Аксель на поражение

Глава 8

Амир Шаламов

Какой была, такой и осталась…

Не знаю, чем так запомнилась, но забыть не смог… Даже после всей этой поганой ситуации… Когда засыпал, стоило глаза закрыть… Представлял, как катает… Как острие коньков прорезает лёд, а я ловлю свежесть и её аромат вместе с хрупкой фигурой, заключая в свои объятия. Забирая её с соревнований… Снова и снова…

Я нихера не романтик. Никогда таким не был… Но пройдя через ад и потеряв всех своих близких, поставил себе цель, забрать её себе… Чего бы мне не стоило. Ведь она была единственным воспоминанием о прошлом, которое всё ещё согревало мои внутренности… Она была и остаётся всем.

Я всегда был вспыльчивым, поэтому, когда узнал, что у неё есть какой-то хер с горы, немного всё же сорвался… Даже избил того, кто мне об этом доложил… Гонца с плохой вестью… Кулаки давно зажили, ведь сейчас я не решаю вопросы побоями. А тут… Будто снова в свои восемнадцать вернулся. Настолько всё внутри заклокотало.

И хочется… Её хочется… Ту прежнюю ласку, заботу, тепло… Как смотрела на меня. Как мило и забавно морщила нос, когда только возвращался к ней после курения. Как вжималась в мою одежду… Как учил целоваться… Как дурил от неё просто потому что она из всех выделялась. Была такой целеустремлённой. Открытой, честной… Наивной… Нетронутой, как лёд на новой арене… По которому она каталась…

И я всегда говорил, что она выглядит, как Богиня… Она и до сих пор для меня так выглядит… Даже сейчас, когда при виде моего члена, хватается за телефон и убегает из комнаты, будто ужаленная… Это вставляет, конечно… Обрадовался бы я, если бы она была наученная опытом шлюха, которая тут же отдалась мне? Нет… Вряд ли… Меня бы такое сто процентов не зацепило, а только огорчило бы и разочаровало…

И сейчас после отмашки своим ребятам, чтобы они отпустили этого худосочного терпилу, я жду её в нашей постели. Не потому что собираюсь её трахать. Я же не для этого её с таким трудом сюда заманивал… Я хочу от неё совсем другого… Того, что сделает из меня человека. Хотя бы попытается. После всего, что я сделал… Руки по локоть в крови, сам весь переломанный, никак не могу забыть тот день, когда чуть не сдох из-за того, что как лох помчал на ту самую встречу…

Поэтому, когда она наезжает на меня… Когда хамит и говорит, как с дерьмом… Мне кажется, будто я навсегда теперь буду в этой стрёмной круговерти… Будто не будет того прежнего тепла, что исходило от неё… А мне оно, сука, так необходимо… Только рядом с ней я возвращаюсь в то время. Когда ещё было, что спасать… Только рядом с ней…

Она появляется на пороге и смотрит на меня, сжимая в руках телефон. Вздыхая, делает ещё несколько шагов и снова замирает.

— Поговорила?

— Да… Кирилла отпустили?

— Отпустили. Я же обещал.

— Ладно…

— Ложись, Алиса. Завтра у меня важная встреча. Хочу выспаться… — зову её к себе и отворачиваюсь, выключая ночник. Иначе так и будет ебать мозг… Не доверится и не ляжет…

Слышу, как подходит к кровати… Как ставит свой телефон на зарядку… И ложится спать прямо так… В какой-то футболке и штанах… Типа пижамы. Залезая под одеяло, лежит на своей стороне и тихонько дышит, провоцируя меня на контакт даже такими простыми физиологическими процессами… Секунды не проходит, а я уже разворачиваюсь и жму её к себе… Маленькое обмякшее тело тут же становится каменным в моих руках. Она вся напрягается… И хотя я знаю, что реагирует на меня ровно так же, как три года назад… Но так же и понимаю, что в мозгу у неё сидит отчётливая мысль, что я её бросил… Хотя всё было совсем не так.

— Лисица…

— Амир, отпусти лучше… Ты знаешь, что ничего не будет…

Тащу вниз её штаны вместе с трусами, а она вся вертится и сжимает ноги.

— Амир!

