Бывшие. Ты всё ещё моя

Глава 33

Сладко зевнув, я переворачиваюсь на бок и прохожусь ладонью по правой стороне кровати. Поглаживаю пустую подушку. Открываю один глаз и с разочарованием обнаруживаю, что Жарова в кровати нет. Но подушка всё ещё тёплая, значит, побег был совершён совсем недавно.

Потянувшись, я нехотя выбираюсь из кровати. Но стоит только спуститься на первый этаж, как я сразу понимаю, куда сбежал Жаров. Запах кофе и тостов вбивается в ноздри. Желудок тут же отзывчиво начинает бурчать. Ну ладно, за завтрак можно и побег простить.

— Жаров, ты меня пугаешь, — произношу, когда захожу на кухню и застаю Медведя за кофе машиной.

— Опять забыл одеться? — Он наигранно округляет глаза, чем вызывает у меня приступ смеха. А после я прикусываю губу и начинаю его внимательно разглядывать.

— Я недавно видела в ленте, что заграницей открылось кафе, где официанты мужчины носят только фартуки. Женщины оставляют бешеные чаевые, чтобы посмотреть на крепкие ягодицы.

— Нужно хорошенько почистить твою ленту. — Строго произносит Медведь, чем опять вызывает у меня улыбку.

— Зато теперь ты знаешь, чем сможешь заняться на пенсии.

— Нужно узнать, какие у них там чаевые.

Жаров подходит ближе, ставит передо мной чашку кофе.

— У тебя телефон звонил минут двадцать назад, — вот так и портит всю нашу романтику.

Наигранно вздохнув, я опускаю ноги из кресла на пол и шлёпаю в прихожую. Бабуля бы не звонила так рано. И тут же начинаю нервничать: а что, если с Денисом что-то случилось? Бабушка могла позвонить только в таком случае.

За эти несколько секунд, пока я шла к сумочке, я чуть инфаркт не успела словить.

Открываю сумочку, быстро телефон достаю, он чуть из пальцев не выскальзывает. Чудом экран не разбиваю. Снимаю блокировку и выдыхаю. Не бабуля. Но облегчение только на несколько секунд наступает. Потому что после я снова напрягаюсь. У меня три пропущенных от моего босса. Не от того босса, что здесь, а от моего главного босса. Сергея Владимировича. Чёрт. Это тоже нехорошо. Конечно, лучше, чем бы бабуля звонила. Но я прекрасно понимаю, что Куликов хочет узнать, когда я вернусь в город и смогу приступить к работе.

Обуваюсь и выхожу на улицу. При этом крикнув Медведю, что мне нужно поговорить. Набираю номер босса и обхожу дом по кругу. Иду к бассейну. Сердце в груди начинает колотиться сильнее.

— Доброе утро, Сергей Владимирович, — произношу, как Куликов только вызов принимает.

— Сонечка, я думал, что ты меня игнорируешь, — голос босса, как всегда, располагающий. Я растягиваю губы в улыбке.

— Ну что вы, Сергей Владимирович, я просто не слышала звонка.

— А мне вчера мой друг звонил, хвалил тебя, Соня. Благодарил за такого ценного сотрудника.

Прикусываю щеку изнутри, потому что понимаю, что так он подходит к главному разговору.

— Вавилов спрашивал готов ли я тебя отпустить ещё на несколько месяцев, видать хорошо ты ему продажи подняла.

— Да у меня всего несколько проектов было, он меня перехваливает.

— Сонь, думаю, ты понимаешь уже, к чему я веду. Слышал, что дело с твоим отцом уже решилось. А у меня Коновалов приезжает через четыре дня. Только с тобой работать хочет. Требует. Готов платить двойную цену, только Соню ему привезите, где бы она ни была. Расширяться хочет. Ему помещения нужны.

— Сергей Владимирович... Я бы хотела ещё немного времени с отцом провести. Мне бы ещё несколько недель и тогда...

