Люба, я вернулся

10

Фёдор

Это платье… не могу перестать пялиться в слишком глубокий вырез и там, кажется… ничего нет, никакого белья.

Что с ней произошло?

Почему она начала так одеваться?

Зачем она говорит мне об этом своём… как там его, любимом человеке.

Когда она в который раз повторяет про него, у меня ощущение, что она говорит про кого-то нереального, выдуманного вот прямо сейчас, только чтобы меня позлить.

У меня вообще такое чувство, что все остальные где-то там остались, далеко. А мы с Любой вот они, сидим рядом, на свадьбе нашей дочери, как так и надо, как будто не расставались никогда.

Словно сейчас встанем, возьмёмся за руки и пойдём домой…

Зазвонил телефон… у неё в сумочке.

Люба быстро открыла её, достала. Я волей-неволей глянул на экран и увидел большие буквы — ШЕФ.

А ещё я заметил, как Люба засуетилась, встала с места.

— Ты куда? — спрашиваю, как будто с начальником нельзя поговорить прямо за столом.

Неужели обязательно нужно уходить?

— Я должна тебе отчитаться куда я? — язвительно спросила Люба и улыбнулась, ставя меня на место, показывая всем своим видом — не лезь Федя не в своё дело, твоих разрешений давно не требуется.

— Ясно, — я кивнул, действительно, чего это я.

Люба повернулась и пошла к выходу, а я взялся за вилку, поковырял салат. Поем что ли, пока она там разговаривает. А то когда она рядом, я словно не могу ничего делать, только пытаться увидеть в ней новые подтверждения её необратимых изменений.

Вроде бы это всё та же Люба, но каждый новый взгляд на неё открывает ещё и ещё новую грань её красоты и характера. Я как будто знаю её и не знаю одновременно.

Новое беспокойство заставило положить вилку и встать из-за стола. Пока в центре зала, жених, невеста и молодёжь танцуют, играют в игры, а люди постарше беседуют за столами, я, незамеченным прошел к выходу. Не к тому, куда пошла Люба, а к противоположному. Хочу выйти на воздух, перекурить.

Вышел. Давно стемнело. По краям дорожки уже зажгли фонари. Я достал пачку, вытянул сигарету. Ненавижу эту привычку, но сейчас никак не избежать, тем более после пары рюмок. Щёлкнул зажигалкой и медленно пошел вокруг шатра. По мере приближения к противоположному выходу слышу женский голос с знакомыми нотами.

Точно. Люба. Разговаривает по телефону с шефом.

Я подошел ближе незамеченный, скрытый темнотой.

— Да, я знаю… ну и как ты себе это представляешь? Нет. Извини Саш, я так не могу… Да, значишь… Ну прости… Не обижайся… мы уже сто раз об этом говорили… Ну и что… Саша, не начинай. Саш, ну хватит…

Я выглянул осторожно, спрятав за спину сигарету, чтобы огонёк не выдал моего присутствия.

Люба сидит ко мне спиной, на одном из стульев, которые стоят напротив свадебной арки. Песочный плащ накинут на плечи.

— Я тебя прошу… Хорошо. Поговорим когда вернусь. Серьёзно. Да, обещаю, мы серьёзно поговорим. Ладно. Давай. Целую, — она отключилась и опустила руку.

Сидит, задумавшись, уперев телефон в подбородок, смотрит на арку.

Я затянулся и сделал пару шагов, чтобы обнаружить себя. Люба повернула голову, глянула на меня и снова отвернулась. Как будто совсем не удивилась, увидев меня здесь.

— Он звонил? — я затянулся и затушил сигарету о решётку железной урны у входа.

— Да, — она кивнула и тихо вздохнула.

— Обиделся, что поехала без него?

Она резко повернулась, смерила меня взглядом и медленно кивнула.

— Обиделся.

— Жаль его, — я подошел ближе.

— Чего это? — прищурилась, глядя на меня.

— Потому что он понимает, что это — конец.

— Ты не слишком много на себя берёшь?

— Как раз нормально. Только я сто процентов уверен, когда ты приедешь туда, с ним расстанешься сразу.

— Не будь так в себе уверен, — она встала со стула и пошла к входу.

Я сделал пару шагов в её сторону.

— Не надо, Федя, — она жестом остановила меня.

— Почему?

