Двойной эспрессо с апельсином (СИ)

Глава 1

Стеклова

2 сентября. Дождь. Безоблачное хмурое утро. Мое утро. Я стояла на автобусной остановке, безрадостно наблюдая за стекающими каплями с крыши, образующими вокруг небольшие лужицы.

К остановке подошел мой автобус. Пропустив вперед двух человек, я зашла следом, заняла свободное место у окна, поставила рядом мокрый зонт, на колени — красивый букет из желтых хризантем. Я ехала проведать бабушку, только настроение было отнюдь не радостным. Таким же не радостным, как и сегодняшняя погода. Окинув взглядом неполный салон общественного транспорта, я подумала о молчаливых пассажирах, уставившихся в окно или в экран своих телефонов. Каждый из них ехал по своим делам, и каждый был занят своими мыслями.

Проехав пять остановок, я вышла на окраине города и медленным шагом направилась к высокому зеленому забору, за которым жили люди с уже вечным местом жительства. Пройдя через массивные железные ворота, передо мной открылся вид на огромную территорию с красиво оформленными оградками и сделанные из гранитного камня надгробьями. Аккуратная асфальтированная дорожка вела мимо незнакомых людей со своей судьбой и с прожитой жизнью, длинною в отведенный срок. За два года я научилась гасить в себе чувства, которые вызывало во мне это место. Перестала задумываться об их судьбе и предполагать причину смерти. Находясь здесь на кладбище, я всегда возвращалась в прошлое, в тот самый день, когда впервые столкнулась с потерей близкого мне человека.

Это произошло ровно два года назад. Я беззаботная студентка, только недавно заселилась в общагу, хожу в библиотеку, посещаю интересные мероприятия. В мыслях предстоящая учеба, в свободное время встречи с друзьями, по выходным поездки на дачу к бабушке. И вот я собираюсь встретиться с друзьями. Стою перед зеркалом в маленькой комнате, рассчитанных на троих человек. По стене пробегает смелый таракан, а я даже не морщусь. Он тоже сосед. Внезапный звонок от незнакомого номера врезается в ухо тревожным звуком. Звонит соседка бабушки и сообщает, что у моей бабушки инсульт. Скорая приезжает и забирает ее в больницу. Там ей становится хуже. Она впадает в кому и находясь в таком состоянии около двух недель, уходит из жизни. Ее больше нет. Ее больше нет со мной.

Я уехала в другой город по срочным делам. Всего на пару часов. Думала, несколько часов ничего не решат, разберусь с делами и вернусь обратно. Я не успела дойти до универа, как вдруг зазвонил телефон, а на экране высветился неопределенный абонент.

— Здравствуйте, вы Валерия? Внучка Лидии Стекловой? — На другом конце говорила незнакомая женщина.

— Здравствуйте, да, — нервно сглатываю я, боясь услышать страшную новость.

— Я звоню из больницы. Лидия Стеклова умерла.

Никогда не забуду то чувство. Мое тело будто пронзили сотнями мелких клинков. Земля ушла из-под ног.

— Что? Вы шутите⁈ — не своим голосом спросила я, отказываясь принимать действительность.

— Девушка, какие шутки? Приезжайте забирать вещи, — послышались короткие гудки.

Дальше происходило все в тумане. Помню, как остановилась на месте, не в силах пошевелиться. Слезы ручьем текли по щекам, и, не сдерживая рыданий, я плакала, сжимая до боли в руках телефон. Я плакала и не могла остановиться. Сердце сжималось в маленький комок, вот-вот грозя превратиться в песок. Боль от чувства потери человека и осознание больше никогда в жизни его не увидеть разрывали душу. Ведь больше ты никогда не поговоришь с ним, не услышишь родной голос, никогда не обнимешь и не почувствуешь его тепло. Никогда.

Я помотала головой, возвращаясь в настоящее. Мне все еще было больно вспоминать ее смерть. Те две недели, проведенные с бабушкой в больнице, были самыми ужасными.

Теперь каждый год 2 сентября я проведывала бабушку, приносив на могилку ее любимые желтые хризантемы.

Чем ближе я подходила к ее могилке, тем сильнее ощущала ее присутствие.

Бабушка уже выглядывала меня из-под черной оградки, установленной на бетонном фундаменте, и радостно улыбалась. Казалось, ее голубые глаза тоже улыбались. Я отчетливо помнила их. Они напоминали ясное голубое небо в теплую летнюю погоду.

«Стеклова Лидия Анатольевна». Вечная память любящей матери, бабушке и сестре 1949−2024гг.

Она ушла из жизни в возрасте 75 лет.

— Привет, бабуль. — Начала я, положив цветы на могилку. — Как у тебя дела? Надеюсь, у тебя там все хорошо?

Я всегда начинала с одинаковых слов, чтобы было легче продолжать разговаривать с ней. Слезы медленно потекли из глаз, но я не замечала их.

— Я очень скучаю.

В носу предательски защипало.

