Враг отца. Замуж за долги

Глава 39

— Вы проходите в дом, не ждите меня в машине. Разговор может затянуться. На кухне Наташа напоит вас кофе. Хотите есть, говорите, не стесняйтесь, — Арина улыбалась двум крепким ребятам. — Здесь мне ничего не угрожает. Расслабьтесь.

Навстречу, по аллее, очищенной от опавших листьев, шёл насупленный отец. Она покинула машину. Родной запах ласкал душу. Захотелось прогуляться по осеннему саду. Посидеть в беседке, где до болезни любила отдыхать мама. Арина до сих пор слышала там её запах.

Невыносимо остро захотелось её увидеть. Хоть на минутку, даже на миг взглянуть в родные глаза. Она первая в очереди на пересадку сердца. Главное, чтоб нашёлся подходящий донор.

Почему вместо Сардинии не полетела к маме? Да потому, что Демид избегает разговоров о ней. На сердце сделалось тяжело. Размышления прервал голос отца.

— Спасибо, что приехала! — он тянул руки обняться.

Арина не смогла увернуться. Только не сейчас, когда в душе воспоминания, в которых она была счастлива. Беспечность, незнание. Пребывать в них очень приятно, но имеет последствия.

Родной запах бил в ноздри, но не вызывал радости, как месяц назад.

— Разве могло быть иначе? — она говорила в плечо, обтянутое дорогим серым костюмом.

Он отвечал поверх головы.

— Теперь ты стараешься меня избегать, — Тёплое дыхание ворошило светлые волосы.

Арина сомкнула веки.

— А ты меня продать подороже.

Ни капли сомнения, что отец считает её предательницей.

Захват рук ослаб. Арина освободилась, упершись ладонями в мягкую грудь в тёмно-синей рубашке. Отец располнел за последнее время.

— Рассказывай, что за проблемы? — она крутила кольца на пальцах. — Оплата за учёбу? Если проблема в деньгах, Демид поможет решить.

— Нет, там совсем другое… — Он бросил взгляд на телохранителей. — Давай поговорим без чужих ушей?

На пороге дома сжалось сердце. Она и не представляла насколько соскучилась по своей комнате, по пианино в самой большой гостиной. И очень хотела порыться в мамином секретере. Взять что-нибудь из её вещей в дом Паратова.

— Идём в мой кабинет, — Отец протянул руку. — Там покажу документы.

Арина замерла на ступеньке лестницы. Вызов с незнакомого телефона она решила проигнорировать.

Под руками гладкое дерево перил лестницы, по которой бегала, как только научилась ходить. Портреты бабушки с дедушкой на стене. Воспоминания навалились сплошным потоком.

Самое меньшее, что хотелось сейчас, говорить с незнакомцем или обсуждать проблемы брата.

— Это может подождать? Хочу побыть в маминой комнате.

— Конечно! Но только недолго. У меня много дел. И это самое главное…

Арине показалось, что он даже обрадовался. Настолько сложно всё или для него унизительно?

Она несколько минут не решалась войти внутрь комнаты. Память услужливо подала запах мамы. Смесь фруктов, ягод, цветов. Воспоминание как она помогает варить бабушке фирменный джем из чёрной смородины. Семейный рецепт передавался из поколения в поколение.

Сердце гулко стучало. Рвущая душу тоска. Обида, почему болезнь прицепилась к самой доброй, бескорыстной женщины на Земле. Она дарила любовь окружающим. Арина ни разу не слышала от неё плохого слова о людях.

В носу щипало. Слезы просились на волю.

Глубокий вздох, как учил семейный психолог. Задержка дыхания и медленный выдох. Одинокая слезинка пробороздила щёку.

— Прости, мамочка! Я обещала, что буду думать только о хорошем. При первой возможности прилечу тебя навестить.

Руки сами потянулись разобрать бумаги. Куча детских рисунков в аккуратненькой стопке. Открытки, что всегда делали ей своими руками. Мажоров она из детей не растила и за это большое спасибо.

Внимание привлёк небольшой альбом с фотографиями, который никогда не видела.

— Мамочка, где ты его прятала? Почему сейчас появился на видном месте?

Предчувствие страшного, запретного не давало открыть страницы. Что могла там увидеть? Перед глазами промелькнули непонятные намёки Алевтины. Ненависть, сквозившая в каждом слове при упоминании родителей.

Что если там ответ и он совершенно не тот, на который надеется?

— Ариша, ты скоро?

Она вздрогнула, услышав голос отца.

