Всегда моя

11

Вивиан

— Очень сомневаюсь, — сказала я. — Слушай, а что если мы немного полежим в ванне? Это может помочь с болью, и тогда сможем перейти ко второму раунду. — Я шевельнула бровями, чувствуя, как от смущения краснею.

— Я вообще не любитель ванн. Думаю, последний раз я принимал ее, когда мне было лет четыре или пять.

— Ну, а я никогда не испытывала оргазма до тебя… так что у нас обоих бывают первые разы. — Я рассмеялась.

Нико был единственным мужчиной на свете, с которым я чувствовала себя настолько комфортно. Я могла сказать ему что угодно и знала, что он не осудит и не высмеет.

— Хочешь в ванну, Виви? — его голос стал таким глубоким, а он сам, заправив за уши свои непослушные волосы, наклонился и поцеловал меня в кончик носа. — Не знаю, влезу ли я туда, но если это поможет тебе избавиться от боли, я готов.

Я вскочила с кровати, завернувшись в простыню, и он шлепнул меня по попе, пока я спешила в ванную. Зная, что это не в его духе, я все же умела уговаривать Нико на то, чего он обычно не хотел. Он ходил со мной на уроки «пой и рисуй», на пару кулинарных мастер-классов, а однажды даже отправился на выездной семинар по местным растениям и цветам, потому что я не хотела идти одна.

Я открыла воду и села на пушистую скамейку рядом с чугунной ванной на лапах. Это было единственное место, которое я отремонтировала до переезда, и я его обожала. Когда я купила этот домик, ванная застряла в каком-то прошлом веке, и я решила оставить винтажный стиль, но обновить каждую деталь. Мраморный пол был великолепен и напоминал французскую ферму. Ванну я выбрала максимально большую для этого пространства, потому что я — человек, который обожает расслабляться в теплой воде по вечерам.

— Да я сюда вообще не влезу, — сказал он, и я расхохоталась.

Он был большим во всех смыслах: подтянутое, рельефное тело, широкие плечи, мускулистые руки, огромные ладони… и даже начинать про остальное я не буду. Он стоял абсолютно голый, излучая уверенность. Загорелая кожа, татуировки на руках и плечах. Он наклонился и ойкнул от температуры воды.

— Влезешь. Сначала ты, а я потом найду способ устроиться. — Я собрала волосы в небрежный пучок.

— Черт, что я только ради тебя не делаю, — пробурчал он.

— Это всего лишь ванна. Не банк грабим, — засмеялась я, наблюдая, как он заходит и шипит от горячей воды. — Ты же пожары тушишь, а ноешь, как ребенок из-за ванны?

Он сел, и мне ужасно хотелось сфотографировать Нико — такого не на своем месте греческого бога в фарфоровой ванне. Его руки лежали на бортах, а язык скользнул по нижней губе.

— Залезай, Пчелка.

Его серые глаза потемнели, и я втянула воздух, сбросила простыню, ухватилась за край и шагнула внутрь. Между его ногами оставалось как раз достаточно места для меня.

— Видишь, разве это не приятно? — спросила я, перекрывая воду.

— Только потому, что ты здесь.

Я перевернулась на живот, чтобы быть к нему лицом.

— Ты добрее, чем люди думают. Знаешь это?

— Нет. Только с тобой, — он убрал за ухо выбившуюся прядь.

— И с Мейбл, — я обожала, как он ведет себя с этой девочкой.

— Вы обе невозможны, чтобы вас игнорировать, — он засмеялся, и у меня сжалось сердце. Я любила, когда он опускал свой щит и просто жил моментом.

Я провела пальцами по его руке и поцеловала каждый ожог. На каждой было штук по двенадцать. Он ничего не сказал, пока я медленно касалась губами каждого. Мы говорили об этих ожогах раньше, но он всегда отмахивался.

— Еще болят?

— Нет.

Я посмотрела ему в глаза:

— Я ненавижу твоего отца.

Он погладил меня по волосам, изучая мое лицо:

— Ты слишком хорошая, чтобы кого-то ненавидеть. Я ненавижу его за нас обоих.

— Ты боишься, что он вернется?

— Не хочу тратить на это силы. За себя я не переживаю — ни хрена. Если он сунется, я его уничтожу. Но боюсь, что Джейда окажется в неприятностях с ним. Что он доберется до Мейбл. Что снова изобьет мою мать. Да.

Мои пальцы скользнули по татуировкам на его плечах — крылья ангела, переплетенные с пламенем.

— Получается, с квартирой для Джейды пока ничего?

— Нашел пару вариантов. Но будет дорого. Она с деньгами — полный ноль. Так что пока я все покрою. Посмотрим, как пойдет. Думаю, этот ублюдок долго на свободе не протянет. Его будут пасти, и как только он снова оступится — обратно за решетку.