Сколько я простояла там, не знаю. Я говорила и говорила, рассказывая ей все. А она в свою очередь внимательно слушала меня, продолжая улыбаться, и как бы говорила:

— Ты моя умница. Я горжусь тобой.

Дождь полил сильнее. Крепче сжимая пластмассовую рукоять зонта, я, наконец, замолчала. На душе стало легче. Свободней задышалось.

— Спасибо, что выслушала меня.

Еще немного постояв, я достала салфетку, вытерла слезы.

— Я должна идти, бабуль. Люблю тебя.

Не спеша, на ватных ногах я поплелась в сторону выхода. И думала о будущем, о предстоявших заботах, о родителях.

Мое детство никогда не было похоже на детство обычного ребенка в полноценной семье, где есть любящие родители. Мои родители — ученые до мозга костей. Они всегда были заняты своей работой, колесили по миру, оставив меня с 8 месяцев на попечение бабушки. Их больше интересовали новые открытия, исследования, нежели собственная дочь. Я видела маму с папой только по праздникам. Они приезжали и привозили мне кучу подарков, а затем без умолку рассказывали про свои исследования. Когда мне исполнилось 18, встречи стали еще реже. Я не винила их за недостаток внимания, так как к этому времени привыкла обходиться без них, став самостоятельной. Время от времени мама с папой высылали мне приличные суммы, видимо, таким образом восполняя свое отсутствие в моей жизни. Бабушка являлась для меня опорой и поддержкой. Вот почему, потеряв ее, я чувствовала себя одинокой. Пусть я жила своей жизнью, и вокруг меня окружали дорогие люди, я продолжала безумно скучать по ней. Мне хотелось вернуться в тот дом, почувствовать аромат свежеиспеченных пирожков, и чтобы бабушка встретила меня своей добродушной улыбкой. Теперь же возвращаться было некуда. Квартира пустовала. Там все осталось как прежде, только родной дом без родного человека уже не дом. Просто пустое жилище. На новогодние праздники мои родители приезжали в ту квартиру. Приезжала и я. Мы проводили вместе несколько дней, затем возвращались к привычной жизни.

Начало сентября означало новую жизнь. Переступив сегодня порог университета, я собиралась с новыми силами войти в колею, состоящей из новых испытаний: учебы, лекции, зачетов с экзаменами, работы в кафе, волонтерства. Что ж, я была готова.

Сквозь стену дождя вдалеке я заметила приближающийся силуэт. Нечасто встретишь кого-то в таком месте в такую погоду. Сквозь пелену густых капель медленным шагом, погруженный в свои раздумья, шел человек, держа в руке большой черный зонт. Он был одет в длинный черный плащ. Несомненно, это был мужчина. И чем меньше между нами сокращалась дистанция, тем больше я узнавала его. Однако мое подсознание отказывалось верить в увиденное. А все потому, что в мою сторону направлялся человек, редко посещающий университет, мажор и гуляка с сомнительной репутацией — Дегтярев Макс. Он прошел мимо, лишь на секунду встретившись со мной взглядом. В этом мимолетном взгляде я успела заметить грусть. Верно, ведь сюда не приходили с другими эмоциями.

— Привет, — окликнула я его.

Он остановился, и на миг в его в глазах промелькнула растерянность. Однако спустя всего долю секунды выражение лица приняло знакомое мне безразличие.

— Привет.

— Не ожидала увидеть тебя здесь.

— Я тоже.

Я поспешила за ним.

— Подожди, — догнав его в несколько шагов, я пыталась успеть за ним, но из-за его высокого роста идти наравне оказалось проблематично. — Ты собираешься в универ, если собираешься…

— Я не в универ, — резко отрезал он.

— Неужели снова намерен сбежать от ответственности? Сегодня мы принимаем первокурсников, — напомнила я, хотя вряд ли Дегтярев читал мое сообщение в группе, где я раз 10 об этом напоминала. — Макс, ну сколько можно вести себя как последний индюк и игнорировать все правила? Или снова твой отец…. То есть, я хотела сказать, ты как обычно отделаешься новым телевизором или еще чем-нибудь. Неужели тебе наплевать на своих одногруппников?

Да, скорее всего ему плевать на нас.

Дегтярев резко остановился и с мелькнувшим в серо-голубых глазах удивлением впервые внимательно посмотрел на меня.

— О чем ты говоришь?

— Я, конечно, все понимаю. Ты очень занят. Тем не менее, нельзя пускать учебу на самотек. Поскольку я староста группы, и ты оставался без практики, я записала тебя проходить ее в универе.

— Что ты сказала?

— Я записала тебя проходить производственную практику в универе… — повторила я. — Понимаешь, ты единственный, кто оставался без нее. На мои сообщения не отвечал.

— Нет, про моего отца, — потребовал он.

— Сказала то, что знают все. У тебя память отшибло? — раздраженно спросила я. — В универ надо чаще ходить. Несносное поведение избалованного мальчишки!

