Врач. Отец моего бывшего

Глава 34

Женщина, родившая Еву, похожая, как две капли воды, источала злобу, брызжа слюной в лицо.

– Какая ты дочь, если готова уничтожить моего второго ребёнка!

Ева захлебнулась воздухом.

Рустам прижал задыхающуюся голубоглазку к груди. Она не могла говорить, услышав несправедливые обвинения.

Он сделал это за неё,с презрением взглянув на двух любительниц дармовщины.

– Я считаю, что родство моей невесты с вами, недосмотр высших сил. Вы не достойны быть её матерью! Надеюсь, что вижу вас первый и последний раз! Злобная фурия в качестве бабушки не нужна моим детям!

Наташа, не ожидавшая получить открытый отпор, вспыхнула.

– Чтоб ноги твоей шлюхи не было в нашем доме!

– Шлюха? – Рустам усмехнулся. – Вы перепутали своих девочек? Ева девственница и останется ею до свадьбы. Катя любительница подлезть под богатых мальчиков в надежде на беззаботную жизнь.

– Мама, он врёт всё! Это его малыш! – глаза застигнутой врасплох Катерины бегали.

Рустам рассмеялся. Изворотливая халявщица в этот раз ступила.

– Так вот оно что? Дорогая, я дед. Не думай, что сможешь повесить на меня своего ребёнка. Его родной папа лечится от наркозависимости. Подожди год-полтора и сможешь предъявить Антону иск на алименты, – он сверху вниз смотрел на лживую пигалицу. – От меня теперь гроша не получишь!

– Одного жениха отбила у Кати, теперь второго решила отнять?

Старшая Сальникова словно не слышала Рустама. Она дёргала за рукав пальто вечно виноватую дочь, продолжая скандалить.

– Боишься матери в глаза посмотреть?

Ева вдавила покрасневшее лицо в мокрый кашемир. Запах любимого мужчины действовал, словно успокоительное.

Разочарование, стыд, разъедающий душу, не за себя, а за мать и сестру. Настолько унижаться, чтобы стать богаче? Работать нужно, а не ждать, что благополучие свалится тебе на голову. В каком свете воспитавшая её семья сейчас себя выставила? Перед Рустамом, перед Елизаветой Тимофеевной? Стыдно! Мать никогда прежде не вела себя так. Почему сейчас?

Катя завыла, напрасно давя на жалость:

– Отец не пустит меня домой, если не приведу отца своего ребёнка.

Врач пожал плечами. Недалёкая, наглая девочка – идеальная пара отмороженному на голову Антону.

– Твои проблемы. Я точно не имею к нему отношения. Мой появится не раньше, чем через девять месяцев и не у тебя. Научись отвечать за свои поступки.

Смешная угроза:

– Я сделаю аборт!

Он согласно кивнул.

– Твоё право. Прекрасно знаешь, рожать от наркомана рискованно. Жду завтра в клинике. Сделаем скрининговое УЗИ от которого ты отказалась. Анализ крови на риск возможностей хромосомных патологий. Но рожать или нет решать тебе.

Катя вытаращила глаза:

– Ребёнок может быть дебилом? – она заикалась, словно до этого не задумывалась по этому поводу. – Какие анализы? – Глаза халявшицы метались от матери к доктору. – Должна быть лазейка. Хочу завтра же избавиться от него!

– Если есть нарушения в развитии плода, имеешь право на медицинское прерывание беременности. Записывайся на утро. Я всё оплачу.

– А если что-то пропустят и не заметят?

Рустам развёл руками.

– Я нарушать закон не стану. Будешь растить инвалида.

Катя вцепилась в сестру.

– Всё ты! Он курил, чтоб успокоить нервы! – она замахнулась ударить кулаком в спину. – Мне не нужен урод!

Рустам поймал её за запястье:

– Только попробуй!

Грозный рык моментально привёл в чувство. Она попятилась к лестнице, сжавшись под убийственным взглядом.

Ева, наконец, смогла продышаться и обернулась на секунду раньше, чем он рявкнул на мать:

– Прекрати её дёргать!

Она опустошённым взглядом смотрела в глаза ярко-голубого цвета.

– Мам, я ничего не боюсь. Мне стыдно и больно, но это не страх. Нет больше вас для меня! – Холод в груди не мешал говорить, но делал острей раздирающие душу эмоции. – Сами поставили точки… – Ева пожала плечами, добавляя с усмешкой: – Не хочу мешать вам истекать ядом. Я пришла в гости к тётушке, познакомить её с будущим зятем! Странно видеть вас здесь.

Она не стала слушать визгливые крики про неблагодарную змею, выращенную любящими родителями, уверенно шагнула в дверь, потянув врача за собой.

– Бесполезно им что-либо объяснять, не трать время и нервы!

После возгласа:

– Елизавета Тимофеевна, мы пришли! – Рустам захлопнул дверь перед носами ринувшихся следом истеричек.

Он чмокнул Еву в губы под ободряющий взгляд тётушки. Слова перекрывали стук в дверь.

