Любава-травница Галиаскаса...

Глава 27

День рождения — праздник детства. Смотря в счастливые глаза дочери, Любава вспоминала свою прошлую жизнь, детей, которым ежегодно устраивала вечеринки в честь Дня рождения. Свои праздники она не любила встречать: ей казалось, что еще один прожитый год вырывал у неё кусочек жизни, поэтому принимала поздравления, благодарила родных и близких, но в гости никогда никого не приглашала, если только они сами не приезжали без предупреждения.

В подарок Марьяна получила книгу, в которой описывалась история государства Калиэн. В ней было множество красочных иллюстраций и ярких повествований о событиях прошлого. Девочка сидела довольная, периодически перелистывая учебник. Они недавно вернулись из заведения под названием «Сладкоежка», где лакомились пирожными и сладкими булочками с соком мороса — фрукта, напоминающего земное манго как по вкусу, так и по цвету.

Ближе к вечеру в дверь постучались, и на пороге появился маг Его Величества — Верион Гласканиэль. Он смотрел на Любаву, не отрывая своего заинтересованного взгляда от её лица.

— Какими судьбами, господин маг? — поинтересовалась Любава, не понимая, что ещё нужно мужчине.

— Извините, госпожа Инсигнис, но я пришёл не к вам, а к молодой леди Марьяне, — ответил он и, отодвинув травницу, прошёл в холл.

Лицо у Любавы вытянулось от удивления.

— Разрешите, леди, поздравить вас с Днём рождения и преподнести подарок как от своего имени, так и от имени вашего деда.

Девочка засмущалась и кивнула.

— Это платье вам подойдет для ближайшего бала, которое состоится в последний месяц отума (осени).

Он вынул из коробки прекрасное розовое платье, отделанное оборочками, с рукавами фонариками и небольшим пояском, который был украшен драгоценными камнями. Девочка взяла в руки это чудо и застыла, открыв рот и уставившись на такой дорогой подарок.

— А это от вашего деда. Диадема, которая украсит вашу головку на празднике цветов.

Он надел на неё диадему, которая переливалась всеми цветами радуги. Марьяна, не пришедшая в себя от первого подарка, потрогала руками диадему. Для неё, жившей в лесу и не видавшей такой красоты, это было равносильно тому, что вмиг из нищенки превратиться в принцессу.

— Зачем всё это? — нахмурив брови, спросила Любава.

— Ребёнок в День рождения должен получать красивые подарки, — ответил этот несносный маг.

— Зачем ребёнка настраивать на то, что она относится к сословию аристократов? Она обычная девочка, которая в будущем сможет выжить благодаря своему редкому дару. А вот эти дорогие подарки ни к чему.

— По поводу сословия аристократов, это дело времени, а подарки подарены от всей души.

Он кивнул Любаве, на этом прощаясь, и, подмигнув девочке, вышел, закрыв за собой дверь. Любава как стояла, так и продолжала стоять, не понимая, чего добивается маг. Уже уложив дочь спать, она нашла на полочке возле выхода два письма: в одном было приглашение на детский бал цветов, который должен был состояться в последний месяц отума, как и говорил маг, а вот второе письмо очень её удивило. Там было разрешение, за которым она ещё собиралась обращаться в мэрию, оно нужно было для получения бумаги с гербовой печатью на открытие целительской, а также продажу настоев, микстур и трав — такую же она получала в Вишане. Ещё раз с недоумением осмотрев разрешение, она положила документ на стол и решила повторно ознакомиться с ним на свежую голову.

Узнав у учеников Любавы, что она поспешно покинула дворец, маг был в ярости. Злость и обида душили его, не позволяя думать о чем-то другом. Только он поверил, что мечта замаячила впереди, как всё оборвалось. Он схватил бутылку и скрылся в своей комнате, не желая никого видеть. Но одного надолго его не ставили: в спальню завалился сам император.

— Слышал о том, что Любава ушла из дворца и купила дом, — произнёс он, но видя, что друг не реагирует, продолжил. — Я бы на её месте поступил так же.

Верион поднял на него захмелевший взгляд.

— С чего это ей было бежать? Жила на всём готовеньком, только и знай, что обучай молодёжь. Нет, ей захотелось свободной жизни! — с горечью произнёс он.

— Дурак ты, Верион, не видишь дальше своего носа: претит ей такая жизнь. Оскорбления в сторону себя она могла бы еще стерпеть, но когда дело касается ее дочери и отношения к ней как полукровке, у нее просто сносит крышу. Я же в курсе, что собственный отец называл девочку «полукровкой», затем примчалась его ненаглядная женушка и устроила скандал, что бастардке не светят деньги её мужа. Как бы ты среагировал, когда на твоего ребёнка так нападают?

— Но я узнал, это не её ребенок: она спасла девочку, приняв у её родной матери роды, когда та умирала от проклятья «Чёрной смерти». Любава сама рассказала это Гволиэну.

— Она приняла ребёнка как родного и вырастила с рождения, Любава считает её родной и никак иначе. И мой тебе совет: хочешь завоевать женщину, именно эту женщину — наладь отношение с Марьяной. Кстати, по документам у неё завтра День рождения!

— У кого? — не сразу сообразил маг.

— Да у ребёнка, Верион, очнись уже. Заодно и деда предупреди: он, как я слышал, хорошо относится к внучке. Пусть тоже поздравит.

Утром Верион сам отправился в город. Зная о том, что Любава хотела открыть своё дело, он в первую очередь встретился с мэром и объяснил ситуацию с Любавой. В этом городе было положено до получения разрешения на любую деятельность вначале показать, на что способен проситель, и только тогда принималось решение: давать соответствующую бумагу или нет. Но здесь подсуетился сам маг и рассказал о том случае, когда травница вылечила женщину, которая заразилась яйцами вывертки и вырастила в себе большую особь, чуть не лишившись жизни. После этого рассказа мэр без слов написал разрешение на целительскую деятельность.

Следующим этапом было посещение лавки детской одежды, где Верион купил платье девочке, он только после этого вспомнил, что скоро детский бал цветов, куда он может пригласить Марьяну вместе с матерью. Отправившись вновь во дворец, он зашел в кабинет первого советника императора и сообщил новость о том, что его внучке сегодня исполнилось шесть лет, на что дед засиял и, открыв сейф, спрятанный за одной из картин кабинета, вынул оттуда диадему.

Прежде чем зайти в дом, Верион долго собирался духом. Увидев на пороге Любаву, он уставился на растерянное лицо женщины. Какая же она была в этот миг красивая: густые тёмные волосы волнами спадали на плечи и спину, выразительные светло-карие глаза с пушистыми ресницами пристально изучали его, нежная кожа будто светилась изнутри, а чуть вздёрнутый носик и яркие пухлые губы приковывали взгляд.

Её вопрос вывел Вериона из ступора. Он мягко отодвинул женщину и принялся общаться с девочкой, выполняя волю императора по соблазнению травницы. Чувствуя недоумение Любавы, он радовался всей душой, что как-то смог привлечь к себе её внимание. Но её слова о том, что девочка не аристократка, заставили его понервничать. Маг знал, что, женившись на Любаве, он возьмёт девочку в свой род, но травнице об этом пока знать было необязательно.

Вручив подарки, он с лёгким сердцем отправился во дворец, оставив на виду письма с приглашением на бал и разрешением на целительскую деятельность.