— Понимаю, да я бы и не звонил, Сонь. Но Коновалов... Он буквально условия выставил. Только с тобой работать будет.

Я растеряно взгляд перевожу на лоджию, там Жаров расхаживает, улыбается мне, рукой машет. А у меня внутри всё сжимается. Потому что я понимаю, что это значит... Мне возвращаться нужно. В свою реальность возвращаться. Я думала у нас больше времени будет. Мы не успели многое обсудить. Я не успела сказать, что не готова бросать свою жизнь и сюда перебираться. Мы не обсудили, как дальше быть... Чёрт! И я не могу Куликову отказать. Потому что он слишком много для меня сделал. Даже здесь работой обеспечил. Я не могу его подвести.

— Сонь, давай так, ты закроешь вопрос с Коноваловым, а после я обещаю отправить тебя на месяц в оплачиваемый отпуск.

Так, пилюля не кажется настолько горькой. Я уеду на несколько недель, как раз каждый из нас сможет всё серьёзно обдумать, а когда я вернусь через месяц, мы серьёзно обсудим нашу ситуацию. Перейдём к какому-то общему знаменателю.

Я пытаюсь воодушевиться, но стоит снова посмотреть на Медведя, как мне становится грустно. Я ещё не уехала, а уже по нему скучаю. Жаров улыбается. Ещё не догадывается, что через пять минут я испорчу ему настроение своей новостью.

Гипнотизирую взглядом телефон. На часах уже десять вечера, а Медведь всё так и не позвонил.

Грустный вздох из груди вырывается. Мы продержались неделю. На телефонных звонках и на видеосвязи. Конечно, я чувствовала напряжение. Чувствовала, насколько сильно Жарова напрягает всё происходящее. Но я не думала, что мы сдадимся так быстро. Точнее не мы. Он.

Сжимаю пальцами телефон. Я позвоню сама. Вдруг у него важная встреча. Вдруг разрядился телефон. Вдруг... Я могу придумать кучу отмазок. Могу его оправдать в своей голове. Но от этого не станет легче на душе. Совсем не станет.

Я хорошо помню день, когда сообщила ему, что мне нужно уехать. Между нами повисла тишина на несколько минут.

— Ты знал, что я вернусь, — произнесла тихо. Не выдержала гнетущей тишины.

Чувство вины затапливало. Потому что утро начиналось хорошо. У нас было отличное настроение. И на ближайшие дни каждый из нас планировал всё что угодно, но точно не грустное прощание в аэропорту.

— Я не думал, что так рано, — Медведь наконец на меня посмотрел. В его взгляде была грусть с вкраплениями злости. Он пытался сдерживаться. Но я всё равно почувствовала.

— Я тоже, но я не могу по щелчку пальцев бросить свою жизнь там.

— Я и не прошу.

— После того как я выполню заказ, мне дадут отпуск на месяц. И тогда у нас будет время, чтобы...

— Сонь, я ничего не требую. Права не имею. Но мы должна будем решить вопрос. Мне казалось, что у нас начало получаться.

— Не показалось. Но я должна вернуться. Возможно, этот месяц пойдёт нам на пользу. Мы сможем трезво оценить всё происходящее.

Уголки его губ дрогнули, Медведь скривил губы в грустной улыбке.

Тот день закончился на ужасных нотах. Морально ужасных.

После мы собирали вещи. Жаров провожал нас в аэропорт. Неделя разговоров по телефону. Видеозвонков. И вот всё сошло к тому, что я кусаю в нерешительности губы и смотрю на телефон. Придумывая ему оправдания. Он сам выбрал время для созвона. Сам выстроил график. А теперь сам его нарушает.

Глубоко вдохнув, я набираю его номер. Слушаю длинные гудки. Жаров не берёт трубку. На моих губах грустная улыбка появляется. Значит, не потянули отношения на расстоянии? Или как это называется?

— Ты так и не поужинала?! — Бабуля на кухню заходит и недовольно головой качает.