– Молодец! По-хорошему такие люди не понимают.

Раскрасневшаяся Елизавета приняла торт и цветы. Она возмущённо пыхтела:

– Слышали бы вы, с какими претензиями они заявились. Николя должен денег! Не платил алименты восемнадцать лет, видите ли. Решила получить их с него одной суммой.

Рустам рассмеялся.

– Я так и подумал.

– А я в шоке пребывала минут пятнадцать. Лишила нас права воспитывать девочку. Еву оставила без родного отца и теперь хочет нажиться на этом! Каково?

В гостиной был накрыт стол. Тётушка явно ждала гостей, но не тех, что заявились первыми.

– Николя хотел с ней увидеться, спросить, чем может помочь. Теперь никакого общения! Крохоборка! А была милой интеллигентной девочкой.

– Тоже удивляюсь, когда мама стала такой?

Рустам за много лет успел не раз подумать над этим.

– С кем поведёшься! Сложно делать первый подлый шаг. Там либо раскаяние, либо тонуть ещё глубже. Она пошла по второму варианту. Позволив выгнать из дома, переложила свою вину на тебя, – он обнял Еву за плечи, желая прикрыть от любых потрясений. – Так проще жить и дальше будет хуже.

Она потёрлась щекой о мускулистую крепкую руку человека готового принять ею такую, как есть, уверенно проговорив:

– Я сегодня как будто умерла и родилась заново. Дальше будет только лучше!

– Правильно говоришь девочка! Родителей не выбирают, да и мужа найти хорошего, что в лотерею выиграть.

Елизавета Тимофеевна кивнула на пальчик с кольцом.

– Здесь тебе выигрыш выпал, я вижу… – Она кивнула на дверь: – Вроде ушли идиотки. Ваш торт я в холодильник уберу. Будем чай с пирогом пить! Свадьба когда?

Ева отвела взгляд, предоставив отвечать Рустаму.

Он уклончиво протянул:

– Скоро….

От Тимофеевны неопределённостью не отделаться. Строгий взгляд пронзил зятя.

– Это когда?

Пришлось уточнять:

– В эту субботу.

– Через пять дней? Почему так скоро? – она приложила ладонь к губам, бросив взгляд на живот племянницы. – Ты тоже беременная?

– Нет!

– Тогда зачем торопиться?

Ева мялась, не зная, как объяснить, что иначе от них не отстанут. Не рассказывать же, что пытались вчера изнасиловать, сегодня и каждый день скандалы из ревности.

– Дата выбрана давно, – она тяжело вздохнула, бросив умоляющий взгляд на Рустама. – Я должна была выйти замуж за Антона…

Он решительно оборвал:

– Я так решил! Удобная дата для тех, кто давно живёт в одном доме, – врач давил на давно забытые приличия. – Не пристало незамужней девушке жить на территории холостяка. Вы видели её родственников?

Старушка кивнула.

– Филиал дурдома. С такими, врагов не надо.

Рустам подкармливал возмущение старой девы.

– Каждый день устраивают истерики Еве. Пока не убедятся, что она за мной замужем – не успокоятся.

Она растерянно водила взглядом по комнате, явно обдумывая нарушенные планы.

– А как же Николя?

Ева облегчённо вздохнула, почувствовав, что Елизавета сдалась. Для оставшейся без родни это важно.

Рустам растянул губы в улыбке.

– Пусть прилетает. Будем рады!

– Где пройдёт торжество?

– Пока не знаем. Моя секретарь занимается, её подруга организатор свадеб. Не найдёт помещение, значит в нашем доме. Места много, а пригласим самых близких друзей.

Елизавета Тимофеевна разрезала мясной пирог, не собираясь прекращать допрос.

– А ваши родственники?

Воздух заполнил аромат свежей выпечки. Рустам сглотнул слюну.

– Вряд ли будут. Пригласим, но не уверен, что им это интересно.

Старушка чуть не задела ножом по пальцам.

– Странная получится свадьба…

Ева раскладывала куски по тарелкам, излучая неземное счастье.

– Вы придёте?

– Куда я денусь?

Она лизнула словами:

– Будете нам за отца и мать.

Старушка гордо выпрямила спину. Своих детей нет, так почему не поиграть в строгую родительницу для племянников?

– Думаю, Николя поторопится. Не часто единственная дочь выходит замуж.

Она смотрела на Еву, иначе заметила бы, как на секунду сломалась невозмутимость врача. Он нахмурился, запустив пальцы в волосы, но тут, же нацепил на лицо улыбку.

– Конечно. Самолётом через сутки будет в Москве. Успеет.

Елизавета пожевала губы, прежде, чем выдать:

– Николя хотел поговорить с тобой. Он считает, что ты должна жить в Америке, с ним и мачехой. У него на тебя большие планы, – бесцветные глаза смотрели с сожалением. – Подумай хорошенько, стоит ли торопиться замуж? Там совершенно другие возможности, чем в России.

Рустам смотрел на тётушку исподлобья. Сердце сжала тревога. Худшие опасения начинали сбываться.