Фиктивная невеста драконьего гонщика

Глава 3

— Надо поговорить, — сипло сказала я, сглотнув болезненный комок.

— Придется встать в очередь, — растянул губы в улыбке Вальдран.

— Он с ней разговаривает! — услышала я взволнованный шепот за спиной.

— Ничего себе, везет же некоторым! — завистливо протянула Галла.

— Кто это? Кто такая? Она не из нашей фанатской группы! — беспокоились преданные поклонницы.

— Новенькая, — проинформировала вопрошающих Галла.

— Можешь, конечно, пройти без очереди, — гадко подмигнул мне чемпион, — я даже распишусь на твоем нижнем белье. Но все остальное придется снять.

Пока я приходила в себя от его наглости, фанаткам надоело ждать. Поток жаждущих внимания поклонниц отрезал меня от кумира тысяч влюбленных девиц.

Вальдран и думать обо мне забыл. Улыбался, ставил автографы, где попросят. Не отказывался от объятий. Всеобщий любимец, кумир толпы. И при этом умудрялся выглядеть не клоуном, а героем. Держался с достоинством и даже величием. И не скажешь, что в этом молодом человеке нет королевских кровей, да и вообще он не аристократ по рождению.

Да толку-то от этого благородного происхождения! Мой отец, как это ни смешно прозвучит, из старинного герцогского рода, и ко мне еще совсем недавно обращались «леди Кайвен».

И что теперь? Эта леди варит кофе для посетителей маленькой забегаловки.

Я пыталась проморгаться, в глазах было мокро, пелена непрошеных слез мешала видеть и оценивать здраво происходящее. Не сразу заметила, что Алека Вальдрана уже нет на площадке для автографов. Упустила!

Своих новых подружек тоже не видела, возможно, они всей стайкой просочились в раздевалку гонщиков. Меня, разумеется, никто звать с собой не стал бы, я и так отличилась, говорила с их кумиром, да еще и без почтения.

Что делать?

Неужели сдаться?

— Лия Кайвен? — моего плеча деликатно коснулась мужская рука.

Я вздрогнула и подпрыгнула, но кивнула.

— Меня зовут Рикар Фламм, — представился коротко стриженный шатен с глазами глубокого кофейного цвета, — ассистент господина Алека Вальдрана. Он поручил проводить вас в его мобиль. Идем тихо, спокойно, не привлекая внимания толпы.

Я застыла на месте, сердце заныло. Неужели Алек Вальдран будет меня домогаться в салоне своего мобиля? Или его унизительное предложение было просто для того, чтобы меня попугать?

В любом случае, я должна попытаться с ним поговорить. А то, что он вспомнил обо мне, доказывает — Вальдран до сих пор заинтересован в этой беседе.

Самоходная машина Вальдрана ждала нас далеко за трибунами и была неприметной. Никаких эмблем или опознавательных знаков, позволяющих определить, кто хозяин этого мобиля.

Рикар открыл передо мной заднюю дверь и помог подняться на высокую ступеньку, чтобы зайти в салон.

Алек уже сидел напротив. Обстановка в мобиле, конечно же, богатая. Кожаные диванчики, столик с закусками и напитками. Затемненные стекла, от водительской кабины отделяет глухая стенка с дверцей.

— Решила попросить второй шанс? — спросил Вальдран с иронией. — Или просто хочешь поздравить меня с победой? Я тронут твоим плакатом, Лия. Да, немного кривовато и очень наивно. Но впечатляет, что гордячка Лия Кайвен вступила в ряды моих фанаток. Хм… интересно, что же ее заставило это сделать?

— Можешь издеваться надо мной, сколько угодно… — постаралась сказать я холодно, тоже переходя на «ты».

— О, благодарю, что позволила! — оживился Алек. — Непременно этим воспользуюсь!

— Я не закончила! — рявкнула, выходя из себя от его хамства. — Уверена, ты во мне по какой-то причине весьма заинтересован. Так что не притворяйся, будто тебе это не надо! Возможно, ты хочешь нашего разговора даже больше, чем я!

Алек усмехнулся. Он беззастенчиво меня разглядывал и удовлетворительно кивал каким-то своим мыслям.

— И чтобы это сказать, ты примчалась из своего захолустья, криво сляпала трогательный плакат и теперь сидишь в моей машине, — хмыкнул Вальдран, — так оно всегда и бывает. Что ж, хватит переливать из пустого в порожнее. У меня действительно есть к тебе важное предложение. Но мне не понравилось твое поведение в прошлый раз. Поэтому выгодных условий, на которые я собирался пойти, уже не будет. Я вообще уже не хочу представлять тебя своей невестой. Ты не оправдала моих ожиданий, Лия.