— Что почему? Почему не надо, чтобы ты меня трогал? Я должна тебе это объяснить?

— Объясни, потому что я думал, между нами…

— Ты серьёзно? — она остановилась, взялась за ворот плаща и стянула сильнее, — Ты думал, если мы с тобой переспали, это что-то значит? Какой ты наивный, Федя.

— Значит, между нами…

— Как не было ничего, так и нет, — сказала строго, — и прекрати вести себя как романтичный школьник, вздыхать и влюблённо меня рассматривать. Это тебе не идёт, Федя.

— То есть, то, что произошло…

— Абсолютно ничего не значит для меня. Поигрались и хватит. Забудь, — сейчас она совсем чужая.

— А если я не хочу?

— Твои проблемы. Себя жалей, а не его, — она повернулась и пошла к двери, открыла её и, не оборачиваясь, вошла внутрь.

Словно показывая мне, что я потерял, одним движением скинула плащ, оголив спину. Подала официанту плащ и пошла по залу, под моим пристальным, жадным взглядом.

Люба.

Моя бывшая жена.

Женщина, которой сегодня ночью я обладал целиком и полностью, целовал, сжимал в объятьях, только что сказала, чтобы я об этом забыл.

А как можно забыть, если оно уже проникло в меня, это новое чувство. Эта жадность, эта боль. Она уже начала разъедать моё сердце и начала требовать, чтобы я срочно, безотлагательно начал что-то делать… что-то менять…

Люба

Так и знала, что буду жалеть.

Теперь я страшно жалею, что позволила, что допустила. А он как щенок увидевший сиську матери суки. Теперь не отлипнет.

Боже, что я говорю, о чём думаю.

Что теперь делать?

А ничего не делать.

Вырезать. Забыть.

Не было.

А если будет приставать и чего-то хотеть, сказать что такое… обидеть побольнее и пусть катится к своей этой… не помню как зовут.

В конце концов, он мне нанёс большую рану, чем я могу нанести ему.

Я прошла за стол, села и гордо выпрямилась, словно показывая всем, что мне вообще не важно кто и что подумает, окинула взглядом зал. Тут заиграла какая-то песня, из старых, из тех, что я так люблю, со времён моей молодости.

Поворачиваю голову и тут же передо мной вырастает громадина… Фёдор, чтоб его.

Теперь от него не спрятаться, не скрыться.

— Потанцуем? — протягивает руку.

А я возьми и посмотри как раз в сторону танцующих. Да и столкнулась сразу со взглядом Алинки. Дочь загадочно улыбнулась, увидев, что Фёдор меня приглашает.

Пришлось улыбнуться дочери в ответ, а Фёдору подать руку и встать.

Мы прошли на середину зала, там, где топчутся пары танцующих. Фёдор обхватил меня за талию, я положила ладонь ему на грудь. Сделали один шаг… второй…

Молча топчемся, а в памяти всплывают яркие, красочные картинки. Из того времени, когда мы ещё были вместе и кажется были счастливы. Молча переступаем прижавшись друг к другу. Я слышу и чувствую его дыхание у себя возле уха, я помню его аромат. Помню голос и его поцелуи сегодняшней ночью.

— А ты хотела бы всё вернуть? — вдруг слышу возле уха.

И словно разряд тока возвращает меня в реальность.

— Нет, — подняла голову и посмотрела ему в глаза, — я не хочу возвращать прошлое.

— А как мы поступим с тем, что сегодня произошло?

— Федя, я тебе уже сказала, никак мы не поступим. Это был просто секс, ничего не значащий, можешь считать — дружеский. Как хочешь, так и принимай. Можешь считать это местью твоей жене. Или чем-то подобным, я не обижусь. Но больше этого не будет.

— Подожди, это ты серьёзно говоришь или ты так шутишь? — он взял меня за плечи и отстранил от себя и заглянул в глаза.

Нахмурился и требовательно смотрит мне в лицо.

— Какие шутки, — не отвожу взгляд.

— То есть ты хочешь, сказать…

— Почему ты переспрашиваешь по сто раз? Неужели непонятно, — я махнула рукой, убирая его руки с моих плеч, повернулась и пошла к столу.

