Люба, я вернулся

18

Фёдор

Открываю дверь вхожу в квартиру.

— Ну ты где⁈ Неужели нельзя поторопиться? Уже из ресторана звонили, отменять заказ или нет… — Элина вышла из гостиной.

Стройная идеальная, в переливающемся черном платье с довольно откровенным декольте. Тёмные волосы лежат безупречно, зачёсаны на одну сторону. Длинная серьга цепочка. Алая помада на слегка выпяченных губах.

Она вкладывает в свою красоту большие деньги. Мне-то не жалко, оно может быть того стоит. Но иногда понимаю, если бы она хотя бы малую часть этих денег выкладывала не в красоту, а в какое-то, ну я не знаю, саморазвитие, возможно сейчас была бы другим человеком. Я говорил, но она только смеялась.

Впрочем, я плохо в этом разбираюсь и до какого-то момента меня всё устраивало, пока не стала эта ей красота настолько приторной, что смотреть на неё не значит наслаждаться. Удивительно как внешняя оболочка и внутренний мир человека могут быть настолько далеки друг от друга.

И удивительно как со временем меняется восприятие, от обожания и необузданного желания оно каким-то путём приходит к равнодушию и даже тихой едва скрываемой ненависти.

Хотя, в чём тут её вина?

Элина виновата лишь в одном, в том, что однажды встретилась на моём пути. Больше ни в чём. Остальное я сделал сам. Сам напридумывал, нафантазировал. Сам пошел к жене и рассказал ей, как обстоят дела. Сам подал на развод. И сам получил то, что так сильно желал.

Вот что из этого получилось.

Стою на пороге, смотрю на жену и понимаю — назад дороги нет, я должен разрубить этот Гордиев узел.

— Мы никуда не едем, — говорю спокойно.

— Что? Почему это⁈ Я не собираюсь сидеть дома, я уже оделась, ты не видишь? По-твоему я зря наносила макияж. Ну уж нет, мы едем в ресторан и я ничего не хочу слышать! — она поцокала к выходу.

Не обращая внимания на вопли Элины, я прошел в гардеробную, открыл шкаф, достал с полки небольшую дорожную сумку.

— Ты куда-то собираешься? — вошла Элина, — Фёдор, в чём дело? — смотрит, как я достаю бельё, — Ты куда-то едешь? Не молчи, ты меня пугаешь! — дернулась как током ударенная.

— Я ухожу от тебя, — повернул голову, глянул и отвел взгляд.

Не знаю, почему я так делаю. Возможно, это не правильно и жестко, но я вообще не хочу с ней разговаривать. Хочу просто взять пару вещей и свалить отсюда нахрен, потому что существовать тут уже не могу. Это место словно наполнено медленно разрушающим ядом. Тут трудно дышать. Я не могу здесь находиться. Больше не могу.

— Что ты сказал? Ты уходишь? От меня? Я так и знала! У тебя есть другая баба! Я так и знала! — пронзительно закричала она.

— Не кричи. Это не поможет, — говорю, бросив в сумку упакованную рубашку.

Я конечно мог бы купить новую, но конкретно эта фирма и этот размер идеальны на мой рост и их нужно заказывать, а с утра я должен надеть свежую рубашку.

— Нет, ты никуда не поедешь, она кинулась к сумке, взяла ее, вытрусила все вещи на пол. Я не отпускаю тебя! Ты должен быть здесь, со мной!

— Ладно, я не буду брать вещи, уйду так, — пошел к двери.

— Ты нашел другую бабу, да⁈ Отвечай! — Она схватила меня за рукав рубашки.

— Я её давно встретил, только не понял, что это она, — я зачем-то улыбнулся.

Элина смотрит на меня безумным взглядом. Она всегда так смотрит, когда начинает истерить.

— Объясни, что я сделала не так? — она схватилась за руку, ущипнула и дернула рубашку на моей груди, — что ты хочешь, я всё сделаю, скажи Федя! Я не понимаю, — начала дёргать за ремень брюк, — давай, милый я докажу тебе, что лучше меня ты не найдёшь нигде!

Я и не ожидал, что всё будет по-другому. Знал, спокойного разговора не будет. Поэтому и не стремился к нему.

Уже выслушать эти вопли в последний раз и уйти.

— Прекрати, — я отстранил её руки, крепко схватил за запястья.

— Федя, ты меня бросаешь? Но почему, что я сделала? Это она, твоя бывшая уже накапала тебе на мозги! Я сейчас же разберусь с это стервой! Не слушай её, Феденька! Ты мой, я люблю тебя больше жизни, я никуда тебя не отпущу! — пытается высвободить руки и тараторит.

— Слушай меня внимательно, — я тряхнул её, чтобы перестала дёргаться, — завтра я подаю на развод. Квартиру — оставляю тебе. Машина — твоя. Деньги тоже переведу на счёт, чтобы тебе было на что жить, пока ты не найдёшь занятие по душе.

— Какое занятие, Федя?

— Работу, Элина, работу.

— Но я не хочу работать, я хочу жить с тобой.

— Я всё сказал. Если будешь выделываться, я всё заберу, оставлю тебя с голой жопой, с которой ты ко мне пришла. Ты поняла?

— За что ты так со мной⁈ Что я тебе сделала⁈ — кричит мне в лицо.

— Ничего не сделала. Ты тут ни при чём, — я отпустил.

Повернулся, глянул на разбросанные по полу вещи, ну их нахрен. Не могу тут больше находиться, не хочу. Повернулся и пошел в прихожую.

— Федя! — истерический крик, Элина снова кинулась ко мне, схватилась за рубашку, я иду, она пытается меня удержать, споткнулась, падает, хватается за брюки, тянет их, — не уходи! Не бросай меня, я буду такой, как ты хочешь! Я всё буду делать, буду готовить! Хочешь, я буду готовить…

— Отпусти, — разжимаю её пальцы мертвой хваткой схватившиеся за брючину.

— Не-ет! Я не отпущу тебя! Ты мой! Только мой! Я не отпущу тебя! Она старуха! Она тебе не нужна, я тебе нужна! Я знаю это она! Федя, я в миллион раз лучше, только дай мне шанс, последний, я докажу тебе…

Наконец сумел разжать её пальцы и поспешил к выходу.

— Федя! — Элина сидит на полу плачет и тянет ко мне руки, — Пожалуйста, не бросай меня, — всхлипывает.

Вернулся, присел на корточки, положил ладонь ей на голову. Погладил.

— Прости. Я виноват перед тобой. Прости меня, пожалуйста, но я не могу иначе, — встал и пошел к двери.

— Мразь! Скотина! Мерзкая тварь! Ненавижу тебя! Старая скотина! Ты всегда был козлом! А я тебя только терпела!

— Ну вот, открылась настоящая сущность, — я улыбнулся, как освобождение произошло.

Я знал это, только долго не мог себе в этом признаться. Я знал, что она со мной ради денег, что она любит меня пока я могу что-то ей дать. Но стоило ей понять, что это конец, сразу прорезалась настоящее лицо.

— А ты думал, почему я живу с таким старым, неинтересным козлом как ты? Ты думал ты такой великолепный половой гигант, думал ты охренительный… да ни чета подобного!

— Ну, тогда ищи себе нового гиганта. Я ухожу.

Я вышел за дверь захлопнул.

— Ну и проваливай! Старый козёл! — последнее, что я услышал.

Усмехнулся и пошел спускаться по лестнице.