Двойной эспрессо с апельсином (СИ)

Глава 26

Стеклова

Ноябрь с каждым днем напоминал зиму. Снег валил крупными хлопьями, постепенно застилая старый. На улице стоял слабый морозец, слегка подрумянивая щеки. Я стояла на остановке в ожидании автобуса. Сегодня мне надо было ко второй паре. Преподаватель по профильному предмету улетел на конференцию, поэтому теперь по понедельникам и четвергам можно было поспать подольше. Поежившись, я спрятала руки в карманы и вдохнула свежий утренний воздух, который отрезвляюще действовал на мое полусонное состояние. Ночью мне не спалось. В голове возникал образ улыбающегося Дегтярева. Снова.

После разговора с Олей ко мне пришло осознание. Вадим не мог просто так отказаться от «нас». А «мы» все-таки имели место быть. Я верила, он не тот человек, кто говорит в пустоту. Он не из тех, кто играет чувствами ради забавы. Вадим действительно был одинок. Ему тяжело было открыться другим, несмотря на внешние сходства с Максом, они сильно отличались друг от друга. Поэтому я сразу почувствовала, что что-то не так.

Поверив своим убеждениям, я поехала к нему домой. Дома никого не оказалось. Оливера тоже не было, иначе бы я услышала мяуканье. Если у меня была хотя бы малейшая возможность поговорить с ним, не раздумывая я воспользовалась бы ею. Звонить Максу я больше не решалась, заранее предполагая исход нашего разговора. То, что братья не дружны, было понятно практически с самого начала. Пусть в моем окружении никогда не водились братья или сестры близнецы, я все равно была наслышана об их связи. Они чувствовали и понимали друг друга с полуслова. Чего не скажешь о братьях Дегтяревых. Само собой, это не их вина, однако тем не менее, их отношения были на лицо.

Я совсем потеряла надежду увидеть когда-нибудь его снова, пока в пятницу после второй пары не заметила силуэт Дегтярева, стоявшего возле кофейного автомата. Сердце глухо ударило, а ноги сами понеслись к нему. Он был одет в джинсы скинни, черную футболку с надписью «мне по*» и кожаную куртку с меховым воротником. На мое разочарование это был не тот Дегтярев. Вадим предпочитал больше классический стиль, а если и носил джинсы, то либо с рубашками, либо с полуверами, отлично подчеркивающими его рельефные мышцы. Он никогда не позволял себе грубые надписи на одежде. Сердце перестало реагировать и сразу же вернулось в обычный темп. Замедляя шаг, я все же решила попытать удачу и добиться хоть какой-нибудь информации о Вадиме.

— Где он? — с ходу спросила я.

В это время Макс уже доставал пластмассовый стаканчик из автомата и собирался сделать первый глоток.

— И тебе доброе утро, — криво улыбнулся парень, заметив меня.

— Где Вадим?

Макс отпил кофе, прикрыл глаза и довольно улыбнулся.

— То, что надо.

Я начинала терять терпение, нервно покусывая губу, ждала, когда он соизволит ответить на вопрос. Кажется, прошло несколько минут, прежде чем Макс удостоил меня взглядом.

— Спешу тебя разочаровать, моего брата тут нет. Вообще, он вряд ли еще тут когда-нибудь появиться. Надеюсь, намек ты поняла? И теперь отстанешь от меня, — он развернулся и пошел прочь по коридору, оставляя меня переварить его ответ. А чего в принципе я ожидала услышать? Что Вадим сейчас придет? Однозначно нет. Однако несмотря на это, я не могла скрыть своего разочарования. Почему Вадим так поступал со мной? Меня захлестнула обида. Боль с новой силой рвалась наружу, грозясь вот-вот овладеть моим телом. Все дни, что я жила в неведении, надеясь хотя бы на один единственный разговор, были самыми ужасными в моей жизни. Я не могла сравнить эту боль ни с чем, даже с той, когда в 11 лет я сломала руку на катке.

— Постой! — быстрым шагом я догнала Макса. Тот даже не соизволил обернуться, поэтому мне пришлось практически бежать, чтобы сравняться с ним. — Скажи, где Вадим? — мой голос предательски дрогнул. — Пожалуйста.

Я чувствовала огромный ком, застрявший в горле, который я едва была в состоянии сглотнуть.

Макс резко остановился, с усмешкой взглянул на меня. Странно, но сейчас в его глазах я не заметила привычной надменности и в этот момент они с Вадимом были так похожи!

— Влюбилась, да? — усмехнулся он.

— Не твое дело, — огрызнулась я.

Макс схватил мою руку, я попыталась высвободиться.

— Да расслабься, я тебе ничего не сделаю, — хмыкнул он.

