Аксель на поражение

Глава 20

Амир Шаламов

Меня будто сразу же выхлестнуло… Словно дробью в сердце влетело… Её это «родной»… Как много всего в этом слове. Так много, что хочется удавиться…

Я знал, что она научится… Но чтобы так скоро и одним словом… Весь настрой мне сменила… Просто выключила злобу… На лопатки меня опрокинула…

Я ведь до этого реально хотел с ней такооое сделать…

А потом всё… Как будто за секунду передумал… Целовать захотелось… Касаться… В любви клясться, как пёс о ноги тереться… Да, захотелось… И я себя за это порой гноблю внутренне… Но не сейчас, когда она дрожит в моих руках… Пошевелиться боится, сдвинуться… Подо мной… Уязвимая, чистая и родная… Именно так…

Снизу долбит музыка, а мне настолько насрать, где мы сейчас… Главное, что вместе… Главное, чтобы до неё дошло, как сильно и параноидально я зациклен на ней… На что я ради неё готов…

— Что же ты замолчала, Алиса…

— Перевариваю то, что ты сказал…

Я ведь реально отрезал Шане палец… Потому что меня заебало уже их учить словами… Показательно мог и глаз ему нахуй выколоть, но решил, что палец самое безобидное… А она так отреагировала, будто я — чудовище какое-то, реально… Что отец, значит, слабак или что? Такие у неё ассоциации с этим словом? Если это так, то у нас разные понятия об этом… Совсем, блядь, разные…

— Я сказал всё, что на душе…

— Амир… Я не понимаю, как ты можешь считать, что любишь меня, если несколько минут назад так грубо со мной обходился…

— Грубо? Я был нежен вообще-то…

— Я не о сексе… О твоих грубых изречениях в мой адрес… Все эти резкие движения… За волосы и так далее…

— Я извиняюсь за это… Больше не повторится… Разозлился… Буду учиться контролировать это в себе. Прости меня, — произношу, потому что честно, когда дёрнул её за волосы, сам понял, что причинил боль. Сразу херово стало внутри… Не хотел так… Вне ебли я вообще такого не предполагал… Просто заревновал дико… Подумал, что делала так уже кому-то… Но по напуганному взгляду и ответу понял, что нихера… Показалось просто…

А она так на меня смотрит сейчас… Даже в тусклом свете комнаты вижу её прожигающий душу взгляд. Карие лисьи глаза… Моя погибель…

— Лисица… Ты можешь мне хребет переломать одним словом… Понимаешь, нет? — прихватываю её за милое личико. — Ты мне нужна… Не сбегай от меня… Не пугай…

— Сомневаюсь, что тебя хоть чем-то можно напугать…

— В обычной жизни… Я таких вещей не знаю… В жизни с тобой… Всё возможно, поверь, — отвечаю, обнимая её. — Ты была отзывчивой сейчас… Очень…

Слышу стук её сердечка в груди… Чувствую, как хрупкое тело возбуждается, когда я касаюсь её и прижимаю… Она вся открыта сейчас… Вся для меня…

— Как твоя ножка?

— Не знаю… Вроде не болит, но неприятно…

— Сможешь сесть сверху? — спрашиваю, а она оборачивает ко мне взгляд.

— Зачем?

— Будто не знаешь… — улыбаюсь, снимая прядки волос с её лица. — Не догадываешься? А так? — делаю движение вперёд и мой член утыкается прямо в её голую задницу.

— Уже… Я ещё пока… Не готова…

— Ты готова… Хочешь покажу? — рукой ползу вниз, а она брыкается… Провожу пальцами по слизистой и размазываю по её щелке сладкий секрет. — Такая, блядь, сочная у меня…

— Амир… — прикрывает глаза и позволяет мне трогать себя… И мне так даже нравится… Нравится её открытость. И то, как искренне она зажимается, но не потому что не хочет, а потому что надумала себе что-то… Возвела баррикады…

— Сюда… Садись, — дёргаю резко и ложусь на спину. А сама она утыкается ладонями в мою грудь… Выглядит, конечно, охуенно… Сколько бы шлюх за всё это время на мне не скакали… Такой сногсшибательный вид только у неё… Моей вредной сводящей с ума лисицы…

Торчащие соски так заводят, что я уже не могу просто лежать… Мне нужно ебать её… Много… Везде… Что я недолго думая и делаю… Толкаю в неё член, чуть приподнимая и заставляю сесть.

