Аксель на поражение

Глава 19

Алиса Беркут

Я не успеваю даже воздух втянуть, как чувствую его палец на своей промежности. Он уже заходит внутрь, без всяких прелюдий… А у меня всё горит с того раза… А ещё… Я почему-то ощущаю свою смазку… Он так легко входит, скользит по воспаленной коже… Я мокрая… Это унизительно, что я хочу его после тех слов, что он мне сказал??? Тело реагирует на него просто предательски… И я уже не знаю, где скрываться от этих удушающих чар.

— Амир, если ты… Ай!!! — вскрикиваю, покрываясь мурашками, когда понимаю, что он не там… Господи… Он в совсем другом постыдном отверстии. Мне плохо. — Что ты делаешь????

— Молчи… — придавливает меня сильнее, и я чувствую, как он двигает им внутри моей задницы, заставляя дрожать и напрячься… Вцепляюсь в покрывало руками… Да я, кажется, и зубами сейчас в него вгрызусь…

Он чуть отстраняется и начинает раздеваться… И мне хватает этого времени, чтобы развернуться и выставить броню в виде чёртовой подушки, как бы смешно не звучало… Он аж в лице меняется.

— Подожди, подожди, — истерично двигаюсь к изголовью. — Прости, что я уехала… Прости… Не надо так…

— Просишь прощения или пощады, я не пойму? — насмехается, схватив меня за здоровую лодыжку.

— И того, и того, — задыхаюсь я, но он резко дёргает меня на себя, и я проскальзываю по покрывалу вниз, оказавшись под ним. Груда камней сейчас такая горячая и злая… Напряженная… Я начинаю жалеть, что вот так его выбесила… Амир втягивает носом запах с моих волос, и я вся покрываюсь мурашками. — Ты у меня цветами пахнешь…

— Угу… Это вода… Моя вода… Цве… Амир… Не надо… Стой… — взвизгиваю, ощущая, как он толкает в меня член. До упора входит одним толчком, хотя я даже не готова была… Чувствую, как больно… Обхватив его плечи, съёживаюсь под ним и въедаюсь ногтями в толстую грубую кожу.

А он касается моих губ указательным пальцем…

— Ты не понимаешь, каким я бываю… Не слышишь меня…

— Потому что ты не говоришь… Не надо так со мной, прошу тебя, Амир, родной, — шепчу ему на ухо, и… Готова поклясться, он покрывается мурашками… Весь… Я руками их чувствую после сказанного. И то, как он смотрит… Не оставляет сомнений, что он эту просьбу воспринял по-особенному…

Даже когда начинает двигаться… Делает всё аккуратно… Медленно… Касается своей ладонью моего лица… Целует так, как казалось, не умеет… Нежно… Хотя у меня это слово с ним вообще не ассоциируется… Но вот то, что я сейчас чувствую… Оно именно «нежно»… Будто душу мне свою выворачивает…

Ладонями проводит ко коже… Целует грудь… Касается рёбер…

И я начинаю стонать под ним, потому что не могу скрыть того, что чувствую… Наверное… Это и есть там самая «л»… Дышу ему на ухо… Прикрывая глаза, касаюсь пальцами шрама от пулевого… Становится больно где-то в районе солнечного сплетения. И мне кажется, ему тоже… Будто нам обоим одновременно… Ментальная связь…

— Амир… — произношу еле слышно… Царапая его и зубами задевая кожу. Он больше ни слова не говорит… Молча всё делает… И хотя рычит порой… Столь по-мужски, но откровенно… Продолжает делать и мне приятно…

Пальцы… Настолько умело касаются всех моих точек… Будто знают меня. Неужели у женщин всё одинаково? Скольких он вот так перетрогал? Скольких трахал? Я не хочу этого знать. Иначе меня ревность живьём сожрёт…

Даже это его «были девки для разгрузки» резануло так, что больно было продолжать разговор… И тогда показалось, словно я тысячная… Но сейчас у меня чувство, будто первая… Которую он берёт вот так… Иначе.

