Любава-травница Галиаскаса...

Глава 28

Если в Каритасе Любава могла закупать травы в хозяйственных лавках, то в столице не было мест, где бы она могла что-то приобрести для изготовления микстур. Эльфы выращивали лекарственные растения для себя сами, особенно те, кто держал лекарские лавки. Оставался только один выход: самим сходить в лес, а затем на будущее купить телепортационные шарики, чтобы не отбивать ноги, проходя каждый день больше десятка километров.

С утра пораньше она наняла экипаж и с дочерью отправилась в лес. Погода на этом материке всегда была теплой, температура в среднем стояла двадцать пять градусов и только в середине химса (зимы) спускалась до плюс шестнадцати. Сейчас же шел последний месяц эсты (лета). Добравшись до кромки леса, они остановились, растения и деревья были совершенно не похожи на те, которые росли в Каритасе, и буйство флоры говорило о том, что климат для их развития и роста был самым наилучшим. Вспомнив уроки богини Вишаньи, Любава стала собирать травы, объясняя Марьяне, для чего может пригодиться каждая травка. Она по привычке рассказывала всё дочери, порой забывая, что та может сама узнать у растений их свойства. Марьяна лишь улыбалась матери.

Запомнив полянку, на которой они собрали достаточное количество сырья для лекарств, Любава увидела невдалеке девушку, выглядывающую из кустов малинника. Так она называла куст с ягодами, которые напоминали по внешнему виду малину. Она встала и сделала глубокий поклон девушке в белом.

— Доброго и светлого дня, полудница. Извини, что без разрешения потоптались и похозяйничали на твоей территории, — спокойно ответила Любава.

— Травница, да ещё и видящая! Странно. — Оно обошла круг вокруг Любавы и Марьяны. — Давно к нам никто не захаживал из вашей братии.

— Когда-то бывает в первый раз, а я была знакома с твоей сестрой, которая с другого материка, но я была вынуждена бросить нажитое и срочно уезжать оттуда.

— Ты, получается, та самая травница Любава, которая спасла дитя от проклятия? Слышала, слышала. Раз за тебя хлопотала сестра и леший, то будем дружить, — улыбнулась она и тут же пропала.

Любава, обрадованная, что всё не так плохо закончилось, и ругая себя за то, что расслабилась и не задобрила хозяев леса и полей, решила в следующий раз исправить свою ошибку и принести гостинцы. Телепортом они вернулись домой.

На сегодняшний день перед ней стояла ещё одна задача: она хотела сходить в даблис (так называлась школа начального и среднего образования) и устроить Марьяну на обучение.

Красивый двухэтажный белокаменный дом стоял сразу за мэрией. Раньше там располагались военные, затем это было переделано в образовательное учреждение. Зайдя в помещение, Любава обратила внимание, что внутри оно до боли напоминало сталинскую школу. Такие здания строились в тридцатых годах, а уже чуть позже они стали расширятся благодаря пристройкам. Большой холл, в котором находилась приемная, хозяйственные комнаты и раздевалка, делился на два коридора. С правой стороны были классы для первоклассников, а левый коридор вёл в столовую и на второй этаж, где учились дети постарше. Сейчас в даблисе стояла тишина: занятия начинались в первый месяц отума (осени).

— Госпожа что-то хотела?

Вопрос, заданный Любаве, вывел её из задумчивости. Она обернулась и увидела перед собой полноватого мужчину с белыми, как у всех эльфов, волосами и пронзительно синими глазами. Он с любопытством оглядывал девушку.

— Добрый день, я хотела устроить дочь на обучение.

— Пройдемте в мой кабинет. Я директор этого заведения, и зовут меня Каэл Скинфиль.

— Очень приятно, — произнесла Любава, усаживаясь на предложенный ей стул.

— Значит, это наша будущая ученица. Как тебя зовут?

