Жена дракону не подчиняется, или Крылья для попаданки

Глава 14

Латар

— Ваше величество! — одним порывом выдохнули все придворные, кто вышел встречать нас с Алитой на главную террасу Хадфорда.

Гвардейцы для приземления рассредоточились по остальным площадкам. С нами был лишь Килин и личные охранники жены — теперь они заслужили особый почёт.

Пытаясь защитить её, они рискнули жизнью и, казалось бы, пропали, но чудом нам удалось найти их в казематах звартской обители. Я предложил им отдохнуть и восстановиться в ближайшем гарнизоне у границы, но они отказались и предпочли последовать за своей императрицей.

— Какое счастье, что вы вернулись! — выступил вперёд вэст Арумет. Он почтительно поклонился нам обоим и взглянул на Алиту с приветливой улыбкой. — Без вас, ваше величество, в Хадфорде стало меньше света.

И это было правдой. Стоило только нам с Алитой воссоединиться и вернуться на земли империи, как погода здесь заметно улучшилась. Снег не шёл уже несколько дней, а на небе неизменно сияло солнце.

— Теперь моя дракири всегда будет здесь, — кивнул я камергеру, но обратился ко всем. — И в ближайшее время я намерен начать подготовку к её официальной коронации. Остальные заявления по результату нашего похода на звартские земли Совет и представители Княжеского собрания услышат на всеобщем сборе. А пока мы с женой отправимся отдыхать.

Отдых был нам очень нужен. Сутки мы провели в обители звартского жреца, ища любые признаки того, что он мог как-то спастись, уйти от возмездия, когда Сенеон погиб. Мы обыскали весь замок сверху донизу и обнаружили спящего жреца в подземном ритуальном зале. Похоже, он оставил «себя» в безопасном месте на случай, если что-то пойдёт не так, но не учёл, что смерть носителя, с разумом которого он слился через скверну, заблокирует ему возвращение.

Мы наблюдали — он так и не пришёл в себя. Его тело постепенно иссыхало, и уже к вечеру того же дня от него осталась лишь морщинистая мумия. Слабое дыхание остановилось, а его сердца и до того не было слышно.

— От тела нужно избавиться. Нельзя допустить его возрождения! — безжалостно заявил Килин.

И в этом я был полностью с ним согласен. Мы поместили всё, что осталось от жреца, в саркофаг, на крышке которого он и лежал, а затем наполнили его чистым драконьим пламенем — до тех пор, пока на его дне не остался лишь пепельный налёт.

Многие из его приспешников разлетелись кто куда, когда поняли, что их предводителя больше нет. Сначала их пытались отлавливать, но после решили поступить иначе. В обитель было отправлено несколько отрядов из пограничных гарнизонов — для контроля. Присоединять эти гиблые земли к империи я не собирался. Они не представляли для меня совершенно никакого интереса. Но прояснить обстановку там, куда нам ещё никогда не удавалось пробраться надолго, всё-таки стоило.

Как и найти источники скверны, чтобы решить, что с ними делать.

Но пока — хоть несколько дней передышки. Пока князья соберутся в Хадфорде и настанет миг выступать перед ними, ещё есть время просто побыть с Алитой. И попытаться решить другие, более мелкие вопросы.

Прежде всего я отстранил тётку Эциду от любого взаимодействия с Тилирой и Венелем, а её саму отправил в темницы — сидеть в заточении по соседству с Лириан ей наверняка будет очень приятно. Она же так стремилась возвести её на престол — не иначе лишь из огромной симпатии.

Объяснять ей ничего не стал — она всё узнает на собрании Совета. Пусть потомится в неведении, почувствует себя на моём месте. Ведь я так долго ничего не знал об их с матерью истинных планах.

За вдовствующей императрицей я, кстати, тоже отправил. Пусть попробует оправдаться перед князьями за все свои замыслы и потакание опасным затеям Сенеона, которые рано или поздно всех нас привели бы к полной катастрофе. Именно они будут решать их судьбу.

