Красавица и опальный генерал драконов

Глава 34

Прежде, чем войти, я постучала. Сама не знала, зачем это сделала, ведь хозяин дома сам отдал мне спальню. Только предупредил, чтобы запиралась, если с ним не хочу спать.

«Может, оставить сегодня дверь открытой» — мечтательно улыбнулась я.

Но отмела эту мысль, ведь сны — всего лишь отражение наших желаний и мечтаний, к реальности они не имеют никакого отношения. И то, что я хотела бы испытать, вряд ли воплотится в жизни. К тому же, ниир наверняка невинна, а мне ещё устраиваться в этом мире.

Вдруг подвернётся выгодное замужество? Если мужчина не осмелится задавать лишних вопросов и ненавидеть тёмную магию, а меня будет обожать и всячески лелеять, почему бы и нет? Но, конечно, надеясь на лучшее, я готовилась к вполне вероятному худшему и рассчитывала только на себя. Как всегда в своей жизни. Поэтому… Новый год, библиотека, ёлка.

— Сдался мне этот праздник, — проворчала, перебирая в сундуках вещи Кристин. — Махнула бы рукой и сидела в библиотеке.

Но я не могла так поступить. С самого раннего детства Новый год для меня — особенный день. Мне нравилось с мамой наряжать ёлку и готовить всем друзьям и соседям небольшие презенты, красиво оформляя каждый подарок.

А мне было обидно, что я родилась в Новый год, ведь подарки я получала не два раз в год, как все, а один. Как правило, люди экономили, преподнося мне игрушку на два праздника сразу. Это безумно расстраивало!

— Доченька, пойми! Приятнее дарить, а не получать, — всегда говорила мама.

Ей нравилось видеть радость в глазах того, кто развернул сюрприз и удивился (и обрадовался) содержимому. Всем очень нравились мамины подарки, ведь она целый год готовилась, изучая вкусы друзей и знакомых, и всегда попадала в цель.

— Так ты благодаришь того, кто тебе дорог, что они рядом, — целуя меня, шептала мама. Поняла, о чём говорила мама, лишь когда её не стало.

Боль и сожаление, что могла бы так же внимательная быть к ней, как она ко мне, преследовали меня днём и ночью. И я не заметила, как начала делать, как мама. Разговаривала с людьми, а потом делала заметки в специальном блокнотике.

Готовилась к празднику целый год, в декабре рассылала презенты коллегам и друзьям, а свой дом наряжала и всегда была готова к неожиданному визиту. Всё это способствовало быстрому росту моего бизнеса, но, увы, никак не помогало в личной жизни.

Зато приносило глубокое удовлетворение, ведь в такие моменты казалось, что мама рядом. Её мысли, её убеждения жили во мне, и это примиряло меня с утратой.

— О чём вы задумались? — спросили рядом.

— А-а-а! — вырвалось у меня.

Я отшатнулась и, не удержавшись, ухнула в сундук, над которым склонилась, но меня удержали сильные руки. Макоул поднял меня и отпустил, лишь убедившись, что я крепко стою на ногах.

— Я вас напугал, — констатировал он так, будто ежедневно доводит до истерики десятки девиц и ставит галочки в планер.

— Конечно! — возмутилась я. — Вы вдруг оказались рядом, и…

— Я был в комнате с момента, как вы вошли, — сухо перебил он и указал на кровать. — Спал.

— Оу, — только заметила, что на мужчине только домашние штаны, а накачанный торс потрясал скульптурностью так же, как в моём эротическом сне. С трудом заставила себя отвести взгляд и проворчала: — Вы же отдали эту спальню мне. Спите где-нибудь в другом месте!

— Я не всегда могу контролировать то, где засыпаю, — разоткровенничался мужчина. — Проснувшись, увидел, что вы что-то ищете, и предложил помощь, но вы не отозвались, поэтому подошёл ближе.

— Понятно, — пробормотала я, всматриваясь в его непроницаемые, наполненные тьмой, глаза.

Мне стало интересно, кто передо мной. С этой стороной Макоула я, кажется, ещё не встречалась. Чаще всего появлялся хищник, который рычал на меня и выгонял из дома, выглядел устрашающе. Был раз едва живой бесчувственный, но сексуальный красавчик, которого я отогревала в комнате прислуге.

Он вызвал сочувствие и породил такие фантазии, от которых девушка, взращённая в пуританском обществе, упала в обморок. Утром ещё появился осторожный и ворчливый партнёр по игре в снежки, с которым мы весело провели время.

«Может, в нём на самом деле уживается несколько личностей?» — прищурилась я.

— Так что вы ищете? — поинтересовался Макоул, словно не замечая, что от близости его сексуального тела у меня учащается дыхание.

Надо признать, что в эту минуту, когда хозяин замка не рычал, не прогонял и вёл себя вежливо, я была готова потерять голову. Рассматривая его широкие плечи, вдруг заметила множество белесых шрамов на совершенном теле и машинально ответила:

— Магических светлячков.

Мужчина горько улыбнулся, и моё сердце пропустило удар:

— Лиус попросил?

Смогла лишь кивнуть, потому что в груди всё сжалось от неожиданно захлестнувшего меня сочувствия. Этот человек жил в богатстве и почёте, но в один миг волшебный праздник превратил всё в кошмар. Макоулу пришлось жить вдали от друзей и родных, а в Новый год приезжает лишь тот, кто всеми силами пытается выглядеть лучше на фоне чудовища.

Я стряхнула сочувствие, как липкую паутину.

Прежде нужно разобраться, что должно «получится» в Новогоднюю ночь. А для этого требуются волшебные жучки.

— А у вас есть? — прямо спросила хозяина. Он кивнул.

— Да.

Он направился к секретеру и, открыв один из ящиков, достал пузатую баночку, величиной с яблоко, внутри которой сияло несколько летающих шариков. От радости сердце сделало кульбит. Теперь цветок расскажет, что должно получиться в праздник. А может, я узнаю от Одноглазика и то, куда подевались другие девушки?

У выхода я замера и повернулась к мужчине.

— Недавно я высказалась, что вы невоспитанный и не особо привлекательный. Беру свои слова обратно. Мужчина удивлённо приподнял брови, и я попросила:

— Прошу, не держите зла. И приходите к полуночи на праздник. Вышла из комнаты и, прежде чем закрыть дверь, добавила:

— Спасибо за печенья. Мне очень понравился ваш сюрприз.

Когда бежала по коридору, соображая, из чего сделать ёлку для Лиуса, то мысли снова и снова возвращались к Макоулу. Будь я в своём мире, то подарила бы чёрную шёлковую рубашку известного бренда. Мужчина в ней был бы неотразим… А без неё ещё больше!