Любава-травница Галиаскаса...

Глава 29

Одноэтажный дом находился в проулке на улице ремесленников. Оставив дочь с младшей сестрой Кураны, Любава прошла в комнату к больной. Женщина, лежавшая в постели, не делала ни малейшего движения. Она смотрела в одну точку и не подавала признаков жизни.

— Давно она так? — спросила травница.

— Уже третий день, и никто ничего не может сказать вразумительного, — всхлипнула девушка.

— Отец есть?

— Да, на работу ушел, он мастер-кожевник, — ответила она.

— Выйди из комнаты и не заходи, пока я не позову.

Курана с опаской посмотрела на Любаву, но из комнаты вышла.

— Домовик?

В комнате стояла тишина.

— Если ты мне сейчас не ответишь, то твоей хозяйке я ничем помочь не смогу.

— Тут я, видящая, — раздался голос, и перед ней появился старичок-домовичок: видимо, уже в летах, раз длинная пушистая бородка доставала чуть ли не до пола.

— Доброго здоровья тебе, хозяин дома! Вижу, знаешь что-то? — Она кивком указала на больную.

— Знаю, — хмуро ответил он, присаживаясь на рядом стоявший стул. — Старое проклятье это, не на неё наведенное. Давно здесь жила старая карга, которая перед смертью решила насолить своей невестке и, сделав порчу на золотую цепочку, спрятала её, а после её смерти невестка, как почувствовала что-то неладное, не стала переезжать сюда, а продала дом этой семье. Хозяйка прибиралась в подполе, нашла свёрток, открыла его и получила всю порцию порчи.

— Я даже ни разу не встречалась с таким заболеванием.

— И не встретишься: порча сделана по старым книгам, о которых мало кто сейчас помнит. Та старуха было одной из тех, кто о них знал. В молодости ей бабушка рассказывала о старинном городе, затерянном в наших лесах. Богиня наказала его жителей за злобный и жестокий характер и разрушила город до основания. Так вот, родственники этой бабушки были именно оттуда, поэтому она знала про порчу. В больной нет души. Она не может вернуться назад, витает рядом, но силы её на исходе: остались лишь сутки, чтобы попытаться спасти ее.

— Но как?

Домовик лишь пожал плечами и исчез.

Немного подумав, Любава позвала Курану в комнату и вкратце пересказала всё услышанное. Девушка лишь охнула, и на глаза вновь набежали слёзы.

— Не реви, лучше скажи, где та самая цепочка.

— Я не видела, но маму нашла Сина, может, она что-то знает.

Выйдя в комнату, где играли девочки, Курана задала вопрос сестрёнке. Девочка молчала, опустив голову вниз.

— Милая, жизнь твоей мамы сейчас зависит от этого украшения. Я должна показать его магу, чтобы он смог определить, что делать.

Девочка вынула из-под подушки тонкую золотую цепочку и передала Любаве. Травница взяла его кончиком платка и завернула в него. Предупредив, что скоро будет, Любава переместилась во дворец в кабинет мага. Тот в это время перебирал пробирки и, увидев появившуюся перед ним травницу, от неожиданности выронил всё из рук. Звук разбившегося стекла вывел его из ступора.

Любава посмотрела на мага, ожидая возмущения, что она отрывает его от работы, но, заметив на его лице радость от встречи и какое-то удовлетворение, растерялась.

— Доброго дня, господин маг, я пришла за советом.

— Доброго дня, Любава, всегда рад помочь известной травнице, — ответил он, широко улыбаясь. Его глаза в это время светились радостью и восхищением.

— Мне нужна помощь. Я встретилась с чем-то необъяснимым.

Она вынула из кармана платочек и показала магу золотую цепочку. Он внимательно посмотрел на нее и взял в руки.

— На эту цепочку была наложена древняя порча, которая недавно высвободилась. Откуда она у вас?

Он внимательно посмотрел на Любаву, и она вкратце пересказала всё, что услышала от домовика.

— Так вы ещё и видящая! — удивился он. — Такой дар не встречался уже лет сто, это точно.

— Надеюсь, это останется между нами? — строго посмотрев на мага, холодно произнесла девушка.