Я же собирался лишь заняться судьбой Лириан — и она теперь была для меня очевидна.

Алита

— Это просто невероятно, — роптал зал Совета ещё долго после того, как Латар закончил рассказ обо всём, что случилось в последние дни, о предательстве Сенеона и о том, какие замыслы зрели на территории звартов.

— Это точно был Сенеон? — усомнился один из князей — я даже не помнила его имени.

— Совершенно точно, — кивнул Латар, опускаясь на свой трон, что стоял на возвышении. Я сидела рядом и сразу опустила ладонь на его, чтобы ободряюще её пожать. Мы были страшно вымотаны, к тому же скверна до сих пор говорила в Латаре — и нам следовало срочно заняться полным лечением, для чего я планировала заманить его в Витгронд.

Но прежде всего необходимо было завершить самые горячие дела в столице. Люди пребывали в недоумении и неведении. Они чувствовали, что что-то изменилось вокруг — также, как во время резкого наступления зимы — но не могли понять, с чем это связано.

Теперь они успокоятся.

— Я своими глазами видела его и говорила с ним лично, — добавила я. — Это совершенно точно был он, но в изменённом скверной виде.

— И что же, теперь опасность заговора со стороны звартов миновала? — встав со своего места, поинтересовался Предводитель Княжеского Собрания, тот самый, который не так уж давно предлагал Латару подарить меня ему. Просто для развлечения.

— Территория под контролем драаков Адетара. Я призвал на помощь жемчужных драконов Гэзегэнда — они смогут исследовать источники скверны, которые использовал жрец, и придумают, как их запечатать, — пояснил Латар. — Опасность минует лишь тогда, когда мы подчиним себе эту напасть.

— И когда вы излечитесь… — добавил Предводитель.

— Верно, — усмехнулся мой муж. — Но сейчас мы близки к разгадке как никогда.

— Что же получается, ваша истинная была в числе заговорщиков? — спросил кто-то со своего места.

— Прежде всего, она никогда не была моей истинной. Всё это была лишь иллюзия, которую она создала с помощью врождённой скверны. Моя единственная истинная — моя жена, — Латар взял мою руку в свою и поцеловал её.

От прикосновения его губ в груди знакомо сладостно замерло. Кажется, я никогда к этому не привыкну. Его любовь, его ласки всегда будут вызывать внутри меня тот самый трепет, от которого голова становится лёгкой и совершенно пустой.

И это прекрасно!

Признаться, пока советники и князья собирались в резиденции, мы смогли урвать почти целый день для нас двоих. Килин выставил охрану на этаже, чтобы никто не смел нас беспокоить. И если бы я уже не была беременна, то это точно случилось бы теперь.

От воспоминаний об этом безумно жарком времени наедине, мои щёки предательски загорелись. К счастью, советники были слишком заняты обдумыванием более глобальных событий, поэтому до моего состояния им не было никакого дела. Я же совершенно не могла это контролировать.

— И что же теперь будет с дракири Валанис? — спросил Предводитель. Остальные поддержали его согласным гулом.

Как будто им до сих пор не хотелось верить в то, что какой-то девице удалось обвести вокруг пальца всех этих уважаемых драаков. Представляю, как глупо они себя чувствовали.

— Я уже обдумал этот вопрос, — с готовностью ответил Латар. — За свои замыслы и за то, что она долгое время вредила мне, что могло привести к самым скверным последствиям, магический контур виэссы Валанис будет разорван, она будет разделена со своей ипостасью навсегда. Затем она войдёт в пещеру Сайнеша. И дальше он будет решать, выпустить её оттуда или заставить блуждать до конца дней.

Лица мужчин вытянулись, даже мне на слух наказание показалось очень серьёзным, но и неоднозначным. Но она заслужила. Сайнеш наверняка рассудит по справедливости. Если бы Латар поддался на её чары, на обманчивое притяжение, которое она создала, сейчас, возможно, он был бы полностью поглощён скверной, как и его брат.

