чуть вздыбились.

— Сём, переводи хоть! — раздражённо взмолилась Кира. — О чём они лаются?

— Если в общих словах... — Я до того навострила уши, что аж голова заболела. Было очень сложно абстрагироваться от агрессивного ворчания троих властителей преисподней и вычленить из океана оглушительных звуков спокойный голос клыкастого травматолога, однако я справилась. — Отец возлагает на Зара ожидания, которым тот не соответствует. А раз так, настало время решить, кто из сыновей больше подходит для исполнения долга. Он предлагает им честный поединок.

— Нет! — ужаснулась я и не заметила, как прокричала это во всеуслышание.

Асмодей скривился, как если бы кто-то угостил его лимонной долькой. Зыркнул на меня с презрением. Махнул рукой, отгоняя назойливую муху в моём лице. Тёма расправил полупрозрачные крылья, надеясь закрыть меня ими, но поздно. Меня подхватило порывом воздуха, который вдруг обрёл плотность, сбило с ног, будто шквальным ветром, и придавило сверху чем-то наподобие бетонной плиты весом в добрый десяток центнеров… Всхлипнула от испуга и поняла, что не могу продохнуть. Пошевелиться тоже.

И тут на всю комнату загрохотал усиленный стократно женский голос:

— Э́кзорцизо тэ, спи́ритус супрэ́мус, ин но́мине До́мини Но́стри Е́зу Кристи. Ви́нкула потэ́нциэ ту́э стри́нго, вим ту́ам аттэну́о, сэд нон ад инфэ́рну рэ́диго. Ма́нус Дэ́и тэ прэмит, волю́нтас Э́ус тэ модэрат. Нон пэрми́титур тиби вале́рэ плэна́риэ, сэд манэ́рэ ин ли́мбо потэста́тис аттэнуа́тэ. Пэр вирту́тэм Санктэ Кру́цис эт са́нгвинис А́гни, обэди́рэ ко́гэрис. Аме́н.

Ведьма Лина выступила вперёд и с видом властительницы вселенной ткнула в лицо Асмодея окровавленным кулаком, в котором всё время зажимала серебряный кинжал с отделанной рубинами рукоятью. Лезвие сплошь было залито кровью.

Тяжесть, что сковывала меня, исчезла. Не поняла, что случилось дальше, только гостиную потряс новый взрыв, мощнее прежних. Стены дома содрогнулись в едином порыве. И начался форменный хаос.

Тёма подлетел ко мне, сгрёб в охапку и до треска костей вжал в себя.

— Ты в порядке? Стась! Я чертовски перетрухал...

— Цела? — деловито осведомился Зар, выхватывая меня из рук брата. Посмотрел в глаза, тронул за подбородок, прикрыл веки, отыскивая успокоение, и отбросил в угол залитый кровью кинжал.

— Вы убили его? Изгнали? — с трудом ворочая сухим языком, спросила.

— Если бы. Всё гораздо хуже. Мы его разозлили не на шутку, — вздохнул Тёма.

— И теперь остаётся только одно: сматывать удочки, да поживее, — вроде как пошутил Саймон.

— Сдаётся мне, нет такой страны или захудалого уголка, куда ваш отец не сумеет добраться, — разумно предположил Игнат.

— В укрытии мы не нуждаемся. Сейчас же снимем печати и освободим её от нашей связи. Лина поможет, — Зар оглянулся на ведьму, и во мне снова зарычало первобытное чудовище, имя которому Безотчётная ревность.

— Напомни мне содрать с тебя втридорога, если останемся живы, — заносчивая девица оторвала рукав от своей рубашки и наспех приладила к резаной ране на ладони.

— Завещаю тебе этот особняк, — криво ухмыльнулся Зар.

— Сгодится. Кликну ведьм, а ты давай выпроваживай гостей.

Они с колдуньей обменялись многозначительными взглядами, и я запаниковала.

— Вы, что, собираетесь стать людьми, когда на вас нацелился архиужасный демон?

— Стась, это единственный выход. Либо так, либо нам с Заром драть друг другу глотки, — попытался втолковать Тёма. — Сама же слышала, Асмодею наскучило чётное число сыновей.

— Заканчивай с трагизмом, нам ещё подготовиться надо, — поторопил его старший брат.

Я хлопала ресницами и не могла понять, что происходит и во что всё выльется по итогу. Сумятица сплошная.

— Некогда нам объясняться, Станислава, — Зар обнял меня за талию, приподнял над полом и быстро поцеловал. — Запомни лишь, что я непременно отыщу тебя, едва всё уляжется.

— И я тоже, — пообещал в свою очередь Тёма, — чтобы вернуть это...

— Что? Что вернуть? — хотела спросить, но голос отказал. Немо открывала рот, металась от одного лица к другому, а они таяли на глазах, меркли, стирались.

Панический вопль разорвал тишину. Я вздрогнула и проснулась. Скомкала в руке одеяло, знакомое до каждой нитки — это же моё одеяло, которое лежит на кровати в моей спальне. То есть в моей квартире!

Вскочила на ноги, зажгла свет и заорала дурниной. Да быть того не может! Я у себя дома!

Пробежалась по комнатам, зажигая везде свет. В кабинете, сгинувшем в адском пламени (так подсказывала память), всё казалось нетронутым. Палочки корицы на столе, засушенные дольки апельсина под потолком, колода гадальных карт. Как?

Схватила телефон и, не смотря на поздний час, набрала Леру.

— А-а-а, — широченный зевок последовал за невнятным бормотанием. — Чего, Стась?

— Лерочка, миленькая, скажи, я ведь не брежу? Ты помнишь, как на днях дотла выгорела моя квартира?

— Ась? Стасевич, ты в уматину что ли?

— Абсолютно трезва! Так было такое?

— С дуба рухнула? Я вчера была у тебя в гостях.

— Нет, Лер, ты путаешь!

— Это ты чего-то... — пауза, шорохи и скрипы, будто подруга жевала телефон, —...чего-то обожралась. Всё с твоей квартирой в порядке.

— Скажи ещё, что я не не приглашала вас к Зару в гости! В тот особняк, нашпигованный оружием и доспехами!

— К какой Заре? О чём ты?

— Светозар, высокий блондин такой...

— Стась, поищи градусник, смерь температуру. Ты явно бредишь. Хотя могу дать совет получше: проспись. Утром поболтаем.

В динамике всё стихло. Я отняла от уха мобильный и растеряно застыла посреди комнаты.

Это что же получается? Всё случившееся мне пригрезилось? Или я потихоньку теряю не только связь с реальностью, но и рассудок?