Во Вляпалась... (СИ)

Глава 16

POV: Тоширо

Иногда ради мира приходится переступать через себя, принимать не свойственные тебе решения, особенно если на кону стоит бессчетное количество невинных душ.

Иногда просто не видишь другого выхода и закрываешь глаза, затыкаешь уши, отключаешь чувства, заставляя себя двигаться по неизбежному пути. Ради тех, кто дорог тебе, ради тех, кто нуждается в твоей защите, зависит от каждого твоего шага, от принятого тобой решения.

В такие моменты, ты становишься чуждым самому себе, отгораживаешься от окружающих тебя эмоций, запрещаешь себе проявлять даже крупицу слабости, только бы не дрогнула рука. Жизнь — вот что по-настоящему приоритетно. Если требуется отдать свою, забрать чужую ради существования целых миров… имеешь ли ты право на проявление человечности?

Иногда тебе не остается ничего, кроме как пустить в свою душу лед, хладнокровно обволакивая им сердце, и взяться за рукоятку меча. Ради тех, кто достоин жизни, ради близких и друзей, стоящих за твоей спиной…

Без жертв не бывает победы, без выбора невозможно сделать следующий шаг.

Так я думал, чувствуя, как до боли сжалось сердце, стоило принять это решение.

А кто говорил, что правильный выбор всегда несет в себе одно только благо? Я капитан, от моих действий зависят многие жизни, если бы я не мог трезво взвешивать каждый свой шаг, то не носил бы столько лет капитанское хаори, не вел бы за собой стольких преданных людей…

Так я думал, подавляя свой мысленный протест.

У меня нет выбора, нет права на сожаления… ее жизнь в обмен на миллиарды других. Эту девчонку в любом случае приговорят к смерти, а я могу сделать это неожиданно, безболезненно, так, что она ничего не поймет… не испытает боли, не почувствует страха…

Так я думал, направляясь к двери.

Было дурно, тошно от самого себя, но кому до этого есть хоть какое-то дело? Мне остается только сделать этот шаг, я знаю, что после буду ненавидеть себя до самой смерти, но я обязан сохранить равновесие обоих миров.

— …Что вы собрались делать, капитан Хитцугая?

Молнией пронзило грудь, заставляя болезненно сжаться сердце. Этот Урахара, зачем он спрашивает меня, знает же, что у нас нет выбора, знает, куда я иду. Не сумев полностью скрыть свою злость, свое паршивое состояние в голосе, я дал ему очевидный ответ.

— …Капитан Хитцугая, вы меня не слушаете…

Он говорил, а я чувствовал себя глупым несмышленым мальчишкой. Такого просто не могло произойти. Мы в тупике, неужели нельзя ничего сделать? Не верю, иначе Урахара не был бы настолько спокоен. Смотря на него, я не мог отделаться от чувства, что этот хитрец не все рассказал, но и полученной информации достаточно, чтобы поставить на уши все Сообщество душ…

Отчеты, Урахара прав, мне стоит как следует над ними подумать, до утра еще полно времени, успею их накатать.

Посмотрев на обнаруживающее устройство, я нахмурился. Место расположения не определено. Кто-то скрывает реяцу? Но кто? Стоит мне оставить все на Мацумото? Или все же лучше не рисковать? Вдруг тот, кто прячется от синигами пришел Ее забрать? Не хватало еще, чтобы у Куросаки окончательно съехала крыша. Нельзя упускать девчонку из виду, по крайней мере пока Урахара не найдет безопасный для нас способ привязать ее к обоим мирам. Покинув гигай, я переместился на крышу, замерев под разбушевавшимся дождем, прислушиваясь к своим ощущениям, безрезультатно пытаясь почувствовать чужое присутствие.

Не нравится мне это, что-то знакомое вертится в голове, тревожно скребясь в грудной клетке. Взрыв реяцу временного синигами заставил меня распахнуть глаза, уставившись в ту сторону. На них напали? Но почему я не чую реяцу Мацумото? Что если Куросаки просто потерял над собой контроль? Учитывая его неадекватное состояние, стоило реяцу и жизненной энергии этой девчонки пропасть. Стоит ли мне позвать Урахару? Прикрыв веки, я сосредоточился на его духовной нити. Алая лента в считанные секунды нашлась на половине пути между магазином и домом Куросаки. В затылок ударил электрический разряд, как только до меня дошло, что она беспокойно извивается, буквально разрываясь на множество тонких частиц.