Своей невестой? О чем он?

Я смотрела на Алека Вальдрана, ошарашенная его словами. Скорее всего, даже рот открыла от удивления.

Вальдран усмехнулся и заметил:

— Молчаливая ты мне нравишься куда больше, Лия. Постарайся быть такой почаще.

— Ты пошутил, чтобы меня напугать? — догадалась я.

— Напугать? — Вальдран выглядел оскорбленным. — Да на твоем месте жаждут быть тысячи девиц!

— Жаль, они все сюда не поместятся.

— Увы, — Алек состроил разочарованную гримасу. — Жаль даже не это, пространство я бы как-то мог растянуть, а то, что они мне не подходят. Увы. А вот ты как раз идеальна для того, чтобы попасть на новогодний прием у короля.

Новогодний бал!

Я вспомнила разговоры, услышанные в поезде. Вальдраны — не аристократы. Им не положен прием в ближнем круге. Самый престижный, дающий возможность пожать руку самому королю и даже пригласить на танец принцессу, если повезет.

У Алека Вальдрана есть слава, богатство, успех и почитание толпы. Но нет признания в наивысших слоях общества. А я со своим высоким происхождением вполне могла бы претендовать на место подле трона. Если бы нашла деньги на взнос. Да-да, чтобы пройти в главный новогодний зал королевства на бал и последующий прием в узком кругу, нужно приобрести пригласительный билет для избранных. Но Вальдрану это недоступно ни за какие деньги.

— Надо же, — вырвалось у меня. — А я думала, тебе нужно что-то, связанное с изобретением моего отца.

— Что? — скривился Алек так, словно я предложила надеть на его дракона седло с рюшами. — На кой мне нужна какая-то древняя бесполезная поделка? Мой отец и так купил уже ее с потрохами, просто для того, чтобы она не мешалась на рынке устройств. Но при дворе упорно поговаривают, что, дескать, Вальдран-старший в ссоре с герцогом Кайвеном. И это делает его еще менее достойным созерцать короля на домашнем троне в новогодней короне!

Древняя поделка? Выкуплена, чтобы не мешалась? Что-то здесь не так!

— А ты считаешь, что у моего папы нет причин враждовать с твоим?

— Да если и были, это решается не какими-то там интригами и слухами! — сердито откликнулся Алек, и я поняла, что он уверен: все эти интриги мой папа и породил. — Но сейчас не об этом. Если начнем рассусоливать взаимоотношения наших предков, я на банкет опоздаю.

Вальдран потер руки, словно делец. Наверняка этот жест у него от отца.

— Как ты поняла, я должен быть на приеме у короля. Но поскольку генеалогическим древом не вышел, моим билетом на бал в главном дворце станет невеста благородных кровей. А если эта невеста еще и закроет вопрос примирения с якобы обиженным герцогом, и того лучше.

— И… мне все время надо быть твоей невестой? — с опаской спросила я. Меня коробило то, с какой небрежностью он говорил о несчастьях моей семьи, но выбирать не из чего.

— Пфф! Упаси меня небесные силы! — расхохотался Алек. — Конечно же, нет! Всего одну неделю. Бал закончится, и мы разбежимся. Тихо-мирно, без громкого расторжения помолвки, но все сойдет на «нет» и в какой-то момент я обрадую толпу своих фанатов известием, что снова свободен, поскольку ты разбила мне сердце. И буду отбиваться от очереди девиц, желающих меня утешить.

Какой он циничный, неприятный гад! Хотя и обаятельный, приходится признать.

— Судя по твоему лицу, ты не рада, — скептически глянул на меня Алек. — Предупреждаю, Лия. Сначала я хотел предложить тебе сто тысяч филеро за помощь. Но ты меня так взбесила тем, что даже не выслушала, что теперь будет только пятьдесят тысяч. А если ты намерена снова отказаться, сумма еще уменьшится вдвое. Так что, решайся!

Сто тысяч! У меня перехватило дыхание.

Филеро — самая дорогая денежная единица в нашем королевстве. Озвученная Вальдраном сумма вознаграждения — настоящее богатство. Я бы смогла закрыть весь отцовский кредит.

Но и пятьдесят — тоже значительно. Мне столько и за год не заработать, а этот мажор так легко готов расстаться с деньгами… которые мне так нужны!

Но было еще кое-что.

Если я буду считаться невестой Вальдрана, мерзкий Флеменс от меня отстанет. Я скажу ему, что от жениха тайн не имею.

Пусть это всего на неделю, дальше я придумаю, как приструнить старого шантажиста.

— Ну что? — поторопил меня Вальдран. — У меня икра стынет и мороженое тает.

Я сверлила его взглядом. Какой же он все-таки гад!