— Давай…

— Сейчас… Сейчас… Ты большой…

— Не думай… Просто двигайся… Понемногу двигайся… Сама поймешь… — направляю её, и она начинает свои эти движения… Пластичная, гибкая… Невероятно красивая… Сексуальная…

Касаюсь её соска пальцами, и она так на меня смотрит, что в мгновение всего прошибает током… От макушки до пят… Она меня просто убивает, нахер… Своим видом… Взглядом… Эмоциями, которые сильнее, чем любая неконтролируемая стихия… И я трогаю её всю… Талию, задницу, лицо… Сжимаю скулы… Толкаю пальцы в рот, заставляя их сосать… Обожаю, когда она так делает… А теперь ещё и прыгает на мне, как наездница, блин… Мне это снилось… Так часто снилось и ни разу не было правдой. Зато сейчас…

— Моя… Ты только моя… Алиса… — гребу к себе, подняв корпус. Сжимаю талию, кусаю за плечи. Она всё ещё двигается, но теперь уже под силой моей хватки. Расслабляется… Позволяет мне самому её двигать… — Скажи, что моя…

— Не дождёшься… Амир… — трётся об меня, вынуждая меня схватить её за волосы на затылке… Наши глаза встречаются… Я, сука, никогда ещё сильнее противостояния не встречал. Она же маленький дьявол на моём плече… Слишком горячая и неподвластная мне. Как ни старайся… Отказывается подчиняться… И этот вызов… Она одним взглядом города способна сжигать. Не зря же лёд под ней плавится, когда катает… Невероятная моя… — Целуй… — не говорю. Приказываю…

Она стискивает челюсть, но тянется… Встречаю её яростным порывом и желанием затолкать язык так глубоко в её глотку, чтобы она начала кашлять и задыхаться… Хватаю за шею. Чуть сжимаю… Кожа краснеет, а глаза наливаются слезами.

— Твоя, — хрипит от безвыходности, но мне не хочется разжимать… Мне хочется так её дотрахать… Мне хочется в неё кончать… Я хочу детей с ней. Хочу присвоить её… Хоть и знаю, что это неправильно… Подобным образом я только её сломаю… Не научу любить себя… Ведь для неё фигурное катание — жизнь… Такая гордая… Недовольная… Но стоит нагло закружить её клитор и надавить, как глаза сразу же приобретают тёплый оттенок… Лёд тает… И она вся покрывается мурашками, обхватив мои плечи и застонав на всю комнату…

И я хочу её… Я, блядь, так сильно хочу её… За все эти три года… Чего я только не хочу… Вот и трогаю… Растираю смазку по тугому колечку её задницы, пока она сидит сверху и ёрзает на мне…

— Подожди… Подожди…

— Достаточно уже ждал… Потерпишь…

— Ах…

Проталкиваю туда палец… Трогаю… Она сильнее въедается ногтями в мою кожу.

— Твоя дырочка начинает сжиматься… Ты бы только знала…

Чувствую, как мышцы её вагины тут же давят меня… И как это приятно, блядь, с ума можно сойти… Просто голову кружит настолько, что кажется, будто я на какой-то карусели… Она хнычет на мне, пока я трахаю её и членом, и пальцем… И начинает дрожать… так сильно… Просто сходить с ума на мне и течь как сука во время гона…

Мы кончаем примерно в раз, но я вынимаю из неё… Понятно из каких соображений… Я уже объяснял… Для меня важно, чтобы она сама захотела… В этом плане я принуждать не собираюсь.

Всё равно рано или поздно родит мне, я уверен в этом… Если я не сдохну раньше.

Завалившись на кровать, жду, когда она притиснется ко мне, но она наоборот двинется подальше… Своенравная моя… Всё, лишь бы только задеть моё эго.

