Врач. Отец моего бывшего

Глава 32

Ева оказалась провидицей. Не нужно сидеть рядом с Рустамом, чтобы определить, куда он повёз Катю. Сообщения от матери одно за другим полетевшие на Ватсап более чем красноречивы.

«Как ты могла! Катя твоя сестра. Поступить с ней так подло! Выгнать беременную из квартиры!». «Забудь, что мы есть у тебя!» «Знать не хочу больше!» «Не забывай про бумеранг!»

Ева побледнела и упала на стул. Телефон выскользнул из рук на пол, но не разбился. Светлый экран с электронными записками ставил точку на сером прошлом.

– Что с тобой? – Лена присела рядом на корточки. – На тебе лица нет.

Она подобрала телефон. Взгляд упёрся в сообщения.

– Ничего себе… – Подруга открутила крышку на бутылке с водой и подала стакан. – Выпей! – Она качала головой, не представляя себя на месте Евы. – Прости, я нечаянно заглянула в телефон. Это полный трэш, писать такое ребёнку.

Ева стонала, массируя виски ладонями, отгоняя нахлынувшую боль. Ожидала ли подобных слов? Да! Но не настолько жёстких и не от матери.

Она несколько раз с трудом продавила воздух в лёгкие. Сердце сжималось от обиды и боли. Как не сломаться? Столько дерьма на голову за две недели. Пора поставить точку, иначе можно сожрать себя изнутри.

Тоненькая щель в счастливое детство захлопнулась. Прошлое оказалось запертым в душе миражом. Почти двадцать лет, свои мечты, а не реальность принимала за правду.

– До этого я считала себя чужой лишь для отца, – Ева с трудом сдерживала слёзы. – Теперь поняла окончательно, что нужно строить свою семью! – Она бросила взгляд на входную дверь. – Если Рустам скажет, что едем в ЗАГС прямо сейчас, сможешь справиться одна?

Лена кивнула. Даже у неё пока не было слов. Разве можно после такого утешить?

– Раскидай на электронки то, что есть. Главный наплыв в начале дня, дальше проще. Справлюсь! – она советовала очевидное: – Не упусти свой шанс. За Рустамом Каримовичем, как за каменной стеной. Позови он любую из нас – побежим, не раздумывая!

– А мне и раздумывать не приходиться, – Ева прижала ладонь к груди. – Вот тут чувствую, он мой! Всё, что со мной произошло, вело к нему, – она выпрямила спину. – Я стану счастливой всем на зло! Не понимает моя семья доброты, но отлично умеет считать деньги. Только успешным замужеством можно им что-либо доказать. Но надо ли?

– Я удалила бы всех их из любых контактов. Лишить возможности делать больно. Пусть давятся ядом, не имея возможность ужалить, – Лена смотрела в бледное лицо новой подруги. – Или хочешь пригласить их на свадьбу?

– Нет! – Ева некоторое время смотрела на экран, а потом решительно снесла из контактов родителей и сестру.

Всё ровно так, как хотели Сальниковы. Словно нет их, и никогда не было. Она блокировала по очереди имена и чувствовала облегчение. Хотя бы здесь не смогут её оскорблять и плевать в душу.

Переболит несколько дней, недель, месяцев и станет легче.

Звонок Рустама невольно вызвал улыбку.

– Собирайся. Подъеду через пятнадцать минут. Спроси у Лены, сможет доработать одна или сказать Алле вызвать кого-нибудь на подмогу?

– Мы уже обо всём договорились. Она справится.

– Значит жду! Не забудь документы.

Как всегда, немногословный, но очень уверенный. Фразу: «Люблю тебя!», услышать сейчас не помешало бы.

Она выскочила из клиники, на ходу натягивая пальто. Холод в лицо не такой ледяной, как слова матери. Решила пока ничего не рассказывать.

Но он опять чувствовал её состояние. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, голубоглазку подбрасывает. Он вырулил на дорогу к ЗАГС-у. Рука легла на худенькое колено. Нахмуренный лоб. Взгляд умных глаз в зеркале.

– Рассказывай, что произошло, пока меня не было?

Ева хотела говорить бодро. Почти час настраивала себя, что всё лучше. Не получилось. Пухлые губы дрожали. В голубых глазах слёзы.

– Мама…

Он с досадой хлопнул ладонью по панели.

– Можешь не говорить. Не рви душу. То, что пришло тебе, сам выслушивал полтора часа от Катерины. Еле выставил её из квартиры. Вызвал такси, – он хмыкнул, вспоминая сцену у дома. – Дожился! Боялся, что вцепится в лицо или станет вырывать руль на повороте.

– Прости, достали тебя…

Он не дал договорить.

– Никаких извинений. Мой идиот заварил кашу, вот и расхлёбываю. Ты лучшее, что случилось за много лет, – он целовал холодные пальчики, не сводя глаз с дороги. —С тобой происходит то, через что прошёл сам, даже возраст примерно одинаковый, —впервые решил раскрыть душу. – Так же был изгнан из семьи за вину брата, – он сжал челюсти, замолчав ненадолго. – Ничего. Не сломался! Днём учился, а по ночам подрабатывал.

– А сейчас? – Ева слушала, затаив дыхание.

– До сих пор не общаемся. Знают, что обвинили несправедливо, но так и не извинились. Значит не нужно им.

Ева положила голову на плечо Рустама, впервые сама открыто проявив чувства.

Он замер, слушая выводы голубоглазки, с которыми на сто процентов согласен.

– Вот и я решила, хватит жить прошлым, – голос сорвался на писк. – Свою семью создавать пора. Детей рожать. Они меня точно будут любить.

Рустам не знал: смеяться или расцеловывать подарок судьбы. Он потёрся виском о пушистую макушку, проговорив внезапно охрипшим голосом:

– Всё у нас будет, Ева моя! И свадьба, какую захочешь, и дети! Я люблю тебя. Сделаю всё, чтобы ты стала счастливой…

Она сумела вытерпеть оскорбления почти без слёз, прикрывшись, словно щитом злостью, а сейчас прорвало. Нежность заполнила душу под самую крышечку и выплеснулась наружу слезами с бормотанием искренних слов благодарности и больше того.

– Спасибо, что ты есть, что взвалил меня с кучей проблем на плечи и тащишь.

Она сомкнула руки на мощной шее, расцеловывая висок, щёку, подбородок с короткой бородкой. Выговаривая чувственные признания через слёзы:

– Я люблю тебя, так люблю…

Мысли путались, хотелось сказать сразу много чего, но горло сдавило спазмом.

Рустам отвечал, уголком губ касаясь мокрых дорожек.

Сопли, солёные ручейки и заикание к которым успел привыкнуть, но к признаниям…

В душе разгорался огонь. В самом жарком воспоминании Ева стояла голой, откинув голову ему на плечо.

Герой мелодрамы бросил бы руль и впился в губы любимой на скорости в среднем ряду. Рустам же опешил. Он хохотнул, чувствуя себя идиотом с проснувшейся плотью и умными мыслями в голове. Нельзя послать весь мир к чёрту и встать посередине оживлённой трассы.

Он выворачивал голову, пытаясь следить за дорогой. Ворчание:

– Евка, мы сейчас въедем кому-нибудь в жопу. Давай дождёмся кармана?

Она промямлила, почти ничего не соображая в этот момент:

– Чьего?