Титан

Глава 35

Титан

Мы сидим в гостиной отеля Four Seasons в Нью-Йорке. Шторы на панорамных окнах раздвинуты, позволяя солнцу проникать внутрь. Я практически слышу, как кожа Боунса горит от света, когда он садится рядом со мной. Ему повезло, что у него от природы оливковый оттенок кожи, иначе он был бы похож на вампира.

— Кого мы ждем? — спрашивает Эмили на диване.

— У меня есть друзья, которые живут здесь. Ну, один из них постоянно живет здесь, в Нью-Йорке. Другой живет в Ванкувере, — отвечает Боунс.

— Ты сказал, что они твои контакты, — поправляет его Жасмин. — У тебя вообще есть друзья?

— Очень немного, — он допивает свой напиток, когда раздается стук в дверь.

Боунс поднимается, чтобы открыть дверь и поприветствовать гостей.

Встаю, когда они входят в комнату.

— Эйвери, Тристан, это Титан, Лука, Найт. А это девушки, Хейвен, Жасмин и Эмили., — они пожимают нам руки и обмениваются любезностями.

Братья Декер оба одеты в черные костюмы и выглядят так, словно владеют компанией из списка Fortune 500 [8]и являются моделями для GQ по выходным. Но я-то знаю, что это не так. С ними лучше, блядь, не связываться – у них крови на руках больше, чем на наших.

Замечаю, что Жасмин опускает солнцезащитные очки, чтобы представиться им. Девушка всегда высматривает свою следующую жертву.

— Это Кайн, начальник моей охраны, — представляет Эйвери третьего мужчину.

Я познакомился с Декерами в прошлом году, когда мы с Боунсом ездили в Ванкувер посмотреть кое-какую недвижимость. Мы думали открыть там ещё одно казино, но у них слишком много ограничений. Слишком много бюрократии. Однако, там мы поужинали с ними.

— Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? — спрашивает Эмили, вставая со своего места на диване.

— Скотч, пожалуйста, — отвечает Эйвери.

— Мне то же самое, — Тристан кивает.

— А тебе, Кайн? — спрашивает Эм.

— Просто воды, пожалуйста.

Она идёт на кухню, а я откидываюсь на спинку стула.

— Ребята, вы что-нибудь нашли?

— Кинк, — отвечает Тристан.

— Извини? — спрашивает Жасмин с ухмылкой на лице.

— Это элитный клуб, — отвечает он ей. — Вашего парня заметили там.

— Ладно. Где это? — спрашивает Боунс.

— Это не так просто, — добавляет Эйвери.

— Разве он не открыт для публики? — я в замешательстве.

— И да, и нет, — отвечает Тристан. — Спасибо, — берет предложенный Эмили бокал скотча. — Это двухэтажный клуб в самом центре Манхэттена. Вход находится на втором этаже, и он ничем не отличается от любого другого ночного клуба. Но сзади есть дверь, которая ведет на нижний уровень, — он делает глоток. — Эта часть закрыта для публики. Нужно быть членом клуба.

— В каком клубе требуется членство? — спрашивает Хейвен. — Что-то вроде эксклюзивного мужского клуба?

— Тот, который требует подтверждения о неразглашении, — отвечает Тристан, доставая свой бумажник, открывает его, достает карточку и протягивает её мне. Это плотная черная карточка, на которой внизу белыми буквами написано «Кинк». Я просматриваю её, пока он продолжает.

— Эта карточка стоит пятьдесят тысяч в год.

— И что это тебе дает? — спрашивает Жасмин, глядя на него в моей руке.

— Всё, что ты захочешь, — он подмигивает ей.

— Подожди, — начинает Эмили, когда я передаю карточку Боунсу. — Я запуталась. Что это на самом деле даёт вам? Зачем им заставлять вас подписывать соглашение о неразглашении?

Тристан делает глоток и наклоняется вперед, упираясь локтями в колени.

— «Кинк» – это секс-клуб. Спускаешься вниз, и видишь, что там пять тысяч квадратных футов сплошных стеклянных комнат. Одна за другой. Там также есть танцпол, собственный бар и театральный зал. Всё, что вам нужно сделать, это расписаться на пунктирной линии, и вы сможете делать там всё, что захотите и с кем захотите. Конечно, у вас нет ограничений. Это на сто процентов по обоюдному согласию. Ваше соглашение о неразглашении также распространяется и на это.

— О, я хочу присоединиться, — улыбается Жасмин.

Лука смотрит на неё скептически. Хейвен выглядит испуганной, а Жасмин — так, словно нашла свой дом.

