В погоне за ведьмой

Эпилог

Минуло три года с тех пор, как моя жизнь буквально перевернулась. Теперь я уже не та взбалмошная девчонка, что вечно ищет приключений на свою голову. Во всяком случае, все так думают, глядя на преисполненную достоинства молодую женщину, в которую я превратилась. А что было делать? Я не имела права ударить в грязь лицом перед всем миром. Дорогая бабуля не вынесла бы такого позора. Пришлось создавать репутацию умной и сдержанной императрицы, чтобы не выглядеть жалким недоразумением рядом со своим мужем. Вот уж кому не пришлось притворяться и носить маску всеведущего правителя. Мартель словно был создан для этой роли, настолько идеально он вписался в свой новый образ.

Временами я ловила на себе его задумчивый взгляд, как бы говорящий, что он мне не верит. Не в том смысле, что муж мне не доверяет, просто он слишком хорошо меня знает, чтобы мои ухищрения его обманули. Хотя, я очень стараюсь: усердно учусь и совершенствуюсь в управлении стихиями. Единственное отступление от правил, которое я себе позволяю — это полеты на драконе. Впрочем, и тут ко мне не с чем придраться, потому как такого запрета для женщин империи вовсе не существует из-за отсутствия самих ездовых драконов. Эти крылатые ящеры, хоть и продолжают поддерживать с нами добрососедские отношения, но от какого-либо сотрудничества категорически отказываются, не видя для себя никакой пользы от тесного общения с людьми. Их устраивает тот образ жизни, который они привыкли вести на протяжении тысяч лет. И только Либби стала для всех исключением, не пожелав расставаться со своей приемной семьей.

Малышка выросла, превратившись в великолепную драконицу — сильную и красивую, как и ее предки. Шорникам пришлось постараться, чтобы изготовить седло и упряжь для такого нестандартного ездового животного, но результат нас с Либби полностью удовлетворил. Теперь мы могли летать с ней вместе, иногда приглашая с собой Аву. Метла, к слову, окончательно заматерела и стала еще более несносной, чем раньше. На ее черенке не осталось свободного места от усиливающих артефактов. Не уверена, что рискнула бы на ней прокатиться, видя, что она вытворяет в небе от переизбытка энергии,

что ее наполняет. Нашу дружбу многие считают странной, и только я знаю, почему терплю все ее выкрутасы. Просто Ава из тех на кого можно положиться, она до последнего прутика верна тем, кого любит. И надо отметить, что круг этих лиц совсем невелик. В него входят три ведьмы из рода Шарбонье, Мартель Навье и драконица Либби, которую мы по привычке продолжаем называть нашей малышкой.

А еще нас связывает одна нераскрытая тайна, которая не дает нам покоя. Я имею в виду так и не найденные сокровища нашего рода. А их, если вы помните, было немало. Учитывая все грандиозные планы моего мужа, дополнительное вливание в бюджет нашей семьи явно не помешает, тем более, что семья у нас не простая и думать приходится не только о своих близких, но и обо всех жителях империи в целом.

В общем, действовала я как обычно из лучших побуждений и подруги меня поддержали. Кто-то скажет, быть может, что участие Авы в намеченной операции было вовсе необязательно, так как при наличии ездового дракона толку от нее никакого. Если честно, я и сама придерживалась такого же мнения, вот только метле до чужого мнения никогда не было дела и она, возомнив себя вольной птицей, летела, куда хотела.

Этот день мы выбрали не случайно. Дело в том, что Мартель именно сегодня отправлялся с недельной проверкой в свой любимый Вельеж. Как-никак это его любимое детище, взращенное и выпестованное им буквально с первых дней сотворения. Так что контролировать меня будет некому. Придворным и слугам можно сказать, что я буду сопровождать мужа, никто и не вздумает волноваться, когда императрица исчезнет из поля их зрения на несколько дней.

За завтраком я старалась вести себя как обычно. Вряд ли мне удалось скрыть от бабушки блеск предвкушения в моих глазах, но Мартель, слава Пресветлой, ничего не заметил. Он был слишком озабочен предстоящей проверкой и даже ел, не чувствуя вкуса пищи. К тому же я давно не давала ему повода за меня волноваться.