— Согласна, — произнесла я на резком выдохе, словно с крыши прыгала, отчаянно.

— Отлично, — кивнул Алек. — Другого я и не ожидал. Тогда надо быстренько приодеть тебя к банкету, Лия. Там мы и объявим о нашей помолвке.

Алек дал указание водителю, и мы поехали в единственный торговый центр в Порти.

Это была довольно свежая придумка коммерсантов. В моем захолустье такого не было, а из всех знакомых однажды побывать в подобном месте посчастливилось только Майре. Она потом три дня ходила под впечатлением.

Торговый центр Порти я увидела еще издалека — огромное стеклянно-металлическое здание, высившееся над домами, как корабль из будущего, случайно приземлившийся в старинный портовый город.

Снаружи он сиял новогодними огнями. По фасаду, поверх стеклянных панелей, скользили иллюзии: снежинки, дракончики в красных шарфиках, мерцающие звезды, переливающиеся гирлянды. Воздух вокруг дрожал от магического тепла, чтобы посетители не мерзли, пока стоят у входа.

Но настоящее потрясение ждало меня внутри.

Я остановилась в вестибюле, не в силах сразу идти дальше. Торговый центр был многоуровневым: три огромных яруса, мягко уходящих вверх, соединенных лестницами с движущимися ступенями и стеклянными мостиками, по которым неспешно прогуливались посетители.

Сверху свисали гигантские праздничные украшения: иллюзорные звезды, внутри которых тихо вращались маленькие модели городов, будто миниатюрные миры.

Гул стоял оглушительный: музыка, шаги, смех, выкрики зазывал. Магические колокольчики, реагирующие на движение воздуха, звенели тонко и радостно.

— Впечатляет? — хмыкнул Алек, будто все это великолепие принадлежало ему лично.

— Это… — я обвела взглядом яркие фасады лавок, витрины с движущимися артефактами и кафе, из которых тянулся запах выпечки и корицы, — … это как другой мир.

И правда: под одной крышей собрали все, что обычно разбросано по городу.

Тут был ювелир с парящими над витриной кольцами — магия удерживала украшения в воздухе, пока покупатель рассматривал их. Рядом — лавка механических игрушек: дракончики размером с ладонь хлопали крыльями, гусеницы-автоматы переползали с полки на полку.

Кафе выглядели уютно, будто маленькие домашние гостиные, только встроенные в общий гигантский зал. За стеклянными панелями пекари раскатывали тесто, создавая иллюзию кухни на виду. На втором уровне тянулись ряды книжных лавок, где книги сами перелистывали страницы, маня к себе читателей. А в углу даже почтовое отделение приткнулось. Можно было не только купить подарок, но и сразу отправить его адресату.

На центральной площади стояла огромная елка. Нет, скорее, магическое дерево из света. Внутри ствола струились золотые завитки, по ветвям медленно стекала серебристая пудра — иллюзия снега.

Под елкой толпились дети, ловили падающие искры и смеялись.

Рядом расположился отдел с моментальным изготовлением портретов, возле которого толпилась оживленная очередь.

На третьем уровне, прямо под стеклянным куполом, висели драконьи игрушки в человеческий рост. Они были настолько живыми, что я сначала невольно отступила. Один наклонился вниз, щелкнул пастью — и только тогда я поняла, что это всего лишь чарованная иллюзия, созданная для праздника.

Музыка была новогодняя: легкая, звенящая, как морозный воздух.

Я смотрела на все это и чувствовала настоящий восторг! И даже присутствие Алека Вальдрана не могло омрачить мне впечатления от сказки, которая меня окружала.

Я чувствовала себя маленькой, немного потерянной, и при этом… очарованной. Все вокруг казалось слишком ярким, богатым, шумным — и невероятно праздничным. Такого я не видела никогда: у нас магазины были разбросаны по улицам, и чтобы обойти их все, придется потратить не один час, передвигаясь пешком по заледенелым улицам.

Здесь же было тепло, уютно, светло. Люди ели горячие каштаны, пили сладкий какао, мерили перчатки и шляпки, смеялись, обсуждали подарки. Будто Новый год уже наступил.

— Предлагаю сначала перекусить, — деловито произнес Алек. — После гонки я ужасно голоден! Да и ты, наверное, не ела сегодня.

Мой желудок радостно отозвался на приглашение, но у меня был другой план. В первую очередь мне нужно было обезопасить себя от нападок гнусного шантажиста. Ну и немного потрепать нервы Вальдрану тоже страсть, как хотелось.

Я посмотрела на гонщика с вызовом.

— Сначала — в ювелирный! — скомандовала я. — Никто не поверит в помолвку, если у невесты не будет кольца, соответствующего кошельку жениха.

