Его (не) родные малыши. Скандальный развод

Глава 37

— Ну, думаю, хватит, — отдёргиваю свою ладонь, ощутив неловкость. — Теперь я буду следить за тобой, чтобы ты её не помыл. И не вытер. А то я обижусь.

Последние слова сказаны несерьезно.

Слава рассказывала, что к подобному нужно подготовиться, если я хочу помочь человеку излечиться. Будет больно и неприятно каждый раз, когда он будет срываться. И всё протирать спиртом после тебя… Как после зараженной.

Но ничего не поделать. Сама подписалась на это.

— Ты будешь меня контролировать? — выгибает в вопросе бровь.

— Больше тебе скажу, — нервно тереблю уголок бумаги, — я никуда не уйду в ближайшие часы. Дети в садике, раньше обеда забирать их нет смысла, поэтому я свободна.

— Тебе не нужно на работу?

И почему у меня складывается ощущение, что он хочет выпроводить меня?

— Не-а, — проговариваю весело, давая ему знать, что никуда я не уйду.

Главное, чтобы он потом не пожалел, что попросил меня о помощи…

— А мой заказ? — опять предпринимает попытку, вспомнив о детской одежде.

— В процессе, — улыбаюсь чуть ли не до ушей. — А что, уже хочешь избавиться от меня?

— Да нет, — произносит и сверлит взглядом лист бумаги. — Просто спрашивал.

Изучает пункт за пунктом, будто видит их в первый раз.

— Лгать вы, Савва Юрьевич, не умеете.

Ничего не отвечает, продолжая читать.

— Тут есть поцелуи, — чеканит, изучив список. — Восьмой пункт.

— Да, — уверенно киваю. — Я помню, что тебе это не нравится. И даже знаю, по какой причине. Микробы, все дела. Но наша цель — перебороть всё это! Поэтому ты поцелуешься. Не сейчас, а после того, как выполним все семь пунктов перед этим.

— Не хочу, — опять брезгливо морщится. А я подаюсь вперёд, упираясь ладонями в стол, и буквально нависаю над Нестеровым. И серьёзно, с ноткой угрозы говорю:

— Прости, но ты обратился за помощью к человеку, который очень упрям и всё доводит до конца. А ещё у которого двое детей, и слово «не хочу» игнорируется и парируется. Они даже сами едят тыкву. Поверь, что это своего рода кубок в материнской олимпиаде.

Савва хлопает глазами, а я понимаю, что переборщила со своим актёрским мастерством.

Приземляю свою задницу обратно на стул и, прикрыв глаза, кашляю в кулак.

— Ну, ты меня понял.

— Да, теперь я точно не избавлюсь от болтушки, — обречённо-шутливо доносится от него.

— Не-а. Я как клещ. Меня только с силой оторвёшь.

— Ладно, — угрюмо отзывается. — И что будем делать теперь?

Смотрит на свою руку, которую я держала пару минут назад. Неприятно, наверное. Даже интересно, что творится в его голове?

Соскальзываю со стула и бодро произношу:

— Устрой мне экскурсию!

— Я и не надеялся, что ты будешь сидеть на месте, — Савва со вздохом встает из-за барной стойки и указывает рукой на второй этаж. — Нам туда.

— А на первом что?

— Ничего интересного. Хозяйственный блок, ванная, туалет, кухня, столовая, бассейн.

— Вот бассейн мне как раз интересен!

— Все же решила принять моё приглашение искупаться нагишом?

Да он пошляк, оказывается!

— Нет, просто хочу оценить масштабы!

— Тогда нам туда, — указывает в сторону.

Идёт первый, а я за ним. Невольно вглядываюсь в его реакцию, слежу за тем, чтобы он вдруг не вытер свою ладонь.

Интересно, а у него может начаться паника?

Вряд ли. Этот мужчина выглядит как непробиваемая стена. Сколько ни бей её, ни стреляй, останется стоять скалой. Но оставшись один… может выдать эмоции. Причём негативные, судя по подрагивающим пальцам, которые так и норовят сжаться в кулак.

Идём мы недолго, быстро доходим до комнаты с бассейном.

Конечно, я не скрываю своего восхищения. Здесь светло, просторно, даже шезлонг со столиком есть. Но только один. Видимо, Нестеров никого и никогда не собирался сюда приглашать, наслаждаясь одиночеством.

Но места много — и бассейн большой. А как он красиво смотрится на фоне панорамных окон, вид из которых выходит во двор! Я бы плавала здесь и плавала.

— Ничего необычного, — хмыкает Савва, скрестив руки на груди.

— Ничего необычного? — искренне негодую, возмутившись. — Да, у меня были деньги, большой дом, но бассейна в нём — никогда не было! Роскошь же!