— Ааааах… — издаю, чувствуя, что вот-вот с ума сойду…

— Не обманывай меня... Ещё нет… — бормочет, доводя до оргазма… Я вдруг чувствую острую потребность целоваться… И когда врезаюсь в его пухлые мягкие губы своими, обхватив за затылок и чувствуя вкус сигарет и вишни, прямо в его рот выкрикиваю от скопившегося внутри напряжения, которое ударной волной бьёт по каждому нервному волокну… Проходясь судорогой по всем конечностям… Растекаясь внутри меня каким-то новым совершенно непонятным ощущением блаженства… А потом…

Я вдруг понимаю, что Амир нарочно не кончил, а вынул из меня и тянет меня к себе лицом… Я вижу всё это… Огромное достоинство, которой сейчас стоит перед моими глазами… И оно, наверное, больше в два раза, чем было в самом начале… Воспаленное, с раздутыми венками по стволу… Но такое притягательное…

— Соси… — призывает он, надавливая на мой подбородок пальцами и просовывая головку внутрь рта… У меня внизу всё ещё всё гудит и вибрирует… Все мысли о другом… Но слюни во рту так много… И слово «соси» ассоциируется у меня с чупа-чупсами и карамелью… Но никак не с такими агрегатами… Господи… — Блядь… Лисица…

Чувствую свой вкус… Облепляя его своим языком внутри… Задеваю уздечку… И он дёргается в моём рту, заставляя и меня саму всколыхнуться… А потом я чувствую, как Амир тянется к моим ногам… Проводит пальцами по бёдрам, собирая с них склизкий секрет… Кайфует, растирая всё это по моей коже, а мне хочется посильнее расставить для него ноги и отклячить пятую точку… Я не понимаю, что со мной… Мне нравится делать ему приятно… Мне нравится быть его любовницей. Боже…

Чуть придерживая за волосы, сильнее толкает меня, подгоняя к основанию, но я же не дура… Я понимаю, что даже на половину эту штуку не протолкну внутрь… Поэтому обхватываю ладонью и начинаю делать с ним все те гадости, что Витька когда-то скидывал в своих пошляцких видеороликах, блин… Вытягиваю губы и всасываю с особой силой головку… Будто вакуумом…

И, естественно, моментально чувствую, как он дёргает меня за волосы назад и смотрит со всей яростью и злобой. Готовый убить меня в эту самую секунду…

— Ты где такое видела, нахуй?! — спрашивает, а я замираю, чувствуя, как слюни текут по подбородку… А сердце утекает куда-то в пятки…

— В… Порно… — произношу на полувыдохе. Вот это он, конечно, злится…

— Узнаю, что ты сосала кому-то до меня…

— Ты дурак, да?! — толкаю я его в плечо. Так обидно, блин…

— Работай… — толкает меня обратно, словно какую-то игрушку… Толкается глубже, но при этом теперь поглаживает то место, где чуть не вырвал мне клок волос… Ублюдок… — Алисссса…

Плотнее сжимаю ноги, когда он надавливает на мой клитор… Так трогает, что я, кажется, сейчас второй раз взорвусь раньше него… Сама уже двигаюсь, ощущая его пальцы внутри… Везде… Два в моей заднице… Средний в вагине, а указательный на клиторе… И он так ими шевелит, что у меня голова кружится…

А ещё… Его вкус… Он тоже добавляет эмоций всему происходящему…

Когда чувствую какой-то лёгкий привкус… До меня начинает доходить, что он кончает в мой рот… Не спрашивая и сильнее вдалбливаясь внутрь… Ощущая сперму, ещё яростнее трусь об его пальцы и взрываюсь… Послушно глотая всё, что он мне оставляет…

Я не скажу, что это противно. Нет… Это даже приятно отчего-то… Но обида никуда не прошла… Она наоборот сидит на подкорке…

И вытерев свои губы от лишней слюны, я просто отворачиваюсь и ложусь лицом к стене, надеясь на то, что он поймёт, как сильно меня обидел своими словами.