— А что взамен? — хитро улыбнулся этот несносный маг.

— Постараюсь вам не подсыпать в еду слабительного, — тут же ответила она и ехидно улыбнулась.

— Злая вы, а казались такой доброй, — шутя надул губы Верион.

— Ага, а ещё мягкая и пушистая, только часто приходится выпускать колючки, — парировала в ответ Любава.

— Единственное, чем я могу помочь — это снять с неё проклятье, но для того чтобы вернуть душу, нужен специальный ритуал, а он утерян. — Маг просто всплеснул руками, показывая тем, что в данном случае он бессилен.

— Ну нет, я так просто не сдамся. У неё две девочки. Кому они будут нужны, если не станет матери?

— Что вы собрались делать? — тут же поинтересовался Верион.

— Идти в лес и просить помощи у лешего, — ответила она. — Вы можете взять с кухни угощение, желательно что-нибудь печёное? Только свежее.

— Конечно! Я иду с вами.

— Нет, я сама. Неизвестно, как они среагируют на вас. С ними и так нелегко найти общий язык.

— Я иду с вами или не буду помогать снять порчу с женщины.

В глазах Любавы вспыхнули возмущение, обида и злость. Он поднял указательным палацем её подбородок и прошептал.

— Поверь, так будет лучше, и я буду спокоен, что в тайном городе с тобой ничего не случится.

Он нежно прикоснулся своими губами к её до сих пор поджатым губам и получил увесистую пощёчину.

— За дело, — сказал он и вытер кровь с рассеченной губы. — Пошли, надо торопиться.

Он взял её за руку и переместился вместе с ней на кухню, где они наполнили корзину всевозможными печёными изделиями. Любава достала портальный шарик и переместилась с Верионом к кромке леса.

— Добрый день, лешак! — громко крикнула девушка. — Не с пустыми руками к тебе, а с гостинцами. Появись, прими дары наши.

Стоявший рядом куст зашевелился, и перед ними появился леший. Очень он был похож на старого её знакомого: только приглянувшись повнимательнее, она обратила внимание, что бородка у него была более густая, а глаза — цвета весенней зелени с тёмными крапинками.

— Почему чужих в лес привела, видящая? Знаешь ведь, не положено, — разворчался дед.

— Извини, хозяин леса, я сам напросился, ситуация у нас плохая. Древняя ворожба наружу стала выходить. Видимо, не все тайны остались скрытыми в твоем лесу. Помощь нужна, женщину надо спасти безвинно пострадавшую, — ответил вместо неё Верион.

— Пользуешься своей привилегией? — усмехнулся дед.

— Есть немножко! — ответил с улыбкой главный маг.

— Молодежь! — протянул леший и открыл тропинку, ведущую к древнему городу.

— О какой привилегии говорил лешак? — поинтересовалась Любава.

— Придёт время — расскажу, — ответил этот нехороший человек и улыбнулся, смотря на нахмурившуюся травницу.

Идти пришлось минут пять.

Ничего до нашего времени не сохранилось, однако в малом количестве остались руины зданий, фрагменты статуй, черепки, с одной стороны виднелись колонны, у большинства которых недоставало капителей, с другой стороны просматривались остатки фасадов строений, заросших травой. Зрелище было печальное: от руин веяло тоской, безысходностью и непонятной скрытой тайной. Пройдя вдоль старой и когда-то мощенной улицы, они двинулись немного вперёд.

— Знаешь, я в императорской библиотеке однажды наткнулся на карту древнего города, и, если не ошибаюсь, эти остатки строения похожи на книгохранилище, — сказал Верион и указал рукой на полуразрушенное здание.

— Думаешь, там можно что-то найти? — удивилась Любава. — По моему мнению, если что-то и оставалось после разрушения, то всё давно превратилось в труху.

— Не скажи, — усмехнулся он. — Древние умели ценить тайные книги, поэтому на каждую из них был наложена печать нетления. Даже если на вид они будут казаться готовыми рассыпаться, этого не произойдёт.

И тогда Любава вспомнила подаренные богиней Вишаньей книги ее рода.

Они пробрались сквозь нагромождённые камни внутрь здания и заметили в углу железную дверь.