Что сталось бы со мной, я даже и думать не хотела.

— Судьбу Эциды Галлы и вдовствующей императрицы я оставляю на ваш суд, — добавил муж. Они знали о замыслах Сенеона и молчали, обвиняли Алиту в его убийстве, зная, что он жив. Пытались навязать мне брак с Лириан Валанис.

— Изгнание, — вставил кто-то. — Всё, чего они достойны.

— Исключительно с учётом их возраста, — внёс поправку Предводитель. — А Лириан Валанис… Её вообще следовало бы казнить!

— Она будет под надзором, — возразил Латар. — Пока этого достаточно. Смирение спасёт её от казни. Злоба и неповиновение в итоге приведут к ней. Время покажет.

— Вы слишком милосердны, ваше величество, — покачал головой князь. — Что будет, если она выйдет из пещеры?

— Я личным указом вышлю её из столицы в самую отдалённую обитель служительниц Предвестникам, какую найду на карте, — Латар вновь встал, и на его лице наконец появилась улыбка. — Но я хотел бы закончить собрание хорошей новостью. Той, которая даёт мне надежду на то, что мы очень скоро оправимся от этих потрясений. — он повернулся ко мне и подал мне руку, приглашая встать рядом с ним. — Моя жена и будущая императрица ждёт наследника!

Я поднялась тоже, вложив свою ладонь в его. Сердце зашлось взволнованным стуком. Как воспримут это советники и князья? Ещё совсем недавно большинство из них терпеть меня не могло.

— Это прекрасно! — наперебой загомонили они.

— Мы так ждали!

— Это действительно великолепная новость, ваше величество!

— Поздравляем!

— Да осенят вас Предвестники сияющей благодатью!

В зале поднялся такой гам, что показалось, сейчас затрясутся стены. Возможно, мне просто хотелось в это верить, но они как будто и правда были рады. Или эта новость просто вызвала у них облегчение в том, что впереди нас ждёт какая-то стабильность. По меркам драаков я истинная пара императора, и наш ребёнок действительно хорошее предзнаменование.

— После того, как все дела в Хадфорде будут улажены, — добавил муж, когда шум немного стих, — мы на время отправимся в Витгронд. Там нас ждут важные исследования.

— Исследования скверны? — обеспокоенно спросил Предводитель.

— И это тоже. Князь Эскит по-прежнему нуждается в помощи, и сейчас мы как никогда близки к тому, чтобы избавить его — и меня — от тлетворного влияния. Это обезопасит нас в будущем. О назначении старших на время моего отсутствия я сообщу позже.

Нам пришлось задержаться в Хадфорде ещё на несколько дней, прежде чем мы смогли отправиться в Витгронд. От дозоров и поисковых групп, оставленных на территории звартов, пришли первые отчёты о том, что неподалёку от обители было найдено несколько глубоких источников скверны.

Приближаться к ним без соответствующего сопровождения отрядам было запрещено, однако все их следовало отметить на картах. Это было, пожалуй, одним из самых важных дел на ближайшие месяцы, а может и годы — обезвредить все источники до одного, какие доведётся найти.

Пока же — только поиск и учёт. Разговоры с местными — для привлечения лояльных знатоков, которые могли пригодиться в будущем. А ещё — отлов тех приспешников жреца и Сенеона, которым удалось сбежать.

Между тем и в Гэзегэнде нас ждали. Первым делом, стоило нам только прилететь туда, я вызвала к себе Нимара с Лаяной, а Латар не забыл о том, что колдунья Ваданея, с которой мне ещё не довелось познакомиться, всё это время должна была помогать им в исследовании недуга князя.

Поэтому явились они к нам в приёмную сразу втроём. Мне сразу показалось, что за все эти дни они сумели сойтись характерами, а особенно — интересами. В руках Нимара была довольно пухлая папка с бумагами, которую он сразу передал мне. Мне даже не пришлось задавать отдельные вопросы.

