Дочка от сурового Волшебника

Эпилог

Моя дочь плюхнулась на попку после первого шага. Но ничего, Керны так просто не сдаются.

Еще ребенком я уяснил простую вещь. Что-то не получилось? Обдумай ошибку и пытайся снова. Кто-то тебя переиграл? Нанеси новый удар.

Впрочем, на последнее мне все меньше хочется тратить время. Мне и так есть, чем заняться. Мы планируем свадьбу, готовим переезд. Потому на вопрос нового начальника охраны, какой ход мы сделаем против Захарыча, я приказал одно — убрать его подальше от моей семьи.

И уж никак не думал, что его тема всплывет (самое подходящее для этого персонажа слово) снова.

Я разгребал дела, чтобы какое-то время не ездить в офис. Ближайшие дни проведу в особняке. Нужно встретиться с прорабом, команда которого будет проверять и доводить до идеала коммуникации, сантехнику, окна и двери. Да еще плюсом Оля хочет, чтобы я одобрил выбор мебели. Хотя я сразу сказал, что полностью доверяю им с дизайнером. Однако не прокатило… В общем, пару дней придется потратить на это. Приехать, покивать и внести предоплату.

Заняться есть чем. И когда секретарь сообщает, что ко мне просится гость, я, мягко говоря, не радуюсь. Впрочем, имя заставляет пойти навстречу. Ко мне приехал тот самый младший брат Слава.

— Здравствуй, Кирилл.

Парень входит. Явно чувствует себя скованно. Хотя выглядит как довольный жизнью и успешный молодой человек. Подтянутый, высокий. Со стильной стрижкой на русых волосах и в модных шмотках. Узкие штаны, дутая куртка известного спортивного бренда.

Что ему не хватало? Стискиваю челюсти.

— Привет.

Слава проходит без приглашения. Но не садится.

— Понимаю, что ты не рад мне. Но мне нужно кое-что сказать. Вернее, я хотел попросить…

— Надеюсь, не мой бизнес? — не сдерживаюсь от сарказма.

Славик поджимает губы. Однако решает остаться на дружелюбном тоне.

— Кирилл, я ничего не знал! Клянусь. Папа… Пал Захарыч наделал дел… Да, я всегда хотел и хочу иметь высокий доход. Но не такой же ценой! В твою личную жизнь я бы не полез ни за что на свете!

Не врет. Как насчет совести, не знаю, но вот силенок у него бы точно не хватило.

— Что ты хочешь?

— Хм… — он хрустит пальцами. — Не наказывай Захарыча. Мы уедем с ним вместе из страны. Мне предложили контракт в Китае. Танцы… В общем, учиться я смогу дистанционно, а жить буду далеко отсюда. И отчима позвал с собой.

Да, Слава с раннего детства занимается танцами. А в Азии сейчас на этом можно неплохо заработать. Вот только это не наследство, и придется реально вкалывать.

— Рад, что ты сам решил управлять своей судьбой. Я верю, что ты ничего не знал. Хотя осадок у меня остался… В общем, общение не обещаю. Но удачи желаю от души.

Славик мнется.

— Хм… — решается заговорить он. — Счета папы… Захарыча, разблокируют?

Усмехаюсь. Все же какое-то возмездие должно быть.

— Да. И все деньги он переведет на благотворительность. Чтобы те будущие мамы, которые встречают по жизни таких же вот подонков, смогли удержаться на плаву. А дети не были с калеченной психикой. Как когда-то мы с тобой.

Слава опускает взгляд. Все понимает.

— Хорошо. Спасибо тебе. Пока.

— До свидания.

У Захарыча наверняка есть какая-то заначка. Доехать до нового места хватит. И первое время не придется сидеть на шее у парнишки. А дальше пусть пашет.

В глубине души мне хочется расквитаться с ним жестче. Гораздо жестче. Но сейчас я не могу позволить себе мараться.