Я перестала сопротивляться. Макс держал меня за руку.

— Что ты чувствуешь?

— Ничего, — честно призналась я.

Я чувствовала прохладную чужую ладонь.

— Значит влюбилась, — констатировал Макс. — Записывай адрес, пока я не передумал.

Кажется, сейчас я испытала двойной шок. Почему вдруг он решил помочь мне? Однако спрашивать я не стала, цепляясь за крохотную надежду увидеться с Вадимом. Дрожащими руками я быстро записала продиктованный адрес.

— Спасибо, — искренне отозвалась я.

Дегтярев ничего не ответил, лишь снова усмехнулся и пошел по своим делам.

Быстро пробив адрес по навигатору, понеслась на всех парах к выходу. Впервые мне было абсолютно наплевать на пары, университет, работу, последствия. Я видела перед собой одну единственную цель — Вадима Дегтярева.

Дорога заняла почти полтора часа. Сначала я ехала на автобусе до ж/д станции, затем я должна была пересесть на электричку. За это время погода успела заметно испортиться, снег стал идти сильнее, грозясь перерасти в беспощадную метель. Мои эмоции были подобны погоде и с каждой приближенной минутой к назначенной цели набирали обороты. Я начала подмерзать и трястись, хотя честно, сложно было сказать, тряслась я от холода или от мысли, что скоро встречусь с человеком, кому мое сердце решило отдать предпочтение.

Салон электрички встретил меня теплом. Я села на свободное место у окна, воткнула наушники и прикрыла глаза, пытаясь настроиться на предстоящее спонтанное путешествие. Считая себя больше рассудительным человеком, я старалась не идти на поводу своих эмоций. Наверное, это был первый раз в моей жизни, когда я пошла у них на поводу. Я словно не слышала своего разума и мыслей, бежала туда, где меня, возможно даже не ждут. Но я ничего не могла с этим поделать. Если я не нужна Вадиму, пусть скажет это мне в лицо.

Немного успокоившись под любимую музыку, ответственность снова взяла вверх, и я все же предупредила Катю, что на сегодняшней смене меня не будет. Причину указала: очень срочные семейные обстоятельства. Оле я написала сообщение, сказав правду.

«Удачи! Пусть любовь победит!» — прислала ответ подруга.

Всю дорогу я думала о предстоящей встрече, прокручивая в голове серьёзный разговор. Я так хотела увидеть Вадима, что толком не подумала, о чем буду говорить при реальной встрече. Эти дни я словно жила чувствами, вырывавшимися наружу. Что в итоге я ему скажу? Что люблю его? А если мои чувства не взаимны? Сойдя с электрички на нужной мне станции, я включила навигатор и пошла вдоль дороги, ведущей к частному сектору.

Какая первая мысль возникает в голове при упоминании «частный сектор»? Старенькие дома, видавшие лучшие времена, замазанные очередным слоем побелки? Скорее всего. Только это всего лишь наше собственное заблуждение. Частный сектор оказался дорогим элитным районом, похожим на другой мир. Мир, где стоят дворцы с высокими заборами и аккуратными фасадами. Мир, где их площадь имеет размер настоящей усадьбы. Фонтаны, бассейны, статуи, красивые узорчатые крыши, современный ландшафтный дизайн, модная архитектура строений. Все это составляло район, где в одном из домов находился тот, к кому я держала путь.

Ветер дул в лицо, снег слепил глаза, а я продолжала идти, смахивая крупные снежинки с экрана смартфона. Мимо меня на приличной скорости пронеслось несколько автомобилей. Из-за снега и холода идти становилось проблематично, однако я упорно продолжала свой путь. Если бы я заранее знала, во что сегодня ввяжусь, точно бы надела лыжный костюм. Наверное, мне стоило вызвать такси и было глупо идти пешком в неизвестность. Дом располагался примерно в 20 минутах ходьбы от станции, местные автобусы здесь не ходили. Видимо не по статусу. За эти 20 минут я все же успела промерзнуть до костей, почти не чувствуя пальцев ног на ногах. Странная штука любовь. Приносит не только душевные страдания, но и физическую боль. Я подумала о своей подруге, интересно, она чувствовала то же самое, когда полюбила Сергея? Несмотря на жизнерадостный характер подруги, мне часто доводилось видеть ее грустной, пока… пока Сергей наконец не прозрел и не заметил рядом с собой настоящую находку. Оля рассказала об этом моменте, светясь вся от счастья. Помню, в тот вечер она осталась у меня с ночевкой, и мы, приготовив на ужин пасту болоньезе, включили новую мелодраму с любимым актером Беном Афлеком в главной роли. На одной милой сцене Оля растрогалась и рассказала про Сергея.