— Откуда мы знаем, что он был там? — спрашивает Лука. — Они ведут журнал регистрации того, кто приходит и когда?

— Нет, — Тристан качает головой. — Единственный документ, что у них есть, – это соглашение о неразглашении, ни у кого нет к нему доступа. Они даже не предоставляют участникам копии.

— А об оплате?

Его голубые глаза встречаются с моими, и он улыбается.

— Нет. С первого числа этого года мы должны внести взносы. Наличными. Крупными купюрами. Вы приходите и они проверяют через кассу, после этого выдают вам новую карту, и вы отправляетесь в путь. Подтверждения оплаты нет, и они могут приостановить ваше членство в любой момент по любой причине.

— Твою мать, могу я купить эту франшизу? — присвистнув, спрашивает Жасмин. — Звучит как что-то похожее на мой бизнес.

Все смеются над ней.

— Но ведь есть карточки, — говорю, пытаясь разобраться в этом. — Так они следят за всеми.

— Карточка – просто инструмент, позволяющий попасть внутрь. Как если бы ты носил браслет, чтобы показать, что тебе больше двадцати одного года. На ней нигде нет моего имени и она могла бы взять её, — он указывает на Жасмин. — И использовать для входа, и они не будут задавать ей вопросов. Я бы лишился пятидесяти тысяч, и всё. На самом деле, они не отслеживают своих участников.

— Но они бы разрешили ей войти без соглашения о неразглашении. Значит, здесь есть изъян, — замечаю я.

— Всё так, но вы должны быть приглашены. Теперь они не сканируют карточки, чтобы убедиться, что вы действительно являетесь их владельцем. Вы находите карточку участника, и вы в деле, но не многие знают о нижнем этаже – «Кинке». У клуба на верхнем этаже другое название, так что вероятность того, что незнакомец подберет его на улице и поймет его значение, невелика, — Тристан делает глоток.

— Дай-ка взглянуть на твою карточку, — Жасмин протягивает руку Эйвери.

Он качает головой.

— Я больше не член клуба и предпочитаю не афишировать свои сексуальные желания перед другими.

— Перед другими, — повторяет Хейвен. — Они что, подглядывают друг за другом там, внизу? — её янтарные глаза широко раскрыты.

Перевожу взгляд на Эмили, и она краснеет. Моей развратнице бы это понравилось.

— Да. Как я уже сказал, все комнаты застеклены. Вы можете наблюдать за всем происходящим. Или вы можете выбрать одну из комнат, которые они предлагают для частных лиц. Они подходят на любой вкус, — добавляет Тристан.

— А какие у тебя вкусы? — Жасмин спрашивает его, приподняв бровь.

— Мы сбиваемся с пути, — говорит Лука, проводя рукой по лицу, прежде чем Тристан успевает ответить. — Но ты можешь подтвердить, что он был там?

Тристан собирается что-то сказать, но Эмили перебивает его.

— Мы говорим о Джордже. Как, чёрт возьми, он нашел пятьдесят тысяч долларов, чтобы вступить в секс-клуб? — скептически спрашивает она. — И как это вообще работает? — она переводит взгляд с Эйвери на Тристана и обратно. — Сейчас сентябрь. Год почти закончился.

Мы предполагаем, что тот телефон принадлежит Джорджу. Когда мы искали номер, он был недоступен. Значит, это должен быть какой-то одноразовый телефон, но он единственный, кто, на наш взгляд, мог послать в дом Йорка кого-то, кто знал бы о сейфе в офисе. Ни для кого другого это не имеет смысла, но она права.

Где бы Джордж нашел столько денег на секс-клуб?

Но я тоже не идиот. Все это время у него были деньги, он отказался платить нам, потому что не хотел, не потому, что у него не было средств.

— Неважно, — Тристан отрицательно качает головой в ответ на её вопрос. — Вы платите полную стоимость независимо от того, когда хотите присоединиться. Итак, допустим, вам просто нужно присоединиться в декабре. Наступает январь, и вы платите снова.

— Серьезно, это работа моей мечты, — Жасмин кивает сама себе. — Секс. Деньги. Эксклюзивные клубы.

— Вот, у меня есть для тебя фотография, — Тристан лезет в карман и достает свой мобильник.

Он просматривает его несколько секунд, а затем протягивает мне.

Смотрю на него сверху вниз и у меня кровь стынет в жилах.

— Титан? — окликает Боунс меня.

Моргаю, приближая снимок к своему лицу.

— Эээ… — прочищаю горло. — Когда это было сделано?

