Двойной эспрессо с апельсином (СИ)

Глава 9

Дегтярев

Днём ранее

Я дома. Наконец. Ключи с шумом звякнули о стеклянную поверхность кофейного столика. Скрипнул кожаный диван. Откинувшись на его спинку, я, запрокинув голову, закрыл глаза.

«Студент», — в голове прозвучала первая мысль.

Две недели в роли Макса Дегтярева, студента Двоечника с репутацией Казановы позади. Тут Макс постарался от души. Спасибо, брат. В принципе, все не так уж плохо, и с этим можно смириться, но поддерживать его «популярность» я не намерен. Это был бы уже перебор. Хотя сама идея с «подменой» чистой воды каламбур, который напоминал сюжет дешевого американского фильма: они решили поменяться местами, чтобы пожить другой жизнью. Только вот нюанс: жил другой жизнью я, притворяясь тем, кем не являлся на самом деле, а настоящий Макс продолжал получать кайф под Сочинским солнцем.

Не раз я задавался вопросом: «что я здесь делаю?» и каждый раз вместо ответа почему-то всплывали голубые глаза. Ее глаза. В последнее время я слишком часто думал о ней. Кажется, это произошло с того момента, когда Лера впервые назвала меня по фамилии. Это так странно. Из ее красивых уст фамилия Дегтярев звучала особенно.

— Ты куда? — спрашиваю я Макса, который собирается сбежать через окно.

— К Макару в гараж, — отвечает в темноте он.

Слышится звук открывающегося окна.

— Родители всех на уши поставят, если не найдут тебя утром.

— Не дрейф, я успею вернуться.

— Я иду с тобой, — решительно заявляю и включаю фонарик на телефоне, чтобы найти одежду в шкафу. На улице середина июня. Глубокая ночь.

— Я не собираюсь нянчиться с тобой, — шипит Макс. — Это не твоя компания.

— Мне не нужна нянька, — произношу обиженно. Нахожу штаны, футболку и быстро натягиваю. Макс нетерпимо сопит, однако все равно ждет. Мы почти бесшумно, кое-как спускаемся со второго этажа по замысловатой лестнице. Видимо, такая вылазка была не первой для Макса. Внизу нас встречают два огромных ротвейлера Гектор и Брюс. Они не гавкают. Собаки знают нас.

Мне страшно. Я никогда еще не сбегал из дома ночью.

Мы бежим трусцой, беспокойно оглядываясь назад, выходим через заднюю калитку. Мое сердце громко стучит. Я слышу в висках бешенный пульс. Не хорошо.

Стоит нам оказаться за пределами нашего дома, Макс заметно расслабляется, затем резко останавливается и внимательно смотрит на меня.

— Ты уверен, что с тобой все Ок?

Я не уверен.

— Да, — вру.

Я не слабак.

— Мать убьет меня, если с тобой что-то случится.

— Не случится.

— Тогда бежим. Нам надо вернуться до утра.

Больше мы не разговариваем, а бежим вдоль дороги, не попадаясь на иногда проезжающие мимо машины. Я чувствую, что мне не хватает воздуха. Не могу вздохнуть полностью, голова кружится. Таблетки. Я не принял таблетки. Тем не менее, продолжаю путь, упрямо молчу.

Мы проходим через лес и выходим на незнакомый мне частный сектор, к гаражам, откуда издалека слышатся громкие голоса. Все они закрыты, кроме одного. Один гараж открыт настежь. В нем горит тусклый свет. Из него льется нечто отдаленно напоминающее музыку и несколько ребят постарше шумно разговаривают. Выглядят они, будто бы не ночевали дома неделю. В нос ударяет запах алкоголя и грязных носков. Макс здоровается с ними. Один из них передает ему бутылку.

— Это мой брат, — представляет меня остальным.

— Ничесе, вы ж одинаковые, — ржет самый высокий. — На, пей, — вручает мне бутылку с сомнительной жидкостью, по запаху напоминающую экскременты. Я морщусь от отвращения.

— А ты тут у нас интеллигентная личность что ли? Пей, — громче повторяет.

Я невольно ищу поддержку у Макса, но тот, по всей видимости, зашел к остальным в гараж.

Я не слабак.

Делаю глоток, еще один. Что-то не так. Голова начинает кружиться сильнее, перед глазами плывет. Сердце стучит так громко, что я перестаю слышать окружающие звуки.

