Король на коленях

Глава 5

Нира смотрела на Кейлета, чувствуя, как власть пульсирует в её венах подобно наркотику. Плеть в её руках казалась продолжением её воли.

— Встань, — приказала она тихо.

Кейлет поднялся, его движения были напряженными, словно каждый мускул готов был к прыжку. Красные глаза метали молнии, в них читалась борьба между гордостью и желанием подчиниться.

— Сними штаны, — продолжила Нира, и её голос прозвучал увереннее, чем она чувствовала.

На лице Кейлета промелькнула гримаса — смесь гнева и чего-то еще. Но руки уже тянулись к поясу, расстегивали застежки. Кожаные штаны упали на пол, обнажив мускулистые бедра и…

Нира сглотнула. Он был возбужден — его плоть вздымалась, твердая, слегка подрагивающая. Вид его обнаженного тела заставил низ живота сжаться.

Это было опасно. Она видела в его глазах дикий огонь, чувствовала, как он балансирует на грани контроля. В любой момент он мог сорваться, и тогда их позиции поменяются местами. Нужно было лишить его возможности двигаться.

Взгляд Ниры поднялся к потолку, и она заметила массивное железное кольцо, из которого свисала толстая цепь. Прямо над тем местом, где стоял Кейлет.

— Опусти цепь, — скомандовала она.

Кейлет потянулся вверх, его мускулы напряглись, когда он потянул за механизм. Цепь с металлическим лязгом опустилась ниже.

Нира указала на стену, где висели наручники из толстой черной кожи с металлическими креплениями.

— Возьми их. Прикуй свои руки к цепи.

Глаза Кейлета расширились. На мгновение она подумала, что он откажется, что это требование зайдет слишком далеко. Но он медленно подошел к стене, снял наручники и вернулся под цепь.

Его пальцы дрожали, когда он застегивал первый наручник на запястье. Металлический щелчок замка прозвучал как выстрел в тишине комнаты. Затем второй — и его руки оказались прикованы к цепи над головой.

Нира подошла к механизму управления и начала натягивать цепь. Кейлет поднимался всё выше, пока его ступни стали едва касаться пола. Его тело растянулось, каждая мышца очертилась рельефно под темной кожей.

— Я… — начал он хрипло.

— Молчать! — резко оборвала его Нира.

Она закрепила цепь и медленно обошла его кругом, любуясь своей работой. Он висел беспомощно, его тело было полностью в её власти. Каждый мускул напряжен, дыхание учащено.

Нира встала позади него и медленно провела ладонью по округлым ягодицам. Кожа была горячей, мускулы затвердели под её прикосновением. Затем рука переместилась вперед, к его вздыбленной плоти.

Бедра Кейлета невольно дернулись ей навстречу, и он едва сдержал стон.

ХЛЕСТ!

Плеть обожгла его ягодицы именно там, где только что прошла её рука. Кейлет со свистом втянул воздух, тело выгнулось.

— Я не разрешала тебе двигаться, — произнесла Нира холодно.

Она начала свою игру. Пальцы скользили по его груди, очерчивая контуры мускулов, задержались на сосках. Нира слегка их сжала, наблюдая, как они затвердевают под её прикосновениями. Кейлет дрогнул, стиснув зубы, и она почувствовала, как между её ног пульсирует жар.

Каждая дрожь его тела немедленно наказывалась ударом плети — по спине, ягодицам, груди. Красные полосы расцветали на темной коже, и Нира с удивлением поняла, что этот контраст возбуждает её.

Она поднялась на цыпочки, её дыхание коснулось его ключицы. Язык провел влажную дорожку по соленой от пота коже, и Кейлет застонал тише, чем шепот. Вкус его кожи был странно опьяняющим — соль, мускус и что-то ещё, что заставляло её желать большего.

— Не… двигайся, — прошептала она, проводя ногтями по по линии ребер.

Острые кончики оставляли белые полосы на смуглой коже, которые тут же розовели. Мышцы под её пальцами каменели от напряжения, и она чувствовала, как собственное тело отвечает на его реакции. Её соски напряглись под тканью платья, а между ног становилось всё влажнее с каждым его задушенным стоном.

Она провела языком по рельефным мышцам груди, чувствуя, как они содрогаются под её губами. Затем легко укусила за сосок, и Кейлет из последних сил старался контролировать себя, но мышцы дрожали от напряжения.

