Лазурная империя

Глава 9

Вот и подошла к концу первая неделя моего пребывания в другом мире. Дни пролетали за работой и параллельным изучением информации, вечерами я заходила в гости к Ричарду, мы очень хорошо проводили время. Нередко к нам присоединялся Гел, и тогда я рассказывала им о нашем мире. Вопросы в основном задавал Рик, Гел старательно конспектировал мои рассказы. Сам император оказался приятным собеседником, умеющим слушать.

Сперва я рассказывала о нашем мире: география, политика и прочее. Затем поведала о своей стране, стараясь донести до императора преимущества сотрудничества с ней (не хотелось бы, чтобы жители этого мира посчитали, что будет проще и быстрее по-тихому воровать людей из развивающихся стран). Гел очень удивился, что в нашем мире нет магии, но Рик внезапно вспомнил, что и в их мире она появилась именно после неудачного эксперимента с исчезнувшей страной.

Было немного неприятно рассказывать о женщинах: собеседников они интересовали исключительно как ходячие инкубаторы. Пожалуй, перед тем, как у ведомства Гела получится повторить открытие портала, придется аккуратно провести им ликбез на тему эмансипации, иначе сотрудничество не получится.

— Джерри, скажи, а в вашем мире бывают отношения между мужчинами? — однажды спросил Рик.

— Разумеется! В некоторых странах это, правда, зачастую порицается, но наша страна довольно толерантно относится к однополым отношениям. Каждый имеет право сам выбирать, с кем ему комфортно строить отношения, независимо от стереотипов.

— А как ты сам к ним относишься?

— Нормально. Как я уже сказал, у нас это не порицается. Среди моих друзей есть такие пары, и мы нормально общаемся.

Рик улыбнулся, а я внезапно поняла настоящий смысл этого вопроса, поэтому поспешила уточнить:

— Но это не значит, что я сам готов к таким отношениям.

— А ты когда-нибудь пробовал?

Вопрос загнал меня в тупик: с одной стороны, однополые отношения меня не привлекали от слова «совсем», с другой — вроде бы имеется ввиду отношения с мужчинами, а в этом плане у меня все нормально. Господи, как сложно то!

— Я никогда не задумывался над этим, — постаралась ответить максимально уклончиво.

Но Рика это не удовлетворило:

— Возможно, стоит попробовать, хотябы чтобы узнать?

— Рик, мы, кажется, говорили об этом. Я пока не готов к каким-либо отношениям.

— Ты слишком категоричен. Тем более, что у нас с тобой, как ни крути, уже намечаются отношения.

Я задумалась:

— Ты о том, что весь дворец считает меня твоим фаворитом?

Рик рассмеялся:

— Нет, хотя и это тоже. Просто я считаю, что имею полное право зваться твоим другом.

Я задумалась: с одной стороны, по некоторым намекам мне было понятно, как день, что долго «просто другом» Рик быть не собирается, с другой — мне действительно приятно с ним общаться. Кроме того, император довольно красивый мужчина, и вполне в моем вкусе, да и как ни крути, внимание самого Императора — это круто! Юношеский максимализм я растеряла еще в полицейской академии, на жизнь смотрела трезво, поэтому почему бы и нет?

— Рик, — осторожно начала я. — Я очень ценю то, что ты для меня делаешь и разумеется считаю тебя своим другом, но прекрасно понимаю, что ты рассчитываешь на большее. Постарайся понять: я попал в чужой мне мир. Неизвестно, получится ли мне вернуться обратно, и, если нет, как жить дальше. Сейчас я полностью завишу от твоей милости, поэтому пожалуйста, не дави на меня!

Рик слегка задумался, затем улыбнулся:

— Я так понял, это значит: «может быть»?

Я решила промолчать, но Рик, видимо воспринял это как согласие:

— Хорошо, я постараюсь не затрагивать эту тему, но позволь сказать тебе одну вещь. Ты сам сказал, что можешь застрять в этом мире, поэтому нужно думать как ты будешь жить дальше. Я смогу дать тебе все, что ты захочешь. Тебе не придется думать о том, как заработать себе на жизнь, как обеспечить свою безопасность, будет достаточно просто сказать мне — и я исполню любое твое желание.

Мне стало не по себе: как назло, сегодня Гел в очередной раз штурмовал Особый Кабинет, поэтому в гостинной императора мы были одни.

— Хорошо, я тебя понял.

— Вот и славно! — снова улыбнулся Рик.

— Кстати, что там насчет самописцев в лаборатории? Удалось снять запись? — задала давно интересующий меня вопрос.

Рик внезапно помрачнел:

— Нет, записи извлечь не удалось. Кристаллы были очень сильно повреждены взрывом, информацию с них снять не представляется возможным.

