Тебя никто не спасет

3

Покои, отведенные мне, пахли пылью и старым деревом. Огромная кровать под тяжелым балдахином выглядела не как место для отдыха, а как саркофаг, подготовленный для заживо погребенной невесты. Едва служанка — молчаливая девица с глазами побитой собаки — наполнила лохань, я буквально заставила себя смыть дорожную пыль, но ощущение липкого страха не исчезало.

— Мне нужно подышать, — бросила я Мелиссе, которая уже успела разложить свои вещи и теперь с энтузиазмом развешивала шелковые платья.

— Конечно, Эсси. Тебе пойдет на пользу свежий воздух, — она улыбнулась своей самой светлой улыбкой. — Только не уходи далеко. Здесь легко заблудиться.

Заблудиться в этом каменном мешке? Я бы предпочла исчезнуть в нем навсегда, лишь бы не чувствовать, как стены давят на плечи.

Сад Эшборнов оказался под стать дому: колючий, неухоженный и дикий. Никаких аккуратных клумб или подстриженных лабиринтов, к которым я привыкла в столице. Здесь правили бал сосны и острые скалы, а дорожки были посыпаны крупным гравием, который нещадно портил мои тонкие подошвы.

Я шла, кутаясь в шаль, пока до моего слуха не донесся странный звук. Ритмичный свист, тяжелое дыхание и глухие удары металла о металл. Любопытство, которое всегда было моим худшим врагом, потянуло меня за угол высокой живой изгороди.

Я замерла.

Посреди утоптанной площадки тренировался мужчина. На нем не было ни камзола, ни рубашки — только серые брюки, заправленные в высокие сапоги. Его спина, перечеркнутая глубокими старыми шрамами, блестела от пота и дорожной пыли. Он двигался с пугающей скоростью, его меч описывал в воздухе идеальные круги, отсекая воображаемые головы.

Это был не танец фехтования, который я видела на турнирах. Это была резня, отточенная до автоматизма.

Когда он обернулся, я невольно сделала шаг назад. Рейнар Эшборн. Генерал драконов. Живое оружие Империи, от одного упоминания которого у столичных дам случались мигрени. Его лицо было испачкано землей, на скуле виднелась свежая ссадина, а глаза… они светились неестественным, янтарным светом. Кровь дракона в его жилах явно кипела.

Он заметил меня не сразу. А когда заметил, не остановился. Он сделал еще один выпад, вонзая меч в деревянный манекен с такой силой, что тот жалобно хрустнул.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Брезгливость — защитная реакция моего сословия — сработала мгновенно.

— Какое варварство, — прошептала я, надеясь, что он не услышит.

Он услышал. Рейнар медленно опустил меч и повернулся ко мне. Пот стекал по его груди, оставляя дорожки на пыльной коже. Он выглядел… первобытно. Грязно. Опасно.

— Леди де Грейс? — его голос был низким и хриплым, как рычание зверя. — Я думал, вы всё еще оплакиваете свою испорченную обувь в покоях.

— Моя обувь — меньшая из проблем этого замка, генерал, — я вздернула подбородок, стараясь не смотреть на его обнаженный торс. — Я не знала, что будущие родственники герцога предпочитают развлекаться в пыли, подобно наемникам.

Рейнар усмехнулся. Эта усмешка была хуже любого оскорбления — в ней сквозило ледяное превосходство хищника, который забавляется с глупой птицей. Он вонзил меч в землю и направился прямо ко мне. Я заставила себя стоять на месте, хотя всё мое нутро кричало: «Беги!».

Он остановился в двух шагах. От него пахло железом, солью и раскаленным камнем. Тем самым запахом гари, который я почувствовала при выходе из кареты.

— Где ваше воспитание, леди? — спросил он, рассматривая меня так, будто я была насекомым, застрявшим в янтаре. — В вашем родном гнезде не учили, что, заходя на чужую территорию, нужно хотя бы обозначить свое присутствие?

— Я нахожусь в доме своего будущего мужа, — отчеканила я. — Здесь нет «чужой территории» для меня.

— Пока вы здесь — лишь гостья, которую Кейран терпит ради подписей на бумагах, — он сделал шаг еще ближе, нарушая все мыслимые границы приличия. Его янтарные глаза вспыхнули ярче. — И мой вам совет, «пустышка в шелках»: держитесь подальше от места, где проливают кровь. Вы только шелк зря извозите.

Я задохнулась от возмущения. Старая обида, та самая, из-за которой о моем позоре знала вся столица, вспыхнула с новой силой.

— Мой род древнее вашего, генерал, — мой голос сорвался на высокой ноте. — И я не позволю…

— Ваш род — это просто гора неоплаченных счетов и старых тряпок, — перебил он, разворачиваясь ко мне спиной. — Идите в дом. Дождь скоро усилится, а мне не хотелось бы, чтобы Кейран отчитывал меня за то, что его невеста растаяла, как сахарная помадка.

Я стояла, хватая ртом холодный воздух, глядя на его мощную спину. Он снова поднял меч, начисто забыв о моем существовании.

Я развернулась и пошла прочь, стараясь не бежать. Но я чувствовала его взгляд между лопаток — тяжелый, горячий, как дыхание самого дракона. Между лопаток жгло, а в голове билась одна-единственная мысль: «Я ненавижу его. Я ненавижу этот дом. И я сделаю всё, чтобы они еще пожалели о каждом своем слове».

Мелисса была права. Здесь нельзя быть слабой. Здесь нужно кусаться.