Врач. Отец моего бывшего

Глава 8

Ева, выбирая меню на завтра, задумалась, а что потом? Она уже не спешила покидать стены временного пристанища. На три дня крыша над головой есть, а дальше? Куда идти с тысячей в кармане? Снять на эти деньги можно разве что койку в хостеле, а чем питаться, на чём добираться до работы?

Ева обзвонила подруг. У всех образовались внезапные покупки, поездки, долги по квартплате родителей и прочее. Через полчаса бесполезных разговоров и румянца на щеках от чужого вранья, пришло понимание: занять на жизнь до первой зарплаты не удастся.

Слова Рустама, что может помочь не только в работе и Антона, что если с родителями что-то произойдёт, идти жить к нему…

Последнее насторожило. Антон знал, что родители хотят её выгнать из дома? Откуда? Настолько ли глупая Катя невинна в слепой любви к её жениху?

Вечная зависть младших сестёр или холодный расчёт, в котором продуманы до мелочей управляемые события?

– Опять глаза на мокром месте?

Ева обернулась к двери. Рустам зашёл совершенно бесшумно.

– Что на этот раз?

Она сжалась в ожидании Антона.

Рустам умело читал эмоции и обращал внимание на взгляд.

– Он не придёт.

Ева выдохнула, понимая, о ком идёт речь.

– Отправил домой, сказал, что тебе нужно спать и отозвал пропуск на проходной. Отдохни и обдумай произошедшее спокойно, без нервов, со стороны.

– Спасибо! – именно этим она занималась до прихода врача.

– В кадрах готовят приказ о твоём зачислении. Паспорт отдал, заберу завтра утром. Нужны остальные документы. Постарайся читать зарубежную медицинскую литературу. Встряхни мозги. Главное не потерять знания. Навыки придут с опытом.

– В регистратуре? – Ева нахмурилась. Мозги точно пора ставить на место. Она извинилась: – Простите! Спасибо огромное за возможность работать за хорошую зарплату.

Рустам усмехнулся. Голубоглазка до сих пор не поняла куда попала.

– Не только. Можешь в свободное время следить за хирургическим отделением. Пропуск в хирургию сделаю. В некоторых операционных есть возможность наблюдать со стороны, а там, кто знает?.. – он пожал плечами. – Бывают экстренные ситуации. Порой несчастье становится удачным билетом в новую жизнь.

– Ваши слова, да Богу в уши!

– В этой клинике я бог или маг, как удобнее! – очень скромное заявление без намёка на самоиронию.

Сказано явно с намёком. Хотя так и есть. Сегодня ей выпал счастливый билет через большое несчастье. Согласилась бы вернуться во вчерашний день и счастливое неведение? Ни за что!

– Такого оборудования в колледже и в стационарах, где проходила практику, ты точно не видела.

Пронзительный взгляд хитрых глаз хладнокровного, расчётливого человека. Никакого бархата в голосе, как до прихода Антона. Сейчас Рустам вёл себя не как соблазнитель. Скорее наставник. Именно то, что ей нужно.

– Не знаю, как вас благодарить!

Рустам ухмыльнулся уголками губ. Представив «благодарность», от которой бы не отказался, а вслух благородное:

– Выздороветь без последствий и приступить к работе. У каждого хирурга есть собственное кладбище. Не желаю видеть там твой холмик! Запиши номер моего телефона. Если что, я всегда на связи! В клинике буду до девятнадцати ноль-ноль.

Он вышел, оставив Еву в недоумении.

Что сейчас было? Она привыкла за день отбиваться от грубого обвинителя или седовласого Казановы, который теперь стал добрым Санта Клаусом? Хоть желание загадывай.

Она усмехнулась.

– Осталось узнать, кто олень, на котором он будет кататься? – ладонь, пробежавшаяся по длинным, растрёпанным волосам, рогов не нащупала, хотя должны были быть очень ветвистыми.

Мысли об отцах и будущей жизни улетучились от ужаса в отражении зеркала. Она совершенно не задумывалась, как выглядит после столкновения с машиной, асфальтом и приветливой лужей. Обмыли, переодели в сорочку, дали тапки с халатом и ладно?

Сумка на месте, а значит расчёска и косметичка тоже. Желание выглядеть хорошо из девушки ничем не вытравить.

Через десять минут волосы были расчёсаны и закручены в высокий пучок, закреплённый карандашом. Ресницы слегка подкрашены и даже блеск лежал на губах, когда в палату снова заявилась заведующая отделения.

– Как себя чувствуете? – приторно сладким голоском, будто и не угрожала чуть больше часа назад. – Хорошо выглядите. Для кого расстарались?

Серые глаза по-деловому сосредоточены, чтобы не прибить соперницу молниями.

Ева не понимала, как себя вести и к чему приведёт столь радикальное изменение поведения блондинки. Она промямлила:

– Приемлемо. А в клинике каждого пациента по нескольку раз в день навещает заведующая?