— Что за хрень Куросаки творит?! — обалдел я, мигом растеряв все лишние мысли. — Да он же сейчас ее насухо выцедит!

Не раздумывая, я рванул в их сторону. Этот придурок просто задушит ее своей духовной силой, она сейчас не в состоянии уравновесить их поток, не может закрыться, не сможет противиться, он вытянет все, а ее душу разорвет от его реяцу! Идиот! И где, мать ее, Мацумото?!

Стоило мне приблизится, как все стало на свои места. Как я мог забыть: арранкары, они прекрасно скрываются от нас, вот почему определитель не дал координат! Парень совсем плох, я сразу почувствовал смену в его реяцу, безошибочно узнав эту жутковатую маску. Пустой Куросаки. Стоит под мечом врага, даже не пытается отбить девчонку. Копит силу перед атакой? Он казался совершенно спокойным, будто его не задело преимущество врага, но его духовная нить для меня была более чем красноречива…

Резкое движение Зангецу, стойка Куросаки…

— Нет… — вырвалось у меня. — Он же не…

— Бан-кай! — от парня рванул столб громадной черной реяцу, почти задавив собой потерявшую сознание девчонку, а на меня накатила паника, заставив рвано дернуться к нему.

— Снизойди с ледяных небес, — высвобождая из ножен дзампакто, поспешно скомандовал я, бросившись к замершей троице. — Банкай! Дайгурэн Хёриммару! — стоило крыльям раскрыться за моей спиной, я перехватил дзампакто, направив его на Куросаки. — Рюсэнка!

Парня окутал ледяной кокон, на время отгораживая его от девчонки. Куросаки он не удержит, у меня пару секунд, не больше, я переместился за спину арранкара, собираясь воткнуть ему в бок острие Хёринмару и пустить в его тело поток реяцу, заморозив врага изнутри, но эспада резко развернулся, отбив мой дзампакто и толкнул на меня бессознательное тело, переместившись в верх. Лед треснул, и я стиснул зубы, перехватив девчонку, тут же рванул прочь от разбушевавшегося временного синигами. Взрыв раскидал осколки льда, и я прикрыл от них девчонку крылом.

— Эй, Тоширо! — возмутился временный синигами, впившись в меня пугающими черными глазами. — Ты что творишь?

— У тебя есть время любезничать? — вмешался арранкар, кинувшись на Куросаки.

Черт, где шляется Мацумото?! Не могу оставить девчонку без присмотра!

Всполох искр, почти неуловимое даже моим глазам мерцание и довольный смех сэкста эспады. Оба противника отскочили друг от друга на несколько метров, приготовившись снова кинуться в бой.

— Рюсэнка! — атаковал я арранкара, не рассчитывая попасть, мне нужно его отогнать, заставить отступить.

— Не вмешивайся, Тоширо! — рыкнул временный синигами.

— Заткнись, — огрызнулся я, взбешенный его наглостью. — Рюсэнка!

— Эй! — насмешливо возмутился арранкар, оскалившись в мою сторону. — В очередь, сопляк!

Я не сдержал рычания, и, поудобнее перехватив выскальзывающую из руки девчонку, атаковал его тремя Рюсэнка подряд, заставляя врага ускользать от моего льда.

— Капитан! — появилась рядом со мной слегка взъерошенная Мацумото, и я кинул на нее раздраженный взгляд.

— Где тебя носит?! — рыкнул, раскрыв крыло, давая ей забрать начавшую приходить в себя брюнетку.

— Погналась за…

— Теперь не уйдешь! — не слушая ее, я кинулся наперерез Куросаки. — Сэннэн хёро!

Ледяные столбы взмыли вверх, стремительно окружая сэкста эспаду, не давая ему проскользнуть. Я рванул к ледяной тюрьме, собираясь проследить, чтобы он в ней и остался. Зеленая волна накрыла ловушку, пробив в ней брешь.

— Эй! — возмущенно заорал Гриммджоу. — Ты меня чуть не задел!

— Уходим, — равнодушно отрезал второй арранкар и, сцапав возмутившегося сэкста эспаду, в следующее мгновение растворился в гарганте.

— Проклятье, — с досадой прошипел я.

— Рангику-сан, — донеслось до меня. — Что с Иноуэ?