Дегтярев нахмурился. Затем сказал:

— Я думаю, ты меня с кем-то спутала.

Ну уж нет! Макса Дегтярева невозможно было с кем-то спутать! Во-первых, несмотря на дорогую одежду и исходившую от него надменность, надо признаться, был хорош собой. Во-вторых, уверенность, бившая через край, окутывала окружающих настолько, что неуверенному человеку становилось не по себе. Только, к счастью, мне было все равно на то, кем он являлся. Особенно все равно, кем он себя считал. Пусть будет хоть пупом-земли! Для меня Макс Дегтярев оставался непутевым студентом, игнорирующим все установленные правила.

— Ну да, еще скажи, у тебя есть брат-близнец, — нервно рассмеялась я. — Нет! Боже, пожалуйста, не надо этому миру еще одного Дегтярева!

Пока мы разговаривали, дождь прекратился. Я свернула зонт. Макс проделал то же самое.

— Послушай, — вздохнула я, стряхивая капли воды с зонта, — Возможно, ты правда не помнишь. Последний раз мы с тобой разговаривали… в мае. Ты интересовался зачетами. Точнее их ценами.

От моего монолога у Макса поползли брови вверх. В глазах промелькнуло снова удивление. Хотя ничего удивительного. У таких парней, как этот, совсем другие заботы. Например, чего бы выпить сегодня или куда бы сгонять покутить.

Заметив его глазах замешательство, я решила дать нашему знакомству еще один шанс.

— Хорошо, давай сначала. Валерия Стеклова — староста группы третьего курса факультета социологии, — дружелюбно улыбнулась я, протягивая ему руку.

Дегтярев даже не шелохнулся, лишь изумленно посмотрел на мою руку, неловко зависшую в воздухе. Весьма забавное зрелище — наблюдать за человеком с репутацией «не пропускаю ни одной юбки», колеблющемся перед выбором: пожать руку девушке.

В сумке завибрировал телефон, и я сразу отвлеклась на него. Ловко, одной рукой достала его из своей кожаной сумки-шоппера и ответила на звонок.

— Привет. Да, Оль, уже освободилась, — отвернувшись от собеседника, я сосредоточилась на разговоре. Я даже не сомневалась, что Макс воспользуется ситуацией с телефонным разговором и благополучно сбежит. — Как вы там? Справляетесь?

— Нам не хватает рук. Первокурсников очень много, — пожаловалась одногруппница. — Голова идет кругом от бесконечных вопросов. Неужели мы были такими же?

— Думаю, еще хуже, — хихикнула я. — Я уж точно.

— Жесть, — вздохнула Оля. — Ладненько, давай скорее приезжай. Ждем, — повесила трубку.

Когда на студенческом совете мне предложили пройти практику в стенах универа и дабы избежать лишней головной боли, естественно, я сразу согласилась, потянув за собой желающих. В итоге из двадцати человек набралось в общей сложности 6. Остальные уже нашли себе место на стороне. Если ты учишься на факультете социологии, то найти, где проходить практику не проблема. Только я представить себе не могла, как она будет меня выматывать.

Я повернулась к Максу.

Дегтярев стоял на том же самом месте. Удивил. Хороший знак.

— Так мы едем в универ? — последовала еще одна попытка с моей стороны привлечь этого парня к «работе».

— Едем, — кивнул он.

Дегтярев помимо непредсказуемого поведения был довольно дерзок в своих предпочтениях, предпочитая дорогие машины вроде спорт-каров.

«Автомобиль — отражение хозяина», — прочитала однажды я на просторах интернета.

Если верить данной фразе и описать по ней человека, то я бы сказала так: непредсказуемый, наглый, красивый. Он не скрывал своего положения, выделяясь на фоне остальных. Макс — избалованный мажор, для которого деньги, казалось, представляли единственную ценность. Поэтому я очень удивилась, заметив возле главных ворот не гоночную машину, а припаркованный седан цвета мокрого асфальта со значком в три кольца.

Пикнула сигнализация. Сверкнул фарами автомобиль. Обогнув его, одногруппник открыл переднюю дверь и сел внутрь. Немного поколебавшись, я последовала его примеру и села рядом на пассажирское, не забыв пристегнуться ремнем безопасности.

В салоне приятно пахло. Аромат дорогого кожаного салона смешивался с едва уловимыми нотками морского бриза. Макс завел двигатель нажатием одной кнопки. Почти уловимый звук двигателя был больше похож на тихое урчание кота.

Макс оказался превосходным водителем. Об этом говорили его спокойствие и уверенность на дороге. Он ловко совершал маневры, обруливал неровности и самое главное, — не пытался кому-то что-то доказать. В моем подсознании это никак не сочеталось с его характером. Мне доводилось ездить со своими одногруппниками Денисом и Сергеем. Даже Денис по своей натуре спокойная личность, мог позволить себе наглость влезать без поворотников. Сергей вообще ими не пользовался, в добавок сопровождая свои действия нелестными эмоциональными высказываниями.