— Кажется, мы нашли, ваше величество, — обратился он к нам с Латаром вместе. — Нашли, представляете?

Я раскрыла папку и быстро пролистала записи в ней. Вычисления, формулы заклинаний и схемы — всё было расписано очень подробно, с пояснениями — видимо, для таких несведущих во всех этих тонкостях людей, как я. Впрочем, кое-что мне всё-таки было понятно.

— И что это значит? — без лишних восторгов в голосе уточнил Латар, тоже изучив содержимое папки.

— Это значит, ваше величество, — почтительно пояснил Нимар, — что нам не хватало человека, который мог бы управлять скверной хотя бы на базовом уровне. Не такого сильного колдуна вроде предводителя звартов, конечно, но того, кто умеет чувствовать её и контролировать потоки.

— Мне удалось найти очаг скверны в контуре князя Эскита, — тут же заявила Ваданея, устав, видно, от вводной части. — Рассуждения её величества, о которых мне рассказал вэст Баллия, оказались верны. Скверну нужно выманить. И, думаю, хотя бы в этом я смогу помочь. Не нужно рисковать чьими-то жизнями. Я сумею это сделать. Но не смогу её уничтожить. За это придётся взяться тому, чья магия способна на это.

С этими словами она перевела взгляд на меня. Впрочем, я к такому повороту уже была готова. Принцесса Алита была уникальна — её жемчужная магия сформировалась именно таким образом, что скверна буквально скукожилась от соприкосновения с ней. Возможно, поэтому Сенеон так хотел её уничтожить. Она была угрозой его замыслам, уже искажённым влиянием жреца.

— Что ж, я готова попробовать, — сразу согласилась я.

Латар поймал мою руку в свою и сжал её.

— Ты уверена, что в твоём положении это будет безопасно? Всё-таки это не поверхностное лечение, а проникновение на уровни глубже. Я тоже кое-что смыслю в магических схемах. И это… сложный процесс.

— Я так много раз сталкивалась в контуре князя с влиянием жреца, с его препятствиями, что трудности мне уже не страшны. Тем более ты уже видел, на что МЫ способны, — я улыбнулась, переплетая свои пальцы с его. Намёк на ребёнка, который давал мне особые силы, Латар понял сразу.

Но его беспокойство не стало меньше.

— Я надеюсь, что ты понимаешь, что делаешь. Однако я буду присутствовать. И не позволю тебе пострадать, — он перевёл взгляд на докладчиков, и они слегка сжались, даже Ваданея, которая выглядела настолько уверенной в себе, что позволяла себе задирать нос даже перед императором. — Если кто-то из вас намеренно или случайно причинит вред моей жене… Вы понимаете, что будет. Прежде чем вовлекать её в это дело, вы должны быть полностью уверены в том, что это безопасно!

— Я готова рискнуть своей головой, ваше величество, — заявила колдунья. — И заверить, что для её величества в этом нет никакой опасности.

— Так и будет, — кивнул Латар. — На кону ваши головы. Прошу вас осознавать это.

На этом аудиенция была окончена.

И уже на следующий день мы приступили к эксперименту, который теперь наконец обещал закончиться удачей.

Когда я впервые за много дней увидела князя Эскита, мне показалось, будто он выглядит гораздо лучше, чем раньше. Впрочем, это легко объяснялось тем, что жрец звартов уничтожен, стёрто любое присутствие его в этом мире, и ему должно было стать легче уже только от этого.

Мне принесли кресло, которое поставили напротив князя, и я опустилась в него, чувствуя, как мои движения едва уловимо изменились. Подобные короткие осознания настигали меня время от времени вместе с тем, как ребёнок рос внутри меня. Я словно становилась наполненнее, а от этого больше, хоть внешне как будто никак не менялась. Менялась лишь моя значимость для себя самой.