— Алиса…

— Что…

— Поехали домой…

— Чтобы там трахаться? — спрашивает, будто через слёзы, и я дёргаю её за плечо… Увидев, что плачет.

— Почему ревёшь? Больно?

— Нет, мне насрать на тебя, — отвечает резко, вынуждая меня сильнее злиться.

— Что не так?

— Ты ещё спрашиваешь?! Амир… Всё, что нормально для тебя, для меня таким не является! Скажи вот… Чем ты занимаешься? Как мне… жить с тобой… Как хотеть чего-то большего, если ты… Вне закона, Амир?

— А ты что… Закон или как? Кем ты себя-то возомнила? Чем ты лучше? — спрашиваю, очевидно, заставив её прижать жопу. — Я уже понял, что я никогда тебе своим не стану. Но я и оправдываться не планирую. Делаю, что умею. Меня этому учили. Это моё наследие.

— И месть…

— Да, Алиса… И месть… А ты как хотела? Чтобы твой мужик забил хер на родных, которых у него отняли??? — нервно хватаю я джинсы, вытаскивая оттуда сигареты, натягиваю трусы и иду к окну, а она сидит на кровати, обхватив свои колени, после чего срывается и просто идёт ко мне полностью голая.

— Дай мне тоже…

— Тебе нельзя…

— Мне плевать, Амир, дай! — настаивает, и я на похер подкуриваю ей одну.

— На…

Естественно, едва принцесса тянет её ко рту, сразу же закашливается… Но ей же надо… Блядь, какая же всё-таки вредная, а…

— Всё будет хорошо… Мы научимся… Понимаешь? — спрашиваю, но она как смотрела на меня волком, так и смотрит.

— Я хочу быть тебе домом… Но ты не позволяешь… — шепчет, нахмурившись.

— Я позволяю… Но у нас разные понятия о доме, малыш… Ты привыкла быть свободной… Спокойно ходить в такие места… Развлекаться… Но для меня женщина… Должна быть дома. Хранить очаг и растить детей…

— Амир, ты же знаешь, что я не такая…

— Пока, да… Ты не такая… И я у тебя твою мечту никогда не заберу. Одно это должно сказать тебе о том, как сильно я тебя… — дышу через боль… Смотрю на неё. А она на меня… Курю на всю комнату, так что нам, кажется, обоим этого дыма хватает, чтобы задохнуться здесь… — Я просто прошу тебя быть дома после восьми и ждать меня… Мне больше ничего не надо… Я не запрещаю тебе общаться с родными… Я прошу сообщать, где ты. Потому что в мире всё ещё есть люди, которые желают мне зла…

— То есть… Те люди, что сделали это с твоей семьей?

— Да… Один человек… И я не знаю, сколько у него есть связей, Алиса… Поэтому прошу тебя… Всегда быть на чеку…

Она вдруг задумывается и смотрит куда-то в окно… Сильнее открывает его, чтобы свежий воздух попал внутрь.

— Не свети сиськами, умоляю…

— Вот так? — спрашивает и улыбается, нарочно выпячивая грудь на показ.

Я же слышу, что внизу кто-то стоит… Вечеринка же… Вот специально меня выбешивает.

— Ты никогда не угомонишься, да?

— Никогда…

— Что ж… — тушу я окурок и бросаю вниз. — Тогда придётся всё же исполнить то, что я собирался с тобой сделать…

Взваливаю её на плечо, а она начинает верещать, соскальзывая на мои руки и обхватив меня за шею.

— Амир…

— М?

— Я тебя поняла… Хорошо… Я буду ждать тебя дома и буду на связи… — говорит, когда кладу её на кровать и нависаю сверху…

— Поздно, красавица… К этому пункту добавился ещё один… — улыбаюсь я, рассматривая её шикарное тело под собой. Эти рёбра, которые можно пересчитать, проводя по ним пальцами рук сводят меня с ума…

— И какой?

— Хочу кончить в твою задницу… Ложись на живот… — произношу, прорычав, а она так смотрит на меня, что, кажется. сейчас будем драться...