— Я раздену. И всё… Успокойся… — ладонями пролезаю на нежную кожу… Знаю, что я слишком грубый. Чувствую, какая она везде гладенькая. Везде… И на пизде ни одного волоска… Гладкий лобок… Закрытые губы. Чувствительный клитор, при прикосновении к которому она сразу же начинает течь. Идеальная для меня…

По её плечам тут же бегут мелкие мурахи. А дальше я снимаю футболку… Чуть целую её, прижавшись сзади… Волосы пахнут цветами. Розовые соски торчат и возбуждают так, что хоть об стену головой бейся… Накрываю её грудь ладонями… И она нереальная на ощупь. Просто убийственная… Сколько бы одноразовых шлюх у меня не было, это совсем не то…

— Хочешь я сделаю приятно? — спрашиваю, прихватив губами за ушко, но я она ёжится.

— Нет… Нет, Амир, не хочу… Ты сказал спать надо… Тогда спи…

— Ты же знаешь, что не усну, пока не дашь мне хоть что-нибудь… — зарываюсь в её волосы носом. — Красивая моя… Нежная…

— Амир, прекрати… Отстань…

— Я помню, как ты смотрела на меня… Раньше… Я помню… — сам не знаю, зачем это говорю… Просто эти воспоминания порой наотмашь бьют. Ведь только они и держали в своё время…

— Точно помнишь? — спрашивает она, чуть повернув ко мне голову, и я киваю. — Хорошо. Потому что ты этот взгляд больше никогда не увидишь.

Честно, такие её реплики вызывают у меня восторг и усмешку одновременно… Ну, потому что я чувствую, что она моя… И знаю, почему она ему не давала. Она с ним не хотела и не была готова… Однако за одни только их поцелуи я ему кое-что подправил… Ей знать необязательно…

— Амир… Отпусти… Амир…

— Ты меня с ума, блядь, сводишь, Алиска… — сам не понимаю, как теряю контроль. Порой за секунды его с ней теряю… И хочу уже так, что если не потрогаю, то взорвусь. Хотя бы, блядь, потрогаю…

Кожа — бархат. Дыхание, будто на старте с космодрома. Меня всего рядом с ней пробирает на дрожь. Хотя обычно я сдержан. Собран… Обычно я чувствую своё тело на все сто процентов, а сейчас, будто и не моё вовсе… Это она со мной такое творит…

— Расслабься просто, доверься мне…

— Не могу… Не могу, — дышит как заведённая в моих руках. Вертится, извивается… — Амир, не трогай… Я тебя ударю…

— Думаешь, я боюсь, что ударишь? — смеюсь над ней, развернув к себе лицом и залезая сверху… Прибиваю руки над головой. Смотрю в глубину её карих невозможных глаз… Просто как маяки… Нахрен, если долго смотреть, то можно просто сознанку потерять. Сжимая запястья одной рукой, второй хватаю за скулы… И она так на меня смотрит, будто сейчас ужалит реально. Не просто красивая… Она же как волына… Наповал.

— Соси, — толкаю внутрь её рта пальцы… — Втяни глубже… Давай…

Дышу так, будто сейчас откинусь… И сосёт она именно так, как хочу… Не представляю, что бы со мной случилось, если бы она в рот добровольно мой член взяла…

Стучу обслюнявленным указательным пальцем по пухлым губам. Хочу, чтобы хотела меня… Чтобы просила сама… Я так сильно этого хочу, что забываю про реальность, в которой я просто монстр, который силой заставил её уйти из отчего дома.

— Доволен? — спрашивает, будто стреляет. Глаза наполняются слезами опять…

— Ещё нет… Если пососёшь, буду доволен…

— Только сунься… Я тебе его откушу.

Улыбка сама растягивается на лице… Твою мать, какая она огненная, а… Стала просто невыносимой… Такой, какую я хотел всегда… Даже раньше думал о том, ей бы характер порезче, пожёстче… И живого места бы от меня не оставила с таким-то диким взглядом…

— Мне нравится… Какой ты стала… Пиздец просто…

— Амир… Не трогай моих родителей… Просто знай, что если тронешь… — угрожает, но в голосе страх. И тем не менее не боится ведь… Говорит. Всё, что думает, говорит.