— А теперь рассказывай, что ты задумала, — расплылась в ехидной улыбке леди Матильда, как только Мартель вышел за дверь и мы остались с ней наедине. Слуги не в счет. Стоило только бабуле сделать им знак удалиться, как они буквально испарились из помещения, не смея перечить зловредной ведьме.

Я тяжело вздохнула — вот из кого бы вышла истинная императрица. Мне же до ее умения влиять на людей еще расти и расти.

— Хочу навестить земли предков, — не стала юлить я — все равно бесполезно, леди Матильда безошибочно распознает ложь.

— Вот как, — неопределенно произнесла ведьма и о чем-то задумалась. Я же вся напряглась, ожидая ее реакции на мое заявление. И шумно выдохнула, когда бабушка постановила: — Давно пора. Мне и самой не дают покоя исчезнувшие сокровища. Не то, чтобы мы теперь в них нуждались, однако нынешнее благополучие вовсе не означает, что мы можем разбрасываться деньгами.

После столь многословной поддержки леди Матильды и ее ярко выраженного воодушевления, в мою душу закралось беспокойство. И мои опасения оправдались через минуту.

— Я лечу с вами, — не терпящим возражения тоном заявила мне ведьма, вытягивая из-под стола примостившуюся там Аву. Метла предпочитала держать черенок на пульсе жизни и потому часто подслушивала ведущиеся за столом разговоры. Все знали об этой ее маленькой слабости, но не чинили препятствий, так как об услышанном она все равно никому бы не проболталась.

Спорить было себе дороже. К тому же, помощь опытной ведьмы в любой момент могла пригодиться. Сама я, к своему стыду, так и не достигла вершин мастерства в ведьмовстве, так как все свободное время посвящала работе со стихиями, и мне это нравилось гораздо больше, чем многочасовое корпение над котелками с зельями. Впрочем, леди Матильда не проявляла по этому поводу ни малейшего недовольства. Она считала, что я и так сделала очень много для нашей семьи, а потому вполне могу почивать на лаврах, занимаясь тем, к чему стремится душа, но моей дочери придется здорово потрудиться, чтобы стать самой лучшей ведьмой.

Я согласно кивала, ничуть не тревожась о судьбе девочки, которой еще и на свете то не было. Да и леди Матильда не настолько жестока, чтобы сделать жизнь ребенка невыносимой. Сужу по себе. Пусть мне изредка и влетало за шалости, но до рукоприкладства дело ни разу не доходило. А если вспомнить все те проказы, что я себе позволяла, то бабушку и вовсе можно было назвать образцом терпения и человеколюбия.

И вот эта во всех отношениях благородная дама собиралась составить мне компанию в очередной авантюре.

Замок Филидор утопал в зелени, удачно маскирующей его обгорелые стены. Драконий огонь оставил следы ожогов на камнях и если бы не буйный рост растительности на очищенных от проклятия землях, вид сверху был бы, мягко говоря, удручающим.

Я с восторгом и удивлением смотрела на колышущиеся от ветра деревья, на густой кустарник, скрывающий в своих дебрях разную мелкую живность, на заросли малины, бессовестно заполонившей лужайку перед домом, и широко улыбалась. На моих родовых землях кипела жизнь. Осталось убрать следы копоти с замковых стен и о постыдном для нашей семьи прошлом можно будет забыть раз и навсегда. А еще застеклить окна, перекрыть крышу и выгрести мусор.

— Откуда начнем поиски? — вырвала меня из раздумий леди Матильда.

Вот уж кого не сбить с толку мечтами о будущем и прекрасными видами сверху.

— Ба, ну нельзя же быть такой меркантильной, — произнесла я, не забыв добавить капельку укоризны в свой голос. — Ты только взгляни, какая тут красота.

— Насмотрелась уже, — хмыкнула бабушка, — и насиделась на метле, вообразившей себя филиалом императорской сокровищницы. Предлагаю тебе на обратном пути поменяться летунами. Ты же не откажешься уступить своей старой бабушке местечко на широкой драконьей спине?