Её рука медленно скользнула вниз по его телу, ногти прочертили красные дорожки по напряженному животу. Когда её пальцы сомкнулись вокруг его члена, он не смог сдержать протяжного стона, который эхом отозвался в её собственном теле.

ХЛЕСТ! ХЛЕСТ!

Два удара по груди, оставившие красные полосы. Нира чувствовала, как её собственное дыхание участилось от вида этих отметин, от звука плети, рассекающей воздух.

Она дразнила его безжалостно — касалась, ласкала языком и губами, проводила ногтями по чувствительным местам, доводила до грани, но каждый раз отступала, чувствуя, что он близок к краю. Его дыхание стало рваным, по телу струился пот, смешиваясь с красными отметинами от плети, и этот вид заставлял её собственную кровь кипеть от возбуждения.

Её рука сжимала его ствол, поглаживала, дразнила кончиками пальцев, пока он не начинал дрожать всем телом, а затем резко отпускала. Каждый раз, когда он был готов сорваться, она останавливалась, наблюдая, как разочарование и отчаянное желание борются в его красных глазах.

Нира и сама была на грани — её тело пылало от власти над ним, от вида его беспомощности, от каждого звука, который она из него вытягивала. Никогда раньше она не знала такого опьянения, такой сладкой жестокости.

Кейлет висел на цепях, и Нира видела, как мускулы его рук дрожат от постоянного напряжения, как пальцы побелели от натяжения кандалов. Пот струился по его лицу, капал с подбородка на грудь.

Каждое её прикосновение заставляло его содрогаться. Нира завороженно наблюдала, как его кожа реагирует даже на дуновение её дыхания. Ноги дрожали, едва удерживая вес тела, и она понимала, что полностью контролирует каждое его ощущение.

Его красные глаза затуманились, взгляд потерял обычную остроту и хищность. Теперь в них читалось только отчаянное желание и мольба. Губы приоткрылись, из горла вырывались сдавленные звуки, которые он изо всех сил пытался подавить.

Он глядел на неё умоляюще, но не решался нарушить приказ молчать. Нира почувствовала смесь жалости и торжества. Его взгляд был полон такого отчаяния, что что-то внутри неё дрогнуло.

— Говори, — разрешила она.

— Пожалуйста, — прохрипел он, и Нира услышала, как его голос сорвался, превратившись в жалкий шёпот. — Позволь мне кончить. Прошу тебя… я больше не могу… пожалуйста…

Слова лились потоком, и Нира с изумлением наблюдала, как вся его гордость, всё достоинство тают под её пытками. Это зрелище пьянило.

— Ты кончишь, когда я разрешу, — ответила она твердо, удивляясь собственной жестокости. — А не когда захочешь.

С его губ сорвался стон — боли и возбуждения вперемешку. Нира видела, как его голова запрокинулась назад, обнажая напряжённую шею, на которой пульсировали вены. Белые волосы прилипли к потному лбу.

Она продолжала свои пытки ещё некоторое время, наблюдая, как его тело бьётся в металлических оковах, как мышцы сводит судорогами от напряжения. Кожа покрылась сетью красных полос — от плети и от её собственных ногтей. Дрожь стала непрерывной, пробегая волнами от головы до ног.

Наконец Нира увидела, что он почти обессилел. Тело блестело от пота и подрагивало от истощения. Она понимала — он едва держится в сознании от переизбытка ощущений.

— Теперь, — прошептала она, сжав его ствол крепко. — Кончай.

С протяжным, почти звериным воем, который эхом отразился от стен комнаты, Кейлет излился ей на руки. Нира завороженно наблюдала, как его тело выгнулось дугой, содрогаясь в конвульсиях освобождения. Семя струилось долго, почти бесконечно, а каждая новая судорога вырывала из его горла рваные стоны.

Нира слегка колебалась, прежде чем опустить цепь — вид его полного изнеможения одновременно пугал и завораживал её. Но, видя, что Кейлет повис на цепи с беспомощностью сломанной марионетки, она поспешно отпустила механизм.

Он рухнул на колени и ткнулся лбом в ковёр, не в силах даже поднять голову. Белые волосы рассыпались по спине и полу подобно дорогому эльфийскому покрывалу, скрывая лицо. Нира смотрела, как его плечи вздрагивают от тяжёлого, рваного дыхания, как тело покрывают красные отметины от плети, которые горят на тёмной коже как боевая раскраска.