Марьяна засмущалась и попыталась спрятаться за спину матери, но Любава мягко взяла её за плечи и поставила перед собой. Для поддержки девочки не стала убирать свою руку, мягко поглаживая по спине.

— Марьяна, — прошептала девочка.

— Какое у тебя странное и необычное имя, Марьяна. Что ты уже знаешь и умеешь? — поинтересовался мужчина. Он разговаривал с ребенком мягко, словно гладя и успокаивая.

«Вот что значит практика», — подумала Любава.

— Мама научила меня читать и считать, — ответила девочка, уже не так смущаясь.

— Так эта молодая красивая девушка — твоя мама? — сделал удивленное лицо мужчина.

— Да, — с гордостью произнесла Марьяна и обняла за шею мать.

Чувство недоверия к мужчине как будто снесло, и дальше она отвечала на вопросы более живо, при этом не стесняясь хвалиться своим редким даром.

Мужчина восхищался и только прищелкивал языком, когда она описывала, как мама спасла тетю от страшного чудовища внутри. Вряд ли было понятно, о чем она говорила, но взаимопонимание с ребёнком было налажено.

Когда ребёнок выдохся, вопросы стала задавать Любава.

— Скажите, господин Скинфиль, какие предметы она будет изучать и сколько времени в день занимает обучение?

— В первом классе у неё будет чтение, правописание и начальный счет. Кроме этого, в этом году мы добавили уроки истории нашего государства и травоведение. Как вы понимаете, наша сущность связана с растениями, поэтому с детства мы должны уметь их различать.

— Я заметила у вас столовую, вы кормите детей?

— Это зависит от желания родителей. У нас даётся час на кормление и отдых детей. Если вы желаете, то можете забирать ребёнка домой, если же собираетесь кормить здесь, то в день это будет обходиться в десять медных монет.

— Спасибо, я подумаю. Какие документы от меня требуются?

— Только документ о рождении ребёнка и ваш личный документ. Всё останется у вас после того, как мы магией сделаем их копии.

— Они у меня с собой.

Любава вынула личные карточки, заменявшие паспорта в этом мире, и передала директору. Он одобрительно хмыкнул и провёл руками над документами. Тут же на столе появились их копии.

— Вот и всё, — произнёс он с улыбкой. — Ждём вас первого числа первого месяца отума к девяти часам утра.

Попрощавшись, они вышли на улицу и с наслаждением подставили лица солнечным лучам. Обратная дорога домой прошла весело: девочка делилась впечатлениями от встречи и была очень довольна.

Уже подходя к дому Любава обратила внимание, что возле их калитки крутится девушка: белое платье, распущенные русые волосы, безумный взгляд красивых синих глаз, опухшие и покрасневшие от бессонницы и слёз веки. Нервно ломая пальцы, она ходила взад-вперед в ожидании хозяев дома. Увидев приближавшуюся Любаву с дочерью, она замерла на месте.

— Вы госпожа Инсигнис? — произнесла она и вопросительно посмотрела на женщину.

— Да, с кем имею честь разговаривать? — поинтересовалась травница.

Странно: дом, в котором она жила, был мало кому известен.

— Меня зовут Курана, я подруга Фиделис. Она дала мне ваш адрес и просила не ругать её за это. У меня заболела мама, и никто не может определить, что с ней происходит. Прошу вас, помогите.

Она сделала попытку встать на колени, но Любава остановила её.

— Не надо, — произнесла она строго. — Подожди здесь, я сейчас возьму свою сумку, и пойдем смотреть твою маму.

Девочка с облегчением выдохнула. Хотя Фиделис утверждала, что Любава очень порядочная и великодушная девушка, но все же боялась отказа. Проверив свою сумку «скорой помощи», Любава вышла на улицу.

— Далеко идти? — поинтересовалась она, взглянув на девушку.

— Быстрее будет доехать на карете, — проговорила она и остановила проезжавший мимо экипаж.