— Эй, чувак, ты чего!

Крик, голоса, холодная поверхность и… На заднем фоне истошный крик матери.

— Вадим!

Я резко открыл глаза, инстинктивно дотронувшись до грудной клетки. Сердце билось настолько быстро, что я слышал лишь его единственный стук. Крик матери, боль, слезы, белые стены. Все было таким реальным. Какое-то время я не понимал, где нахожусь, пока глаза, не привыкшие в панике к темноте, блуждали по комнате.

Спустя вечность я узнал знакомые силуэты мебели. Я находился в своей гостиной, в которой и уснул. Такое со мной было не впервые, ведь я страдал бессонницей.

Воспоминания о детстве продолжали преследовать даже спустя столько лет. Яркими вспышками приходили во сне, бередя самые больные углы. Холодность отца, отрешенный взгляд брата и грустные глаза матери навсегда оставили отпечаток в моей душе. Я бы все отдал, только бы прошлое не было таким.

Я посмотрел на время в телефоне, игнорируя 7 пропущенных от отца. Три часа ночи. Отлично поспал. Мышцы ныли, отдавая тупой болью во всем теле. Я проспал больше 15 часов. Неплохо, если учесть, что последние двое суток были почти без сна. Однако я все равно чувствовал себя разбитым. Желудок недовольно заурчал, напоминая о своем присутствии. Я встал, прошел на кухню, не включая свет, открыл холодильник, мигом озаривший часть кухни. Достал бутылку воды, выпил сразу половину. Холодная вода, попавшая в организм, взбодрила и помогла прийти в себя. Так-то лучше. Идею лечь в кровать я отмел сразу, заранее зная ее бессмысленный результат. Приняв душ, я переоделся и вышел на воздух. Не задумываясь, сел в автомобиль и, чтобы проветрить мысли, помчался по глубоко спящему городу.

Сонный город встретил меня яркими огнями. Приоткрыв окно, я услышал его безмолвие и окутывающий аромат еще не наступившего осеннего утра. Я любил осень. Эта пора была наполнена настоящей жизнью. С каждым вздохом она наполняла легкие чем-то новым. Под звуки Моцарта я мчал по пустым дорогам, позволяя непрошенным воспоминаниям снова захватить мою голову:

На следующее утро я проснулся с торчащими трубками во всем теле на жесткой койке в больничной палате. Темноволосая копна густых волос покоилась рядом, а нежная рука сжимала мою. Я хотел что-то сказать, но вместо речи вышло невнятное мычание.

— Вадим! — встрепенулась мама. Из знакомых серо-голубых глаз полились слезы. Она крепче сжала мою руку. — Сынок, ты очнулся!

Сегодняшний сон — воспоминание из детства. Нам с Максом было по 12 лет, когда я с матерью приехал к ним погостить. Именно погостить, потому что наши приезды не являлись частым феноменом. Раза три в год семья Дегтяревых воссоединялась и имела полную картину. В один из таких приездов я узнал о секрете брата, который после случая со мной, отец наглухо прекратил. Макс ненавидел меня. За то, что я увязался с ним в ту ночь, за то, что лишил его тогда «друзей». После этого мы не общались год. Он избегал меня, делал вид, будто я пустое место, даже тогда, когда строгий голос отца врезался в наше пространство.

Я потерял счет времени, давя на газ и бессознательно исследуя незнакомые дороги. На глаза попадались знакомые и незнакомые вывески закрытых заведений, дремлющие дома и пустые пешеходные переходы.

Внезапная боль пронзила сердце и, больно сжавшись, оно совершило кувырок. Задержав дыхание, я быстро свернул на ближайшую обочину. Снова повторилось.

Совершенно забыв о времени, я закрыл глаза и позволил своему телу расслабиться, а когда открыл их, то первое, что увидел — это огромную вывеску «Триумф». Это был тренажерный зал, расположенный на первом этаже пятиэтажного здания.

Часы показывали 7:50 утра. До универа оставалась пара часов, поэтому, недолго думая я достал из багажника свою спортивную сумку и зашел внутрь. С тех пор, как мне было позволено заниматься спортом, я на всякий случай всегда возил ее с собой. Этот случай настал.

