Александра. Не будите во мне вейра

Глава 8

Кто-то попытался остановить этого вейра. Он явно был неадекватен. Зарычал, выбросил руку вперед, что-то мелькнуло, бабахнуло, а потом все озарила такая вспышка света, что я на мгновение ослепла. Из Риты в это же мгновение повалила такая чернота, что мир для меня окрасился в черно-белые оттенки. От страха я схватила Риту за руку и почувствовала, как моя магия рванулась вслед за Ритиной. А потом пришла боль. Она была отупляющей и невыносимой. Будто по венам бежала раскаленая лава, которая выжигала все внутри, выворачивала кости и сжимала в своих невыносимых объятиях.

«Что ж, видимо, не судьба мне пожить и в этом мире. Недолго музыка играла», — мелькнула в голове мысль, которая родила во мне отчаянное желание жить. Хотеось кричать от боли, но горло сдавило и саднило.

Я почувствовала, что падаю. Сознание медленно ускользала. А в следующий миг я поняла, что лежу на коленях Веронса, а рядом сидит еще один брат, который растирает мои ладони и заглядывает в глаза. Он отпустил руки, начал утирать мое лицо. Его руки оказались окрававлены. В ушах звенело. Рита что-то говорила. Живая. По ее лицу тоже была растерта кровь. Тайлинг, бледный, как смерть, сжимал ее в своих объятиях. А ведь он действительно ее очень любит. Повезло же. Он повернул ее ко мне в своих руках. Вокруг все шумели, слышались крики и стоны боли.

— Барон-тес… — я почти не слышала даже себя. — Корстен где? Он жив? — искала его глазами. В этот момент поняла, что мне совсем не хочется, чтобы он пострадал. Я к нему привыкла. К его молчаливому присутствию рядом. — Он был рядом с тем придурком, который нас всех чуть не угробил, — истерика подступала все ближе с каждым мгновением, но я упорно старалась ее сдержать.

Корстен тут же оказался рядом. И все внутри сжалось от ужаса и боли. Он был ранен. Серьезно ранен. Но держался на ногах. И по первому зову оказался рядом. Сглотнула колючий комок в горле. Его лицо, плечо и рука были в рваных ранах, которые были обожжены. Запах паленой плоти ударил в нос, но я думала лишь о том, что он так сильно пострадал. По щекам заскользили горячие слезы. А Корстен отвернулся и проговорил:

— Я больше не побеспокою тебя вейра, Клиата. Александра. Я не хочу пугать тебя и досаждать своим ужасным видом. Я рад, что ты осталась жива и осчастливишь какого-то достойного вейра.

Меня едва над полом не подбросило. Что он сказал? Паника и боль отступили. В лицо плеснуло жаром гнева.

— Ах вот как! — хрипло выдохнула я. — Шкурку подпортили и ты в кусты? — прошипела ему. — А знаешь что! — руки сжались в кулаки, — мне твоя красивая морда так надоела за все эти дни! И раз уж ты за меня решил, что я пары шрамов испугаюсь, то и вали. Вот. Ищи себе дальше хрустальную вазу в мягкой комнате. А я больше ничего бояться не собираюсь!

Голос задрожал, я поняла, что если скажу еще хоть слово, то просто разрыдаюсь. Сжала губы и зубы и отвернулась, пытаясь сдержать слезы. Хорошо, что рядом была Рита. Такая же, как и я. Она и высказала примерно то, что думала и я, только говорила она это своему Тайлингу:

— Слушай, а может и не зря у вас такие проблемы с деторождением и женщинами, а? — Может, вас само провидение пытается проучить? Потому что есть предположение, что в самый ответственный момент вы ведете себя, как идиоты с женщинами.

Нас быстро увели из зала и расположили в кабинете моего отца. Я бы наверное восхитилась мрачной роскошью убранства этого места, если бы в голове все еще не звенело от взрыва, от гнева и злости на Корстена и от мыслей о том, что если бы меня изуродовало бы в этой заварушке, этот барон тестостерон тоже бы быстренько на лыжи встал в поисках более симпотичной мордашки. И не сдержавшись, пока сильные мира сего обсуждали важные вещи, я все же задала этот вопрос. Он лишь крепче сжал зубы, глаза его стали еще темнее, а голова опустилась еще ниже. Очевидно, так проявлялась вина и стыд. Но меня эта пантомима не трогала. Хотелось отхлестать вейра по щекам, но его лицо и без того было одной сплошной раной. Так вот я и сидела, то злилась на него, то жалела.

А Рита тем временем с Тайлингом все же рассказали отцу о своих подозрениях и о том, что мы с ней попали в этот мир их другого. А еще они заявили:

— Есть вероятность, что местная Богиня когда-то выдернула наши души из этого мира. И вот теперь вернула назад, — развела руками Рита.

Сказать, что Диар был ошарашен — ничего не сказать. А потом вдруг выяснилось, что маман все это время винила себя в моем исчезновении. И при этом водила «дружбу» с местной Богиней. Хотя все вирры, вейры и айры поклонялись своему Всевышнему. И когда Веронс по приказу отца привел маму Клиаты в комнату, я вдруг почувствовала, как холодок осознания проникает в сердце и расползается по всему телу. А что, если Рита права? Судя по словам мамы это вполне возможно.

— Это из-за меня, — тихим шепотом бормотала мама. — Из-за меня забрали Клию, — как мантру повторяла она, хотя Диар поддерживал ее и успокаивал. — Она… она обещала дочь, — с ресниц сорвались первые капли слез. — Обещала подарить дочь. Но взамен просила разрешения на ее благословение. И сказала, что плату возьмет спустя много лет, — по щекам одна за одной катились слезы. В голосе женщины звучало отчаяние вперемешку с виной. — Обещала, что Клия будет здоровой и сильной. И жизнь ее будет долгой и счастливой. Обещала беречь дочь. А когда Клия пропала, Богиня больше не отвечала, — разрыдалась женщина. — Я звала. Я молила. Ты же знаешь, Диар, — женщина бросилась к отцу, уткнулась лицом в его колени, — я плавала на острова. Призывала Богиню. Но она оказалась глуха к моим молитвам. А ее жрецы повторяли одно: «Богиня убережет ваше дитя». Лишь на это я и надеялась все эти годы. Винила Пресветлую и молила ее сберечь дочь. Я бесконечно виновата, что пошла на эту сделку. Но я бесконечно благодарна, что у нас есть дочь и она сейчас жива и здорова. Рядом с нами.

У меня от этого рассказа мурашки бежали по спине, а глаза наполнялись слезами. Слова мамы были наполненны настоящей болью. И настоящей благодарностью.

— Методы у этой Богини,конечно, — Рита покачала головой, пока я кусала губы. — Извращенный способ уберечь похищенных от мук. Но чего уж не отнять — метод действенный, — хмыкнула она, горько усмехнувшись.

И я была с ней полностью согласна. Судя по тому, что в пещерах Тай и Рита уже нашли изможденных, измученных людей и нелюдей, то лучше уж провести много лет в любящей семье чужого мира, чем в заточении у каких-то психов.

По-новому взглянула на местных родителей. Возможно, я обрела здесь настоящую семью. Любящую и заботливую. Но я потеряла другую семью. И эта боль со мной навсегда.

Несколько следующих дней мужчины обсуждали варианты развития событий. И в конечном итоге, было принято решение плыть на остров Ветров. Туда, где по мнению Риты должна быть третья несчастная. Такая же, как и мы с Ритой. Девушка по имени Виктория.