— Недавно я случайно на улице встретила своего одноклассника Мишку. Я переходила дорогу по пешеходному переходу, когда он посигналил мне. Еще в начальных классах наши мамы были лучшими подругами, поэтому нам тоже приходилось общаться. Порой мы даже делили один письменный стол, вдвоем делая уроки, пока наши мамы болтали на кухне, — вспоминала Оля. — В старших классах Мишка с родителями переехал в другой город, его маме предложили работу в более выгодной компании. Общение свелось к нулю. И вот мы встретились спустя 10 лет. Мы просто не могли наговориться, стояли на остановке и вспоминали детство. Мише надо было срочно уезжать, он предложил встретиться на следующий день после универа. Я, конечно, согласилась. Обменявшись номерами телефонов, попрощались. На следующий день Миша подъехал прямо к универу. Весь такой красивый, стоял и ждал меня на крыльце. При встрече мы обнялись. Это все видел Сережа. После этого он буквально начал забрасывать меня сообщениями, проявлял внимание, а позже признался, что приревновал меня к однокласснику.

Вот так бывает. Есть рядом человек и принимаешь его за должное, считая, что он всегда будет рядом и никуда не денется.

Воспоминания о счастье подруги помогли мне немного отвлечься и, следуя на автомате по навигатору, я не заметила, как дошла до нужного адреса. От осознания, что я была близка к своей цели, в голову закрались сомнения, а что, если Макс, мягко говоря, пошутил и сказал не тот адрес? По телу прошелся холодок. Тем не менее, бояться уже бессмысленно, ведь я была на месте.

Я уперлась в высокий железный забор. С моим ростом в 165 сантиметров я не доставала и до половины ограждения. Отойдя на несколько шагов назад, я смогла увидеть только крышу дома. По моим предположительным подсчетам, дом был явно не маленький. Пальцы на руках окончательно замерзли, зуб на зуб не попадал, а я продолжала медлить. И хоть у меня сегодня, да и вообще, было достаточно времени собраться с мыслями, я не решалась нажать на звонок.

— Так. Сейчас или никогда, — проговорила и, приготовившись звонить, замерла. — Нет. Что я творю? Что скажу? Спросит, зачем пришла? Эм, о! Я ведь ему осталась должна кофе. Нет, глупо! — развернувшись на 180 градусов и не имея дальнейшего плана, собралась капитулировать. Страх перед неизвестностью буквально сковал мое тело. Я чувствовала себя действительно глупо, настолько глупо, что представить не могла, как выглядела, наверное, со стороны. Стою в нерешительности перед огромным домом, замерзшая до чертиков.

Я уже было собралась уходить, как передо мной вдруг открылась дверь.

— Лера?

«Да».

— Привет, — растеряно пробормотала я. — Я тут… кофе тебе должна.

В недоумении Вадим оглядел меня с ног до головы, а затем сказал:

— Черт! Стеклова! Ты совсем сумасшедшая⁈

«Еще как, Вадим. Еще как».

Это был он. Человек, ради которого я сюда приехала, стоял передо мной собственной персоной. Он был одет в светлые штаны и бежевый полувер. На фоне снега Вадим выглядел еще более красивым. Загорелая кожа, голубые глаза притягивали к себе взгляд. Боже! Я так по нему соскучилась! Я едва сдерживала подступившие слезы. Нет, я вообще едва сдерживалась, чтобы не броситься ему на шею. При виде Дегтярева я вспомнила все наши моменты, проведенные вместе, поцелуи, прикосновения, запахи. Мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять: я люблю его и уже не представляю жизни без него! Слова куда-то улетучились, мысли тоже. Моя голова словно опустела, я слышала только стук своего сердца и сквозь миллионы маленьких падающих снежинок, завороженная любовалась человеком, укравшем мое сердце.

— Заходи скорее! Ты вся замерзла, — скомандовал Дегтярев. Он подошел, взял меня за руку и потянул за собой. Он был такой теплый. В нос ударил любимый запах морского бриза. Да, это на самом деле был Вадим.

Я послушно шла за ним, наслаждаясь единственным прикосновением, теплотой его ладони.

— С ума сошла, приехала в такую погоду! Делать тебе нечего, — причитал он. А я молчала, не могла сказать ни слова, любуясь им. Злость и обида исчезли, стоило мне увидеть его глаза.

Мы прошли по аккуратной дороже, застеленной тонким слоем снега, подошли к крыльцу, преодолели несколько деревянных ступеней, затем последовала массивная дверь, вероятно, сделанная из дуба или ясеня, все равно. Мне все равно из чего сделана эта чертова дверь.