В «Триумфе» в это время никого не было, кроме приветливой женщины-администратора. Хм, кажется, она представилась Кристиной.

«Триумф» состоял из двух залов. Первый, вероятно, был предназначен для групповых и кардио-тренировок, так как у него была свободная площадь. Вдоль стены хранился спортивный инвентарь в виде массажных роллов и мячей, ковриков, степ-платформ и прочих, а также кардио-оборудование.

Второй зал был раза в три больше. В нем в несколько рядов были расположены силовые тренажеры. Тусклое помещение и музыка в стиле индастриал-метал задавали подходящую атмосферу для тренировки.

Разогревшись на беговой дорожке, я вошел в пустой зал, где не было ни души. Идеально. Я был один.

Я позволил своей голове отключиться от мыслей и погрузился в другой мир.

— Дегтярев? — знакомый голос ворвался в голову, а затем спустился прямо к сердцу, заставив его забиться чаще.

Я обернулся.

— Лера? — искренне удивился я.

Заметив ее одежду, вопрос: «что эта девушка тут делала?» отпал сам собой. Она была одета в темно-синий обтягивающий фитнес-штаны и короткий топ. Я не смог отказать себе в удовольствии пробежаться взглядом по ее соблазнительной фигурке. Свои длинные волосы она убрала в высокий хвост, открывающий взору красивое лицо. Я был безумно рад ее видеть.

— Что ты здесь делаешь?

Я был удивлен не меньше ее, только виду не подал.

— Видимо тоже что и ты, тренируюсь, — усмехнулся я.

— Я не об этом.

Я отпил воды и краем глаза заметил на себе ее заинтересованный взгляд.

— А о чем? — спросил я, специально делая вид будто не понимаю ее вопроса. На ее лице отразилось возмущение. Она поджала губы, видимо, собираясь с мыслями сказать что-то в ответ, но в итоге передумала.

— Ладно проехали.

Я закончил тренировку и решил дождаться Леру в машине. Мы ведь одногруппники, и нам все равно было по пути. Прошло совсем немного времени, прежде чем она вышла. Легкой походкой и с улыбкой на лице безмятежно ловила на себе солнечных зайчиков. Ее распущенные волосы развивались на ветру. Она правда была красивой. И эта красота состояла не только из внешних данных. Было в ней что-то еще, какая-то внутренняя притягательность. Лера излучала сильную энергию, рядом с которой становилось хорошо. Я поймал себя на мысли, что мог бы любоваться ею долго. Однако внезапно абсурдная мысль пришла мне в голову и поддавшись ей, привел сразу в действие.

— Пип, — нажал я на клаксон и улыбнулся.

От резкого шума она подпрыгнула, глаза ее сверкнули недобрым огнем. Черт, когда она злилась, то была еще красивее.

— Ты совсем что ли? Зачем так пугать?

— Садись. Подвезу, — ответил я, едва сдерживая смех.

— Нет, спасибо. Пройдусь лучше пешком, — отрезала она и, вздернув носик, прошла мимо.

Я не мог дать ей уйти.

— Ладно, прости, я просто не удержался, — догнал ее.

Она кинула в меня недовольный взгляд.

— Чего? Ты знаешь слово «прости»? — усмехнулась она.

Мне захотелось закатить глаза. Ну да, Макс никогда ведь не извиняется.

— Простишь? — искренне спросил я.

Хмурясь, она колебалась над ответом.

Воспользовавшись ситуацией, я схватил ее за руку и повел в машине. Теплая нежная ладонь идеально легла в мою. К счастью, сопротивляться она не стала.

— Мне надо домой, поменять сумку, — заверила она.

— Говори адрес.

Лера назвала адрес. Оказалось, она жила всего через дом от «Триумфа». Теперь я знал, где она жила, чему был рад.

Ехали в тишине. Отвернувшись, Лера находилась где-то далеко. Меня никогда не интересовали мысли других, и сейчас впервые я пожалел, что не мог их читать.

Должен признать, находится с ней в одной машине было не просто. Она волновала меня. Впервые за долгое время волновала.

Два месяца назад у меня была интрижка длинною в полгода. Вне сомнений, кроме как интрижкой эти отношения никак нельзя назвать.