Алек посмотрел на меня с некоторым… уважением.

— Надеюсь, мы выберем кольцо, достойное наследницы старинного герцогского рода, — уточнила я.

Алек распрямил плечи и походкой победителя направился в сторону ювелирного салона.

Я поспешила следом, обдумывая свой коварный план. У дверей ювелирной лавки я оказалась первой и остановилась, ожидая, когда Алек откроет передо мной дверь. Но он даже не сразу сообразил, чего я от него жду и почему не захожу первой.

Я легонько повела головой в сторону двери, мой новоявленный жених потянул ручку на себя. И только после этого я соизволила войти в заведение.

Похоже, манерам в обеспеченной семье Вальдранов не учили. Придется поработать и над этим, а то с таким кавалером будет стыдно на королевский бал показаться.

За прилавком был сам хозяин магазинчика — пожилой мужчина с хитрым прищуром и моноклем с мощной линзой. Вокруг него порхали две очаровательные помощницы. Хозяин одним лишь кивком направил к нам юное создание в воздушном одеянии, а сам остался стоять в стороне.

— Доброго дня! — девица расплылась в сладкой улыбке. — Выбираете подарок? Могу ли я вам что-то предложить⁈

Чаровница ювелирной лавки скользнула взглядом по моему простому платью и повернулась к Алеку, точно определив по его дорогой одежде, кто будет оплачивать покупку.

— Сестре, маме, подруге? — поинтересовалась она, по всей видимости, решив, что я ему прихожусь кем-то вроде помощницы или ассистентки.

Я сделала себе в голове заметку, что нужно на людях вести себя чуть более тепло, чтобы нас принимали за пару. Пришлось все брать в свои руки, пока Алек растерянно хлопал глазами и утопал взглядом в глубинах декольте прелестницы.

— Невесте! — выпалила я так, что девица вздрогнула. — Видите ли, господин Алек Вальдран сделал сегодня предложение.

В глазах девушке появилось узнавание. Она с восторгом взирала на звезду, о которой не слышал только совсем глухой.

Я протянула руку вперед, обозначая, кому именно требуется кольцо. И слегка покачала безымянным пальцем.

Девушка как-то вся сдулась, но уже спустя мгновение на ее губах вспыхнула профессиональная улыбка, а в глазах появился алчный блеск. Она поняла, что впереди маячит годовая премия.

— Такая узкая ладошка! И пальчики изящные, длинные! — принялась нахваливать она. — Чувствуется порода!

Девица хвалила меня так, будто я была хорошей лошадью или породистым драконом. Но Алек только удовлетворенно кивнул. Его самолюбие расцветало даже от таких дешевых поглаживаний.

— На такую ручку так и просится камушек, который подчеркнет статус мужчины, надевшего кольцо!

Девушка потащила нас к витрине, где вращались кольца со сверкающими булыжниками.

— Алмазы, сапфиры, — щебетала она, демонстрируя соблазнительный блеск. — Белое золото и как раз подходящий размер есть!

Алек с готовностью потянулся к кошельку. Я посмотрела на цену. Всего десять тысяч филеро. Ну, это никуда не годится!

— Не думаю, что на королевском приеме стоит появляться с невестой, обвешанной искусственными камнями, — отметила я ледяным тоном.

Алек замер с открытым кошельком, а девица вспыхнула.

— Первое, чему учат в аристократических семьях — отличать настоящий, природный камень от выращенного в лаборатории под магическим куполом, — отчеканила я. — Думаю, придворные дамы в окружении короля легко смогут отличить подделку. Может, нам стоит поискать другое место⁈

Алек нерешительно закрыл кошелек.

Но к нам уже спешил хозяин заведения. Кажется, он сообразил, что пахнет сделкой года.

— Для господина Вальдрана и его очаровательной невесты у меня будет особое предложение, — с почтением поклонился он. — Не подскажете, какой у вас титул?

— Мой отец герцог, — произнесла я с достоинством, не уточняя фамилию. — Мы с Алеком прибыли сюда сразу после того, как он сегодня финишировал на гонках. Если бы он заранее предупредил, что собирается сделать мне предложение, я бы захватила в однодневную поездку более подходящее случаю платье…

Но мои слова уже не имели значения, улыбка ювелира становилась все шире, а в глаза горели алчным светом.

— Сейчас все так демократично, — махнул он притворно. — В нашем мире давно уже не встречают по одежке.

— Если только это не королевский прием, — напомнила я.

— У меня есть кое-что, подходящее особому случаю, — прошептал ювелир. — Разрешите пригласить вас в свою скромную мастерскую!