Хватило одного взгляда на Аву, чтобы понять недовольство бабушки. Собираясь в дорогу, метла явно переборщила с защитой себя любимой, нацепив поверх имеющихся уже артефактов с десяток новых защитных амулетов.

— Договорились, — ответила я с кислой миной и направила Либби вниз.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что в замок неоднократно наведывались незваные гости. Любители легкой наживы не оставляли надежды отыскать в пустующем доме что-нибудь ценное. А не найдя, от злости начинали крушить все, что под руку попадется. Таким образом, к моменту нашего возвращения от моего родового гнезда остались лишь голые стены, да кучи мусора, на которые я старалась не обращать внимания, дав себе слово в скором времени навести тут порядок.

— Искать наверху бесполезно, нужно сразу спускаться в подвал, — сказала я, послав мысленный приказ Либби оставаться на месте. Любопытная драконица не оставляла попыток протиснуться внутрь замка, что при ее габаритах было делом невыполнимым. Разве что она вновь раскурочит крышу, но я запретила ей даже думать об этом.

— Зажигай свой светляк, — отдала распоряжение бабушка, пропуская меня вперед.

Возможно, она надеялась, что я, как маг, скорее увижу то, что сокрыто от людских глаз, да и я сама полагалась на проснувшуюся во мне силу. К тому же годы обучения не прошли для меня даром. Я многому научилась и теперь не тыкалась во все щели, словно слепой котенок, а целенаправленно шла вперед к своей цели.

Магию родовых артефактов я ощутила сразу, едва войдя в замок. Кто угодно мог рыскать в подвалах замка и не обнаружить спрятанных здесь сокровищ. Я и сама не так давно научилась воспринимать магические потоки, различать их суть и принадлежность к роду, а когда поняла, что мое чутье обострилось, загорелась идеей проверить свои умения в деле.

Спустившись на три этажа и пройдя по длинному коридору с многочисленными ответвлениями, я замерла у глухой стены, неожиданно вспомнив, что именно здесь в свой первый визит видела запечатанные магией двери. Теперь же мои глаза говорили мне, что передо мной каменная кладка, а руки ощущали теплую поверхность древесины.

— Это здесь, — сказала я бабушке, затаившей дыхание за моей спиной и не высказавшей по обыкновению ни одной колкости в мой адрес.

— Уверена? — выдохнула леди Матильда, а я поняла, что она еще и дышать не смела все то время, пока я прислушивалась к своим ощущениям.

— Скоро сама убедишься, — ответила я и принялась распутывать довольно мудреное плетение, включающее в себя и защиту, и иллюзию, и отвод глаз и много чего еще, с чем мне только предстояло разобраться.

Напрасно я обнадежила своих спутниц, что все будет легко и просто. Как я уже говорила, плетение состояло из множества нитей. В своем умении выплетать сложные узоры дед превзошел самых искусных кружевниц империи. И для того, чтобы распутать его творение, требовался мастер такого же уровня или чуть выше, либо не в меру самонадеянный, вроде меня. Правда в этом случае мне пришлось действовать на свой страх и риск без какой-либо гарантии на успех.

Промучившись чуть больше часа до появления мушек в перенапряженных глазах, я почти сдалась. От немедленного признания поражения меня удержало лишь присутствие бабушки за спиной. Я не знала, радоваться или огорчаться тому, что она увязалась за нами. С одной стороны, без свидетелей мне было бы проще смириться со своей неудачей, а с другой — леди Матильда одним своим видом пробуждала во мне категорическое нежелание уступать. Причем неважно кому — людям или обстоятельствам. Главное было, настоять на своем.

И тут в моей памяти весьма кстати всплыли воспоминания о двойной системе наложения рунных заклинаний в драконьем инкубаторе. Что если и дед пошел тем же путем, желая уберечь семейные накопления от любителей легкой наживы?