— Нашла что-нибудь интересное? — он не сводил глаз с коричневой кожаной обложки альбома. — Что в нём?

— Не знаю. Не готова открыть, посмотрю дома, — она отправилась к выходу. — Показывай, что там у Дениса.

— У меня в кабинете. Потехин прислал фотографии. Вот, взгляни, — он открыл ноутбук. — Ксюша в Лондоне. Денис живёт в их доме.

Арина нахмурилась. Всё повторялось. Калька с их собственной семьи: дом родителей жены, бизнес родителей жены…

— На правах кого?

— Жениха!

Она не понимала причины паники. В этом доме не раз обговаривался именно этот вариант для непутёвого брата.

— И что тут плохого? Мы оба знаем, это лучший вариант для Дениса. Стоило из-за этого меня дёргать?

— А если Ксюша беременна? Ты готова оплатить его свадьбу?

Арина не знала смеяться или плакать.

— Вообще-то отец у нас ты!

— Но деньги теперь у тебя!

Желание головой биться о стену. Взрослый ребёнок на полном серьёзе считал, что дочь должна содержать семью?

— У меня ничего нет! — она ухмыльнулась, добивая второй фразой: — И неизвестно будет ли. Хорошо хоть твои долги Демид закрыл.

Игнат словно ждал этой фразы. Серые глаза заблестели азартом.

— Есть вариант при котором мы оба будем с деньгами!

— Это который?

Игнат протянул руку, неловко задев альбом в дрожащих пальцах. Тот грохнулся на пол, от удара раскрывшись ровно на середине.

Арина наклонилась поднять и замерла. Со старого любительского снимка на неё взирали счастливые мама с Демидом. Он сжимал худенькую фигурку в кольце рук. Глаза обнимающихся светились… любовью.

Арина дёрнулась, словно от удара под дых и сложилась пополам, обхватив руками живот. Ледяной комок подпёр лёгкие. Она хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Они с матерью очень похожи. Дай фотографию человеку незнающему их семью, сказал бы, что это она развлекается на пикнике с непривычно весёлым миллиардером.

Арина закрыла глаза, с трудом выравнивая дыхание.

— Алевтина не зря противится нашему браку, — через кашель проговорила она совершенно мёртвым голосом. — Но почему проклинала и утверждала, что невеста сбежит из-под венца? — Она вскинула взгляд на отца, успевшего увидеть фотографию, но слишком спокойного.

— Они должны были пожениться? — назвать по имени участников праздника жизни прошлого не поворачивался язык.

Не хотелось верить, что стала заменителем матери. А как же взгляды полные обожания? Поступки, о которых говорила Адель.

Отец отрицательно покачал головой.

— Твоя мама в итоге выбрала меня. Демид имитировал кражу кольца и…

— Не хочу слышать! Не верю! — горько осознавать, что приняла за любовь воспоминания. — Он не мог так со мной поступить!

Арина прикрыла уши ладонями. Сердце билось в районе горла. В голове пустота. Душа захолодела. Дай бог сил не сойти с ума!

Всё повторялось по кругу? Только на этот раз она заменила мать? Кольцо снова было украдено.

Из глаз хлынули слёзы. Слишком больно, чтоб докопаться до сути. Прямо сейчас она готова бежать не только из-под венца, а куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого места. Рот открыт в безмолвном крике отчаяния. Почему это всё свалилось на её голову? За грехи отцов отвечают дети?

О зубы стукнуло стекло. Она открыла глаза. Отец протягивал стакан с водой.

— Выпей! Доча, не расстраивайся так. Хорошо, что узнала заранее, а не после свадьбы. Демид совсем не тот человек, каким хочет казаться.

Она, почти не видя ничего от слёз, сделала несколько глотков тёплой, горьковатой воды.

— Я не хочу ничего слышать… — Арина выставила перед робой ладони. Слабая защита от невыносимой боли в груди. — Единственное о чём мечтаю, оказаться прямо сейчас на необитаемом острове! Чтоб никого из вас не видеть…

Голова кружилась, ноги дрожали. Она с трудом добралась до дивана, прижалась лицом к холодной кожаной обивке.

— Тебе плохо? — отец присел перед ней на корточки. — Ариша, ответь!

— Это всё стресс… — губы с трудом шевелились. Веки налились свинцом.

— Я могу помочь?!

Голос вошедшего в кабинет человека раздавался, словно издалека и показался знакомым. Он был последним, что она услышала перед тем как провалиться в чёрную бездну.