Нас провели в изящно обставленную комнату, где стоял рабочий стол ювелира с различными приборами высокоточной огранки, плавильные чаши, увеличительные стекла и тончайшие инструменты.

— Только сегодня я закончил реставрацию выкупленного на аукционе старинного перстня. Алмаз, который за три сотни лет не потерял своей яркости, тончайшее переплетение золотых нитей, — ювелир продемонстрировал настоящее сокровище, покоящееся на бархатной подушечке.

У меня перехватило дыхание. Такое кольцо должно было стоить целое состояние!

— А главное, — ювелир заговорщицки подмигнул Алеку. — Размер идеально подходит вашей избраннице.

Представив, сколько может стоить такое сокровище, я закусила губу.

— Подходит, — деловито кивнул великий гонщик. — Сколько?

Я закатила глаза. Ну разве можно оценивать ценность старинных украшений только суммой? Но ювелир не моргнул и глазом.

— Пятьсот, — произнес он.

Алек поморщился.

— Но только для вас я готов сделать скидку в сто тысяч филеро. Главное — не забудьте упомянуть при случае, где купили это украшение.

С тяжелым вздохом Алек расстался с наличностью.

— Не хотите надеть кольцо на руку невесты лично? — уточнил ювелир.

Жених растерянно кивнул и осторожно взял изящное колечко двумя пальцами. Он уже было протянул его ко мне, как хозяин лавки снова остановил его.

— Вы собираетесь надеть избраннице кольцо, которое стоит целое состояние, и даже на колено не встанете? — спросил он.

Алек Вальдран скрипнул зубами и опустился передо мной на одно колено.

Я не стала долго мучить несчастного юношу, влюбленного в собственный успех, и благосклонно приняла кольцо. Алек вздохнул с облегчением и поднялся на ноги.

— Не пора ли нам пообедать, чтобы отметить это событие? — процедил он сквозь зубы.

Мы поспешили к выходу из ювелирной лавки.

— Я повешу это фото в рамку и размещу на самом видном месте! — улыбка хозяина лучилась не хуже, чем искусственные бриллианты.

Алек только губы сжал в кривой улыбке. Видимо, боялся сказать лишнего.

— В кафе! — решительно произнес Алек.

— Подожди, — ответила я и ухватила его за локоть. — Мне нужно отпроситься с работы и из академии. Мне бы не хотелось, чтобы ректор объявил меня в розыск.

Гонщик вздохнул.

— Это по-деловому, — согласился он.

Обрадованная тем, что сопротивления не встретила, я потащила Вальдрана в самую гущу толпы. Там я уже приметила будочку, где делали мгновенные фотоснимки и сразу же печатали готовые портреты.

Там как раз толпились нарядные громкие девушки, выделяющиеся на фоне нескольких влюбленных парочек.

Я уверенно подталкивала своего жениха в нужном направлении.

Расчет мой оказался верным: лишь только мы появились в поле зрения толпы, как она пришла в волнение. Девушки толкали друг друга и не стесняясь указывали в нашу сторону пальцем.

Сложно оставаться незамеченным, когда ты звезда мирового масштаба и самый завидный жених королевства!

— Это Алек Вальдран!

— Гонщик!

— Держите меня!

Крики и радостные возгласы неслись со всех сторон. Казалось, что мой спутник тяготился всем этим женским вниманием.

Я решила, что в этот раз лучше сыграть не невесту, а помощницу. А то невесть откуда взявшейся сопернице эти красавицы могли бы и прическу подпортить.

— Господину Вальдрану нужно сделать несколько фото для газеты! — безапелляционно заявила я.

Толпа отступила, и я подтолкнула растерянного парня к будочке.

— Зачем это⁈ — возмутился он. — Какая еще газета⁈

— Думаешь, в академии мне поверят, если я не предоставлю доказательств⁈ — прошипела я в ответ и вернулась к изучению инструкции. — Платить сюда!

Алек опустил монету в специальную щель, и аппарат завибрировал, сотрясая будочку, где мы находились.

Я прижалась к груди Алека и выставила вперед руку с кольцом, чтобы у получателя снимка не осталось ни малейшего сомнения в том, что помолвка действительно состоялась.

Серия ярких вспышек ослепила нас.

Аппарат немного почавкал и выплюнул четыре миниатюрных портрета.

— Это в кафе, а эти две в академию, — перечисляла я.

Стоило мне отдернуть шторку, как я поняла, что живыми уйти нам не дадут. Поклонницы великолепного гонщика стояли сплошной стеной.

— Девочки, мне нужно на почту! — строго произнесла я, на всякий случай пряча помолвочное колечко. — На ближайшие десять минут он ваш!

