Король на коленях

Глава 17

Карета Кейлета мчалась по ночным улицам города, увозя их прочь от кошмара склада. Нира сидела, прижавшись к его плечу, чувствуя, как дрожат руки. Томас лежал на противоположном сиденье, всё ещё без сознания, его дыхание было ровным, но слишком глубоким.

— Что с ним? — прошептала Нира, глядя на брата.

— Его чем-то опоили, — ответил Кейлет, поглаживая её волосы. — Скорее всего, снотворным зельем. Поэтому он так долго не приходит в себя.

В особняке их встретила целая армия слуг. Томаса бережно отнесли в одну из гостевых комнат, а Кейлет тут же вызвал лучшего лекаря в городе — эльфа средних лет с пронзительным взглядом и умелыми руками.

Нира не отходила от постели брата, пока врач его осматривал. Каждая минута тянулась вечностью. Что если они дали ему слишком много яда? Что если он не проснётся?

— С молодым человеком всё будет в порядке, — наконец произнёс лекарь, убирая инструменты в сумку. — Это действительно снотворное зелье, но не смертельное. Он проспит ещё несколько часов, а утром будет как новенький. Возможно, несколько дней придется потерпеть головную боль и небольшую слабость, но не более того.

Только услышав эти слова, Нира почувствовала, как с плеч спадает невыносимый груз. Томас будет жить. Будет здоров. И тогда наконец почувствовала насколько истерзано её собственное тело. Каждая клеточка пульсировала от боли.

— А теперь позвольте осмотреть вас, миледи, — обратился к ней врач.

Ниру отвели в роскошную гостевую комнату. Лекарь осторожно осмотрел её лицо, ощупал рёбра, обработал раны. Его прикосновения были профессиональными, но она всё равно морщилась от боли.

— Нос сломан, — констатировал он, внимательно изучая её лицо. — И два ребра треснули. Придется немного потерпеть.

Нира стиснула зубы, когда врач резким движением поставил кости носа на место. Боль пронзила голову, и она невольно вскрикнула.

— Хорошо, — одобрил лекарь. — Теперь рёбра. Их нужно туго забинтовать и обеспечить полный покой на две недели. Никаких резких движений, никаких нагрузок.

Он показал как нужно обматывать грудь плотной тканью.

— Запомните, — обратился врач к служанке, которая наблюдала за процедурой. — Бинты нужно менять после каждого купания или по мере ослабления. Обматывать точно так же — туго, но не слишком, чтобы не затруднить дыхание. Начинать снизу и подниматься вверх, каждый виток должен перекрывать предыдущий наполовину.

Служанка внимательно кивала, запоминая каждое слово.

— Через месяц всё заживёт, — заверил врач. — А синяки сойдут через неделю-другую.

Когда врач ушёл, служанки принесли горячую воду для ванны. Нира с облегчением погрузилась в тёплую воду, стараясь не делать резких движений. Грязь и смрад кошмарного дня смывались с неё, оставляя только усталость и тупую боль.

После ванны она подошла к зеркалу и с ужасом рассмотрела своё отражение. Правая половина лица была опухшей и синей, вокруг носа сплошной багровый кровоподтек, губы потрескались. Бинты туго стягивали грудь, не давая сделать глубокий вдох, но боль практически утихла.

Служанка подала ей чистую ночную рубашку из тонкого шёлка. Нира осторожно надела её и легла в огромную кровать под балдахином. Постель окутала ее подобно мягкому облаку.

Но сон не шёл. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней всплывали картины дня: склад, верёвки, лицо кривозубого бандита. И финальная сцена — как она перерезала ему горло. Она всё ещё помнила ощущение тёплой крови на своей коже.

Она убила человека. Собственными руками. И не чувствовала раскаяния — только холодное удовлетворение от свершённой справедливости.

Дверь тихонько скрипнула. Нира приподняла голову и увидела Кейлета, осторожно проскальзывающего в комнату. Он был босиком, в одной рубашке и брюках, волосы слегка растрёпаны.