Провожаю взглядом Славу, стараюсь снова переключиться на дела. Но не тут-то было. Со мной хочет поговорить еще один давний знакомый. Только на этот раз по телефону.

— Кирилл! — бодро начинает Костя. — Ты куда пропал? Что с приютом? Будете сворачивать?!

Энергия бьет ключом даже через трубку.

— Прости, я замотался. Проект мы и не думаем закрывать.

— А! — Костя как будто радуется. — Я решил, после всего ты зарекся кому-то помогать.

Улыбаюсь. Мне есть, что ответить.

— Знаешь, я понял одну вещь. Если тебе в жизни кто-то сделал зло, неважно — нарочно или по глупости, то за это не должны расплачиваться те, кто ничего плохого тебе не делал. Те, кому ты действительно нужен.

— А ты стал философом! — крякает Костя.

— Это вряд ли, — смеюсь, — зато скоро я стану женатым человеком. Пользуясь случаем, приглашаю на свадьбу.

Константин издает победный вопль.

— Я не сомневался в этой девочке!

После я уже до кучи созваниваюсь с фондом. Там узнаю, что Катерину все же благополучно отправили к тетке. Быков к ней лезть не будет. Слишком уж напугался вероятной шумихой. Да и девушка показала зубки. Такую трудно гнобить слабаку.

Да, именно так. Порой за самой зверской внешностью скрывается далеко не сильный человек. И наоборот.

К слову о нежной силе… Только я успеваю приехать к Оле на квартирку, вымыть руки и пощекотать Дашку, любимая заводит серьезный разговор.

— Керн, мы должны пожениться как можно скорее!

Ого. Можно долго рассуждать о женской инициативе. Когда ты сам определился с чувствами, она совсем не напрягает. Но я все же удивляюсь сильно. Я сделал предложение, все решено. Но что Ольга таким тоном заговорит о свадьбе…

— Я точно не сплю? — произношу это вслух.

Любимая проходит, садится на диван со мной рядом. Даша шагает мимо нас, держась за мягкую мебель.

— Более чем, — заверяет меня Оля, — и так же бодро нам нужно сбегать в загс. Или ты передумал?

— Н-нет! — начинаю заикаться. — Но может быть, ты все же скажешь, почему такая спешка?!

Ольга по-прежнему ни капли не смущается! А меня даже заводит такой ее настрой… Хм. Уже скоро от моего игривого настроения не останется и следа.

— Во-первых, Керн, — начинает будущая жена, — если долго ждать, на меня не налезет ни одно платье. Во-вторых… Знаешь, два ребенка, зачатых без брака, это уже не звоночек. Это колокол!

До меня медленно доходит смысл ее слов. Чувствую, на этот раз я испытаю все на собственной шкуре. И метаморфозы с настроением — первый шаг. На этот раз я буду рядом…

— Ты?..

— Да, я беременна!

Я очень быстро заметила особое положение. Все-таки в том, что касается моей профессии, у меня хорошо развита чуйка. Скачок давления заставил прислушаться к организму, остальное — дело техники.

Впрочем, доказательными методами я тоже проверилась. И уже тогда поставила «ультиматум» Керну. Шутка, конечно… Но если честно, тянуть реально не хотелось.

Свадьбу мы решили сыграть в самом классическом смысле этого слова. Пусть нам не по двадцать. Пусть наша дочь уже начинает ходить и говорить. Однако мы имеем право провести важный день, как нам хочется. Тем более, для каждого из нас брак первый.

И последний! Я понимаю, трудности на любом пути неизбежны. Но вся наша история показала — мы сможем договориться.

Так вот, свадьбу мы решили отметить в первый день весны. Керну пришлось поднапрячь связи, чтобы получить место в загсе на этот день. А я успела немного адаптироваться к новой беременности. Токсикоз меня не мучает, как и в первый раз. Зато порой нападает просто зверский голод! Не могу сопротивляться и пыхчу потом, как надувшийся шарик. Хорошо, Дашулька заставляет больше двигаться.