Маша сделала вид, что не слышит вопроса.

– Что болит? – она сунула электронный градусник. – Нужно измерить температуру.

– Голова и немного морозит.

Опять пролетело мимо ушей. Маша потребовала градусник через несколько секунд. Измерила давление. Посмотрела горло.

– Всё в норме. Может последствия стресса? – вкрадчиво, со взглядом закадычного друга. – Можно с вами на чистоту?

Ева кивнула.

Заведующая терапией добрыми словами выписывала пинок под зад:

– У нас отложена госпитализация крайне нуждающегося в ней человека. Я посмотрела все ваши анализы. Всё замечательно. Молодой крепкий организм… – Она видела, как на него реагировал Зарипов. – Даже сотрясения нет. Травматолог на снимках ничего не обнаружил. Есть ушибы, но они лечатся постельным режимом.

Холодная ладонь легла на руку пациентки.

– Рустам Каримович за своё благородство может получить серьёзные проблемы. Вы понимаете, о чём я говорю? – прищуренные глаза излучали радушие, от которого передёрнуло и захотелось оказаться на другой стороне планеты.

Ева снова кивнула, пробормотав:

– Примерно.

– Тут всё просто. Хотите неприятности для отца вашего жениха?

В этот момент захотелось провалиться сквозь землю. Антон позаботился, чтобы об их отношениях узнало, как можно больше людей, или с Машей у них почти родственные отношения?

– Под Рустама Каримовича копают. Заметили, насколько он нервный?

Как не согласиться, если настроение у врача летает туда-сюда. Подставлять человека, который искренне хочет помочь, некрасиво. Голова не просто болела, а стала пустой, как будто чужой.

Ева знала, к какому финалу приведёт разговор. Куда идти? Придётся искать ближайший хостел и надеяться, что там есть место. В животе образовался ледяной чёрный узел. Сосало под ложечкой. Она откинула голову на подушку. Глаза упёрлись в белоснежный, идеально-гладкий потолок. Совсем не как её жизнь.

Она вздохнула, услышав последний аккорд песни о непростой судьбе Зарипова:

– Давайте выписываться. Больничный, как я поняла, вам не нужен?

Ева мотнула головой. Надежды на три дня под крышей разрушены. Она подавила вздох. Её слёз отчаяния Мария Захаровна не увидит.

Довольная улыбка растянула в оскале ярко-красные губы. Блондинка поднялась со стула, едва не потирая руки. Избавилась от потенциальной соперницы без крика и шума. Урок, который стоит взять на вооружение.

– Медсестра принесёт вам вещи и выписку. Прощайте!

А вот с этим Ева категорично не согласна. Возможность работать в клинике не упустит. Белозубая улыбка в ответ и голосом полным радушия:

– До скорой встречи!

Маша замерла на пару секунд, но проглотила ответный выпад, продолжив шествие к дверям, показательно покачивая бёдрами, обтянутыми коротким белым халатом.

Как сказал старший Зарипов: нужно кусаться?

– Через неделю увидимся!

Ева всё-таки вывела блонду из себя.

Та держалась несколько секунд, выговаривая тоном полным любезности, не поворачивая головы:

– Не торопитесь, подлечитесь, как следует. Дома и стены помогают. Тем более в шикарной квартире! – Но не выдержала и обернулась, чтобы выплюнуть в лицо: – Антон ждёт вас на стоянке!

Ева захохотала. Вот она – истинная причина внезапного выселения из палаты. Союз двух хладнокровных гадов: скорпиона с гадюкой. Она дождалась, пока закроется дверь, лишь тогда проворчала со слезами, отметая поездку к Антону:

– Дожилась до тесной компании граждан ближайшего зарубежья.

Выселяли её намного быстрее, чем принимали. Она брезгливо крутила в пальцах пакет с вещами. Мокрое, грязное платье, плавки, бюстгальтер, всё в куче. Надевать невозможно.

Пришлось застегнуть пальто на голое тело.

Взгляд в зеркало на девицу из порно фильма. Расстегни пять пуговиц, а под ним «сюрприз».

Ева покрутила телефон, размышляя, стоит ли позвонить директору клиники?

Что это даст? Дополнительные три дня, за которые не разживёшься квартирой и деньгами. Есть подруги, кого обзвонить не успела, а сама выручала не раз. Может, глядя в глаза, отказать не посмеют?

Она отправилась вниз, выдумывая способы ускользнуть от Антона. Это на данный момент самое главное.

Сама она прятала взгляд, проскакивая мимо проходной. Казалось, все внимательно разглядывают недорогую одежду пациентки, покидающей элитную клинику по выписке. Или мужчины заметили нечто другое?

Холодный шёлк подкладки гладил кожу запретом, заставляя затвердеть соски.

– Ева?! – громкий оклик из-за спины заставил вздрогнуть.