— Но разве они не должны быть защищены как раз на такой случай? — удивилась я.

— Должны, — Рик протарабанил по столешнице пальцами. — Но, видимо, взрыв был достаточно мощным, чтобы не сработала защита.

Что-то показалось мне странным.

— Рик, поправь меня, пожалуйста, но самописцы — это что-то вроде «черных ящиков»? — и, видя его недоумение, поспешила уточнить: — Приборы, которые должны фиксировать все происходящее на объекте, рассчитанные уцелеть при аварии. У нас их обычно устанавливают несколько, чтоб хотябы один уцелел.

— У нас тоже.

— И сколько самописцев было в лаборатории? — видя, что он не собирается продолжать, осторожно уточнила я.

— Шесть.

— И ни один не уцелел?

— Нет.

Это уже не странно, это подозрительно! Я была там, видела взрыв. Разумеется, в эпицентре были жертвы, но даже мне удалось выжить, поэтому из шести самописцев должен был уцелеть хотябы один!

— Рик, тебе не кажется это подозрительным?

Император посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом, явно раздумывая, говорить мне или нет, затем произнес:

— Комиссия по расследованию взрыва не исключает возможности, что самописцы были уничтожены уже после аварии. Если это действительно так, то кто-то пытается скрыть то, что произошло в лаборатории в тот день. Возможно, этот кто-то причастен к исчезновению мастера Яна. Гел считает, что взрыв так же был подстроен, но он редкостный параноик, поэтому пока ничего сказать не могу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я ненадолго замолкла, думая.

— Возможно, мастер Ян мог что-то знать насчет самописцев и того, что произошло в лаборатории, поэтому и убеждал меня чего-то опасаться.

— Я тоже так думаю, — задумчиво кивнул Рик. — Скорее всего, именно поэтому он и исчез. Хорошо, если сам.

— Что ты имеешь ввиду? — на самом деле я прекрасно понимала, о чем он, но не могла не спросить.

— Возможно, что неизвестные зачистили не только записи, но и тех, кто что-то мог знать.

— И никаких следов… — протянула я.

Думай Джерри, думай! Как говорил капитан — невозможно не оставить следы, нужно только поискать.

— Комедиант! — внезапно вспомнила я. — Мастер говорил, что единственный кому я могу доверять — это Комедиант!

— Ты знаешь, как его найти? — поинтересовался Рик.

— Нет. По словам старика, он сам должен меня найти, — я задумалась. — Каждый человек, прибывающий в Столицу, должен отметиться в трех местах: стража у ворот, Явочная и Рабочий лагерь, так? Что если Комедиант работает где-то там?

— Либо в городской страже! — видя мое недоумение, Рик пояснил: — Многие путешественники, посещающие Столицу впервые, не придают значения Явочной и при встрече с городской стражей попадают на учет. Мастер Ян рассказывал тебе о Явочной?

— Нет. Он сказал, что я узнаю обо всем необходимом из Помощника, а там ничего не было про регистрацию у ворот и Явочной. Регистрацию показал ты, о Явочной рассказал сын хозяина гостиницы, в которой я остановился.

— Вот видишь? Возможно, мастер Ян как раз рассчитывал на твое знакомство со стражей, где о тебе должен узнать Комедиант.

Я задумалась. Звучит логично, но…

— Но я уже прошла два этапа из трех, живу во дворце под твоей защитой и подозреваю, что обо мне тут знает каждая собака. Даже если буду гулять по ночам и наткнусь на стражу — я уже довольно известный здесь человек и наврядли заинтересую Комедианта, кем бы он ни был.

— Ничего! — ободряюще улыбнулся Рик. — Мы что-нибудь придумаем! Я все-таки император, помнишь?

— Разумеется! — расплылась в ответной улыбке я. — Я в тебя верю!

Рик завороженно уставился на мои губы, а я опомнилась. Нет, император, без сомнения, вполне в моем вкусе и при других обстоятельствах я бы с радостью приняла любое его предложение, но… Думаю, когда дело дойдет до постели, будет очень сложно объяснить ему отсутствие некоторых деталей, которые должны быть у парня, но отсутствуют у меня. А я великолепно помню иллюстрации из Помощника к статьям на тему того, как погибли последние женщины этого мира!

— Уже поздно, я пойду к себе?

— Разумеется, — очнулся Рик. — Ты не против, если я провожу?

— Конечно!

После первого посещения покоев Ричарда и последующего увлекательного путешествия в кабинет главы особистов я старалась не ходить по незнакомым коридорам даже в сопровождении слуг, поэтому предложению обрадовалась. Мы почти дошли до моих комнат, когда я внезапно вспомнила:

- Слушай, давно хотел спросить: а как вы с Гелом узнали, что мне требуется помощь?