— Скорее необходимость. Пойдём дальше? Больше здесь нет ничего интересного.

— Ощущение, будто есть. Иначе зачем так старательно хочешь увести меня отсюда? О, боже, неужели у тебя где-то на первом есть комната Кристиана Грея? Красная такая, с плетками. И не хочешь мне её показывать?!

— Тише, болтушка, успокой свою фантазию, — усмехается, открывая передо мной двери.

Поздно уже, Савва, поздно.

Меня всё же заводят на пресловутый второй этаж, где находится спальня Саввы, которую я так и не увидела. Напрашиваться в комнату не стала, а он не слишком горел желанием делиться своим укромным уголком.

— Это бильярдная, — запускает меня внутрь просторной комнаты. Приглушённый свет, темные тона и даже шкаф с выпивкой.

— Не думала, что тебе нравится бильярд.

Разве одному интересно в это играть?

— Когда скучно. В основном провожу свободное время в тренажерке и бассейне. Как видишь, тут нет ничего необычного.

Да у него всё «необычное»! А потом раз — и скелеты в шкафу. В прямом смысле этого слова.

— Я, кстати, плохо играю в бильярд, — зачем-то делюсь с ним. — А вот в теннисе неплоха.

— Настольный, обычный? — в ходе разговора без каких-либо барьеров проводит пальцами по шкафчику с выпивкой. Всё же он знает, что его дом чистый и бояться нечего.

— В обоих. Занималась в школе в своё время.

— Хм, нужно будет купить ракетки. Давно хотел попробовать что-то новенькое.

— Ради меня? Так мило, — продолжаю его смущать. А что? Один он в теннис точно не поиграет! Ему нужен кто-то второй. А кто это будет? Правильно, я.

— Пошли дальше, — ничего не отвечает, направляясь на выход.

Сухарь, блин.

Через несколько шагов останавливаемся у очередной двери.

И Нестеров заводит меня в просторный тренажерный зал.

Именно он! Тут, помимо беговой дорожки, есть тренажеры для ног, груди и ягодичных мышц.

— Да тут целый спортзал! — восклицаю, не зная, куда деть свой взгляд.

Здесь так светло из-за высоких прозрачных окон, что тут же хочется купить абонемент в зал. Но именно в этот.

— В общественном много грязи и пота, — кривится мужчина.

— Можно я что-нибудь попробую? — спрашиваю с любопытством. Я в последний раз в зале была… Да лет десять назад. Когда дети родились, я о нём и мечтать не могла. А хотела бы. Хоть и с фигурой мне повезло, я бы животик подтянула, да и руки…

— Валяй, — взмахивает ладонью, давая мне разрешение.

Это хорошо, что я сегодня удобно одета!

— А что это? — тычу на непонятную высокую конструкцию. — Для подтягивания?

— Оно самое, — кивает.

— О! Хочу! В школе, помню, подтянулась десять раз. Сейчас и одного не сделаю.

— Попробуй, — опять не останавливает меня.

Добрый он какой-то сегодня…

Подхожу к турнику, тянусь к нему руками. И сталкиваюсь с первой проблемой.

Не достаю… Надо прыгать.

— Давай помогу, — вдруг слышу заманчивое предложение от Нестерова. Даже подходит ко мне первый, протягивая руки. — Как раз попробуем выполнить третий пункт. Перескочим второй.

Третий… Не помню уже, что там.

— Да ты просто хочешь незаметно вытереть об меня руки, — смеюсь, но соглашаюсь. — Давай.

Поднимаю руки, готовая оторваться от земли и схватиться за перекладину.

Мужские сильные ладони обхватывают мою талию, я слегка подпрыгиваю и чувствую, как Савва помогает мне подняться.

Хватаюсь за перекладину и с трудом делаю одно подтягивание.

А второе получится?

Слегка раскачиваюсь, поставив себе цель. Ради двойняшек!

— Ой-ёй, больно, — говорю вслух, почувствовав жар в предплечье и грудной мышце.

С ума сойти можно! Это нереально!

И тут же непроизвольно соскальзываю с турника.

И сильные руки поддерживают меня, отчего не сразу понимаю, что не касаюсь ногами пола. Но уже уверенно впечатываюсь в мужчину, заезжая грудью ему прямо по лицу.

И кажется, он оступается.

Оступается?!

Да, я точно вижу, что мы оба летим на пол.

А я сейчас ударюсь носом в зеркало во всю стену.

С громким визгом зажмуриваюсь, готовая получить удар, но ничего не происходит. Вцепившись в мужчину, открываю глаза. Смотрю в зеркало напротив себя.

Ой, а как так получилось?

Я сижу на Савве. Обнимаю его. А он…

— Здесь и была эта скамейка? — говорю в шоке, заметив, что он всего лишь сел, смягчив падение, и спас мой носик от беды.