Толпа расступилась, выпуская меня на свободу. И тут же ряды поклонниц сомкнулись, отрезая Алеку Вальдрану путь к отступлению. Я невинно помахала ему ручкой и поспешила отправить письма с фотографиями.

А позади захлебывался и тонул в фанатской любви самый популярный драконий гонщик. И как будто бы он не был рад проявлению девичьих восторгов, хоть и раздавал автографы и позировал для фото.

В почтовом отделении было пусто, работница скучала.

— Три конверта и марки, — попросила я, выложив на прилавок несколько мелких монеток.

Я оставила послания прямо на оборотной стороне каждой фотографии. Ректору я черкнула пару строк, девочкам из кафе пообещала привезти сувениров из столицы, а Флеменсу с прискорбием сообщила, что наша встреча не состоится.

— Наигралась⁈ — спросил Алек многообещающим тоном, когда я вернулась. — Следующий раунд за мной!

После моего удара по кошельку Алека я решила, что противник сломлен и расслабилась. Также этому способствовал триумф над Флеменсом. Так и представляла лицо этого старого сластолюбца, когда он увидит фото и поймет, что птичка выпорхнула из клетки и обнимается с котом. Отдельной строкой я приписала, что у нас с женихом нет тайн друг от друга, и шантаж не имеет смысла.

Когда мои послания дойдут до адресатов, весть о помолвке и так разлетится повсюду. Алеку невыгодно тянуть, ему нужно купить проход на бал. А для этого он должен быть официальным женихом аристократки. То есть, меня.

Все эти временные успехи притупили мое чувство опасности. Почему временные? Потому что Алек Вальдран оставался сильным противником, привыкшим к одним лишь победам. И собирался это доказать.

Мой папочка иногда говорил: «Хочешь дать мужчине крылья — накорми».

Я Вальдрана окрылять не собиралась, поэтому всеми силами пыталась оттянуть визит в кафе. Но до бесконечности это делать не вышло. И голодный повелитель драконов все же дорвался до мясного меню.

Обедал он очень по-мужски: огромный кусок бараньей лопатки на кости с горсткой овощей. И большой графин с запотевшими стенками, набитый льдом, чуть разбавленным дорогим лимонадом от шеф-повара.

Я же заказала салатик с морепродуктами и какие-то очень маленькие бутербродики с икринками чуть ли не крупнее тонкого, прозрачного ломтика хлеба, на котором они лежали.

— Будет еще десерт, — прорычал Вальдран, впиваясь в мясо белыми, крепкими, как у хищника, зубами.

Мы сидели в лучшем кафе города, которое с нашим появлением стало еще и самым популярным.

Охрана заведения оцепила наш столик полукругом, чтобы знаменитый гость мог поесть, не отвлекаясь на автографы.

На десерт нам принесли торт-мороженое и по чашечке самого восхитительного кофе, который я пробовала в жизни.

— Сварено на песке, по рецепту нашего бариста, — с гордостью похвастался официант. — Он выиграл конкурс в столице!

— Немного не хватает насыщенности, — к моему возмущению заявил Алек. — Но пойдет. Для провинции прямо-таки фейерверк вкуса.

Вот так похвалил. Снисходительно и по-снобски.

— Теперь нам надо одеть тебя к банкету, — Вальдран поднялся, нетерпеливо глянул на часы, — там мы объявим о помолвке.

— Ты пойдешь со мной выбирать шмотки? — спросила я, стараясь говорить небрежным тоном. — Это же дамские штучки.

— Конечно, пойду, дорогая, — он улыбнулся, и его улыбка не предвещала ничего хорошего. Сытый гонщик готов мстить.

— Чтоб ты знала, ради разговора с тобой и похода за колечком, стоящим как половина дракона, пришлось отказаться от ледяной ванны.

Увидев изумление на моем лице, он спросил уязвленно:

— Ты что, не смотришь магоролики в моем канале?

Я помотала головой.

Он вздохнул. Но не грустно, а с оттенком мстительности.

— Теперь придется, милая. Ты же должна поддерживать разговоры о своем любимом женихе. Так что посмотри сегодня же, зачем гонщики после полёта с головой окунаются в бочки со льдом. А у меня, разумеется, есть свой бассейн. Это прописано в договоре на гонки.

Тут он прав, мне надо будет проявлять осведомленность о его жизни.

Алек потащил меня в просторный магазин одежды. Его сотрудники тут же выстроились по струнке и натянули улыбки.

За нами, разумеется, потянулся ручеек поклонниц Алека Вальдрана.

Управляющий салоном притормозил их у входа. И не успела я почувствовать облегчение, как мой жених недовольно остановил служащего:

— О, нет, приятель! Пусть зрители остаются. Мы выбираем вечерний наряд моей девочке, мне нужно понимать, что он хорош! А кто еще подскажет, как не мои изысканные поклонницы?