— Она в порядке, — ответила лейтенант, кивнув куда-то в сторону.

Кинув беглый взгляд на застывшую под деревом рыжеволосую целительницу, я снова переключился на замершего парня, явно не знающего, куда себя деть. То ли кинуться к пострадавшей по его вине девчонке, то ли к поникшей бывшей однокласснице.

— Куросаки… — недобро протянул я, преградив ему путь. — Ты совсем лишился мозгов?!

— Что… — нахмурился он, уставившись на меня все еще черными глазами и все еще не выходя из банкая, ну, хоть маску додумался снять!

— Ты чуть не задавил ее своим реяцу, — раздраженно прорычал я, указав на притихшую под "крылом" Мацумото девчонку. — Ты хоть иногда взвешиваешь свои действия? Она бы не успела среагировать на такое количество духовного потока, ее душу бы просто разорвало!

— Я…

— Вот именно! Ты, — прервал его я, повернувшись к девчонке. — А ты должна научиться блокировать его потоки, раз уж вас угораздило пользоваться одним источником!

— Ты в порядке? — виновато спросил ее Куросаки, заставив меня раздраженно прикрыть веки.

В порядке… он чуть не угробил обоих, и еще спрашивает?

— Куросаки, — протянул я. — Пойди прогуляйся, иначе я за себя не ручаюсь…

— Прости, — после мимолетного колебания буркнул он, коротко глянув на брюнетку, и порывисто отвернулся, зашагав к Иноуэ…

POV: Лика

Не знаю, что на меня нашло. Может, все, что случилось за сегодняшний день, лишило меня здравого смысла, а может, причина была в том, что перед глазами то и дело вскакивала картинка замершей под кроном дерева, не обращающей на проливной дождь парочки, тесно прижимающейся друг к другу?

Куросаки и Орихимэ…

Девушка плакала, пряча лицо на груди Ичиго, что-то тихо, со всхлипами, ему говоря. Ее мелодичный голос доносился до меня, но слов не было слышно. Я смотрела на них и отчетливо чувствовала, как в груди что-то переворачивалось, с каждой секундой все сильнее сжимая легкие, не давая спокойно дышать. Они смотрелись так, словно кроме них на разгромленной улице больше никого не было, ни меня, ни выясняющих причину нарушенного приказа синигами, они идеально друг другу подходили, на это нельзя было закрыть глаза. Даже я это прекрасно видела. Ну, и чего же я ждала? Ведь с самого начала было ясно, что эта девушка создана для Куросаки, и я сама буквально вчера говорила парню, что Иноуэ от него без ума. Так почему на душе скребут кошки, оставляя после себя противное, тяжелое, ноющее чувство в груди?

Отвернувшись от позабывших про нас, увлеченных друг другом ребят, я тихо попросила синигами провести меня домой. Не хочу больше здесь стоять, надоело мокнуть под этим дождем, надоело трястись от холода, выстукивая зубную дробь. Хотелось закрыть глаза, провалиться в бессознательный сон, только бы ничего не чувствовать. Раздосадованная, уставшая, едва переступающая хлюпающими от промокших насквозь кед ногами, я понуро плелась за Хитцугаем, даже не обратив внимания на то, что он лично взялся меня проводить, приказав Мацумото не спускать взгляда с Куросаки во избежание очередных проблем.

Хотелось домой, хотелось в душ, и до рези в горле хотелось остановить беззвучный поток слез. Да, слезы были ожидаемой разрядкой под конец этого проклятого всеми богами, напряженного дня. Ненавижу плакать, особенно, когда не одна, но капитан не мог этого видеть, неслышно ступая на пару шагов впереди, да и дождь прекрасно скрывал мою маленькую слабость. Хоть в чем-то сегодня повезло…

Судорожно вздохнув, я поджала губы от того, что из горла все же вырвался едва уловимый, приглушенный всхлип. Парень оглянулся, растеряно уставившись на меня.

— Что? — недовольно выжала из себя я, опустив взгляд под ноги, не хочу, чтобы он видел мои покрасневшие глаза.

— Ты что, плачешь? — удивился капитан, сбившись с шага.