Мы ехали в тишине, отчего я чувствовала себя, будто сама навязалась этому парню. Хотя на самом деле я просто пыталась призвать несносного одногруппника к ответственности. Однако, чем дольше затягивалось молчание, тем сильнее я ощущала свою навязчивость. И мне это совсем не нравилось.

Сегодня Макс точно был каким-то странным. Отрешенным, потерянным, другим. Я знала более-менее каждого студента из своей группы. Это входило в мои обязанности. Некоторые нехотя подчинялись правилам, реагировали порой вяло на мои объявления. Что же касается Дегтярева, он не реагировал никак. Очень редко появлялся на занятиях, не отвечал на сообщения в общей группе «вотс ап». Я никогда точно не знала: явится он сегодня в универ или нет.

— Как ты провел лето?

«Мне абсолютно наплевать, как ты провел лето. Я лишь пытаюсь разбавить тишину повседневной болтовней, чтобы хоть как-то скрасить нашу совместную поездку», — хотелось добавить.

— Твой вопрос звучит, словно ты задаешь тему для сочинения в начальной школе, — усмехнулся он, не отрываясь от дороги.

— Не знаю. По-моему, это всего лишь безобидный вопрос, — я пожала плечами. — Хочешь, не отвечай.

Я решила, что наш разговор окончен, и отвернулась к окну, наблюдая за мимо проезжающими машинами.

— Не очень хорошо я провел лето, — вздохнул Дегтярев, сжимая руль.

— Да ладно? Разве Дегтярев Макс на такое способен? — рассмеялась я.

Макс кинул в меня мимолетный взгляд и промолчал. А я не стала больше навязываться.

Когда мы подъехали к университету, то увидели первокурсников, толпившихся возле крыльца. Из-за отсутствия свободных парковочных мест Максу пришлось припарковать машину достаточно далеко. Выйдя из автомобиля, мы направились в самый эпицентр, с трудом протискиваясь сквозь толпу. Краем глаза я отметила восхищенные взгляды девушек в сторону Дегтярева. Они оборачивались, улыбались, шептались. Парню же, казалось, было все равно. Его серьезное лицо и отсутствующий взгляд говорили об этом. Я не разделяла мнения влюбленных девиц и не понимала их интереса к таким парням, как Макс. Ведь очевидно же, он из тех, о ком говорили: «поматросит и бросит».

Стоило нам переступить порог трёхэтажного гуманитарного корпуса, на встречу выбежала Оля. Оля — моя лучшая и единственная близкая подруга. Маленького роста, с кудрявыми длинными волосами, одногруппница выглядела вся взмыленной.

— Наконец-то ты приехала, — выдохнула она. — Идем! О, привет, Макс. — Выпучив глаза от удивления, быстро проговорила Оля. — Не ожидала тебя увидеть.

— Привет, — коротко поздоровался тот.

У нас не было времени обмениваться любезностями, ведь впереди было слишком много работы. На первом этаже в холле буквой П были расставлены столы с компьютерами, за которыми сидели студенты. На столах также лежали папки, брошюры, листовки. Другими словами, «информационные столы», откуда новые прибывшие студенты могли получить нужную и важную для них информацию: где и что находится, как и где проходят занятия и т.д. Я сидела за одним из них.

Макс со скучающим видом находился неподалеку, держа в руках листовки, и безынициативно их раздавал.

— Не слишком-то он счастлив, — хихикнув, подметила одногруппница Марина. Миниатюрная девушка с длинными волосами, заплетенными в шикарную толстую косу.

— Один раз потерпеть можно, — ответила я.

В любом случае, лучше уж так, чем ничего. Пожалуй, это первая его работа в пределах университета. По крайней мере, не стыдно деканату будет подавать списки проходящих практику.

Мимолетная мысль о Дегтяреве заняла несколько секунд, потому что пришлось полностью утонуть в студенческой суете. Поток новеньких был нескончаем. Некоторые из них были с родителями, некоторые пришли сюда самостоятельно. Уверенность, огонь в глазах, много вопросов «по своей воле» студенты, которые знали, на что шли. Пустой взгляд, кислое выражение лица, без эмоциональность — поступившие сюда студенты, скорее всего, не дойдут до конца и не получат заветную корочку. Я отлично помнила себя, будучи первокурсницей. Моим родителям было не до моей будущей профессии. Никто не брал меня за руку, не проводил беседу на счет специальности. Я просто знала, что хочу быть полезной обществу.

— Когда это все закончится? — раздражённо поинтересовался Макс, подойдя к моему столу. Парень оглядел толпу.

— Потерпи. Ты впервые участвуешь в таком мероприятии, — заметила я, почему-то в душе радуясь его присутствию. Все-таки не каждый день увидишь Дегтярева с листовками в руках.

— А что, если я уйду прямо сейчас? — прищурился он.

— Ничем не удивишь. Уйдешь, не засчитаю тебе практику, Дегтярев.