Пришлось моим многострадальным глазам вновь потрудиться. На этот раз я в первую очередь старалась выяснить, какое из заклинаний накладывалось последним и, следовательно, находилось над остальными, благо каждая нить имела свой цвет, так что с этой задачей я справилась на удивление быстро. Жемчужная нить иллюзорного заклинания лежала поверх прочих, за нее я и потянула, сматывая в клубок чужое заклятье.

А потом дело пошло еще быстрее. За жемчужной последовала красная сигнальная нить, за ней черная нить смертельного проклятья, а последняя и вовсе не вызвала у меня опасений

— коричневая нить, призванная сохранить целостность древесины не представляла для нас угрозы.

Когда я закончила, дверь обрела видимость. Одобрительный возглас бабушки послужил мне наградой. Однако радоваться нам было рано. Предстояло еще разобраться с навесными замками, коих тут имелось аж восемь штук.

— Зачем так много? — простонала я, понимая, что моих сил не хватит, чтобы вырвать держащие их петли с корнем. О взломе не могло быть и речи. Искусством вскрывать запоры я не владела.

И тут бабуля меня удивила, достав из походной сумки набор отмычек. Взглянув на меня с превосходством, она в два счета открыла замки. Ну ладно, пусть не в два счета, но по моим меркам достаточно быстро. Каких-нибудь полчаса, и заветная дверь распахнулась, любезно приглашая нас войти внутрь.

Менее опытный кладоискатель, не мешкая, двинулся бы дальше, мы же застыли на месте, ожидая подвоха. Считайте меня перестраховщицей, но я твердо уверена, что кто-кто, а мой дед точно не мог обойтись без подставы. Не в его характере облегчать людям жизнь. И, кажется, бабушка была полностью со мною согласна.

— Пусть Ава посмотрит, что там, да как, — предложила она, косясь в сторону любопытной метлы, уже сунувшей свой черенок в темноту прохода.

Ава тут же отпрянула назад и забилась в угол, только сейчас поняв, что все идет не так гладко, как ей бы хотелось.

— Думаю, будет лучше начать с неодушевленных предметов, — ответила я и, размахнувшись, закинула в проем свою сумку. А вспомнив о хранящихся в ней зельях, страшно удивилась, не услышав звука бьющегося стекла.

Запущенный следом магический светлячок показал, насколько мы были правы, соблюдая максимальную осторожность. Сумка не долетела до пола, увязнув в липкой субстанции неизвестного происхождения, преградившей проход в паре метров от двери. Прочная ткань растворялась у нас на глазах, разъедаемая едкой слизью. Я передернула плечами от ужаса и омерзения, представив, какой жуткой участи мы избежали.

И вдруг что-то случилось. Слизь неожиданно прекратила свое разрушительное действие, а потом стала шипеть и съеживаться, как обычная мыльная пена, пока совсем не исчезла.

— Интересно, какое из моих зелий на нее так подействовало? — задумчиво произнесла бабушка, рассматривая остатки слизи с исследовательским интересом.

— Даже не думай, — крикнула я, хватая ее за руку, когда поняла, что бабуля вознамерилась выковырять образцы этой гадости из каменных трещин. — Тебе все равно не в чем ее хранить. Помнится, стекло она поедала с неменьшим аппетитом, чем тряпку.

— Ты права, — вынужденно признала бабушка и с сожалением посмотрела на жалкие остатки той мерзости, что едва нас не погубила.

К счастью, других преград на пути к сокровищам не оказалось и вскоре мы получили возможность воочию убедиться в их полной сохранности.

А потом началось самое сложное — нужно было придумать, как правильно распорядиться всем этим богатством, чтобы оно принесло наибольшую пользу.

Мы громко спорили и потому не услышали, как у нашей довольно эмоциональной беседы появился свидетель.

— Леди, если вы не против, то я тоже хотел бы внести свое предложение, — произнес мужской голос, а мы от неожиданности затихли и ошарашенно уставились на Мартеля. Император стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку, и в его глазах плясали смешинки.

— Мы готовы выслушать ваше мнение, ваше величество, — на удивление быстро опомнилась леди Матильда, — только прошу вас не забывать, что эти сокровища принадлежат нашему роду и то, как ими распорядиться, решать только нам.