— Не хочется, — в ответ выдаю, пытаюсь скрыть тот факт, что я ужасно расстроена, но бабуля тут же прищуривается и напротив меня садится.

— Что уже случилось? Это выражение лица я знаю.

— Ничего, бабуль.

— Ага, так я и поверила. Выкладывай, говорю!

— Жаров звонить перестал. — Выдаю на выдохе. Наверное, по большей части, потому что знаю, что бабуля будет его защищать. А мне хочется обмануться.

— Вчера звонил, — произносит своим любимым тоном: "ты себя накручиваешь, Сонька"

— А сегодня нет! И вчера мы поговорили всего десять минут.

— Прекрати себя изводить. Если тебе что-то не нравится, скажи ему или напиши. Всё по пунктам распиши. Пускай исправляет. Но только не накручивай себя.

— Бабуль, а если...

— Глупости! Он из кожи вон лез, чтобы ты шанс дала. Мужик умный и не профукает это всё из-за того, что тебе на работу уехать пришлось.

Снова зажимаю зубами нижнюю губу. А если он понял, что не хочет нас. Не хочет семью. Если... Я ведь сказала ему, что это время для того, чтобы подумать. Решение принять. Что, если...

— Соня, я сейчас ругаться буду! — Бабуля голос повышает, — я сказала глупостей не думать!

Только рот успеваю открыть, чтобы возразить, как дверной звонок разрываться начинает.

— Ты кого-то ждёшь? — Тут же на бабулю смотрю, та вздыхает и смотрит на меня как на маленького ребёнка.

— Конечно, сосед снизу свататься пришёл. Иди, к тебе это.

Звонок снова раздаётся, а я продолжаю с непонимаем на бабулю смотреть. А она с такой уверенностью всё это произносит, что у меня начинают закрадываться сомнения...

— Сонька, иди!

Со стула встаю, а сердце колотиться начинает. Кончики пальцев покалывает.

Ключ в замке проворачиваю, и до последнего себе надеется запрещать.

— Ты не против, если наш вечерний созвон мы в режим офлайн переведём?

На пороге квартиры Жаров стоит. Широко улыбается. А справа от него большой чемодан. Я в полнейшем шоке перевожу взгляд с Медведя на чемодан и обратно.

— А...

— Пустишь?

Я в таком же шоке в сторону отхожу. Жаров с чемоданом в квартиру проходит.

— А как ты...

— Я решил свои вопросы с бизнесом в столице, и приехал сюда. Кто-то из нас должен был это сделать. Тем более я тут по городку проехался, уже бизнес-план накидал, что и как здесь сделать смогу. Помещения мне на аренду найдёшь?

Ресницами хлопаю и от шока слова произнести не могу. А Жаров ближе подходит. К себе притягивает.

— И ещё, — улыбается, в губы меня целует, по полной пользуется моим шоковым состоянием, а после... После снова на шаг отходит и на одно колено становится. Я точно сегодня сердечный приступ получу. В руке Жарова бархатная коробочка оказывается. — Сонь, я жить без тебя не могу. Эта неделя мне адом показалась. Ты говорила, чтобы я использовал это время с пользой и подумал. Я подумал, Сонь. Ты станешь моей женой?

Я ладонью рот прикрываю. Я сплю, да?

— Ты только не томи, в моём возрасте на колене долго стоять не получится.

— Дурак, — из груди вырывается, а после нервный смешок.

— Надеюсь, что ты примешь меня со всеми этими минусами.

И снова я смеюсь, а из глаз слезы ручьём. От счастья.

— Жаров, вставай, — произношу хрипло.

— Только после ответа. Желательно положительного. Ещё принимается, что нужно подумать, но и это минут на пять.

— Какой ты невыносимый дурак, Жаров.

Смахиваю слезинки. А после в его глаза смотрю. Сердце сжимается от пережитых эмоций, и я согласно киваю.