В принципе, а на что я рассчитывала? Приручить этого мажора? Да плевать ему было на университет. Странно, почему Дегтярев до сих пор был здесь. Он пропускал универ неделями, и какое-то университетское участие его не напугает. Однако крыть мне больше было нечем. Одногруппник бросил в мою сторону недовольный взгляд и скрылся в толпе. Он не ушел, встал на свое место и с невозмутимым видом продолжал раздавать листовки.

Через два часа действительно все закончилось. Студенты постепенно покидали коридоры универа, оставляя после себя долгожданную тишину. Я смогла вздохнуть полной грудью, совершенно без сил опускаясь на стул.

— Можешь идти, — я махнула рукой Максу, который подошел к моему столу, чтобы вернуть оставшиеся листовки. — Так уж и быть: практика засчитана.

— Зануда, — кинул он, поворачиваясь спиной. Видимо, побыстрее хотел избавиться от моего общества.

Да, я была такой. Занудной третьекурсницей, отвечающая за дисциплину всей группы.

— Надеюсь увидеть тебя в понедельник, — я улыбнулась, проигнорировав безобидное прозвище.

Дегтярев вдруг остановился и обернулся.

— А что будет в понедельник?

— Ох, Макс, — я закатила глаза, не воспринимая его вопрос всерьез. Я начала собирать оставшуюся макулатуру со стола. Принятие первокурсников был позади, поэтому и мне пора идти по своим делам. Дегтярев терпеливо ждал, сверля меня взглядом.

— Пары, Макс. Будут пары.

Пришло «бабье лето». Жара днем на улице достигала до +25. Отличное время для тех, кто не успел отдохнуть на морях летом. Я предложила одногруппникам, считающих своими друзьями, снять пару домиков у моря на выходные. В нашей группе училось 20 человек. Общалась я со всеми, дружила лишь с тремя: Олей Коновой, Денисом Орловым и Сергеем Головиным. Многие могли предположить, что мы разбиты по парам: Оля с Сергеем, а я с Денисом. Увы, нет. У Дениса была девушка Карина из нашего универа, только училась она в другом корпусе, расположенном на окраине города. А вот Сергей несколько месяцев назад расстался с девушкой и был на данный момент свободен. И Оля даром времени не теряла, уделяя другу особое внимание.

Касаемо моих личных убеждений по поводу отношений, то тут я предпочитала быть одиночкой. Возможно, сказалось мое воспитание, и я просто привыкла быть одна. Для меня особую ценность представляли мои личные выстроенные границы. Мне нравилась моя жизнь, люди в ней и ее ритм.

Однажды ради интереса я начала встречаться с одним парнем. Мы познакомились в кафе. Я работала в свою смену, когда Олег пришел туда со своим другом. Дождавшись меня после работы, пригласил выпить кофе. Он мне понравился. Олег оказался начитанным, интересным, всесторонним парнем. Учился на последнем курсе юридического факультета. Мы начали встречаться. Мило ухаживал, дарил цветы. Наши отношения продлились три месяца, и все было хорошо. Только вот я не испытывала к нему ничего, кроме симпатии. А на одной симпатии далеко не уедешь. Нет, не было никаких горьких слез, страданий и скандалов. Я просто однажды пришла к Олегу и сказала, что хочу расстаться, сказав все, как есть на самом деле. Он с уважением принял мое решение. Мои знакомые уверяли меня в отсутствии настоящих чувств к нему, ведь если бы я по-настоящему любила, то ни за что бы рассталась с ним так спокойно. Возможно, они были правы. Разве я знала о любви? Я любила бабушку, родителей, друзей и свою старенькую кошку, ушедшую из жизни пять лет назад. А все окружающие почему-то твердили о какой-то другой любви.

Я быстро организовала домики на базе отдыха «Морской берег» на закрытой бухте рядом с океаном лазурного цвета и белым песком. Погода днем стояла жаркая, а вот вечером становилось по-осеннему прохладно. Мы прибыли в назначенное место, захватив с собой все необходимое.

Однотипные домики с бирюзовой треугольной крышей были построены в три ряда и соединены между собой и имели расположение в виде плавной дуги. Они были трехместными и вмещали в себя просторную комнату с тремя деревянными кроватями, тумбочками, стульями и столом и туалет с душевой кабиной с горячей водой. Также имелась одноконфорочная электрическая плита, холодильник, кондиционер и отдельная душевая с горячей водой и туалетом.

— Здесь уютно, — сказала Карина, занимая свободную кровать у стены.

— Согласна, — кивнула Оля, раскладывая вещи. — Поскорее бы окунуться.

Мы принялись обживаться: распаковали сумки, застелили кровати и переоделись.

Спустя час, стоя под солнцем, все были заняты приготовлением обеда. Парни жарили заранее замаринованное мясо на мангале. Мы накрывали на стол.