— А чего ты ожидал? — досадливо ответила я, коротко глянув на замершего парня. — Может, у вас здесь принято по несколько раз на дню ускользать от смерти, но для меня это в новинку. Прежде моя жизнь была просто жизнью, без всяких там монстров, без психов-ученых, стремившихся заполучить меня на вакантное место подопытной крысы. Понимаешь? Хотя, с чего бы тебе меня понимать? Кто я? Какая-то девчонка, выползшая неизвестно из какой дыры. А я хочу нормально жить, не хочу бояться, не хочу прислушиваться к каждому шороху в надежде, что это не очередная тварь, пришедшая по мою душу. Может, ваши женщины сделаны из стали, способные голыми руками рвать глотки врагам направо и налево между перерывами на обед, но я-то из другого теста. Мне страшно, больно, я скоро даже от крохотного дуновения ветра буду дергаться, как от чумы. Надоело все… пустые, арранкары, и вообще весь этот чокнутый мир! Хочу, чтобы меня оставили в покое, хочу домой, не хочу больше здесь жить.

— У тебя обратная реакция после пережитого стресса, — ровным голосом произнес маленький капитан, настороженно сверля меня своими слегка сощуренными бирюзовыми глазами. — Скоро ты почувствуешь себя лучше…

— Ты еще шоколадку мне предложи, — устало пробурчала я, досадуя на свою несдержанность. — Вот было бы смешно…

Парень вздернул бровь, уставившись на меня, как на дурочку.

— Забей, — вздохнула я и двинулась вперед, обходя не сводящего с меня взгляда мальчишку по дуге. — Откуда тебе знать про Гарри Поттера?

— Про кого? — растерянно протянул он, поравнявшись со мной шагом.

— Забудь, рассказывать долго, а без этого ты все равно не поймешь.

— Скажи: откуда ты такая появилась? — не сдержался капитан, внимательно следя за моим лицом.

— Услуга за услугу, — ответив на его взгляд, предложила я.

— Что еще за услуга? — удивленно сдвинул брови парень, насторожившись.

— Дай поносить твое хаори, — не стала таиться я. — Потом, может быть, расскажу.

— Ты что, рехнулась? — опешил капитан, споткнувшись на ровном месте.

— Ладно, тогда дай подержать твой меч, — пожала плечами я. — Ну, или покажи мне свой банкай еще раз…

— Еще чего! — возмущенно прервал размечтавшуюся меня Тоширо. — Между прочим, это тебе не игрушки! Для банкая нужно выпустить большой поток реяцу, а для смертных это противопоказано…

— А для одной конкретной смертной противопоказано мерзнуть и мокнуть под проливным дождем, но это не мешает нам плестись, как черепахам, — передернув плечами, я крепче обхватила их руками, преувеличенно печально вздохнув. — Вот умру от воспаления легких, будешь знать.

— Ты что, замерзла? — очухался этот герой, окинув меня недоуменным взглядом.

— Блин, а зубы у меня стучат от природы? — выдохнула я, чувствуя, что еще чуть-чуть, и челюсть раскрошится от моих потуг сдержать неприятную барабанную дробь.

— Надо было раньше сказать! — огрызнулся парень.

— А тебе было сложно догадаться? — раздраженно покосилась на него я. — Ты и сам насквозь промок! Разве тебе не холодно?

— С чего это? — недовольно пробурчал Тоширо. — Моя стихия лед и вода, я не могу замерзнуть, пока моя реяцу окутывает меня.

— Поздравляю, — буркнула я. — Может, поделишься крупицей, чтобы я не откинула копыта? Или еще немного подождем, чтобы уже наверняка? А что, пустым не удалось меня слопать, Маюри не посчастливилось расчленить, Урахара, всего лишь, вытащил из меня душу, арранкар практически задушил, Куросаки чуть ли не высушил… как-то никому сегодня не повезло… Может, получится устранить меня простой непогодой?

— Ну все, — раздраженно выдал Хитцугая и, сцапав меня поперек талии, проворчал. — Как Куросаки только тебя терпит?

Не успела я огрызнуться, как перед глазами померк свет, превратив все в размытую полосу сотканную из дождя.

— Ничего себе, — выдохнула я, вцепившись в его плечи заледеневшими пальцами, стоило ногам почувствовать твердую поверхность. — Куросаки до тебя еще далеко…

— Просто он тебя жалел, если бы ты почувствовала всю его скорость, особенно при банкае, то мы бы все узрели, что ты ела сегодня на обед.

