Враг отца. Замуж за долги

Глава 42

— Как себя чувствуешь? — Паратов придирчиво впился взглядом в лицо любимой блондинки, примечая любые нюансы. — Темнота под глазами. Ты завтракала?

— Не выдумывай! Всё отлично! Устала лежать. Не хватает свежего воздуха, — умоляющий взгляд в карие глаза жениха.

Три недели в клинике, первая из которых показалась адом. Её вытащили с того света и теперь хотелось с головой окунуться в жизнь.

— Готова к выписке? — Демид прицепил на вешалку отглаженное платье насыщенного изумрудного цвета: — Выбирал под твои глаза. Нужно примерить! — Коробка с обувью легла на кровать. — Вроде должны подойти.

Арина с улыбкой наблюдала за серьёзным лицом Паратова, занимающегося непривычным делом. Чувствовала себя избалованным ребёнком, окружённым всем самым лучшим от любящего папочки. Излишняя забота начинала тяготить.

— Решил избавиться от старых вещей? Меня заодно не выкинешь?

Он сгрёб худышку в охапку, не обращая внимания на протесты.

— Ни за что! Даже не надейся. Понимаю, что достал тебя, но пока ничего не могу поделать, — он целовал глаза, нос, подбородок, рот, губами измеряя температуру. Вроде нормальная. — Если бы ты знала, что пришлось мне пережить, — руки сжались сильнее.

— Знаю, — она устроилась поудобнее в руках здоровяка, наслаждаясь живым теплом, запахом. До сих пор ощущала прикосновение к его телу, когда пытался согреть собой после высокой температуры. Демид провёл в клинике неделю, не доверяя сиделкам и охране. Она тяжело вздохнула: — Жаль, придётся перенести дату свадьбы.

Демид мотнул головой. Брови у переносицы, видно, что уже обдумывал этот вопрос.

— Зачем? Не обязательно устраивать грандиозное пиршество. Сделаем для лучших друзей. Главное зарегистрироваться. Время играет против нас. Нужно поставить жирную точку в сливах, кражах, похищениях и прочем, хотя…

Он включил телевизор, отвечая на удивлённый взгляд невесты.

— Время новостей. Жду важного заявления.

Демид рассмеялся, услышав, что отец Жанны сложил полномочия в комитете.

— Это тот самый Исаев? — Арине хотелось запеть. Столько переживаний, что депутат станет вставлять палки в бизнес банкира из-за неё, и вот теперь можно выдохнуть.

— Второй отец любой ценой спасает идиотку дочь.

— Ты про слив видео?

— Не только! Не хотел говорить, пока не разберусь до конца.

Он сел на стул вместе с дорогой ношей. В последнее время хотелось постоянно ощущать её рядом. Физически прикасаясь к коже, лицу, губам той, что чуть не потерял. Зависимость. Наваждение. Или чем ещё можно назвать страх потерять случайно обретённое счастье. Одна, единственная из тысячи, миллиона женщин.

— Тебя привезли на зафрахтованную её другом яхту. Жанна уговорила любовника предоставить свой самолёт, машину. Подставила по полной, ожидая, что я сотру его в порошок, не докапываясь до сути… — Он качнул головой. — Столько времени провела рядом, а так и не поняла меня. Филипп ничего не рассказал бы банкиру, но не ребятам Паши.

Арина встряхнула головой. Она не в первый раз слышит о всемогущем Павле, но не знает его.

— Что будет с Никитой?

Паратов откинулся на спинку.

— Пока ищут, но уже не важно. В Россию побоится сунуться. Придётся ответить за создание преступной группы, шантаж, похищение, удержание против воли, попытку убийства. Светит ему немало.

Арина несколько минут настраивалась спросить:

— А что с отцом? — сердце сжималось от противоречивых чувств к тому, кто подарил жизнь и решил, что имеет право ею распоряжаться. Обида за подлость и жалость к нему.

Он пожал плечами.

— С ним всё нормально. Переехал в «хрущёвку». Думаю, сможет устроиться слесарем или дворником, чтобы прокормиться… — Лёгкий поцелуй в пухлые губы. — Понимаю, тебе его очень жалко, но иначе Игнат не остановится. Совсем оторвался от реальности. Поживёт как все, приземлится.

— Что хотел Никита?

— Шантаж! Узнал, что я скупаю акции концерна для себя и Давида. Решил, что сможет обменять их на тебя.

Арина вскинула взгляд. Так и думала! Не было уважения в показных чувствах. В самом начале — да. Он смотрел на неё, как на диковинку, но потом просто расчёт. Она передёрнула плечами. Мерзко сознавать себя предметом торга. Но с другой стороны можно гордиться, что начала разбираться в людях.

Вот возможность узнать глубину чувств Паратова. Она смотрела в открытое лицо. Он перестал вести себя как чудовище. Нежность и обожание в глазах, но вслух самое проникновенное слышала от него, когда считала, что умирает. Следующий вопрос задавала с замиранием сердца.

— А ты бы отдал их за меня?

Человек-калькулятор, циничный монстр, считающий женщин продажными, отвечал не задумываясь:

— Конечно! — В карих глазах непонимание, неужели, она могла подумать по-другому? — Юристы начали готовить договор к тому времени, как ты смогла сбежать. Собирался скинуть ему на почту. Умолять, чтоб отпустил тебя.

Арина заплакала. Не смогла сдержаться, ощущая невыносимо острый коктейль чувств. Любовь, нежность, верность, гордость — разрывали душу. Она держала руками, расцеловывая щетинистое лицо. Счастье невыносимое, знать, что есть мужчина, готовый ради тебя перевернуть мир. Отдать всё, что есть, лишь бы спасти. Сладкий холостяк из высшего общества рисковал репутацией, состоянием, жизнью, ради ничего не представляющей из себя бесприданницы.

— Ну, что ты, глупенькая. Не плачь. Разве могло быть по-другому? Ты не сделала бы этого ради меня?

— Сердце из груди отдам, если потребуется.

Мощные руки сжали так сильно, что трудно дышать.

— Видишь как… — он помолчал, борясь с подступившими слезами, и произнёс хриплым голосом то, что должен был сказать раньше: — Я люблю тебя, маленькая моя.

— Я тоже тебя люблю! — душа трепетала, сердце стучало в районе горла. Арина вжалась лицом в широкую грудь.

Они говорили друг другу то, о чём давно знали, но волновались, как дети.

— Богу благодарен, что свёл нас. Лене, что родила и воспитала тебя такой, как ты есть. Даже Игната простил. Дом родителей теперь принадлежит тебе! Можешь распорядиться им как посчитаешь нужным.

Арина расцвела. Возможность исполнить давнее желание.

— Могу сделать из него частную музыкальную школу? — она осеклась, вспомнив мечту последнего времени. — А мама? Что будет с ней?

— Купим другой. Чтоб было удобно жить после операции. Захочет остаться там, оборудуем всё что нужно. А для школы построим новый.

Арина вытерла слёзы. Внимательный взгляд на расчувствовавшегося миллиардера с мокрыми глазами. Тот явно что-то задумал.

— Платье принёс для чего?

Он взглянул на часы.

— Совет директоров через пятьдесят шесть минут. Хочу сделать тебе сюрприз. Собирайся!

Она улыбалась. Сама в ответ может купить подарок, оплатив его картой или подарить любовь, верность. Наследников, но это потом.

— Ты меня задарил.

— Сколько бы ни дал, буду считать, что мало. Ты бесценна!