Чувствую, что он чуть вытирается и рывком прижимает мою спину к своей горячей твёрдой груди… В его руках, как всегда, чувствую себя маленькой… Совсем крошечной…

— Ты обидел меня… Как ты мог подумать…

— Я не хотел… Просто девственницы с хуем вряд ли умеют такие штуки проворачивать, не считаешь? — спрашивает он, вызвав у меня две реакции… Первая… В том, что он похвалил меня… И я вроде как рада… Но вторая говорит о недоверии и грубости в свой адрес… И мне сложно понять, какая из них правильная.

Ведь с Амиром всё всегда приобретает несколько вариантов… Будто он и сам разделён на две ипостаси…

— Я бы никогда такое никому не позволила… — говорю ему следом, шмыгнув носом.

— Хорошо, иначе он был бы уже труп.

— Спасибо, что был таким… Что… — вздрагиваю, ощущая его ладонь на животе… Он так трясётся сейчас почему-то… Будто изнутри вибрирует…

— Ты попросила… Я тебя услышал. Больно тебе делать не входило в мои планы…

— А что входило? — спрашивают шёпотом, и он легонько снимает волосы с моего уха, а потом касается шеи губами.

— Свадьба, дети… И всё остальное…

У меня от его слов прямо сейчас мурашки бегут по коже… Какая, нафиг, свадьба? Какие дети? Он совсем уже, что ли?

Я молчу, пока не наговорила лишнего…

Знаю же, чем чревато… Он и придушить, наверное, может, если разозлить…

— Ты ведь не отрезал тот палец… Правда?

— Отрезал, лисица. У меня выбора не было, — выдыхает, а я дёргаюсь вперёд.

— Как ты можешь так говорить?! Со мной ведь ничего не случилось! Разве можно быть таким жестоким!? О каких детях ты говоришь?! Разве ты не знаешь, что детям нужна ласка и любовь?! А ты отрезаешь людям пальцы!!!!

— Алиса… — произносит он, нахмурившись. — Ласку и любовь даёт детям мать. Отец должен дать безопасность и старт на будущее. Ты всё перевернула с ног на голову… А люди… Если спускать им всё подряд… Перестают тебя бояться и уважать… Даже ты уже верёвки из меня вьёшь… А так быть не должно…

— Ты совсем придурок или прикидываешься? Вью, да?! Вью верёвки?! Ну отрежь тогда и мне что-нибудь! Отрежь! Отрежь!!!! — начинаю я колотить его, набросившись, но он каким-то образом опять меня придавливает.

— Угомонись. Лучше… Посмотри на меня, — произносит так вкрадчиво, пока я задыхаюсь под ним… Хочется плюнуть в лицо… — Когда-нибудь ты научишься понимать меня лучше… Просто нужно время. Я и так сдержался, Алиса… Я прошёл мимо твоего брата на улице и нихрена ему не сделал… Но у меня было желание выхватить бутылку из его руки и воткнуть ему в шею… Заметь… Я этого не сделал… Хотя уже понял, кто тебя сюда привёз…

— Я ненавижу тебя, Амир… Ненавижу… — цежу, въедаясь ногтями в его плечи и смотрю на него красными глазами.

— Очень жаль. Потому что мои к тебе чувства противоположные… Ты… Весь мир для меня… Ты — мать. Отец… Сестра, которой никогда не было… Ты — мои умершие братья… Ты — друг… И любимая женщина… В тебе есть всё, что восполняет мне это… И я не отпущу тебя, даже если ты захочешь уйти… Убежать… Не выйдет, лисица… Потому что для меня нет ничего важнее на этом свете. Если бы не мысли о тебе в первый год… О том, что я хочу вернуться к тебе… Я бы просто не встал на ноги… Я бы не пошёл… Именно поэтому я отрезал ему палец, родная… И я отрежу ещё не то, если хоть кто-то попытается забрать тебя у меня… Хоть одна живая душа…