Швейцария. Ее звали Лаура. Случайное знакомство в кофейне, где я любил иногда по утрам выпить чашку горячего капучино и где Лаура работала бариста. Симпатичная брюнетка с огромными карими глазами болтала без умолку. Нет, у меня не было к ней чувств. Мы просто иногда встречались по вечерам в непринуждённой обстановке. Затем я уехал, ничего ей не сказав. Я ничем не был ей обязан, никогда ничего ей не обещав. Мы никогда не говорили о чувствах или о будущем. Нам просто было хорошо вместе.

Сегодня пары тянулись медленно. Преподаватель по философии будто бы специально говорил монотонным голосом, отчего мои веки наливались свинцом с каждым его словом. Бессонная ночь давала о себе знать. Кофе. Я подумал о двойном эспрессо с апельсином. Вкусный, освежающий и манящий, как сама Стеклова. Кажется, я окончательно сбрендил, раз сравнивал девушку с напитком. Хотя на данный момент пришедшая в голову метафора была очень кстати. Я тряхнул головой. Нет, кофе не вариант. Если я буду пить его каждый день, то долго не протяну.

Наконец философия закончилась, и я быстрым шагом направился прочь, на свежий воздух. Он не помог. 20 минут — мне нужно поспать хотя бы это время. Я сел в машину, включил кондиционер, завел будильник и закрыл глаза.

Стоило закрыть их, как я услышал резкий звон. Очнувшись, попытался понять, откуда он шел. Непрекращающийся, надоедливый, раздражающий. Телефон в руке буквально разрывался. Нажав кнопку «отмена» сонно огляделся. Парковка, еще утром переполненная, успела значительно опустеть. Часы на панели авто показывали 14:31. Я умудрился проспать две оставшиеся пары.

— Отлично!

Звон включился с новой силой, настойчиво требуя моего внимания. На экране высветился «Дмитрий Андреевич».

— Да.

— Здравствуй, сын, — голос принадлежал человеку, по родству являющемуся мне биологическим отцом.

— Слушаю.

— Надо встретиться. Есть разговор, — кратким был ответ.

— О чем?

— Поговорим при встрече, — на том конце провода раздались короткие гудки.

Сообщение с адресом не заставило себя долго ждать. Место встречи ресторан «Эллен», время 19:00.

Перед встречей я заехал домой: отдохнул, принял душ и переоделся. Ресторан находился на последнем этаже высокого бизнес-здания. Неплохая задумка являлась фишкой данного заведения. Лучшие повара кухни, специально приглашенные из Европы, создавали шедевры, соответствующие «пяти звездам». Пафос. Надменные люди и любой каприз за деньги. Я терпеть не мог подобные места.

На ресепшене меня встретил приветливый персонал. Девушка-администратор провела за столик Вип-комнате в конце главного зала. Удачное расположение для людей, чей разговор должен остаться в этих стенах. Дмитрий Андреевич уже ждал. Я звал его по имени-отчеству, потому что по-другому не поворачивался язык. Он отец, который никогда им не был.

Строгий черный костюм, белая рубашка, пара стальных глаз, при взгляде которого в детстве я с съеживался от страха. Всегда сух, сдержан, немногословен и скуп на эмоции. Таким я его помнил.

Несмотря на заметно напряженную атмосферу, я оставался невозмутим. Стальные глаза больше не пугали.

Я сел напротив, равнодушно окинув комнату взглядом: кожаная мебель кричала своей дороговизной, а стол из красного дерева блестел при ярком освещении люстры в стиле барокко. Передо мной, словно из воздуха на столе появилось меню.

— Закажи что-нибудь, — низкий твердый голос разрезал тишину.

— Не голоден, — отозвался я. — О чем ты хотел поговорить?

— Всему свое время, — он подозвал официанта, шепнул ему что-то на ухо. Тот, кивнув удалился.

Время тянулось. Разговор не начинался. Вернулся официант с бутылкой коллекционного коньяка. Другой Дмитрий Андреевич не пил. Официант безмолвной тенью поставил перед нами два пустых стакана, также безмолвно разлил и также безмолвно исчез.

— Выпьем? — предложил он, поднимая стакан. — За встречу.

— Не пью.

— Сын, брось. Ты ведь уже здоров.

Я сдержался, чтобы не съязвить.

— Привычка осталась.

— Я тебя понял, — он осушил стакан, протер рот салфеткой, затем серьезно посмотрел мне прямо в глаза. — Я позвал тебя сюда, чтобы поговорить о твоем будущем.