— А с виду ты легче, — хрипит подо мной мужчина. Отрываюсь от него, невольно касаясь ладонями его плеч.

— Извини, — пищу. — Я не думала, что так быстро упаду. Но не надо было меня ловить! Я бы спокойно приземлилась!

— Ага, носом вперед. Ты бы себя видела. Ты зачем раскачиваться начала?

— Думала, что второй раз сделаю.

— И как?

Приятно.

Не знаю почему. Возвышаться над мужчиной, смотреть ему прямо в глаза. Будоражит.

И не из-за того, что он мизофоб.

А потому что мужчина.

Не буду скрывать, что красивый и с хорошим телом. И мозгами.

Слабость любой женщины.

А я кто? Именно она.

— Не вышло, — даже не пытаюсь оправдаться. — Я слишком тяжелая?

Главное — не ёрзать!

А так неудобно! Чёрт, да и вообще не стоит на нём сидеть! Я чувствую то, что не должна!

А с другой стороны… В голову приходит безумная мысль.

Я не дожидаюсь его ответа и без стеснения выпаливаю:

— О, давай обнимемся.

Четвёртый пункт!

— Или тебе пока хватит на сегодня физического контакта?

Чувствую, как сжимаются его пальцы на моей талии.

— Сложно, — опять еле слышно говорит он. — Но ты уже и так… на мне.

Какой он милашка, чёрт возьми, когда отводит взгляд!

— Давай, — чеканит, сосредоточившись. — Я обниму.

И я, словно сидя на бомбе замедленного действия, жду.

Мужчина, что всё это время был для меня таким сильным, непробиваемым, словно обнажается и неуверенно крепче обхватывает меня руками.

Тепло разливается по груди, и я рефлекторно обнимаю его в ответ, зарываясь пальцами в его короткие волосы. Для его спокойствия.

И заботливо, словно так всё и должно быть, произношу:

— Молодец, вот так вот.

На миг прикрываю глаза, смущаясь.

Мы одни в просторной комнате. В тишине. Из звуков — только неровное дыхание.

Нестеров дотронулся своей щекой до моей груди. Нет, это вполне нормально, просто… Сейчас он слышит моё барабанящее от волнения сердце.

Тук-тук.

Обхватывает меня крепче, делая глубокий вдох.

— Всё хорошо, я с тобой, — нежно поглаживаю его макушку, говоря эти слова скорее для себя, а не для него.

Вдыхаю чистый запах его короткостриженых волос, его одежды. И чёртово дыхание учащается.

И хорошо, что Нестеров отрывается от меня, иначе я сама бы отскочила от него как ужаленная из-за внезапной тахикардии.

— Вроде это несложно, — говорит медленно, задумчиво, но слегка измученно. — Но не уверен, что у меня получится это с другими.

Это звучало бы как маленькое признание для меня, но сейчас я взволнованно гляжу на него, переживая за его эмоциональное состояние.

— Скажи честно, хочешь уже убежать в ванную?

Думает. Не отвечает, смотря в сторону. И кивает.

Эх, Марина, а ты ожидала, что исцелишь его одной только грудью и обнимашками? Человека, что годами борется с этим?

Нет, это невозможно.

И ты должна была быть к этому готова.

Но так на душе… паршиво.

— Прости, — извиняется, всё ещё держа дистанцию, но не выпуская из своих рук.

— Принимается, но искупаться я тебе не дам. Будешь ходить теперь такой.

Немного обидно на саму себя, но чего я ожидала? Да ничего.

Зато после долгих трудов увижу результат.

— Если хочешь, максимум, что я могу тебе разрешить — прыгнуть в бассейн.

Встаю с него, чувствуя себя неловко. Что-то мы переборщили на эмоциях.

И вообще, нельзя быть такой беспечной и сидеть так на взрослом мужчине.

Это неприлично!

Хватаю его за руку. Ещё раз. Пока он под стрессом. Помогаю подняться.

— Пошли-и-и, — тяну эту груду мышц в надежде поставить его на ноги.

Он встаёт, и я отворачиваюсь, направляясь на выход. Щёки полыхают из-за того, что только произошло.

Успеваю дойти до двери, но Савва останавливается. Дёргает меня за запястье, отчего я рефлекторно оборачиваюсь к нему на пятках.

— Ты чего? — воздух тут же покидает мои легкие, оттого что Нестеров неожиданно и резко прижимает меня к себе.

Злится, что ли? Ударит меня?

И, никак не реагируя на мой вопрос, хватается за мой затылок.

Паника, как хлыст, бьёт по всему телу, парализуя.

Ожидаю чего угодно, но не того, что Савва в порыве поцелует меня в губы…