Платье для свадьбы выбираю прямое (талию подгонят буквально за три дня до) и с открытой спиной, чтобы приободрить Керна. Все же он еще три месяца назад в кошмарных снах не видел себя мужем и отцом сразу двух детей. Нужно как-то побаловать мужчину.

Образ мой он до последнего не видит, тоже в лучших традициях. И прямо у входа в зал регистрации, шипит.

— Имей в виду, с этого дня в таких нарядах ты не выходишь дальше спальни!

Этот «тиран» так нежно переплетает наши пальцы, что возмутиться ну никак не получается.

— Тогда нет смысле их покупать, — с улыбкой я закатываю глаза.

— Есть! — уверенно шепчет Кирилл.

Пока маму и папу женят, Дашулька ерзает на руках у бабушки. Тут и мой папа — уже вполне бодро стоит на ногах. Приехала сестренка, с которой мы не виделись кучу времени. Такая она, семейная жизнь… Еще Кирилл оплатил врача в Европе для моего племянника. А муж Люды их туда свозил. Специалист дал большие шансы, что слабое здоровье малыш израстет. Расписал им рекомендации. Теперь все держим за мелкого кулачки.

А вот племянники Керна, слава богу, более чем здоровы. Активность так и прет из этих годовасиков. В итоге Мэт даже не смог достоять церемонию — вышел в холл с детьми. Дал Инне побыть в зале. Все-таки женится ее любимый брат.

— К чему задавать эти глупые вопросы, — довольно громко шепчет супруге Волков, — если люди пришли сюда, разве они против? Бюрократия!

Жена пихает его в бок и краснеет. А сын-школьник авторитетно заявляет:

— Пап, ты разве не знаешь, что со свадьбы можно сбежать?

Здоровяк-Волков усмехается.

— Да, я бы так и сделал. Свидетельство в одной руке, жена в другой. А речь пусть милая дама закончит как-нибудь без нас.

Я чуть ли не хихикаю. И прослушиваю вопрос.

— Так вы согласны, Ольга?

У Керна уже бешеные глаза. Я моргаю.

— Мм… Да.

Зал взрывается смехом и овациями. Нет, все же нам никогда не стать нормальными! И это… так здорово.

В загсе мы быстро принимаем поздравления, а потом долго позируем для местной прессы. Нет, мы не поймали звездную болезнь. Просто статьи про нас и посты в интернете заодно пропиарят наш приют. Там уже целых двадцать мамочек, и останавливаться на достигнутом мы не намерены.

С чувством выполненного долга, наконец, едем в ресторан. Вернее, в кофейню. Кира и ее команда приготовили для нас невероятно стильный и уютный зал. Все же хоть мы и соблюли традиции, много гостей не приглашали. А своими хорошо будет посидеть в атмосферном местечке.

Здесь родня, друзья старые и новые. И среди последних особенно выделяется одна пара. Я оглядываю всех, и у меня глаза лезут на лоб.

— Ты не говорил, что пригласил Аверина! — шепчу на ухо мужу.

— Будет полезно наладить с ним контакт. И для себя, и чтобы присмотреть за Верой. Хоть ее отец был не лучшим человеком, я ощущаю ответственность. Я — человек из ее прошлого.

Фыркаю.

— Ты не главный человек оттуда. Вон ее прошлое во всей красе! Так обнимает ее собственнически. И вроде такой позитивный на лицо… А в глазах металл! Хоть он и молод.

— По долгу службы на морфлоте ему через многое пришлось пройти, — отмахивается Керн.

Я же только качаю головой.

— Она мне говорила, что вряд ли приедет.

— Не похоже, что Аверин привез ее силой. Смотри, какие они нарядные. И девочка не отпускает его руку. Ребенка не проведешь.