Моей девочке.

Я поняла, что он сейчас делает. Не называет прямо невестой, а намекает, что, дескать, выбрал себе подружку на вечер, помогите сделать из нее человека.

Фанатки немного стушевались, поняв, что великий и прекрасный Алек появится сегодня на публике не один. Но, видимо, подобное поведение кумира было в порядке вещей, потому что они быстро пришли в себя и заняли места на стульчиках, которые им быстренько выставили амфитеатром консультанты.

А мне освободили площадку как сцену.

— Примерочные вот, — любезно показал мне задернутые бархатными плотными шторами кабинки управляющий, в то время как девушки-консультанты обносили присутствующих напитками и печеньем. Прекрасный сервис.

Салон закрыли на спецобслуживание, но сюда уже набились зрители и журналисты.

— Я собираюсь потратить здесь целое состояние, — заявил Вальдран, — так что рассчитываю на стоящее этого зрелище.

И поклонницы восторженно взвизгнули.

Меня отправили в примерочную, а сотрудницы уже выстроились с ворохом одежд, которые выбирал сам Алек Вальдран.

— Милая, примерь вот это первым! — крикнул он.

И консультант с чарующей улыбкой внесла в примерочную нечто… нечто возмутительное! Дорогое платье, о чем кричал ценник на нем. Но платить, видимо, предполагалось за воздух! Потому что все оно состояло из декольте и разрезов.

— К этому вам понадобится кружевное белье, — девушка протянула мне то, что я бы в жизни не надевала, — и чулочки.

Сама я так и не смогла облачиться в эту… сбрую, мне помогли одеться… хотя, скорее раздеться. Я была одета в ничто. Облегающее напоказ, дразнящее длинным разрезом от талии до пола.

— Великолепно, — выдохнула консультант, поправляя на мне почти несуществующую лямочку, — такие силуэты сейчас на пике вечерней моды.

— Ну где ты там, милая? — капризно позвал меня Алек. — Выходи и покажи себя во всей красе.

— Это платье надо нести соответствующим образом, — шепнула девушка-сотрудник, раскрывая передо мной шторку.

Проклиная Алека Вальдрана и армию его поклонниц, я выползла из примерочной. И правда, если бы я семенила или шла своим обычным шагом, это совсем уж отвратительно.

Призвав на помощь присутствие духа, все, что имелось у меня в наличии, я постаралась обольстительно улыбнуться, как того требовал иллюзорный наряд, и прошлась походкой от бедра. Мы с девочками в школе порой дурачились, изображая «модные показы», оттуда я нахваталась кое-чего.

— Подойди ко мне! — велел Алек. Лицо его было якобы бесстрастным, но глаза вспыхнули, я это видела. Казалось, он сдерживается, чтобы не облизнуть пересохшие губы.

— Пройдись, — скомандовал Вальдран, — я хочу оценить… платье.

Я должна сыграть красиво, как бы не было мне противно выставляться напоказ перед его поклонницами… с другой стороны, они мне так отчаянно завидовали, что это даже было приятно.

Я покачивала бедрами, чувствуя, как холодит воздух ногу, целиком выпорхнувшую в разрез. И видела, каким взглядом пожирает наглец Алек мои… формы, выдающиеся из декольте. Из вредности послала ему воздушный поцелуй. Не знаю, зачем гонщику ледяной бассейн, но сейчас он ему точно не повредил бы.

— Отлично, — просипел Вальдран, — следующее.

Он отобрал для меня еще три откровенных платья. Кстати, насчет одного из них я вообще сомневалась, что это именно платье. Скорее, пеньюар.

Наглец просил меня пройтись перед ним, наклониться, чтобы «посмотреть, насколько тебе удобно в нем двигаться, милая, не морщит ли ткань».

Да чему там морщить?

Наконец, начались наряды, которые показались мне более уместными для вечера. Элегантные, стильные.

Одно платье мне понравилось особенно. Персиковое, с лифом, украшенным мелкими бутонами роз, но при этом не выглядевшее аляповато. Короткие рукава показывали руки настолько, насколько это было положено в приличном обществе. Расшитая жемчужными нитями юбка в пол облегала бедра, но не стесняла движений.

— Берем его, — сказал Алек, когда я вышла.

Переодеваясь, я поняла, что это была его месть. Вальдран не позволил бы своей невесте действительно явиться на банкет в наряде звезды элитного ночного клуба. Он просто хотел меня проучить и показать, кто здесь главный. Потому что устраивать истерику при девицах, спорить, отказываться наряжаться я не могла, рискуя выглядеть глупо.