Дальше все происходило в тумане. Я почувствовала тепло, стоило оказаться внутри. Внутри приятно пахло тлеющими бревнами и Вадимом. Вадим суетился, продолжая что-то говорить. Не могла разобрать. Дегтярев усадил меня в кожаное удобное кресло, снял куртку, ботинки и накрыл большим теплым пледом. Вдалеке послышался шум закипающего чайника.

Запах тлеющих бревен исходил от встроенного в стену камина.

«Кажется, я в раю», — пронеслась первая адекватная мысль в голове.

Вадим принес мне кружку ароматного фруктового чая. Присев на корточки передо мной, вложил кружку в мои холодные руки. Наверное, если бы они были нормальной температуры, я бы обязательно обожглась. От чая исходил великолепный аромат.

— Пей, тебе нужно согреться, — мягко произнес Дегтярев, обхватив своими ладонями мои руки.

Я чувствовала себя маленькой девочкой, послушно принимающей заботу взрослого.

— Спасибо, — улыбнулась я, делая первый обжигающий глоток. Мне стало лучше. Я начала постепенно отогреваться.

— Бамбл, ты поступила опрометчиво.

Он назвал меня Бамбл? Мне не послышалось? Мое сердце забилось быстрее, стоило мне услышать родное слово, то самое, которым он называл меня ласково.

— Я приехала поговорить, — тихо ответила я, избегая смотреть ему в глаза. — Почему ты не приехал в тот вечер? Я ждала тебя.

— Я ведь предупредил тебя, что не приеду. — Дегтярев выпрямился. В голосе послышалась холодность.

— Такой ответ не принимается. Ты ничего мне даже не объяснил, хотя я считаю…

— Я не обязан тебе ничего объяснять, — перебил он. — Если хочешь, можем остаться друзьями

Кажется, я достаточно согрелась. Мне хватило несколько глотков горячего чая и несколько минут в теплом доме, чтобы собрать наконец все свои мысли в кучу.

— Да что ты! Предлагаешь остаться друзьями? — я тоже поднялась, сбрасывая с себя плед, и с вызовом посмотрела ему в глаза. Несмотря на достаточно светлое освещение, его глаза были цвета сапфира. — А разве друзья целуются? Хм, интересное у тебя представление о дружбе. Пойду, поцелую Дениса или Сергея! Нет, лучше Влада, друга детства Оли! — усмехнулась я. Я видела, как Вадим напрягся, сжимая челюсть. — Нет, давай я лучше ему позвоню и скажу, что побуду его репетитором и когда мы устанем заниматься, то уснем в обнимку на моей кровати.

— Лера.

— Может ничего страшного, если я как-нибудь приглашу его еще на ужин. Только он и я. Вдвоем! — я уже не могла остановиться, видя его ревность. — Возможно после бурной ночи, я скажу ему, что люблю! — последнее слово вырвалось само. От неожиданности я прикрыла рот рукой.

— Что ты сказала? — зрачки Дегтярева расширились.

Ну все, я влипла!

— Сказала, что люблю тебя! — выкрикнула я из последних сил.

Больше слов не понадобилось. Я даже представить себе не могла, на что способны чувства, если они действительно взаимны. Я вдруг оказалась в его крепких объятиях. Его губы жадно целовали мои, а руки бесстыдно блуждали по телу, попутно избавляя его от лишней ткани. Я вся дрожала, но на этот раз не от холода, а от предвкушения близости. Его поцелуи и прикосновения вызывали во мне мучительное желание стать с ним единым целым.

Разгоряченные тела, обжигающие ласки перенесли нас на нежную поверхность. На секунду пришлось отвлечься, чтобы скинуть с друг друга ненужную одежду. Обнаженной кожей я чувствовала мягкий ворс ковра, отдаленно слышала потрескивание бревен и любимый аромат морского бриза. Потемневшие от желания серо-голубые глаза теперь напоминали настоящий ураган, и я была в его самом эпицентре.

Губы Вадима были абсолютно везде, задерживались лишь на самых сокровенных местах. Он целовал меня отчаянно, жадно, неистово, словно это был наш последний раз. Он ласкал мое тело, вызывая прекрасную истому внизу живота. Его потемневший от желания взгляд, сбивчивое дыхание и родной аромат одеколона вызывали во мне дикое возбуждение. Когда есть сильные чувства, физическая близость является лишь его дополнением. Я любила этого человека, полюбила за два месяца. И сейчас, я хотела стать с ним единым целым.

— Вадим, — я больше не могла сдерживаться.

— Скажи еще раз, — его дыхание обжигало кожу.

— Вадим…

— Я люблю тебя, Бамбл, — прошептал он, страстно целуя меня в губы, чтобы заглушить самый кульминационный момент.