— О моем будущем? С каких это пор оно тебя волнует? — презрительно усмехнулся я.

Мои вопросы отец проигнорировал. Ничего удивительно, ведь так было всегда. Его всегда интересовали только собственные интересы.

— Ты и Макс — моя опора, наследники, сыновья о которых может мечтать каждый родитель.

Опора, как же! Вспомнил он!

— Одного из вас я хочу сделать своим главным приемником и передать компанию, — сделал паузу, — Не буду лукавить, до некоторых пор я предполагал, что им будет Макс, но в связи со сложившейся ситуацией, понимаю, на него мало надежды.

— Хорошо, когда есть запасной вариант, не так ли? — цинично спросил я, глядя ему в глаза.

— Сын, я понимаю твою обиду. Возможно, во многом я был не прав.

— Возможно? Ты с самого детства был не прав. Хотя, кто я такой, чтобы судить? Всего лишь бракованный ребенок?

Во мне кипела несправедливость. Он так просто об этом говорил, словно речь шла о плевом споре, закончившемся не в его в пользу.

Бесшумно появился официант, поставил на стол несколько блюд. В комнате запахло стейком.

— Знаю, ты успешно закончил университет «Управление бизнесом». Поэтому для начала предлагаю тебе занять должность заместителя директора в нашей компании. Поработаешь пару лет, а там посмотрим, — с этими словами отец взял вилку с ножом и принялся за свой ужин. Отправив отрезанный кусок в рот и прожевав его, добавил, — я не жду ответа сейчас. Хорошо все обдумай.

Его предложение меня не удивило. Это было ожидаемо. Репутация Макса оказалась подорванной в его глазах. Макс слишком беспечно относился к жизни. С детства избалованный, привык, что ему все приносили на блюдечке с голубой каемочкой. В итоге сейчас он не думает о завтрашнем дне, делает, что хочет, не заботясь ни о чем, кроме развлечений.

Предложение отца было заманчивым. Стать наследником миллионной компании и жить настоящей жизнью. И все было бы прекрасно, если бы не одно жирное «но». Мне это уже было не нужно. Еще десять лет назад я мечтал, чтобы отец видел во мне равноправного сына, который был бы наравне с Максом. Только теперь уже поздно.

В горле пересохло. Я взял графин и налил себе стакан воды. Осушив его, сказал:

— Знаешь, отец, — я специально выделил слово «отец», чтобы он услышал, насколько неприятно мне было его так называть. — Я сразу дам тебе ответ. И он тебе не понравится. Я не собираюсь становиться разменной монетой. С самого начала ты видел в Максе своего главного наследника, а меня с матерью отослал в Швейцарию. Больше 10 лет наша семья имела лишь одно название. Из-за тебя мама страдала 15 лет вдали от дома, от родного сына, от близких ей людей! Ты даже не представляешь себе, сколько она выплакала слез в подушку. А теперь, когда я перестал быть бракованным, ты наконец-то вспомнил обо мне! Да, ведь, оказывается, твои надежды на здорового ребенка рухнули! И разрушил их ты своими собственными руками! — я рассмеялся, но смех и близко не был веселым. — Не получилось с первым. Ничего, ведь есть еще один!

После сказанных мной слов он молчал, поджав губы смотрел мимо меня.

— Не отходи от своего «безупречного» плана, ведь ты всегда привык следовать задуманному, — бросил я, — Мой ответ «нет». — С этими словами я встал и оставил Дмитрия Андреевича одного.

Оказавшись в машине, я понял, что очень устал. Такие встречи никогда не проходили бесследно, заставляя заново вспоминать то, о чем хотелось бы поскорее забыть.

Сам не понял, как оказался перед кафе «Апельсин». Нет, не кофе я приехал сюда пить. Я приехал к ней, хотя понятия не имел, работала Лера сегодня или нет. Я четко знал одно, что нуждался в ее компании. Может, потому, что я больше толком никого не знал в этом городе, а может, потому, что Лера была единственной, кого я хотел сейчас видеть. Выйдя из машины, я принялся беспокойно вырисовать шаги возле нее, глядя себе под ноги. Мне хотелось забыться, отвлечься, и в этот момент, казалось, только Лера способна мне помочь.

