Красавица и опальный генерал драконов

Глава 39

Макоул

Вопрос казался простым, но ответить на него оказалось не так-то легко. Как объяснить прекрасной женщине, которая ворвалась в мою жизнь и осветила её, как радуга небо, что я не владел собственным телом и разумом?

Как рассказать о том, что лишь с её появлением во мне начали появляться первые проблески сознания? И я впервые поверил в то, что могу управлять взбесившимся зверем? И разве могу я, открыв всё это, вернуться к началу истории?

Ведь победа равна поражению. Я тяжело вздохнул.

— Всё сложно? — спросила ниир и, взяв меня за руку, посмотрела в глаза. — Попробуй рассказать, я постараюсь понять.

Прижал девушку к себе, не сумел сдержать тёплой волны чувств, накрывшей меня после её слов. Знал, что Кристин сказала это искренне. Уверен, что она приложит все усилия, чтобы выполнить обещание.

Ведь она старательно создавала в моём мрачном замке праздничную атмосферу и, не опуская рук, сражалась за каждый бантик, чтобы украсить мой дом. Казалось, что её старания заставили меня поверить в чудо. Даже снежки, которые девушка кидала в меня, рождали в душе тоненькие лучики счастья.

— Я так благодарен тебе, — выдохнул с чувством и сжал её ладони в своих. И повторил: — За то, что ты стараешься мне помочь, я безмерно тебе благодарен! Пусть это бесполезно, но я буду помнить эти дни, как самые счастливые в моей жизни.

Она нахмурилась:

— Почему бесполезно? Лиус теперь кот, значит, проклятие Алфидии снято. Разве нет? У меня вырвался смешок. Покачав головой, тихо проговорил:

— Лиус хранит в себе не проклятие, а ведьмовскую силу Алфидии. Она шире распахнула глаза:

— А где же тогда проклятие?

Я положил её ладонь себе на грудь и мрачно дёрнул уголком губ. Девушка замерла, шевеля губами. Считала удары моего сердца или прислушивалась, желая ощутить проклятие? Мне же было так хорошо рядом с Кристин, что я был готов умереть за эти минуты счастья.

— В тебе? — наконец спросила девушка и пытливо заглянула в моё лицо. — Или в твоём драконе?

— Ты невероятно умная ниир, — поцеловав её в лоб, шепнул я. А потом глубоко вдохнул и признался: — В драконе. Но он не мой.

— Что значит — не твой? — моргнула девушка и прищурилась: — А чей?

Ещё месяц назад я не смог бы рассказать, ведь проблески сознания были едва ли ни минутными. За прошедшие годы я смирился с собственным безумием и лишь жалел, что надежда не даёт мне разбить колбу с Лиусом.

Я ждал, что однажды придёт та, кто освободит меня от бесконечных мучений, и это стало средством пытки в руках Бакстера. Мой соперник каждый год являлся, напоминая о невозможном спасении и, желая причинить мне как можно больше боли. Раз за разом он с упоением отбирал надежду.

— Расскажи мне, — снова попросила Кристин. — Я знаю лишь то, что сказал Лиус. Мол, Алфидия попробовала получить метку, воздействуя колдовством на твою вторую ипостась, но погибла. А ты стал больше зверем, чем человеком, и вынужден вечно искать свою истинную пару.

Покачав головой, я приподнялся и усадил девушку себе на колени. Наслаждаясь её теплом, приятным ароматом женского тела и терпеливым вниманием, открыл горькую правду:

— Алфидия хотела меня, а её жаждал заполучить диир Бакстер. Он вмешался в ведьмовской ритуал, желая подарить принцессе свою метку и сделать её своей парой. В итоге дочь короля погибла, а мы с Фирстом поменялись зверями.

— Как так? — ахнула ниир. — Хочешь сказать, что у тебя его дракон, а у него — твой?

— Я потерял доверие короля и был сослан в провинцию, а Бакстер занял моё место при дворе, — скривился я. — И теперь каждый год обезумевший зверь Фирста ставит метку девушке. Но ему никогда не обрести истинную пару, ведь он уже подарил свою единственную истинную метку Алфидии.

Кристин ахнула и прижала ладонь к губам. Её глаза наполнились слезами, и у меня дрогнуло в груди. Уронив руку, девушка прошептала:

— Какой кошмар! Так вот почему казалось, будто у тебя раздвоение личности? А этот Бакстер тоже хорош! Приезжает, чтобы поглумиться над тобой? Вот же гадёныш! Почему ты его терпишь?!

— У него мой зверь, — печально напомнил я.

Как бы ни ненавидел Фирста, никогда не смогу причинить ему настоящего вреда. Это всё равно, что вонзить себе в сердце нож.

— Кристи-и-и-и-ин! — раздался отчаянный вопль из-за двери. — Пусти-и-и-и-и! Я же не могу без тебя!

— С чего вдруг? — недовольно проворчала девушка.

В этот момент она выглядела настолько привлекательной, что хотелось снова привлечь её к себе и целовать, ласкать, срывать с пухлых губ стоны страсти. Едва сдержался, напоминая себе, что девичье тело хрупкое.

Вместо этого с улыбкой пояснил:

— Теперь ты его ведьма.

Она изумлённо округлила глаза:

— Я?!