— Слуга, который тебя провожал. Вместо того, чтобы вступать в заведомо проигрышный спор с Даниэлем, он прибежал ко мне. На редкость умный малый, я повысил его до личного слуги.

Мы наконец-то дошли до моей двери. Некстати вспомнилось, что с последним парнем я рассталась месяца три назад. Эх, пригласить бы Рика к себе, было бы замечательное завершение вечера! Настроение значительно ухудшилось. Господи, ну почему здесь все так сложно?

— Спокойной ночи, Джерри! — улыбнулся Рик.

— Спокойной ночи, — улыбнулась я, потом немного подумала, и поцеловала императора в щеку.

Затем быстро вбежала к себе и закрыла комнату.

— Добрый день!

Я глубоко вдохнула, досчитала до десяти и выдохнула. Обед теперь доставляли сразу в архив, и в столовой я теперь не появлялась, но Артур, видимо, решил доставать меня каждый день своей отставки. Если он и Рику так мстит — понятно, почему император старается не вмешиваться в дела Особого Кабинета.

— Добрый день, господин фон Рейн. Какой раздел архива интересует Вас сегодня?

— Дайте подумать, — Артур театрально потер подбородок, — Что Вы мне посоветуете?

— Затрудняюсь ответить. Может, Вам стоит сформулировать запрос поточнее? — не удержалась от шпильки, вспоминая, как вчера Гел опять злился после очередного отказа в архиве особистов.

Артур сделал вид, что не заметил намека, заинтересовавшись подшивкой газет в моих руках:

— Увлекаетесь романами, Джерри?

— Немного, — приврала я, инстинктивно пряча подшивку. — Там, где я рос, такого не было, так что интересно почитать.

— Любите читать чужие фантазии?

— Почему сразу фантазии? Половина из них описывает реальную жизнь.

Артур рассмеялся и оперся о ближайший стеллаж:

— И часто ты такую реальную жизнь видел?

— Ну, в нашей деревне все было по-другому, — осторожно начала я, решив не обращать внимание на резкий переход на «ты», — в Столице же скорее всего все иначе. Как мне рассказывал один мой знакомый, Ваше подразделение следит за тем, чтобы пассивов не сильно притесняли.

— Это да, следим, как можем, — голос Артура немного потеплел. Видимо, гордость за свою работу у него имелась. — Но это только последние десять лет. Странно, но я думал, что в дальних секторах царят старые нравы и молодых и красивых парней по-прежнему принуждают к сожительству силой. Жизнь без страха похищения — привилегия жителей больших городов, поэтому многие молодые парни мечтают попасть в Столицу. А уж стать любовником — даже не подопечным, а уж тем более фаворитом! — императора… Многие бы убили за то, чтобы оказаться на твоем месте.

— Ну не все добиваются своих целей исключительно через постель, — поддела я.

Как ни странно, Артур не разозлился. Интересно, его вобще возможно вывести из себя?

— Господин Советник постарался?

— Так это не правда?

— Смотря что. Если про то, что я состоял в отношениях с покойным Маркусом фон Рейном, то это частично правда: он меня усыновил. Если про то, что он устроил меня в Особый Комитет — нет, я до этого периодически подрабатывал в нем, осведомителем. А вот про мою связь с предыдущим главой — правда.

— И все?

— А что, господин Галахард рассказывал что-то еще? — заинтересовался Артур.

— Прошу прощения за откровенность, но, по его словам, Вы для каждого повышения спали с руководителем.

— Ого! Вот это фантазия! Нет, это полная чушь. Может, в остальных структурах это и прокатит, но в Особом Кабинете человек, чьи умения ограничиваются исключительно количеством поз в постели, долго не проживет. Тем более, на начальных должностях: у нас, знаешь ли, существует оперативная работа.

Видимо, у него действительно хорошее настроение. Нужно этим воспользоваться!

— Но зачем господину Галахарду такое придумывать?

— Гордость, — пожал плечами Артур. — Когда господин фон Луидорф только-только вступил в должность Советника, он считал, что является мужчиной мечты для любого парня.

Господи, как дико звучит!

— Представляешь, иду по коридору, никого не трогаю, внезапно передо мной появляется незнакомый мужик и заявляет, что мне выпала честь скрасить ночь самому Советнику императора!

— А Вы?

— Сломал ему нос, вывихнул руку и представился, со всеми титулами и полномочиями, — пожал плечами Артур. Тот сразу нажаловался императору — а толку, когда сам виноват? С тех пор он меня и не особо жалует.

— А Вы — его, — понятливо заметила я. — Поэтому и не даете доступ в архив.