— Мне ненавистно, что тебе приходится тянуть все на себе, — прошептала я, положив щеку на его грудь. Всю жизнь Нико жертвовал собой ради семьи.

— Это просто деньги, Пчелка. Они приходят и уходят. У меня достаточно, чтобы решать такие вопросы. Джейс и я в последнее время неплохо поднялись на акциях, так что все нормально. Я ценю, что ты дала ей работу, но хочу, чтобы ты выкинула ее к черту, если она не будет справляться. Думаю, Дилли быстро ее приструнит, если что, — он усмехнулся. Нико всегда был близок с моими сестрами и знал их как облупленных.

— Честно? Она отлично справляется. Я даже предложила ей больше часов с понедельника. Помощь не помешает.

— Вот и хорошо. У нее есть потенциал, если перестанет тусить. Казалось бы, выросла с алкашом — должна понимать, что Мейбл не должна видеть все это дерьмо. А она оставляет ее с моей матерью, и это не прокатит, когда тот вернется. Придется быть дома и заниматься своим ребенком.

Я знала, что Джейда много гуляет. Живя с матерью, она имела под боком няню на полный день, что позволяло легко пользоваться этой свободой.

— Думаю, она просто молодая. Родила в пятнадцать, так что ей кажется, что она многое упустила.

Он убрал волосы с лица и откинулся на спинку:

— Жизнь — это выбор. Она свой сделала. Теперь нужно быть взрослой и заботиться о Мейбл. Точка.

Нико был не из тех, кто жалуется, что что-то упустил, или что жизнь несправедлива. Он действовал. Если хотел чего-то — шел и брал. Он вырос с пьющим отцом, который его бил, поэтому сам не пил и не хотел заводить семью.

— Ты так хорош с Мейбл… Думаю, из тебя получился бы отличный отец, — прошептала я.

Он долго молчал, прежде чем ответить:

— Это не для всех.

Я кивнула и не стала развивать тему, чтобы не портить хороший вечер.

— Ладно. Значит, у тебя два выходных? Что планируешь?

— Посмотреть еще пару квартир для Джейды и Мейбл. Ну и твой отец попросил меня провести тренировки для новичков в мои выходные, чтобы их поднакачать. А что, Пчелка, у тебя есть предложения? — его голос стал низким и хищным, и у меня внутри все сжалось. Нико был самым сексуальным мужчиной на планете, когда обращал на тебя все свое внимание, и сейчас он смотрел на меня именно так, что я непроизвольно сжала ноги.

— Ну… может, повторим сегодняшний вечер? — я хихикнула.

— Черт, ты такая милая, даже когда не пытаешься, — он облизнул губы и провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе. — Звучит как план. И давай сразу все проясним. Пока я ни с кем больше не сплю, ты не пойдешь ни на какие чертовы свидания с сестрой, пока мы… ну, чем бы мы тут ни занимались. Поняла?

— И что мне сказать Дилли? Ты же знаешь, какая она настырная. Но я не могу рассказать ей об этом — она же потом никогда не отстанет.

Он усмехнулся. Нико было плевать на секретность. Ему хватало того, что я понимаю: все это временно. Но я знала, что нам нужно держать это при себе, иначе сплетни разлетятся по всему городу, и когда все закончится, а мне придется собирать себя по кускам, я не хотела, чтобы кто-то возненавидел его.

— Ты чертовски умная. Придумаешь что-нибудь. Но я бы предпочел, чтобы твой отец не знал, что между нами происходит. Не думаю, что он отнесся бы к этому соглашению с восторгом.

Нико и мой отец были близки. Думаю, папа был для него тем самым отцом, которого у него никогда не было. Он его уважал. Но это не касалось моего отца. Мы оба взрослые люди и можем принимать решения сами.

— Ладно. Что-нибудь придумаю, — я усмехнулась.

Он поднял руку и погладил меня по щеке, изучая так, будто пытался запомнить каждую черту моего лица.

Его губы накрыли мои — мягко и нежно на этот раз, и я снова потерялась в моменте.

Я боялась, что мне всегда будет его не хватать. И знала, что это не навсегда, поэтому нужно быть осторожной. Но сейчас… я собиралась просто наслаждаться.

Потому что это чертовски приятно.

— Этот горячий парень, который купил капкейки, закинул сотку в банку для чаевых вместе со своим номером, — сказала Дилан, держа в руках стодолларовую купюру и отправляя бумажку с номером в мусор.

На этой неделе в пекарне творилось настоящее безумие.

— Я видела его снаружи, и, по-моему, он вообще не собирался заходить, но пялился на тебя через окно, Дилан, — сказала Джейда. — А потом влетел сюда, будто по делу, и сделал вид, что ему срочно нужны капкейки.