— Тшшшш… Я не трону твоих родителей… Просто слушайся.

— Это и Вити касается! Ты собирался достать пистолет! — выпаливает она и вся краснеет. Пыхтит, раздувая ноздри на своём маленькой симпатичном носике.

— Кто сказал? Ты видела, как я его достал?

— Нет, но я знаю! — уверенно огрызается она, и я резко склоняюсь к её уху.

— В следующий раз, когда будешь отвечать за меня… Подумай сто раз… Потому что, может, я и жажду получить твоё сердце, но… Могу не стерпеть твоих обвинений… Понимаешь, малышка?

— Иди ты, Амир… Ты моё сердце не получишь. Ты его уже разбил.

— А я соберу его… Заново…

Подаюсь вперёд, и она вся напрягается, вздрогнув и громко ахнув на всю комнату.

— Успокойся… Просто показываю, как бы это было…

— Убери его оттуда… Убери!

— Не уберу… Ему нравится тебя касаться… Ты… — прикрываю глаза, ощущая её пульсацию… Головка аккурат на самой чувственной части её вагины. А её пальцы сейчас вонзились в мою бицуху так крепко, что пустили когти. Сердце, сука, колотится так, что я только его слышу… А она округлила свои лисьи глазища и смотрит на меня как перед прыжком в пропасть.

Дышит часто-часто… Ноги разведены в разные стороны. Покрасневшие от поцелуев губы приоткрыты… Волосы растрёпаны… А мой член сейчас готов толкаться вперёд, пока она не заплачет… Она раскрылась для меня. Влага блестит… Дурит… Заманивает. Я смотрю туда и хочу этого больше всего, чего когда-либо желал… Такая горячая… Просто нереально обжигающая девочка.

И я, сука, готов поклясться, что она бы сейчас отдалась… Вот прямо сейчас… Потому что всё чувствую… И взгляд насквозь читаю… Но мой телефон неожиданно вырывает нас обоих из этого завораживающего транса…

— Прости, — сползаю с неё, и она тут же уворачивается, спрятавшись под одеяло. Вижу на экране имя одного из своих шестёрок и уже резко напрягаюсь.

Снимаю трубку и весь пыхчу от злости, но тут принципиальный вопрос. Сейчас много что решается. Прямо сейчас… В этом ебучем городе под моим началом.

— Амир, извини за беспокойство. Насчёт Карима. Мы вышли на него, но он свалил в Питер. Ждать или лететь?

— Лететь.

— Понял. Выдвигаемся.

Сбрасываю и смотрю на свою, которая калачиком забилась под одеяло вместе с головой… Одна только макушка торчит… И мне становится совсем стрёмно. Я возвращаю на место свои трусы и выхожу оттуда, прихватив с собой сигареты.

— Спокойной ночи, лисица, — бросаю напоследок…

Выхожу оттуда, прикрыв за собой дверь… Сам иду выкурить хотя бы две сигареты и подышать свежим воздухом. Район здесь тихий. Специально для неё выбирал… И никто не знает о нашем местонахождении кроме её родителей… Хотя и то мне не нравится… Один раз я уже с её батей имел дело… Мне бы таких крыс рядом иметь не желательно.

Пока отписываюсь по важным вопросам, смотрю на небо. Там столько звёзд сегодня, что неудивительно… Я ведь свою встретил снова… И они все нас сопровождают. Там и моя мама… Где-то наверху…

Благослови нас, ма… И прости меня за всё…

Тушу окурок, иду в кабинет. Ещё некоторое время разгребаю там свои вещи… Только спустя час возвращаюсь в спальню… Захожу тихо… Смотрю на неё в темноте комнаты, освещенной лишь тонкими полосами лунного света.

Убираю с лица волосы, дотронувшись. Она мирно сопит, не реагируя на мои касания… Такая красивая, будто только что вновь сошла со льда. Румяные щеки… Пушистые ресницы… Естественная ничем не омраченная красота…

Для меня нет ничего важнее знать, что она сейчас рядом… Что под моим присмотром… И в безопасности… Что на этот раз ей точно ничего не угрожает… Она под моим крылом...