— Ничего бы вы не узрели, — буркнула я. — Я вообще сегодня ничего кроме чая не смогла проглотить.

— Ключи у тебя есть? — проигнорил мое заявление Хитцугая, посмотрев на стеклянную дверь.

— Ключи? — нахмурилась я, смахивая с лица уже доставшую меня влагу. — Н-нет… а должны?

— Черт, и как ты собралась попасть в дом?

— А ты не можешь пройти сквозь стену, как привидение, и отворить изнутри дверь?

— Слушай, я синигами, а не привидение… Мы…

— Ага, — перебила его я. — Знаю, спасающие наши души проводники… Вот только моя душа почему-то не стремится к вашему миру духов…

— Тебя это не пугает?

— А должно? Мне казалось, наоборот, я должна радоваться, что мне удается немного дольше прожить…

— Я не о том, — зажмурившись, раздраженно проворчал Тоширо. — Если ты умрешь, то не сможешь переродиться, Урахара ведь объяснял.

— А может, я как вы, — буркнула я первое, что пришло в голову. — Бессмертна?

— Что за глупости? — уставился на меня возмущенный моим предположением капитан. — Никто не бессмертен, даже синигами.

— Ага, — мысленно отмахнулась от него я. — Ты мне еще лекцию прочитай и по возможности приукрась цветными каракулями…

— Слушай, — в конец прифигел от моего нахальства паренек. — Ты угомонишься наконец?

— Нет, — честно ответила я, неохотно буркнув. — Пока не сделаю какую-нибудь глупость…

— Какую еще…

— Ну, хоть сгоняй в окно Куросаки, — перебила его я, умоляюще состроив несчастную гримасу. — Там должен быть Кон, и он, кажется, не должен быть заперт, может, он знает. где взять запасные ключи? Не известно, когда принесет рыжего Ромео, а мне еще жить охота!

— Эй! — смазавшись, капитан проявился у окна в спальню Куросаки и прикрикнул, видимо, обращаясь к плюшевой мордашке, показавшейся за стеклом. — Открой двери, я привел вашу ненормальную!

— Вот маленький… — едва слышно проворчала я.

— Ты что-то сказала? — сощурил на меня взгляд Тоширо, поглядывая сверху в низ.

— Говорю, — невинно простучала зубами я, запрокинув голову и закрывая лицо от дождя ладошками. — Что он маленький! Как он откроет дверь? Ты видел, где он, а где ручка?

Парень подозрительно помолчал, но все же спустился к моей, как уже выяснилось, смертной, не умеющей летать персоне, в ожидании уставившись на меня. Ну, и чего застыл гордым изваянием? Ждет спасибо? Так за мной не заржавеет.

Повернувшись к парню, я схватила опешившего мальчишку за лицо.

— Спасибо, — выдохнула ему в губы и легко чмокнула в кончик носа, тут же томно прошептав. — Прости, но на первый поцелуй не претендую…

— Ты… — угрожающе протянул Хитцугая, вспыхнув малиновым цветом.

— Нет, ну если ты просишь…

Но понаслаждаться его реакцией никто не дал. За спиной капитана сгустилась тьма, заставляя меня метнуть за плечо парня настороженный взгляд. Тоширо, отмерев, шарахнулся прочь, как от прокаженной, а черная тень сцапала меня в охапку и, закинув на плечо, ничего не сказав, ворвалась в как раз открывающуюся дверь, чуть не сбив пыхтящего плюшевого льва с лапок…

POV: Ичиго

Дождь понемногу утихал, только изредка разбавляясь короткими всполохами молнии. Устало переставляя ногами, я плелся немного позади своего эскорта, время от времени поднимая взгляд на понурую спину подруги детства, не в состоянии отделаться от штурмующих мой мозг мыслей.

Она его поцеловала, поцеловала Улькиору…

Злился ли я? Скорее был сбит с толку.

Нет, не в том, что Иноуэ призналась мне в своих чувствах к арранкару. Я это и так знал, понял практически сразу, еще в тот день, когда сразился с ним на крыше Лас Ночес. Меня не оставляло чувство растерянности от того, что куатро эспада пересек гарганту только для того, чтобы увидеть простую человеческую девушку. Я бы понял, если бы он хотел ее убить, чтобы отомстить нам за поражение этого придурка, приписавшего себе силу бога, ну, или чтобы использовать ее для каких-либо других целей… но появиться в мире живых только для того, чтобы попялиться на нее в окошко?