На этот раз рядом со мной встала Ваданея, даже не видя её, я ощущала присутствие всей спиной. Это было странное ощущение — явственный флёр скверны исходил не изнутри её контура, а как будто окутывал её, словно духи. Заражённые скверной люди ощущались совсем иначе, она же не пускала её в свою магию, лишь жонглировала ей, словно фокусник.

— Я попытаюсь вытянуть очаг скверны туда, где вы сможете его достать, и укажу вам на него, — проинструктировала она меня напоследок. — Вы почувствуете сами, сможете его увидеть.

Латар тоже был тут, но расположился в стороне, чтобы не отвлекать меня своим видом. А я обязательно отвлекалась бы, находись он передо мной. От результатов очередной попытки добраться до скверны будет зависеть многое, поэтому я сосредоточилась на контуре князя, взяла его за руки и уже привычно погрузилась в него. Теперь он казался мне гораздо ярче! С него словно бы слетел пыльный налёт, отчего тусклость пропала, и каждую линию можно было рассмотреть подробнее.

Хороший знак!

— Следите, — донеслось до меня издалека голосом Ваданеи.

И мне для этого даже не пришлось напрягаться. Стоило всего лишь продвинуться чуть дальше по переплетениям магических нитей, как мне навстречу двинулась тьма. Зловонная зеленоватая субстанция, которая хоть и была похожа на магию своей структурой, являлась лишь искажённой пародией на неё и саму жизнь.

— Я вижу, — проговорила я, кажется, одними только губами.

Но Ваданея услышала.

— Не торопитесь, ваше величество, она сопротивляется и может попытаться напасть.

Странно было говорить о скверне, как о живом существе. Но у нас было достаточно времени, чтобы убедиться в том, что она точно обладает чем-то наподобие разума. Я чувствовала напряжение колдуньи, как она борется, пытаясь вытянуть очаг из глубин тела князя.

И вдруг я его увидела! Непроглядно чёрный сгусток с щупальцами, которые были раскинуты в стороны и цеплялись за магический контур князя изо всех сил. Это было страшно и отвратительно. Казалось, он и правда может в любой момент броситься на меня.

— Сейчас! — скомандовала Ваданея.

И я ударила. Выпустила вперёд невероятно мощный поток чистой и сияющей жемчужной энергии, которая на фоне скверны казалась ослепительной. Отдача прилетела почти сразу, стоило только моей магии столкнуться с очагом. Но на этот раз больше никто не пытался мне помешать. Я не видела длинного коридора, не чувствовала погони за спиной.

Жреца больше не было в очаге — и это значительно облегчало мне задачу.

Да, он сопротивлялся, поддавался неохотно, но всё же я выжигала его, продвигалась глубже, пока не добралась до самой сердцевины.

И вот тогда мои силы начали уходить очень стремительно, путь расчистился, и вместе с этим я как будто немного упустила контроль.

— Осторожнее, ваше величество. Не нужно вкладывать так много… — слова Ваданеи прозвучали гораздо глуше.

Я пыталась бороться с этим поглощающим меня чувством, но не могла.

И вдруг — хлопок! Ослепительный удар по глазам, будто перед ними что-то лопнуло и залило всё невыносимо ярким светом. Я отшатнулась, отпустила руки князя и почти без сил упала на спинку кресла.

— Алита! — надо мной склонилось лицо Латара. Он взял меня за плечи и легонько встряхнул.

— Я в порядке… Просто устала.

Взгляд сам переместился на часы над камином. Казалось, что с момента, как я приступила, до того, как всё закончилось, прошло всего несколько минут, а на самом деле — гораздо больше. Получается, перед князем неподвижно я просидела почти два часа!

Эскит вообще потерял сознание или заснул. Его глаза были закрыты, лицо — расслаблено. И единственное, что я сейчас могла понять — цвет его кожи изменился. С неё сошла землистая бледность, пропали тончайшие тёмные прожилки, которые змеились по щекам.

— Получилось? — я вновь выпрямилась, держась за руку мужа.