— Думаешь вода успела прогреться? — спросила Карина у своего парня. Высокая стройная брюнетка в красном открытом купальнике подошла сзади к Денису и поцеловала в щеку.

— Вполне, — по-доброму усмехнулся Ден.

Я нарезала овощи и выкладывая их на тарелки. Оля расставляла разовую пластиковую посуду, выдавливая на каждую тарелку приличную порцию кетчупа.

— Что мы будем пить? — спросила Карина у меня.

— Я захватила для нас бутылку мартини и тоник.

— Класс! А Ден с Сергеем?

— Не знаю, кажется у них свой алкоголь.

Ароматный запах шашлыка пронесся по округе, вызывая голодный спазм. Когда мясо наконец было готово, все расселись на маленькие табуретки вокруг стола.

— Божественно! — воскликнула Карина, откусывая кусочек шашлыка. — Кто мариновал мясо?

— Оля. У нее есть свой фирменный рецепт.

— Прошу тебя, поделись! Это самый вкусный шашлык в моей жизни! — простонала девушка.

Судя по ее бурным эмоциям, она не врала.

— Да никакого фирменного рецепта, — рассмеялась Оля, явно привыкшая к подобной реакции. — Майонез, лук, соль и черный перец.

— Обалдеть!

— Вот-вот! Я также отреагировал в первый раз, когда попробовал. С тех пор, Оля отвечает за мариновку.

— Давайте выпьем за уходящее лето, — предложила я, поднимая свой пластмассовый стаканчик с прозрачной жидкостью.

— Какой-то грустный тост, — сморщился Сергей, но свой стакан поднял.

Послышался глухой звук пластмассовых стаканчиков.

— Кстати, хотела спросить, — Оля повернулась ко мне. — Каким образом тебе удалось затащить Макса Дегтярёва на практику?

Я чуть не подавилась. Мне не хотелось рассказывать о нашей с Максом неожиданной встрече на кладбище. Ведь вряд ли сам Дегтярев хотел бы об этом распространяться. Личные дела, так сказать. Я вспомнила его грустные глаза, и сердце вдруг кольнуло сожаление об утрате близкого человека. Я понимала его чувства, так как сама пережила подобное.

— Ничего особенного, — отмахнулась я. — Встретила его случайно на улице. Рассказала про практику, он согласился.

Отчасти это было правдой, за исключением некоторых подробных деталей.

— Совсем на него не похоже, — фыркнула подруга. — Просто это странно. Он весь такой «занятой» и тут явился.

— Согласен. У меня другой вопрос, что вообще он забыл на факультете социологии? — настала очередь Сергея задавать вопросы. — Всем известно у его отца своя строительная компания. И тут вдруг… социология?

— Мало ли у мажоров причуд, — зевнула я, потянувшись на припекающем солнышке.

Подул приветливый морской ветерок. Действие от мартини расслабило тело, наполняя приятной почти невесомой тяжестью. Время близилось к обеду. Становилось жарко.

— Стоп, — рассмеялась Карина. — Я не в курсе ваших дел, поэтому расскажите кто такой этот Макс?

— В нашей группе учится один парень-мажор. Очень-очень редко появляется в универе.

— И? Мало ли студентов в универ не ходят.

— Твоя правда, мало ли… только Дегтярев же у нас «звезда», — усмехнулась Оля. — Поэтому мы все гадаем, с чего вдруг он решил участвовать там, где в помине никогда бы не появился. Это, как если бы в море огонь разжечь. Невозможно!

— Ну не знаю… может у него важная жизненная ситуация. Может таким образом, его дорогой папочка решил наказать сына, отправив учиться туда, куда он не хотел. От этого все проблемы, — вступилась Карина.

Карина предложила неплохой вариант для размышлений. Макс действительно вел себя словно его насильно засунули учиться к нам на факультет. А это могло быть следствием его пренебрежительного отношения к учебе.

— Лера, уверена, ты знаешь почему он у нас учиться, — предположила Оля. — Колись давай!

— Изначально Дегтярев учился на факультете «Управление бизнесом», однако из-за своих вечных прогулов, даже связи и деньги не смогли помочь ему доучиться. Другими словами, его отчислили. А почему именно социология? Тут надо у него спросить.

Повисло молчание.

— Какая нам вообще разница, почему у нас учится этот парень, — в итоге сказал Денис. — Ребят, давайте не будем говорить о нем. Лично мне, нет до него дела.

— Согласна. Предлагаю оставить данную тему и пойти искупаться, — Оля поднялась. — Серёж, составишь мне компанию?

— Ок, — без всякого энтузиазма отозвался тот.

От Оли его ответ не остался не замеченным.

— Если ты не хочешь… — ее плечи поникли.

— Все пойдем, — поддержала я, дабы сгладить возникшую неловкость.

Убрав со стола еду, мы пошли следом за парнями, которые уже находились на берегу и надували матрас.

— Дай ему время, — шепнула я по дороге подруге. — Он расстался с девушкой. Ему сейчас нелегко.