Может ли подобный ему монстр питать какие-либо чувства кроме жажды крови? Что он чувствовал, когда она вместо того, чтобы в ужасе кинуться прочь, просто поцеловала его? Существо, принадлежащее другому, давно мертвому миру, существо, способное только на убийство?

Может ли такая девушка, как Иноуэ, по-настоящему полюбить чудовище, подобное арранкару, подобное сидящему внутри меня пустому? Не испытывать страха перед ним, не чувствовать отвращения каждый раз, когда мое второе я покажется наружу?

Должен ли я завидовать этому арранкару, или стоит пожалеть их обоих? С одной стороны, чувства между настолько различными существами невозможны, но эти двое, судя по всему, наплевали на эту преграду. С другой стороны, им никогда не быть вместе, не разделить один мир на двоих…

— О, кап… итан… — странным голосом запнулась Мацумото, замерев у меня на пути.

— Что… — начал я, подняв глаза на девушку, и, переведя взгляд на свой дом, заледенел.

Она стояла, слегка подавшись вперед, держа Тоширо ладошками за лицо. Удар сердца, и девчонка быстро склонилась, поцеловав его… поцеловав… у меня потемнело в глазах, когда она, слегка отстранившись, что-то произнесла и начала снова склоняться к мальчишке.

— К-Куросаки-кун… — ворвался какой-то отдаленный, знакомый голосок в нарастающий гул в ушах.

Хичиго окатил меня странной выкручивающей нас эмоцией, я едва сумел сдержать его внутри.

— Какого черта, — выдавил из себя я и, не раздумывая, метнулся к ней.

Позабыв про замерших за моей спиной девушек, сцапал эту мелкую заразу, перекинув ее через плечо, и быстрым шагом направился к двери, которую отворял Кон. Ворвавшись в дом, я потратил секунду на то, чтобы рвануть в свою спальню и скинул эту бестию на кровать возле своего бездушного тела, сразу погрузившись в него и схватив за плечи пытающуюся удрать малявку, припечатал ее к кровати.

— Что ты там вытворяла?! — едва сдерживая голос, прошипел я. — Какого черта ты лезла к нему с поцелуями?

— Ичиго, — обалдело выдохнула она, растерянно замерев и хлопая на меня распахнутыми голубыми глазищами. — Ты чего?

— Чего я? — прошипел я, чувствуя, как Хичиго заполняет меня, занимая часть моего сознания, заволакивая мои глаза тьмой. — Ты его целовала прямо под моим домом, у меня на глазах!

— Да что с тобой? Это не твое дело! Кого хочу, того целую!

— Кого хочешь? — в конец озверел я.

— Дурак! Не передергивай мои слова! К тому же, сам хорош! Или, может, мне полагалось преданно торчать там, пока ты намилуешься со своей девушкой и соизволишь вспомнить про меня?

— Иноуэ не моя девушка, — раздраженно прикрикнул я. — Она просто подруга!

— Ну как можно быть таким тугодумом? — закатила глаза малявка. — Эта девушка — твоя судьба, она создана для тебя, разве можно этого не заметить?

— Да с какого хрена ты все время пытаешься нас с ней свести?! — чувствуя, как от возмущения кипит кровь, заорал ей в лицо я.

— Да потому, что она влюблена в тебя! — ответила мне тем же девчонка.

— В арранкара! — рявкнул я, сжав челюсть.

— Что? — опешила Лика, замерев.

— Она любит того арранкара с зеленой рожей! — стараясь взять себя в руки, рявкнул я. — Понятно?

— Но… — выдавила она, не мигая смотря мне в глаза.

— Слушай, — решил поставить все точки над "и" я. — Она сама мне сказала, ясно? Так что между нами ничего нет и не может быть!

— Ты в порядке? — сочувственным, слегка вздрогнувшим голосом тихо спросила она.

— Нет, — раздраженно выдал я, тут же слегка ее встряхнув. — Какого хрена ты там устроила?

— Ичиго, отстань, — прикрыв веки, устало протянула эта малявка, вызвав во мне негодование. — Я замерзла, хочу в душ, хочу в свою кровать, а ты устроил тут допрос с пристрастием, — снова глянув на меня, девчонка раздраженно произнесла. — И с чего это тебя так проняло? Никогда не видел, как девочки целуют мальчиков?