— Доступ в архив я ему не даю потому, что там хранятся данные всех сотрудников дворца, даже те, о которых они сами порой не знают. А господин фон Луидорф не производит впечатление человека, которому можно доверить доступ к таким данным.

Как я и думала: один балбес ляпнул, второй обиделся, в результате — война и периодический дележ песочницы.

— А нос-то зачем ломать? Неужели нельзя было вежливо отказаться?

— Скажи мне, Джерри, — внезапно сменил тему Артур. — А как ты стал пассивом?

— Ну… Мне всегда больше нравились парни, а мой предыдущий… покровитель был очень заботливым… сперва.

Улыбка Артура превратилась в оскал.

— Ты везучий парень, Джерри. Мой первый… покровитель воспользовался разницей в силе. Мне тогда было шестнадцать, ему — почти тридцать, разница в весе была значительной. Ни единого шанса. Второй покровитель — предыдущий глава Особого Кабинета — тоже воспользовался этим способом. И знаешь что? Это — норма в отношениях двух мужчин, когда снизу тот, кто слабее. А насчет романтики и ухаживаний — зачастую предварительно зафиксированный парень в предварительных ласках не нуждается. Возможно, ты еще слишком молод и не видел реальной жизни. Или тебе настолько везло. Позволь дать тебе совет, как пассив пассиву: некоторые разногласия нельзя решить словами, только силой.

— Но ведь в Столице все по-другому, — нервно заметила я.

— Верно, сейчас все по-другому. Но учти, что это только благодаря контролю со стороны моего Кабинета. И если император решит воспользоваться дедовским методом — могу посоветовать только расслабиться и попытаться получить удовольствие. Потому что, несмотря на все свои полномочия, я наврядли смогу призвать его к ответу. Как и его ближайшее окружение: как думаешь, если бы на моем месте тогда оказался просто обычный симпатичный парень, который просто бы не осмелился противиться Советнику Императора?

Я поежилась. Раньше я как-то не задумывалась о том, каким образом происходит разделение на активов и пассивов. А ведь даже в нашем мире процент настоящих гомосексуалистов не очень высок.

— Можно последний вопрос? — дождавшись кивка, я продолжила: — Ваши предыдущие покровители… Гел сказал, что они погибли при таинственных обстоятельствах.

— Неправда, — я уже хотела облегченно вздохнуть, но Артур жестко закончил. — Я их убил. Первого — за шпионаж, второго — за участие в заговоре против императора. Все по-закону, никаких таинственных смертей.

После его ухода я долго не могла прийти в себя. Неужели насилие — действительно норма этого мира? Хочется надеяться, что Рик — исключение, но даже Гел, по словам Артура, способен на такое. Хотя Советник о главе Особого Кабинета тоже отзывался довольно нелестно — поди узнай, кто прав!

Некстати вспомнился хозяин гостиницы, в которой я остановилась по приезду в столицу, его реакция на меня. Стало не по себе: пока Рик готов терпеть, но делать, если ему надоест быть «просто другом»? Снова вспомнилась судьба последних женщин.

Так, отставить панику! На крайний случай, просто признаюсь Рику — не думаю, что он будет делить свою женщину с другими, скорее, запрет и будет… пользоваться единолично. Может, даже получится построить с ним относительно нормальные отношения.

Романы вызывали раздражение, и я вновь вернулась в отдел хроник. Никаких отношений, только события, факты, даты. Ого! Да тут, оказывается, гражданская война была! Почти тринадцать лет назад главы трех секторов решили отколоться от Империи и создать отдельные государства. Что ими руководило — непонятно, но мятежные губернаторы собрали армии и пошли войной на Столицу Империи. Как раз на этот период пришлась смерть предыдущего императора и воцарение Рика — возможно, именно это и послужило толчком для восстания. Особый Кабинет тогда функционировал из рук плохо, армия тоже была не готова к войне, и в результате мятежники захватили соседние сектора.

Кстати говоря, Рик тогда проявил себя с хорошей стороны, наградив всех героев: маг Вальтос, державший защиту Белского сектора до прихода имперских войск, получил звание губернатора этого сектора, генерал Неро, разгромивший армию Эстского сектора, даже простые солдаты, Медведь и Комедиант…

Я замерла. Потерла глаза. Вчиталась в попавшуюся на глаза статью еще раз. Нет, мне не показалось!

«За неоценимую поддержку в штурме крепости Товского сектора, пространственный маг Ян, а так же солдаты группы разведки Медведь и Комедиант удостоены особой императорской награды. Отныне маг Ян носит звание Мастера и удостаивается чести работать в императорской лаборатории. Солдатам император Ричард вручил право владения землей и денежное вознаграждение в размере…»