— Разумеется, леди Матильда, вы имеете полное право поступать с вашим имуществом так, как вам заблагорассудится, — не стал спорить Мартель. — Просто у меня появилась идея. Почему бы вам не открыть в этих стенах школу для одаренных детей? Я считаю у вас талант к просветительству. Вы могли бы воспитать немало ведьм и колдунов, так необходимых нашей империи.

Бабуля зарделась от похвалы, наверняка уже вообразив себя в роли ректора элитного учебного заведения. И, судя по ее заблестевшим глазам, идея Мартеля определенно пришлась ей по душе.

— Я согласна, — выдохнула она, а вспомнив обо мне, уточнила: — если только Абелия не будет против.

— Моя супруга не станет возражать, — произнес Мартель со значением. А я только сейчас поняла, насколько он мудрый правитель. Даже я не смогла бы найти лучшего применения деятельной натуре леди Матильды. Теперь то ей будет, где развернуться и она наконец перестанет нас доставать.

— Замечательная идея, — воскликнула я с искренним воодушевлением, представляя, как станет спокойно во дворце после переезда главной блюстительницы порядка.

— А теперь объясните мне, как вы тут оказались? — нахмурил брови Мартель. — И почему без охраны?

— Нас охраняет Либби, — возмутилась я несправедливому обвинению. — А вот что ты тут делаешь, это еще вопрос.

Всем известно, что лучшая защита — это нападение и потому я немедленно ринулась в атаку.

— Я инспектировал герцогство, не забыла? — вскинул брови Мартель.

— Графство Филидор не входит в твои владения, — парировала я.

— Я решил, что будет не лишним проверить твое наследство, — развел руками супруг.

— Вот и я так решила, — не сдавалась я.

— Дети, дети, не ссорьтесь, — вмешалась леди Матильда и потащила нас всех на выход. — У нас столько дел, а вы тратите время на пустые разговоры.

У выхода нас встретила Либби, и я мысленно пересказала ей радостные вести. Теперь у нас будет повод летать с ней почаще. Надо же будет навещать любимую бабушку. Да и маму леди Матильда наверняка возьмет с собой. Уверена, общение с детьми пойдет мамуле на пользу.

Во дворец мы возвращались все вместе. Мартель просто открыл портал, в который мы тотчас же проскользнули весьма довольные собой и достигнутым результатом. Только Либби на пару с Авой остались охранять замок с сокровищами, но бабуля собиралась вернуться туда уже завтра, так что девочки не успеют там заскучать.

— А как дела в твоем замке? — спросила я мужа, перед тем, как лечь спать.

За всеми перипетиями дня я совершенно забыла о цели его поездки. А ведь Мартеля наверняка волновало положение дел в герцогстве.

— Все обстоит даже лучше, чем я ожидал, — ответил муж с улыбкой. — Ты верно не помнишь Белиз? Это вдова моего погибшего друга. Я поставил ее управляющей в замке, и она прекрасно со всем справляется. Да и сыну ее там неплохо живется. Себастьен лично занялся мальчишкой, так что в скором времени из него получится воин, не хуже того, каким был его отец.

От мужа я знала историю Белиз и ее несчастного мужа, а потому говорить ничего не стала, не желая ворошить прошлое.

Взгляд Мартеля на миг стал печальным, но потом вновь засветился от счастья.

— Удивительно, как порой причудливо складывается судьба, — произнес он с улыбкой. — Верно говорят, что нет худа без добра. Кто бы мог подумать, что предательство друга принесет мне самое большое в жизни счастье.

— Трон императора? — сделала я большие глаза.

— Тебя, глупышка, — рассмеялся Мартель, сжимая меня в объятиях.

В эту ночь мы любили друг друга так долго, что заснули лишь с первыми лучами рассвета. Прошлое наконец нас отпустило, а будущее зажглось во мне крохотной искоркой жизни.

— Бабуля будет довольна, — прошептала я засыпая, а Мартель, кажется, уже спал и ничего не слышал. Ничего, я обрадую его завтра. Надеюсь, он стойко перенесет известие о том, что в его жизни появится еще одна взбалмошная ведьма.