— Это неприлично! — обалдел от ее недалекости я. — Нормальная девушка никогда не полезет к парню первой!

— Ну да, — вздохнула она, отведя взгляд в сторону двери, и уперлась ладонями мне в плечи, пытаясь оттолкнуть от себя, едва слышно буркнув. — А от вас дождешься…

— Чего? — прифигел я, пропустив удар сердца.

— Слушай, — кинув на меня усталый взгляд, вздохнула девчонка. — Давай уже я тебя поцелую, тогда ты успокоишься, и я смогу уйти?

— Да не хочу я, чтобы ты меня целовала! — снова повысив голос сорвался я, чувствуя, как екнуло в груди.

— Очень мило, Куросаки, — холодно отрезала она, сощурив на меня голубые глазища. — И раз мы это выяснили, то слезь с меня, пока я не схлопотала какой-нибудь бронхит, — несильно ударив меня по плечу, досадливо добавила. — Это тебе хорошо, поменял оболочку и никаких проблем, а я вся продрогла, испачкана, и не чувствую заледеневших ног!

— Черт, — раздраженно выдохнул я, разжав пальцы на ее плечах, и, перекатившись на спину, уставился в потолок.

Девчонка сползла с кровати и, хлюпая обувью, оставила меня одного, а я лежал в темноте собственной спальни, отчетливо чувствуя какую-то тянущую пустоту. В голове вертелась картинка, как она целует его, отзываясь странной тупой болью в районе груди. Не в силах оставаться на месте, я подскочил с кровати и, сцапав подушку, швырнул ее в стену. Глубоко вдохнув, потер лицо ладонями и, не включая ночник, раздраженно принялся стаскивать промокшее постельное, неосознанно прислушиваясь к едва различимому шуму, доносящемуся из-за смежной стены.

"Ну ты и тормоз", — зазвенело в голове, заставляя меня зло впечатать кулак в быльце кровати.

— Завались, — прорычал я пустой комнате, швырнув простынь на пол, и резко распахнул двери шифоньера, не глядя потянув сменное постельное, прошипел. — Мне и так паршиво, а тут еще ты со своими нравоучениями!

— Псих, — донеслось мстительное из коридора и удаляющиеся шаги.

Эта мелкая паршивка! Если мы и дальше будем делить одну крышу на двоих, у меня точно будет нервный срыв! Как же она меня достала!

Хотелось биться головой о стенку, хотелось рвануть за ней, вцепиться в ее плечи и вытрясти из девчонки весь извращенский бред, но больше всего хотелось выкинуть из головы ее голосок, нашептывающий о поцелуях. Перед глазами то и дело вспыхивали картинки, как она целует его… как она лежит на моей кровати… как ее губы шевелятся, предлагая меня поцеловать. На мгновение я представил, как она тянется ко мне, берет в ладони мое лицо, как эти сладкие губы мягко касаются моих. Дыхание застряло где-то в горле, а сердце пустилось в пляс.

— Да что со мной творится? — в конец разозлился я.

"Догадайся с трех раз", — издевательски поддел Хичиго.

В ушах звенел мелодичный, ехидный голосок, мучивший меня с первого дня ее пребывания под крышей моего дома. Голубые глаза поблескивая смотрящие на меня… теплое, ласкающее мое лицо дыхание… разметавшиеся по моей подушке пряди ее черных, как ночь, волос. Все это промелькнуло перед глазами в считанные секунды, заставляя меня замереть.

— Да ну нафиг, — протянул я пустой комнате и, тряхнув головой, упрямо добавил. — Я не могу в нее влюбиться, это же полный бред!

"Тогда почему бы тебе просто не затащить девчонку в постель?" — тягуче вздохнул Хичиго. — "Получишь ее тело, и все станет на свои места…"

— Не дождешься! — озверел я от этого предложения.

"Быстрее", — задумчиво протянул пустой. — "Сделаю это сам…"

— Даже не думай! — опешил я и тут же, зло сощурившись, недобро пообещал. — Я тебе выпущу все кишки, если ты тронешь девчонку хотя бы кончиком ногтя!

"Скорее поблагодаришь…" — было мне ответом, и, не сдержавшись, я пнул ногой стул, отлетевший в противоположную от меня стену…