Ваданея внимательно осмотрела князя, прижала ладони к его шее, словно хотела измерить пульс. Нимар тоже приблизился и приступил к осмотру.

— Я больше не чувствую в нём очага, — задумчиво проговорила колдунья. — Похоже, у вас получилось, ваше величество!

— Но понаблюдать ещё нужно! — строго заметил Нимар. — Полагаю, вам обоим сейчас следует отдохнуть.

— Полностью согласен! — кивнул Латар и одним движением подхватил меня на руки. — Доложите, как самочувствие князя Эскита, когда что-то станет понятно.

— Да, ваше величество, — поклонился Нимар.

Муж вынес меня из покоев Эскита, а вскоре уложил на постель в нашей спальне. Тут же прибежала Джана, но Латар выпроводил её, сказав, что позаботится обо мне сам. Камеристка лишь закивала и быстро оставила нас вдвоём.

— Ты не можешь не перетрудиться, — усмехнулся мой драак, снимая с меня туфли. — Так и не научилась контролировать силу?

— Когда такое случается, её очень сложно держать в узде. Наверное, это потому что мне хочется поскорее избавиться от этой гадости. Когда я её «вижу» — у меня мороз бежит по коже. Как вообще можно было додуматься заигрывать с этой магией? Как Сенеон мог согласиться на добровольное заражение?

— Мне его не понять. Я не вижу никаких преимуществ в симбиозе со скверной, — теперь муж принялся расстёгивать лиф моего платья. — Хочешь, налью тебе ванну?

Его взгляд стал игривым.

— Нет, я просто хочу полежать, — я покачала головой и подняла руки, позволяя Латару стянуть с меня платье полностью. — Когда подтвердится, что с отцом всё хорошо, мы наконец сможем заняться тобой.

— Звучит устрашающе, — усмехнулся он и вдруг тоже начал раздеваться. — Но сейчас я просто хочу полежать. С тобой.

Наблюдая за ним, я даже позабыла, что ещё хотела сказать. Он скинул сюртук, рубашку и взялся за пояс брюк, когда заметил мой неподвижный и, наверное, жадный взгляд.

— Что? — улыбнулся.

— Ничего, продолжай.

Даже после того полевого лечения прямо во время схватки с Сенеоном его рука стала выглядеть гораздо лучше. Теперь же я наконец чётко осознавала, что до его полного освобождения осталось совсем немного. Я чувствовала, как разрушился очаг скверны в контуре князя Эскита — и это знание придавало мне силы сделать ещё один, самый важный шаг.

Нужно только немного отдохнуть, восстановиться.

И что может быть лучше для этого, чем близость любимого мужа? Моего драака.

Полностью обнажённый он опустился на постель рядом со мной, сгрёб меня в охапку и прижал к себе. Через нашу связь силы мгновенно хлынули в меня. Кожу охватило приятным покалыванием.

— Мы просто полежим, да? — жарко шепнул он мне в ухо.

— Кого ты обманываешь? — хихикнула я, обняв его шею обеими руками. — Рядом с тобой просто невозможно спокойно лежать.

— А что будет, когда я вылечусь полностью… — он поймал моё лицо в ладони.

— Страшно подумать, — я потянулась к нему за поцелуем.

— Я люблю тебя. Кажется, с первого дня, как увидел, — взгляд мужа стал очень серьёзным. — Иногда мне кажется, что во мне скоро не хватит места для этого чувства.

— Ничего, скоро его часть ты передашь нашему ребёнку.

— Наверное, только это спасёт меня от того, чтобы сгореть дотла, — голос Латара подёрнулся хрипотцой, и через миг он накрыл мои губы своими.

Я ответила ему тихим стоном удовольствия.

Как странно, ещё несколько месяцев назад мне казалось, что, попав в мир, я всё потеряла. Теперь же не представляла, как могло быть иначе. У меня есть всё и скоро станет ещё больше.

И за это мне стоит благодарить моего драака, который однажды поверил в то, что я могу стать ему лучшей женой.