Титан

Глава 26

Эмили

После того, как я в бешенстве выбежала из кабинета отца, я вернулась к Титану и привезла маму вместе с её медсестрой обратно в дом родителей. Мне так не нравится перевозить ее, и я ненавижу, что мы снова дома, но это лучше, чем альтернатива. Я не могу сейчас находиться рядом с Титаном. Или с Боунсом. Они оба солгали мне.

Прошло пять дней с тех пор, как Короли покинули мой дом, и они до сих пор не вернулись. Мои раны полностью зажили, и я снова могу показываться на публике без вопросов со стороны девушек. И тот факт, что Хейвен не обмолвилась об этом ни словом, дает мне понять, что Лука не рассказал ей о моем поединке с Боунсом и Титаном. Подруги думают, что всё осталось так, как было неделю назад.

Я хочу, чтобы всё было именно так.

Мы с Хейвен садимся за столик, когда Жасмин с важным видом заходит в стейк-хаус на двадцатом этаже «Kingdom». Хочу делать это как можно чаще. Находясь рядом с ними, я поняла, как сильно я по ним скучала и как мне было одиноко в Чикаго. Часть меня мечтает, чтобы мы все до сих пор были соседями по комнате, и я могла бы проводить с ними большую часть своего времени.

Жасмин садится перед нами и агрессивно откидывает волосы с лица.

— Что не так? — спрашивает её Хейвен.

— Бог испытывает мой интеллект. И прямо сейчас я нахожусь в самом низу шкалы.

Провожу пальцем по губам, чтобы скрыть улыбку от её очевидного гнева.

— И как он тебя проверяет?

— С каких это пор ты стала религиозной? — уточняет Хейвен.

Жасмин хватает кусочек картошки фри с моей тарелки и отправляет в рот.

— Трентон прислал мне сообщение сегодня утром.

Закатываю глаза.

— Только не это, — бормочет Хейвен себе под нос.

— Это была фотография его члена, — Жасмин откусила ещё кусочек картошки фри. — И он был твёрдым, а потом я стала мокрой.

Я тянусь через стол и накрываю её руку своей, чтобы она не съела ещё.

Жасмин набивает рот, когда нервничает. Чем угодно. Едой, членом, напитками. Всем, что попадется ей под руку.

— Не позволяй ему доставать тебя. Он женат, — напоминаю я ей.

Она качает головой.

— Он подал на развод.

Мы с Хейвен обмениваемся взглядами.

— Это было на второй фотографии, которую он мне прислал.

— Жасмин…

— Послушайте, я не люблю этого парня. Больше нет. Но секс был таким классным, — она съедает ещё картошку фри. — Как я могу отказать ему? Как я уже сказала, Бог испытывает меня, — и ещё одна порция, тонущая в кетчупе. — Мои оценки падают так же быстро, как я падаю на колени.

Мой взгляд скользит к Найту, стоящему у входа. Он всё ещё на охране Хейвен. Вероятно, так будет до самой смерти. Он просто стоит в тени, всё время наблюдая за нами. Это немного жутковато, но я понимаю, почему Лука хочет обеспечить охрану моей лучшей подруги круглосуточно. Она действительно очень важная.

— Почему бы тебе не заняться Найтом? — предлагаю я.

Жасмин фыркает.

— У вас, ребята, уже был секс, — Хейвен пожимает плечами, как будто этого достаточно для начала отношений.

— У нас не было секса, — бормочет Жас с набитым ртом.

— Но это было здорово, — продолжает Хейвен.

Жасмин начинает смеяться, и я смотрю на Хейвен.

— Ей нужно вмешательство, — шепчу я. — Она сходит с ума.

У неё вибрирует телефон, и она поднимает его.

— Черт, — рычит Жасмин. — Он хочет прийти сегодня вечером, — её пальцы бегают по буквам.

— Утром ты пожалеешь об этом, — сообщает ей Хейвен.