— Да, малышка светится рядом с папой. Хотя насколько знаю, он до конца не верит в отцовство. И между ним и Верой запутанная история.

Керн наклоняется и хулигански прикусывает мое ухо.

— Разберутся… Зато у нас теперь все предельно ясно.

Да, книга нашей жизни взяла курс на спокойные главы. Уютные, светлые. Но совсем не скучные, по крайней мере, для нас. Хотя… Наверное, сравнение неправильное. Ведь для книги или фильма обязательна аудитория. Мы же после свадьбы держим свой мирок максимально закрытым.

Ко всему прочему теперь он обнесен высоким забором. Мы довольно быстро собрались и переехали в новый дом. Нет, он вполне гостеприимен! С радостью встречает родственников и друзей. Но только в гости и по взаимному желанию. А вот без спроса влезать в нашу жизнь мы больше никому не позволим.

— Мамочка! Ма-амочка! Мам! Я проснулась…

Когда-то я вздыхала, что Дашулька зовет только папу. А сейчас издаю болезненный стон. Нет, я очень счастлива! Очень! Но…

Приоткрываю глаз — рядом пустая подушка. Однако я не подскакиваю в панике. Не задаюсь вопросом, где же мой супруг. Потому что вот он. Головой под этой самой подушкой. Вот хитрец!

— Она зовет тебя, — предупреждает Кирилл все мои просьбы.

Ну ладно. Тем более, он вчера взял на себя вечернее укладывание, а я смогла рано отрубиться с книжкой.

Поднимаюсь, ежусь, потягиваюсь. Если вы хотите продлить свою юность и энергичность — родите парочку детей к тридцати. У вас просто не будет выбора! Выдвигаюсь в коридор второго этажа…

Первая дверь — комната сына. Клим Кириллович Керн повторил маневр своего отца. Он закрылся подушкой от воплей старшей сестры. К слову, по характеру взрослый здесь он. Дашулька егоза, а сын степенный. Медлительный даже. Зато сам знает, когда ему надо поесть, а когда хорошо выспаться. И многое повторяет за отцом. Даже, как вижу, неосознанно.

Даша же Кирилловна та еще бестия. Папой крутит, к маме подлизывается. Родня считает, эта красотка в будущем точно станет звездой.

А воспитательница детского сада не устает ее хвалить. И не за таланты! Малышка в прямом смысле помогает ей. Когда кто-то из детей грустит, плачет или никак не может привыкнуть к группе, дочка быстро втягивает его в игру. Окружает позитивом, пусть и неумелой — заботой. И вот уже ребенок радостно играет с нашей звездой.

Хм, чувствую, этот талант у нее еще с первых дней общения с непростым поначалу папой.

Хотя от него же она могла унаследовать доброту. Керн с каждым годом все больше и больше расширяет благотворительность. Например, вчера в здании старого отцовского магазина начал переделку под апарт-комплекс. Там будет аренда по приемлемой цене для одиноких мам и семей, которые приехали в наш город лечить детей.

— Я кое-что нашел вчера.

Мы уже на кухне. Муж тоже спустился с какой-то карточкой в руках.

— Где? И что там?

— В папином старом кабинете, — он продолжает тему, о которой я размышляла, — вот. Это мое детское фото.

Заглядываю через его плечо. Симпатичный высокий брюнет держит на руках годовалого мальчишку в новом голубом костюмчике.

Крепко обнимаю мужа со спины.

— Видишь… У него были чувства к тебе. Он держал близко фотографию.

Кирилл вздыхает.

— Может быть. Знаешь, я вчера смотрел на этот снимок и понял, что простил отца. И вообще решил — от родителей, как от корней, нужно брать самое лучшее. Остальное не нести за собой из детства.

Поднимаю брови. Глажу его твердый пресс.

— Мудро. И что же возьмешь?

Керн усмехается.

— Хочу еще детей. И много внуков. Вот только с одной единственной женщиной.