Вот же гад! И сидит теперь довольный, наверняка. Ничего, в эту игру можно играть вдвоем. Следующий ход мой.

Мы заехали в гостиницу Алека всего на полчаса — привести себя в порядок, смыть с лица пыль дня и ощущение толпы. Спать я не собиралась, да и времени на это не было, но он настоял, что мне будет удобнее подготовиться к приему именно у него.

Номер оказался огромным и невероятно дорогим.

Две полноценные спальни, гостиная с панорамными окнами, через которые открывался вид на вечерний Порти.

Потолки высокие, повсюду лепнина с вкраплениями золота, мягкий свет магических сфер, спрятанных так искусно, что казалось, что он просто разлит в воздухе.

— Добро пожаловать, — сказал уже знакомый мне мужчина, выходя нам навстречу из глубины номера.

Коротко стриженный шатен, собранный, подтянутый, в безупречном костюме. Он смотрел внимательно, профессионально, но без тени любопытства.

— Рикар, нам надо подготовить Лию к приему, — коротко распорядился Алек.

Рикар кивнул коротко, почти военным жестом. Он привык подчиняться своему и выполнять любые прихоти с каменным лицом.

Я огляделась и вдруг поймала себя на мысли: несмотря на весь этот блеск, номер выглядел нежилым. Ни разбросанных вещей, ни следов суеты. У окна стоял аккуратно сложенный дорожный саквояж. На кресле — плащ. Все. Алек здесь не жил, а временно остановился между двумя точками на карте. И будто даже тяготился размерами номера, сложив все вещи в одном углу.

— Я переоденусь у себя, — сказал Алек, разматывая шарф. — Лия, вторая спальня — твоя. Там есть ванная.

Он развернулся и ушел в спальню, закрыв за собой дверь. Я собрала ворох пакетов и направилась к другой. И в этот момент заметила, как Рикар резко сделал шаг вперед.

— Подождите, — сказал он слишком поспешно. — Туда… не стоит.

— Почему? — удивилась я и уже взялась за ручку.

— Потому что… — он замолчал, будто подбирая слова, и как-то воровато оглянулся на закрытую дверь Алека. — Ему не понравится.

Я только поморщилась и открыла дверь.

из ее недр на меня буквально хлынула пестрая лавина.

— Поздно, — глухо договорил Рикар за моей спиной.

Сначала на меня упал плюшевый дракон размером с подушку, потом второй, третий, с крыльями, лапами и глупо торчащими глазами-пуговицами.

Следом посыпались мягкие сердца и перевязанные лентами коробки с конфетами. Что-то задело меня по коленям, что-то шлепнулось на ковер.

Я отступила на шаг. Но, как заметил Рикар, было уже поздно.

Лавина из даров фанаток заполнила гостиную. Когда пол уже был усыпан игрушками, я все же предприняла попытку войти в комнату.

Но случайно увидела красное кружево, которое зацепилось за морду одного из дракончиков.

Поддела пальцем из любопытства. Глаза мои расширились от удивления, когда я вытащила кружевной пеньюар кроваво-красного цвета. Бросив его в сторону, словно он мог меня укусить, шагнула в спальню, намереваясь укрыться там от странных подарков.

Там на меня из каждого угла взирали драконы. Но самое страшное было на огромной кровати — там я увидела целый ворох подарков от особо горячих поклонниц.

Дамское белье! Очаровательные панталончики, полупрозрачные трусики и чулки с соблазнительным рисунком.

Повисла тишина.

Я медленно оглядела открывшуюся картину: заваленная подарками спальня, кровать, на которой почти не было видно покрывала, сладости, розовые и алые ленты и это белье.

— Это… — я кашлянула. — Дары фанаток?

Рикар закрыл глаза на секунду, как человек, который уже проиграл этот раунд.

— Поклонницы, — коротко сказал он. — После победы курьеры приносят, кто-то пробирается сам и вручает подарки через горничных. Я не всегда успеваю… сортировать и… утилизировать. А господин Вальдран терпеть этого всего не может.

— Неужели? — сказала я и невольно усмехнулась. — Думала, что он находит во всем этом особое удовольствие.

В этот момент дверь спальни Алека приоткрылась.

— Что случилось? — спросил он и замер на пороге.

Я обернулась, прислонилась плечом к косяку и спокойно ответила:

— Ничего страшного. Просто я, кажется, зашла не в спальню, а потревожила алтарь женской любви.

Алек обвел драконье безумие взглядом и недовольно поморщился.

— Рикар. Я же просил, — сухо сказал он ассистенту. — Убери это. Не знаю, передай все это в благотворительный фонд, каким-нибудь одаренным детям.

— Все? — ехидно спросила я, помахав пеньюаром.

Алек только стиснул зубы в ответ.