Она поднимает на нас глаза.

— Я буду спать до полудня. Проблема решена.

— Жасмин…

Она подносит телефон к моему лицу.

— Я отказала ему, ясно? — она кладет чашку на стол и закрывает лицо руками. — Блядь, у меня самый плохой вкус на мужчин.

— Может, снова попробовать воздержание, — предлагает Хейвен.

Разражаюсь смехом, но начинаю кашлять, пытаясь скрыть это, когда она, прищурившись, смотрит на меня.

— Прости, — хлопаю себя по груди и шепчу: — я не знала, что такое возможно.

Жасмин не занимается сексом?

Всё равно что сказать солнцу, что оно не может светить, – это невозможно.

— Сегодня утром я попыталась приготовить коктейль после пробежки, но он превратился в огненный шар, — продолжает Жасмин, игнорируя мои комментарии.

— С каких это пор ты занимаешься бегом? — спрашиваю, всё больше и больше смущаясь из-за девушки, сидящей напротив меня. Как будто я её даже не знаю.

— Сегодня я совершаю много ошибок, — она берет мою воду и делает глоток.

Мы с Хейвен сидим в тишине, пока Жасмин расправляется с картошкой фри. Её рыжие волосы собраны в конский хвостик высоко на голове. На ней нет макияжа, она одета в белый сарафан на тонких бретельках и без лифчика.

Её телефон снова звонит, и она поднимает трубку.

— Дай мне поговорить с ним. Я заставлю его исчезнуть с твоих глаз, — Хейвен тянется к мобильному Жасмин.

Она убирает его подальше.

— Это не Трентон. Это Титан.

Выпрямляюсь, моё сердце тут же начинает бешено колотиться при звуке его имени.

— Чего он хочет? — прочищаю горло от своего высокого тона, и Хейвен замечает это.

— У меня работа, — её пальцы набирают что-то вроде ответа. — Мне пора идти. Я позвоню вам завтра, сучки, — она вскакивает и выходит так же быстро, как и вошла, даже не потрудившись взглянуть на Найта, проносясь мимо него.

— Я действительно беспокоюсь о ней, — Хейвен вздыхает.

Откидываюсь на спинку стула, и мои плечи опускаются. Я тоже беспокоюсь о ней, но Жасмин никому не позволяет ей помогать.

— С ней всё будет в порядке, — говорю, хотя мы оба знаем, что я лгу.

Титан

— Документы подлинные, — говорит Лука, пока мы сидим в кабинете Боунса.

Он наконец-то смог получить в свои руки траст Ника.

— Но почему он оставил всё Джорджу, когда Нэнси была ещё жива?

Лука пожимает плечами.

— Они с Нэнси были в разводе. Возможно, он ненавидел её.

— Но именно это делает это ещё более невероятным. Его деловой партнер и друг женился на его бывшей жене. Это, должно быть, вывело его из себя.

— Может быть, он не знал, что они женаты, — предполагает Лука.

— Может быть… — потираю подбородок. — Есть что-нибудь о парне, вломившемся в дом?

Он качает головой.

— Нет.

Смотрю на Боунса. Он сидит за своим столом, скрестив руки на груди. В последние несколько дней он почти не разговаривал.

— Давайте поставим ещё охрану.

Я убил одного из трех, кто был у нас там.

Боунс смотрит на меня.

— Ты думаешь, он вернется?

— Если Ник задолжал кому-то миллион долларов, то, возможно, он задолжал и другим.

— Верно, — он поднимает телефон и подносит его к уху, чтобы уточнить детали.

Лука наклоняется и понижает голос, чтобы не прерывать телефонный разговор Боунса.

— Как дела у Эмили? Хейвен сказала, что она почти ничего не рассказывала о том, что произошло.

— Я с ней не разговаривал.

Его темные глаза расширяются.

— Я не собираюсь давить на неё. Она хочет, чтобы её оставили в покое, так что я пока оставлю её.