— Ты не спишь, — констатировал он тихо.

— Не могу, — призналась Нира.

— Можно мне побыть рядом? — спросил он, и в его голосе звучала нежность, которую сложно было ожидать от безжалостного дроу, каким его знали все остальные, кроме Ниры.

Она кивнула, чуть отодвигаясь от края кровати, чтобы освободить для него место. Кейлет лёг рядом поверх одеяла, стараясь не потревожить её.

Некоторое время они лежали молча, слушая дыхание друг друга. Потом Кейлет осторожно, стараясь не причинить боли, притянул её к себе. Нира прижалась к его груди, вдыхая знакомый запах, особенный, присущий только ему одному.

— Я боялся, что потерял тебя навсегда, — прошептал он в её волосы. — Когда увидел твою комнату, кровь на полу… Мне показалось, что мир рухнул.

— Я тоже боялась, — призналась Нира. — Боялась, что больше никогда тебя не увижу. Что умру на том складе, так и не сказав тебе…

Она замолчала, не решаясь договорить.

— Что? — мягко подтолкнул её Кейлет.

— Что я люблю тебя, — выдохнула она.

Его объятия стали крепче, но он ничего не ответил. Молчание затянулось, и Нира почувствовала, как внутри всё сжимается. Конечно, глупо было надеяться, что её чувства взаимны. Для него она всего лишь… кто? Любовница? Мимолетным увлечением? Странный каприз?

Теперь тишина казалась Нире тяжёлой, гнетущей. Она лежала в его объятиях и чувствовала себя одинокой как никогда.

— Всё не может продолжаться так, как есть, — наконец произнёс Кейлет, и в его голосе послышались серьёзные нотки.

Сердце Ниры болезненно сжалось. Вот оно. Он собирается положить конец их отношениям. Сегодняшние события показали ему, какую опасность она представляет для его мира, какие проблемы создаёт.

— Чем больше будет просачиваться информации о наших отношениях, тем опаснее это станет, — продолжил он. — Сегодня самого страшного удалось избежать. Завтра я могу не успеть.

Нира закрыла глаза, готовясь к неизбежному.

— Что ты предлагаешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Кейлет некоторое время молчал. Нира чувствовала, как напряжены его мускулы, как быстро бьётся его сердце под её ухом.

Наконец он глубоко вдохнул и произнёс:

— Будь моей женой.

— Что?! — Нира дернулась в его объятиях.

Резкое движение отозвалось болью в рёбрах, и она охнула, прижав руку к боку.

— Осторожно, — забеспокоился Кейлет, придерживая её.

Отдышавшись, Нира уставилась на него, широко раскрыв здоровый глаз.

— Ты серьёзно? — прошептала она.

— Как никогда, — твёрдо ответил он, глядя на нее. — Я люблю тебя и больше никогда не хочу терять. Если ты станешь моей женой, никто не посмеет тронуть тебя. Ты будешь под защитой моего имени, моей власти.

Нира молчала, не в силах поверить услышанному. Он предлагает ей брак. Не содержание, не положение любовницы — брак. Равенство.

— Но я… я простая девушка из рабочего квартала, — пробормотала она. — А ты…

— А я мужчина, который не может жить без тебя, — перебил её Кейлет. — Мне всё равно, откуда ты родом. Ты сильнее любой аристократки, умнее любой куртизанки. Ты — та единственная, кто может стоять рядом со мной как равная.

Он взял её лицо в ладони, осторожно, чтобы не задеть синяки.

— Скажи «да», Нира. Стань моей женой.

Слёзы навернулись на глаза — от боли, от облегчения, от невероятного счастья.

— Да, — прошептала она. — Да, я хочу быть твоей женой.

Кейлет склонился и очень нежно поцеловал её в губы. В этом поцелуе было всё — любовь, обещание, надежда на будущее.

Когда они разорвали поцелуй, Нира прижалась к его груди и наконец почувствовала, что может заснуть. Завтра начнётся новая жизнь. Жизнь, в которой она больше не будет бояться потерять его.