— Никогда его раньше не видела. Наверное, из тех, кто на зиму сюда приезжает, готовится к лыжному сезону, — предположила моя сестра.

— Ты собираешься ему позвонить? — спросила Джейда, вытирая последний стол.

— Еще чего. Парень такого типа прекрасно знает, как он выглядит. Теперь он знает, где меня найти, так что пусть сам постарается.

— Или зайдет в приложение для знакомств, — поддела я.

— Вот именно. Посмотрим, насколько он изобретателен. После того козла Дональда на прошлой неделе я, пожалуй, завяжу с приложением. А эта, — Дилан ткнула в меня пальцем, — похоже, вообще потеряла всякое желание встречаться.

— Такое не ускоришь, — заметила Джилли, выходя из кухни с кипой коробок для отправки. — Ладно, я в почтовое. Сегодня ужинаю с Чарли, так что мне пора.

— Отлично. Спасибо, что отвезешь эти посылки, — сказала я, придерживая для нее дверь.

Джейда накинула пальто и помахала нам.

— Увидимся через пару дней. Спасибо, что дали мне отгулы, чтобы переехать.

— Конечно, — ответила я. Я знала, что она переезжает, потому что мы с Нико почти не спали этой ночью — он уже неделю проводил у меня все ночи напролет. Я буквально летала. Сегодня он перевозил Джейду с Мейбл в новую квартиру, а потом уходил на три дня в пожарную часть. — Удачи с переездом.

— Спасибо, — сказала она, выходя.

— Так, мы наконец-то одни. Ты в последнее время ведешь себя чертовски странно. Словно счастливее, чем когда-либо, но пытаешься это скрыть. Что происходит? — Дилан проследовала за мной на кухню, где я уже отмеряла ингредиенты для миски моего KitchenAid.

— Я собираюсь испечь тыквенное печенье. Будешь помогать?

— Эм-м… я хочу, чтобы ты рассказала, что происходит. Ты никогда не умела врать, Виви, — она оперлась на столешницу и скрестила руки. — Это из-за того, что я застукала тебя с Нико, уютно устроившихся в темном уголке на прошлой неделе?

Я включила миксер на полную мощность и засмеялась. Она подошла и выключила его.

— Вивиан Грейс, не заставляй меня натравить на тебя Эверли. Она приедет на следующей неделе, а уж она-то ложь чует за версту.

Я тяжело выдохнула.

— Пожалуйста, ничего никому не говори, Дилли. Это только для меня, ладно? Я не хочу об этом говорить, потому что этому нет будущего, но сейчас я счастлива. И даю себе время просто наслаждаться и не забивать себе голову.

Она прищурилась.

— Так вы спите вместе, да? Да! — радостно выкрикнула она, вскинув кулак.

— Дилли. Слушай, я не хочу, чтобы кто-то знал. Это временно. Ты же знаешь, что это не в его стиле. Я не хочу, чтобы все закончилось с последствиями. А оно закончится. Он мой лучший друг. Я знаю, кто он, и знаю, чем все кончится. Ладно? Можешь хотя бы раз в жизни не высказывать свое мнение и не рассказывать об этом другим? Пусть это останется между нами.

Она подняла руки, потом подошла и обняла меня.

— Конечно. Я рада за тебя. Я так хотела, чтобы вы с ним замутили. Но понимаю, почему надо держать это в секрете. По крайней мере, никто не удивится, вы ведь и так всегда вместе. Но скажи честно, как оно? — Она отстранилась и потерла руки.

Я снова включила миксер, и она шлепнула меня по руке, покачав головой. Вышла из кухни и вернулась с четырьмя печеньями, положив два передо мной. Села на столешницу и надкусила свое. Я выключила миксер и взяла печенье.

— Ну же, колись. Это наш секрет. Но ты хотя бы можешь сказать, круто ли это.

Я кивнула и откусила кусочек овсяного с изюмом. Подняла взгляд и встретилась с ее глазами.

— Это… очень круто. Ничего подобного я раньше не испытывала.

— Черт. Мне нужен такой же любовник. Кто-нибудь, кто будет удовлетворять все мои потребности… хотя жить в доме с отцом — не лучшая для этого ситуация. Узнай-ка у Нико насчет новых пожарных.

Я рассмеялась.

— Ладно. Но ты обязана держать язык за зубами, как бы Эверли тебя ни пытала, когда вернется.

Моя старшая сестра всегда знала, когда мы что-то скрывали. Она скоро вернется на праздники, и с учетом того, что отец Нико вот-вот выйдет из тюрьмы, я знала — все скоро изменится.

И впервые в жизни… я хотела заморозить этот момент.

Не хотела, чтобы что-то менялось.