Оля ничего не ответила, лишь грустно взглянула на предмет своей влюбленности.

Бывшую девушку Сергея мы видели всего несколько раз. Надменная, помешанная на своей внешности Аллочка не понятно, чем заинтересовала нашего друга. Сергей — жизнерадостный, простой парень, обожал спорт и пешие прогулки. В свободное время увлекался хайкингом. Алла же любила клубы. На какое-то время наш Головин даже перестал общаться с нами и все время проводил с ней время. Их отношения продлились не более трех месяцев. Затем Сергей снова вернулся в компанию, только теперь унылый, грустный и не похожий на себя.

«Мы расстались» — это все, что тогда сказал он.

— Хорошо. Время значит время, — согласилась Оля.

По правде говоря, Оля давно была влюблена в Сергея, но из-за своего «лишнего» веса часто комплексовала. Я всегда ей говорила, что помимо внешности должна быть еще внутренняя красота. Я бы не смогла дружить с человеком с красивыми внешними данными и отвратительными внутри. Должен обязательно присутствовать баланс, соответствующей внутренней и внешней красоте.

Подойдя к берегу, я сняла пляжные сланцы и дотронулась босыми ступнями до воды. Конец слабой волны мягким прохладным щекотанием, словно заигрывая, дотронулся до кожи, оставляя на месте касания мурашки.

— Прохладная, — хихикнула я.

— Шутишь? Вода ледяная! — взвизгнула Карина, одновременно со мной дотронувшись до воды. — Не знаю как вы, но я пас.

Карина выбрала свободное место на песке, расстелила плед, сняла красное парео и села, достав из сумки солнцезащитный крем. Оля последовала ее примеру, удобно устроившись на своем пляжном коврике. Я не спешила присоединиться к ним. Огляделась по сторонам, наслаждаясь редкими моментами отдыха. По песку радостно носились дети, умиротворенно загорали на расстеленных покрывалах взрослые, а воде купались, видимо, самые смелые. Несмотря на довольно теплую погоду для сентября, на пляже собралось не много отдыхающих. По сравнению с летними месяцами их количество сократилось раза в два.

— Кис, идем сюда! — позвал Денис свою девушку. Они уже надули матрас и опустили его в воду.

— Может попозже, — девушка состроила милую гримасу. — Хочу позагорать.

— Мы пойдём поныряем! — крикнул Сергей. — Здесь есть песчанки!

— Вечно вам не сидится на месте, — заметила Оля.

Парни залезли на матрас и поплыли, постепенно отдалясь от берега.

— Надеюсь с ними все будет хорошо, — с беспокойством в голосе произнесла Оля.

— Шутишь? Серега и Ден отличные пловцы! — заверила я. — Тем более, море сегодня спокойное. Единственное, за что мы можем сейчас переживать, так это за внезапно проголодавшую акулу, заплывшую к нам в холодные воды. А это — мало вероятно.

— Лера права. Не переживай.

Намазавшись кремом, я приняла удобное положение, надела кепку, очки и провалилась в сон. Наступило полчаса умиротворения вместе со слиянием с матушкой-природой.

Морской ветер и ласковый шелест волн приятно убаюкивал, только помимо звуков природы я уловила тихое перешептывание подруг.

— О чем речь? — я села, потирая глаза.

— О коттедже, — пояснила Карина, показывая в сторону густой заросли леса. — Было бы здорово в нем отдохнуть несколько дней.

Я взглянула в сторону обсуждаемого девочками предмета. Солнце беспощадно слепило глаза, поэтому сразу не удалось его рассмотреть. На утесе, заросшей зеленью, где заканчивался песчаный пляж, начиналась каменистая скала. На нем стоял одинокий двухэтажный коттедж с большими окнами, выходящими прямо на открытый океан. Темно-бордовая крыша существенно выделялась на растительном фоне.

— Хотела бы я там побывать, — мечтательно произнесла Оля. — Представьте, огромную кровать с райским видом на загадочную бесконечность. Просыпаешься, а у тебя перед глазами шикарный рассвет.

— Звучит романтично, — улыбнулась я. — Думаю, его можно снять. Вопрос лишь в цене.

Я попыталась прикинуть его примерную стоимость в сутки. Наверняка там есть все необходимое, включая джакузи.

— Можем позже прогуляться до него и узнать, — предложила я.

— Не шути так. При всем желании коттедж нам явно не по карману, — вздохнула Оля. — Кстати, парни возвращаются!

Парни вернулись с небольшой горстью песчанок с размером в половину женского кулачка. Вкусный деликатес прятался на песчаном дне. Человеку, умеющему нырять, не составляло труда достать такой моллюск с песчаного дна, зарывшегося неглубоко в песок. Обладая навыками ныряния, найти его можно по дырочке в песке, через которую он дышал.

Разморившись на солнце и наевшись сырого моллюска, мы все же окунулись несколько раз в воду, принявшей нас в свои прохладные объятия.