Вижу краем глаза он идёт за мной. Чувствую, назревает что-то. Схватила сумочку и пошла к выходу. По дороге схватила свой плащ. Быстро открыла дверь и вышла наружу. Только хотела скрыться в темноте, как Фёдор вышел и сказал:

— Люба, стой, мы не договорили.

— Да нам не о чем договаривать, — обернулась, — Ты что не понимаешь. Чего ты сейчас от меня хочешь? — повышаю голос, но увидела кого-то из гостей и немного притихла, запахивая плащ, отошла в темноту.

— Я хочу, чтобы ты ответила мне на вопрос…

— На какой?

— Что это не была случайность и не была ошибка… Ты хотела! — он тоже повысил тон.

— Как захотела, так и расхотела. Я вообще легкомысленная особа, сегодня хочу, завтра не хочу.

— И хочешь сказать, все эти разговоры были неискренними. Я видел, как ты на меня смотрела, — он схватил меня за руку и потянул к себе.

— Тебе показалось, я смотрела на тебя так же как на любого другого мужчину в моей постели, — я усмехнулась.

— Врёшь! Ну зачем ты врёшь, Люба? Ты не такая!

— Такая, Федя, такая. И даже ещё хуже. Я использовала тебя. Мне было скучно, тоскливо в той гостинице и я тебя использовала. Почему не воспользоваться моментом. Ты же пользовался…

— Я никогда…

— Ну давай, только не надо вот мне лапшу на уши вешать, пожалуйста. Хочешь сказать, что не изменял мне со своей этой Элиной?

— Не изменял!

— Не держи меня за идиотку. Вот прямо пришел просить о разводе, сказал что полюбил другую, но не изменял, это что-то за гранью фантастики. Так не бывает.

— Бывает. Я действительно тебе не изменил ни разу.

— Ну всё, мне это знаешь вообще не интересно. Ты сейчас женат. А получается, что ты изменил своей жене, — я прыснула от смеха.

Стало реально смешно. Я смеюсь, а он стоит и смотрит на меня.

— Ну, тогда передай своей жене привет. И скажи, что сегодня ты изменил ей с бывшей женой. Во блин, — во мне уже заиграли выпитые полбокала красного и это ещё сильнее подстёгивает меня говорить и говорить, смеюсь дальше, — Представляю её лицо! Федя, ты что переспал с этой поддержанной старушкой! Да, милая, я переспал с этой квашнёй, Любой!

— Прекрати, — он сурово смотрит на мою весёлую истерику, которая только разгорается от секунды к секунде.

— Нет. Слушай теперь. Ты же чего-то хотел. Спрашивал, что нам теперь с этим делать. Так вот слушай, что тебя ждёт, если ты захочешь что-то с этим делать. А, подожди, а что я скажу своему любимому Сашуле? Здравствуй дорогой, прости, но я случайно, не специально, переспала с бывшим мужем. Ничего? Ты не сердишься? А если он начнёт возмущаться или обижаться. Да пофиг вообще. Подумаешь! Да кто он вообще такой⁈ Плевать. Кто он такой, чтобы указывать мне с кем спать.

— Ты пьяна, — процедил Фёдор сквозь зубы.

— Ах, вот что, ну конечно, я пьяна. Зато ты тут у нас такой весь идеальный, трезвый. Вообще ни капли не изменщик. Великолепный Фёдор, по щелчку пальцев которого все сразу должны стоять по стойке смирно и подчиняться его желаниям. Да, Федя? А вот это ты видел? — я сложила пальцы и показала Фёдору дулю. — Вот смотри и запомни. На тот случай если тебе ещё раз захочется спросить — значило или не значило!

— Что тут у вас происходит? — голос дочери мгновенно отрезвил меня.

Я обернулась. Лина подходит.

— Ой, малыш, куда ты на ветер выскочила без куртки, — я обняла её за плечо, потому что ветер совсем не тёплый.

— Да мне сказали, что тут моя мама что-то высказывает моему папе, — она обеспокоенно смотрит на Фёдора.

— Да никто ничего не высказывает, — он спокойно пожал плечом.

— Вы не ссоритесь?

— Нет конечно, мы просто смеёмся и вспоминаем прошлое, — глянула я на Фёдора потом на дочь.

— Ну и отлично. Идёмте, сейчас торт будут выносить.

— Пойдёмте кушать торт, — Фёдор подошел, отлепил нас друг от друга, обнял обеих и мы пошли в зал.