— Два дня назад

Начинаю качать головой.

— Это невозможно.

— Я был там и нашёл его, — объявляет Тристан. — Вы дали нам номер. Как вы и сказали, его не было ни в одной базе данных, но мы смогли отследить его до «Кинка». Затем попросили женщину связаться с этим номером, она вышла на связь, и я сделал снимок. Вот почему нам потребовалось так много времени. Сначала он не отвечал. Потребовалось несколько дней, чтобы он клюнул на приманку.

Блядь!

Я возвращаю ему телефон. Встав, направляюсь к двери нашего номера.

— Боунс! — кричу, прежде чем уйти.

— Что, на хрен, происходит? — спрашивает он, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.

Начинаю расхаживать по комнате.

— У тебя такой вид, будто ты увидел привидение.

— Мы ошиблись.

— В чем?

— Мы подумали, что это Джордж. Что, должно быть, это он послал парня забрать деньги из резиденции Йорка.

— Да. Так почему же ты сейчас выглядишь таким растерянным?

— Он был единственным правдоподобным вариантом, — бормочу я.

— Согласен, — продолжает он.

— Но…

Блядь! Всё ещё хуже, чем я думал.

— Но что?

Я продолжаю расхаживать по комнате. Мой разум пытается собрать воедино то, что знаю, и то, что видел.

— Титан, но что? — Боунс хватает меня за плечи и резко останавливает.

Мои широко раскрытые глаза ищут его.

— Мы были неправы.

Эмили

— Как ты думаешь, о чем они говорят? — я кусаю ногти, глядя на дверь.

Что бы ни было на том телефоне, Титану это не понравилось.

— Какая разница? — отвечает Жасмин, тараща глаза на Эйвери и Тристана

Они освободили диван и теперь стоят у панорамных окон, разговаривая с Лукой. Эйвери стоит, скрестив руки на груди, в то время как Тристан прислоняется плечом к окну, засунув руки в передние карманы своих черных брюк. Ткань обтягивает его упругую задницу. Даже я не могу отрицать, что они оба горячие. Точеные скулы. Голубые глаза и темные волосы. Они могли бы сойти за близнецов. Но я слышала, как Титан рассказывал о них раньше и знаю, что Эйвери самый старший, и у него растительность на лице, в то время как Тристан чисто выбрит.

Они носят дорогие костюмы и часы Rolex, выглядят как красивые мужчины. Они напоминают мне парней из колледжа, которые водили Tesla и тратили папины деньги на каникулы в Хэмптоне и выходные в Париже. Но что-то подсказывает мне, что это не то, чем они занимаются и как зарабатывают себе на жизнь. На них, может, и приятно смотреть, но в них есть что-то такое, что просто кричит об опасности.

Может, мафия, как Лука? Возможно, это и есть связь, но именно Боунс сказал, что знает их.

Я не могу этого понять.

Жасмин сидит рядом со мной и пускает слюни, думая о том, как бы стать центром сэндвича братьев Декер. И даже Хейвен выглядит немного заинтересованной.

— Успокойтесь, сучки. Вы тяжело дышите, как будто у вас течка.

— Что? Я могу смотреть, — Хейвен пожимает плечами.

— А я, блядь, могу играть. Я одинока, — заявляет Жасмин.

— Как ты думаешь, чем они зарабатывают на жизнь? — тихо спрашиваю я.

— Думаю, они оба управляют секс-клубом, а я их новая игрушка, — Жасмин почти стонет в ответ.

Закатываю глаза.

— Думаю, они работают на Уолл-стрит. Если нет, то точно в финансовой сфере, — отвечает Хейвен.

Я фыркаю.

— Ни за что на свете, — протестует Жасмин. — Эти два великолепных лица не тратят время на то, чтобы целый день сидеть за столом и разговаривать по телефону. Нет. Они работают руками.

— Да, но что они ими делают?

— Измажут меня шоколадом… — отвечает Жасмин.

Мы с Хейвен разражаемся смехом. Боже, эта девушка действительно помешана на сексе, и ей нужна реабилитация.

Я смотрю на Найта, что тоже стоит рядом с ними. Не произносит ни слова, но Тристан разговаривает с ним. Найт только кивает и качает головой. Как будто Тристан знает, что он немой, и задает только те вопросы, которые требуют ответа — да или нет.

Зазвонил телефон, и Тристан вытаскивает его из кармана. Выпрямившись, он поднимает палец, подзывая парней, и отходит от окна, чтобы ответить на звонок.

