День пролетает быстро за работой. Но когда небо начинает темнеть, и город загорается огнями, меланхолия снова опускается на меня.
Я закрываюсь в своей комнате, впервые радуясь, что вторую спальню Лу делит с Ясей, а у меня полная свобода поддаваться грусти в моей спальне.
Кухня у нас объединена с гостиной, как и во многих планировках в новых домах сейчас. Иногда к нам наведываются гости. Моя старшая сестра Надя или Тимоха. И если они остаются допоздна, ночуют на просторном диване в общей зоне.
Вспоминаю день, когда мы расстались с Лешей.
Он уже давно пропадал в своей новой компании. Он познакомился с какими-то парнями, кто увлекается ездой на байках. У них своя тусовка. Свой мотоклуб или что-то вроде.
Байкеры. Но не какая-то банда. А молодые парни, такие же как Леша. Спортсмены. Они собираются где-то за городом на открытом пространстве и выполняют там разные трюки на байках.
Он ни разу не брал меня с собой. Говорил, мне там будет скучно. Парни болтают о байках, чинят их, обсуждают гонки, делают трюки.
Мы все реже виделись. Но в тот день он был на ферме. Был день рождения мамы Алексея. И он приехал.
Пока все веселились в саду, мы сидели с другой стороны дома на ступеньках домика для бани.
Зажмуриваюсь и вижу его красивый профиль, как будто это было вчера.
Леша не смотрит на меня. Выглядит отстраненным. Это продолжается уже несколько месяцев. И я чувствую, что уже никогда ничто не будет прежним. Нас больше нет.
И мы больше никогда не будем лучшими друзьями.
Он больше никогда не посмотрит на меня с желанием.
Даже не хочу знать, есть ли у него другая. Но было так много сигналов…
— Это конец, да, Леш? — тихо говорю.
Мы такие чужие, что это физически больно. И хотя я сама первая сказала, что расстаюсь с ним, но на самом деле он не мой уже какое-то время.
Он скрещивает руки на груди.
— Ты сама предложила расстаться, — резко бросает.
— Я люблю тебя. Но я не чувствую, что ты все еще любишь меня. Тебя никогда нет рядом. И даже, когда ты здесь, тебя словно нет. Так что не говори мне, что это моя инициатива. Я больше не буду смотреть, как ты…
Переписывается с кем-то. Скрывает, где он был. Но у меня духу не хватает озвучить мои подозрения.
— Я не думал, что так получится, — вздыхает он.
Он никогда не убирал от меня телефон. Он никогда не отменял наши свидания. Никогда не увиливал от интимной близости. А сейчас он только это и делает.
А в соцсетях на фотографиях часто мелькает одна и та же девушка в его новой компании.
«Это сестра одного из парней. Она тоже катается и делает трюки», небрежно ответил он.
Его губы сжаты, а в моих глазах стоят слезы.
Так тяжело отпускать его. Но он уже не мой. И я больше не хочу плакать перед ним.
— Мы все равно останемся друзьями, да? — спрашивает он.
Я киваю, глотая слезы.
Это ложь. Друзья звонят друг другу. Рассказывают новости. Проводят время вместе. Этого нет сейчас. И этого уже никогда не будет.
Теперь я поняла, почему он не брал меня с собой. Это и была Дина. Его невеста.
Все эти месяцы, что мы продолжали быть вместе, он общался с ней и постепенно влюблялся. Наши свидания становились все реже. Если мы шли в пиццерию или кино, Леша выглядел отстраненным. Не особо поддерживал разговор. Часто смотрел в телефон, но держал так, чтобы я не видела экран. Ему приходили какие-то сообщения. Он отмазывался, что это чат байкеров.
Он уже тогда был всеми мыслями там. С ней. Не со всей этой темой про байки. Хотя это его тоже очень захватило.
Но о ней он тоже думал. Не знаю, ограничилось ли дело просто его мыслями. Были ли они просто друзьями на момент расставания? Или он поступил низко и встречался с ней?
А я старательно делала вид, что у нас все хорошо. Было невыносимо думать, что мы можем расстаться. Я цеплялась за Лешу, за наши отношения, как утопающий за соломинку.
Я должна отпустить его. Мы расстались уже полгода назад. Но мы все равно всегда будем в одной компании. Наши родители дружат и их дружба нерушима. И все дети Уличных Королей тоже дружны.
Но можно сказать, что у нас есть две отдельные компании. Старшие братья и сестры, и мы — младшие. Почти все ровесники.
Я возьму себя в руки. Перестану плакать. Я устала проливать слезы по тому, что ушло. И на свадьбу обязательно пойду. Я докажу себе и всем вокруг, что двигаюсь дальше.
Когда наступают выходные, мое настроение уже лучше. Я вижу, как девочки порхают по квартире, готовясь к походу в ночной клуб. Лу улыбается мне, натягивая черный кружевной корсет, и я улыбаюсь ей в ответ. На этот раз не вымученной, а искренней улыбкой.
Ясмина врубает музыку погромче и достает из холодильника «Мартини» и апельсиновый сок. Смешивает коктейли.
— Что ты наденешь? — Лу крутит в руках короткое черное платье.
— Черную кожаную юбку и золотистый топ.
— О, девочка, да ты будешь секс-бомба.
— А мы уж думали, придется самим одевать тебя поразвратнее. Но ты справилась хорошо! — Яся поднимает большие пальцы вверх.
— Это не развратный наряд! Просто к моим волосам идет золотистый цвет, — оправдываюсь. На самом деле он очень дерзкий. Я его почти никогда не надевала. И вот время пришло.
Я иду в ванную, чтобы нанести макияж. Смотрю на себя в зеркало. Мои серые глаза сияют в предвкушении ночи. Нет ни боли, ни тоски, только энергия от музыки и коктейля, который уже начал действовать.
— Ты просто нереальная красотка, — Яся осматривает меня, когда я выхожу в гостиную. Она пританцовывает в такт льющейся музыке.
Я чувствую себя такой свободной. Это так здорово — когда у тебя есть такие друзья, мои боевые, улетные подружки. Так хорошо не думать ни о чем и просто веселиться.
— Оторвемся! — визжит Луиза, когда раздается звонок. Тимофей приехал за нами.
— Будем танцевать всю ночь! — вторит ей Яся.
— Ну, погнали! Почему-то у меня стойкое ощущение, что эту ночь мы не забудем! Это будет феерично! — деловито заявляет Лу. В ее глазах такое же сияние и предвкушение, как и в моих.