Люба, я вернулся

25

Фёдор

Открываю морозильную витрину, достаю пакетик замороженных овощей, кладу в свою корзину. Наблюдаю за Любой, как она наблюдает за тем, что я беру. Дальше, мясные готовые наборы. Стейк. Бифштекс. Антрекот.

Я-то приготовить могу, но возиться с обработкой продуктов не моя тема. С Элиной мы чаше ужинали не дома, либо заказывали ужин доставку, либо она, не паря мозги доставала замороженные мясные заготовки и без особого напряга быстро готовила.

За столько лет я привык. Только вот это всё заставляло меня практически без конца вспоминать домашнюю готовку Любы. Не специально, само собой как-то получалось.

Люба готовила домашнюю, разнообразную, наивкуснейшую пищу. Да, я любил её еду и да, я по ней тоже скучал.

— Готовишь полуфабрикаты? — Люба насмешливо дернула бровями.

— Приходится, — обречённо вздохнул.

Она улыбнулась и отвернулась. Направилась к овощам. Набрала в пакетики, понемногу всего, сложила в свою тележку. Идём дальше.

— Кстати, я тебя хотела спросить… — остановились возле чайных и кофейных рядов.

— Спрашивай, — с интересом смотрю на пачку чая, которую Люба крутит в руках.

— Ты зачем деньги мне присылаешь?

— Какие деньги? — пытаюсь сделать вид человека совершенно не понимающего о чём идёт речь.

— Не придуряйся, я знаю это ты, Федя.

— Э… так… на будущее, ну и на сейчас. Ты же не работаешь? — скрываться бессмысленно.

— Ну хорошо, на коляску и кроватку этого хватит, больше не присылай.

— А жить на что будешь?

— Мне много не надо, у меня есть на жизнь.

— А мне кажется…

— Это тебе кажется, — повысила голос, — у меня всё есть. Или ты собрался меня содержанкой сделать? — усмехнулась.

— Ладно, не буду, — сжал губы, чтобы не наговорить чего лишнего и чтобы она не обиделась.

— Вот и отлично, — кинула в тележку пачку чая.

— Да, вот ещё, хотел спросить, как ты себя чувствуешь?

— Нормально чувствую, как абсолютно здоровый человек, — повернулась, отсекая дальнейшие мои расспросы, и направилась вдоль стеллажей.

— Это хорошо, — я запоздало кивнул.

Идём дальше. Интересная ситуация, впервые мы бродим по супермаркету, но покупаем каждый себе. Яйца, творог, сливочное масло. Люба остановилась напротив стеллажа с конфетами, посмотрела, посмотрела и дальше пошла. Я взял пакетик шоколадных, кинул себе в корзину. И ещё печенья.

Иду за Любой.

— Я тут подумал…

— Что ты подумал? — быстро глянула и отвернулась, сосредоточилась на выборе томата.

— Если тебе вдруг нужно… к врачу или что-то ещё… звони мне, я тебя могу довезти, — пользуюсь случаем, когда ещё представится.

Люба снова повернулась, прищурилась, точно понимает мою задумку. Считывает все мои потаённые мысли.

— Поликлиника в пешей доступности. А больше мне ничего вроде бы не нужно, — говорит с улыбкой.

И вот тут взять бы мне и пойти чуть дальше… но я молчу. Нет, не время ещё. Не так я должен сказать ей о самом главном.

— Но ты всё равно звони… если что, — взял первую попавшуюся банку, положил в корзину и прошел к горчицам.

— Ладно, — слышу сзади.

Оборачиваюсь, Люба стоит возле меня.

— Что ладно? — пытливо рассматриваю её лицо.

Без косметики оно ещё красивее. И мне ещё сильнее хочется… а я не могу.

Сейчас Люба стоит рядом со мной, близко, но в то же время она сама очень от меня далеко.

— Позвоню… если что, — сказала, улыбнулась и пошла дальше.

Странное чувство. Словно всё сначала. Понемногу по чуть-чуть. Еле заметными шагами. После пропасти лет. Она начинает понемногу доверять мне. Хотя какое там доверие. Моему поступку нет оправдания и никогда не будет. Но я не хочу ещё чёртову кучу лет прожить… без Любы.

Я пошел за ней.

На кассе она собрала всё в пакет. Берёт за ручки.

— Подожди, я помогу. Там скользко, — торопливо подаю свои покупки, чтобы их поскорее пробили, пикает карточка. Хватаю свой пакет и Любин заодно. Идём к выходу. — Бери меня под руку, — говорю уверенно.

— Да я и сама могу…

— Люба, я сказал, под руку бери, — настаиваю.

Вроде не хочет, но берёт, прижимается на крыльце. Боится упасть. А мне только того и надо, помогать ей и чтобы держалась за меня крепко. И чтобы по возможности не отпускала.

Топаю с двумя пакетами в руках. И Любину руку плотнее к себе прижимаю. Кажется, я слишком стараюсь. Не могу нащупать грань, за которой определяется чрезмерность моего старания. Неверное со стороны кажется, что я чего-то хочу, а я хочу только одного…

По дорожке уже не так скользко, песком посыпано.

Люба отпустила.

— Давай пакет, сама понесу.

— Не дам, иди вперёд, — показываю головой.

Она послушалась, пошла вперёд.

У подъезда остановилась, обернулась.

— Я до квартиры донесу, — прохожу мимо, иду к двери.

— Не надо, Федя, — уверенный строгий тон, словно отбрасывает назад на те несколько миллиметров, на которые я сегодня продвинулся.

Остановился, обернулся. Она подошла, взяла из моей руки пакет.

— Спасибо что помог, — в глаза уже не смотрит.

Эта территория всё меняет, снова делает Любу настороженной и пугливой.

— Не за что, — отпускаю ручки пакета.

Она повернулась и пошла к подъезду, а я стою не могу сдвинуться с места. Только что разговаривали как родные, а теперь снова чужие.

Люба поднялась на ступеньки, набрала код домофона, дверь запиликала. Люба обернулась, посмотрела на меня, медленно кивнула и вошла в подъезд. Дверь закрылась.

Ещё немного я постоял, непонятно чего ожидая, тоскливо глядя на дверь. Как пёс, которого не пустили в дом. Я и не надеялся.

Повернулся и медленно пошел к соседнему подъезду.