— Привет, детка, — отвечает он, прежде чем пройти в спальню, расположенную рядом с гостиной.

— Вероятно, они оба заняты, — Жасмин вскидывает руки, откидываясь на спинку дивана.

— Может, его девушка наполовину лесбиянка, — предполагает Хейвен, и я хихикаю. — Я имею в виду, мы все знаем, что ты увлекаешься.

— Сучка, — дразнит Жасмин, прежде чем швырнуть ей в лицо подушку с дивана. — Нам не следовало тебе говорить.

Хейвен смеется.

— Просто завидую, что не получала такого внимания от тебя, — она швыряет её обратно в лицо Жасмин, и Жасмин швыряет её на пол.

Дверь в номер открывается, и я вскакиваю на ноги.

— Эй?

Глаза Титана встречаются с моими, и он выглядит безумным. Боунс проводит татуированной рукой по волосам.

— Что не так?

— Ничего, — рычит Титан. — Но наши планы изменились.

— На что? — спрашивает Лука, когда Тристан выходит из спальни, убирая телефон в карман.

— Девочки сегодня не пойдут.

— Что? — Жасмин вскакивает с дивана. — Я хочу увидеть весь этот секс.

— Почему нет? — спрашивает Хейвен.

Титан смотрит на меня.

— Потому что вы нам там больше не нужны.

— Но…

— Вы никуда не пойдете, Эмили, — резко говорит он, перебивая меня. — Вы, девочки, останетесь на ночь в отеле. Мы с парнями пойдём и найдем его сами.

_______________

— Это полная хрень! — вздыхает Хейвен с дивана.

Она лежит вниз головой, свесив голову с подушки, а ноги со спинки.

Мы все пьем по третьей Маргарите. Солнце село несколько часов назад, и мы задернули шторы, отгородившись от внешнего мира.

— Лука даже не сказал мне, что, черт возьми, происходит, — добавляет она.

После того, как Титан и Боунс вошли в гостиничный номер в плохом настроении, ребята собрались на совещание, после этого всё пошло наперекосяк. Титану нечего было мне сказать, кроме как не жди меня, когда они выходили из номера.

— Что, если мы всё равно куда-нибудь сходим?

— Я согласна, — говорит Жасмин, спрыгивая с кухонного стола, на котором она сидела, поедая горячие оладьи.

— Сейчас только одиннадцать часов. Мы можем собраться и приехать в клуб к часу.

Не уверена, где именно находится клуб и каково уличное движение в Нью-Йорке, но думаю, мы могли бы добраться туда к этому времени.

— Я в деле, — Хейвен скатывается с дивана на пол.

— Ты же знаешь, что парни будут злиться на вас за то, что вы ушли, да? — спрашивает Жасмин.

Отмахиваюсь от неё.

— Я разберусь с Титаном позже.

— Куда нам следует отправиться?

О «Кинке» не может быть и речи, поскольку у нас нет членства. Думаю, у Тристана есть связи, и он взял Королей, Луку и Найта, чтобы показать их как потенциальных участников. Если Титан вернется и скажет, что подписал соглашение о неразглашении и заплатил пятьдесят штук, я не разозлюсь. Я же королева, черт возьми. Но поскольку мы не пошли с ними, не можем получить доступ.

— Вы ведь знаете, что есть в Нью-Йорке? — спрашивает Хейвен.

Мы с Жасмин переглядываемся, а затем качаем головами.

—Что?

— «Семь смертных грехов». Пару лет назад они открыли один из клубов здесь.

— О, да, — киваю. — Помню, Джош упоминал об этом несколько раз. Джет работает в Нью-Йорке.

Хейвен прокручивает страницу в своем телефоне, когда протягивает его нам с Жасмин.

— И посмотрите, кто приехал в город на выходные поработать.

— Это Джош, — говорю, забирая у неё телефон.

Она открыла его страницу в Facebook. Они подружились, когда она приезжала ко мне в Чикаго.

Это фотография, на которой он стоит за стойкой бара и готовит коктейль. Он смотрит в камеру снизу вверх. Кончики его волос, окрашенных в светлый цвет, торчат вверх. На правой брови у него пирсинг, и он облизывает верхнюю губу. В статусе написано «позвольте вас обслужить».

— Ебать! — Жасмин забирает у меня телефон. — Он блядски горяч. Я возьму его для команды.

Мы с Хейвен смеемся.

— Нам не нужно, чтобы ты с ним спала.

[8] Fortune Global 500 — ежегодный рейтинг 500 крупнейших компаний мира, критерием составления которого служит выручка компании.