На небе проглядывались первые признаки сумерек. Океан под сопровождением розовато-голубых оттенков выглядел безгранично прекрасно. Вдоль берега, погруженные кто в свои раздумья, кто в непринуждённую беседу, неспеша прогуливались люди.

Мы разожгли на берегу костер, аккуратно оградив небольшими камнями, кинули в него замотанную в фольгу картошку. Расселись на стульях, образуя круг. Карина, тесно прижавшись к Денису, пила налитый из термоса в кружку горячий чай. Сергей, щелкая семечки, безмолвно наблюдал за танцующим пламенем. Завершался круг на нас с Олей, также безмолвно следившими за огнем. Каждый раз его оранжевые языки не были похожи на предыдущие. Живые, трепещущие, манящие.

— Лер, забыла тебе сказать. На днях видела Олега, — шепнула Оля.

— Я тоже его видела, с новой девушкой, — отмахнулась в голос я, подобрав с песка валявшую рядом сухую палку, кинула ее в костер.

Я никогда не скрывала своих отношений с бывшим парнем, поэтому могла спокойно о нем говорить.

— Ты так равнодушно говоришь об этом.

— Обожаю сплетни. О ком на этот раз речь? — встрепенулась Карина.

Над головой с шумным воплем пролетело несколько чаек.

— Речь о моем бывшем. Оля видела его недавно.

Все кроме Карины знали Олега.

Денис был на год старше своей девушки. Карина же только-только поступила в универ, а мои отношения были на втором курсе.

— Почему вы расстались? Чья была инициатива?

— Моя. Не понравилось, что человеку нужно было уделять внимание.

Карина забавно захлопала ресницами, открыла рот затем закрыла.

— Ты сейчас серьезно? Т. е. ты рассталась с парнем из-за того что не хотела уделять ему внимания?

— Не совсем, — я улыбнулась. — Просто считаю, что то, время, которое затрачивается на партнера можно потрать на интересное дело. Например, найти бездомному животному дом или посадить дерево в парке, написать книгу или картину.

— Лера у нас одиночка, — вздохнула Оля, хлопая меня по спине.

Подруга отлично знала мои расставленные приоритеты.

— Скорее всего ты никогда не любила, — засмеялась Карина, влюбленными глазами посмотрев на Дениса, тот ответил ей взаимностью. — Любовь — это ведь безумный шквал эмоций, способный перевернуть жизнь с ног до головы!

— Девчонки, давайте прекратим эту ванильную тему, — поморщился Сергей. — Тошнит уже.

Мы переглянулись и промолчали, прекрасно понимая незажившие раны Головина и закрыли тему про отношения.

Картофель в фольге приготовился. Разлив горячий чай по кружкам, мы выбрали нейтральные темы для бесед у костра. Незаметно к нам подкралась ночь, перед этим побаловав шикарным закатом и безветренной погодой.

Прекрасный вид на ночной океан был освещен полной луной и придавал ему таинственности. На ночном небе не было ни облачка, поэтому множество звезд сегодня сопровождало яркую луну. Ночное солнце проделывало ребристую дорожку на водной поверхности, создавая путь в опасную красивую неизвестность.

Со стороны океана внезапно подул прохладный ветер, раздувая костер. Маленькие искры полетели на нас. Затрещали ветки. Шелест волн стал громче. Все-таки сентябрь не июль и по вечерам превращался в осень.

— Кис, идем погуляем по берегу? — Денис встал и подавая руку Карине виновато улыбнулся нам. Им необходимо было побыть наедине. Всем влюбленным парам необходимо.

Они поднялись и пошли вдоль берега, держась за руки. Оля грустно провожала их взглядом. Уловив настроение подруги, я тоже поднялась.

— Ты куда? — удивился Сергей, оторвавшись от огня.

— Хочу побыть одна, — ответила я, незаметно подмигнув Оле. Та в ответ благодарно улыбнулась.

— Аккуратнее там.

— Конечно.

Оставив друзей наедине, я пошла вдоль берега в противоположном направлении от Карины с Денисом, дабы избежать столкновения. Я чувствовала мягкий податливый песок под ногами, шум воды и тоску в своей душе. Лето покидало нас. С каждым днем все дальше уходило, уступая место своей сестре Осени. А это означало, что совсем не за горами холодная зима. Я не любила холод, ведь он замедлял и отнимал жизнь всему живому.

Ветер лениво раздувал мои волосы, наполняя их морским ароматом. Я пыталась отбросить грустные мысли о зиме и просто наслаждаться настоящим моментом, пока вдали не заметила направляющийся на встречу мне силуэт. Не замедляя шага, я вдруг узнала в нем знакомые черты. Полнолуние, выступающее в роли природной лампы, освещало человека, шедшего неторопливой, но уверенной походкой. Погруженный в свои раздумья, он не замечал никого вокруг. Одетый в светлые брюки и такого же цвета футболку, слегка согнувшись вперед, с опущенными плечами, ко мне на встречу шел Максим Дегтярев.