Запрокинув голову, я посмотрел на вечернее небо. Сегодня оно было усыпано миллионами звезд. реди них словно царица светила ярко полная луна. Послышался звук хлопающейся двери, и я сразу устремил взгляд на его источник. Распущенные волосы непослушно спадали по плечам и спине, легкий ветерок раздувал их. Я не мог отвезти от нее глаз. Лера напоминала прекрасную лилию, единственную цветущую среди других блеклых цветов. Она помахала на прощанье кому-то рукой и неспеша направилась в мою сторону. Я ждал ее.

— Не буду спрашивать, что ты здесь делаешь, — она прищурилась, однако я заметил на ее губах легкую улыбку. Сердце пропустило несколько быстрых ударов: тук-тук-тук. Я насторожился и приготовился к новой выходке, но нет. Не останавливаясь, оно продолжало биться только на этот раз в стремительном темпе.

— Я пришел забрать долг, — первое что пришло мне в голову, ответил я.

— Долг? — удивилась Лера.

«Интересно, что сейчас творилось в ее голове?»

— Ты должна мне кофе, — усмехнулся я.

— Тооочно, кофе, — кажется она немного выдохнула.

Мы ехали в тишине, фоном играл какой-то плейлист, который я даже не слышал. Все мои мысли занимала Лера. Я заметил, как она украдкой смотрит в мою сторону и от этих взглядов становилось жарко.

— Лера? Все хорошо?

— Да, — смущенно ответила.

— Ты нервничаешь?

— С чего ты взял? С чего бы мне нервничать?

Она определенно нервничала. Об этом говорили ее чересчур резкие движения. Мне стало весело, и я наконец расслабился. Разговор с отцом ушел на задний фон, будто бы его не было вовсе.

Я остановился возле пит-стопа, который попался на пути, взял два эспрессо с апельсиновым соком. Встреча с Лерой оказалась спонтанной, и не имея определенного плана я выбрал первое попавшееся на ум место.

— Я знаю, чего ты от меня хочешь. Давай не будем ходить вокруг до около, и я сразу тебе скажу «да», — сказала она, стоило мне припарковаться.

Сказать, что я был в шоке, ничего не сказать. И чтобы там ни было, я согласен. Я медленно прошелся взглядом по сидящей рядом с собой девушке. Волосы хаотично ниспадали по бежевому длинному плащу, тонкие изящные пальчики держали картонный стаканчик, будто бы обнимая его. В этот момент мне захотелось оказаться на месте этого картонного стаканчика. Я задержал взгляд на пухлых слегка приоткрытых губах… Черт возьми! Да она даже не представляла, что сейчас происходило в моем воображении!

— Поясни, — потребовал я.

Сейчас! Мне жизненно необходимо это пояснение!

Лера сделала маленький глоток кофе. На губах заблестела капелька кофе, которую она инстинктивно облизала. Я сглотнул.

— Ауч, — пискнула она, прикрывала рот ладошкой. — Кипяток.

Кипяток сейчас у меня в штанах. Если бы я не был джентльменом, то моментально помог бы остудить ее язык своим ртом.

— Лера?

— Я хочу сказать, что помогу тебе закрыть сессию.

Что? Сессию?

— Не понял?

— Ладно тебе, — она выпрямилась. — Я прекрасно знаю, чего ты добиваешься. Как староста группы я имею неплохие связи с преподавателями, поэтому, если начнешь усердно заниматься учебой, то быстро закроешь сессию! Сегодня я узнавала все твои хвосты… — Стеклова перечисляла предметы, а я сидел в недоумении. Неужели мое поведение сподвигло эту девчонку сделать именно такие выводы? — Думаю, за две недели управимся.

— За две недели? — переспросил я. Она ведь не шутит?

— Да. По будням у меня почти полный загруз. Я работаю по понедельникам, средам и пятницам. Вторник и четверг по утрам тренажерный зал, после универа я иду заниматься в библиотеку или в кафе. По мере необходимости занимаюсь пристраиванием бездомных животных.

— Пристраиванием бездомных животных?

Стеклова была полна сюрпризов!

— Ты волонтер?

— Да, — довольно кивнула она. — Так вот, суббота и воскресенье свободны. В общем, два часа во вторник и четверг, а также в выходные дни у меня есть время. Поэтому приступим в эту субботу!

Т. е. завтра⁈