Любава-травница Галиаскаса...

Глава 31

Любава принимала посетителей чаще всего с обеда и до вечера, но были и такие моменты, когда приходилось начать работу раньше. В лес она не ходила, все сборы были сделаны, и она упорно занималась изготовлением настоек и микстур. Курана приходила каждое утро и уходила поздним вечером. Любава стала подумывать оставить жить девушку у себя, чтобы не волноваться каждый день о том, как она добралась до дома.

В выходной день, когда женщина решила немного себя побаловать и понежиться в постели, кто-то начал стучаться в дверь. Не просто стучаться — буквально ломиться, прося о помощи. Любава, долго не думая, накинула на себя домашнее платье и быстро спустилась вниз. На пороге дома стояла женщина, а рядом с ней — мужчина, державший на руках ребёнка лет пяти, левая нога которого была сильно повреждена.

— Быстро в дом, — проговорила она. — Положите на диван, я сейчас.

Она забежала в лабораторию и, схватив сумку, сбежала вниз. Мальчик смотрел на неё. Смертельная бледность покрыла его лицо, а тяжёлое дыхание говорило о сильном повреждении.

«У него болевой шок», — поняла травница.

Она просканировала ребёнка. Состояние мальчика было критическим, в области стопы кости буквально были перемолоты чьими-то острыми зубами, не считая повреждения мягких тканей.

— Кто его так?

— Соседский ронар. Сын залез на дерево и свалился с него на соседский участок, — проговорила мать, всхлипнув. — Пока услышали крики и подбежали, ронар уже успел сделать своё дело.

Любава тут же промыла рану и влила обеззараживающую настойку. Дала мальчику снотворного и стала лечить кости. Было ощущение, что нога попала в мясорубку. Это какой же мощной силы должны обладать челюсти, чтобы не просто прокусить и разорвать кожу и мышцы, а повредить артерию и вены, вызывая массивное кровотечение?

Приведя кости в надлежащий вид, Любава стала сращивать поврежденную артерию, затем мышцы и только в последнюю очередь она срастила кожу на ноге мальчика. Когда Любава подняла голову, солнце стояло высоко на небе.

Представив перед собой рогара — зверя, похожего на собаку, но в несколько раз сильнее и мощнее её, пасть которого была усеяна мелкими острыми, словно иглы, зубами в два ряда, — Любава вздрогнула и передёрнула плечами. Мальчику просто не повезло встретиться с ним.

— Всё, — выдохнула она, чувствуя, что слабость и тошнота подкатывают как лавина. Любава встала и поплелась на кухню. Марьяна, которая недавно проснулась, поднесла матери воды.

— Золотце мое, какая ты у меня молодец. Сейчас я оклемаюсь немного и покормлю тебя.

— Я уже перекусила вчерашним ужином, мамочка. — Дочь с беспокойством взглянула на мать. — Ты выглядишь очень бледной.

— Поставь кипяток, я заварю себе укрепляющий настой трав. Жаль, что сегодня Курана отдыхает, как бы её помощь была кстати.

Выпив травяного отвара, Любава вышла к посетителям. Просканировав ещё раз мальчика, она успокоилась. Он спал сном выздоравливающего.

— Я не знаю, что там на самом деле произошло с соседом, но так это оставлять нельзя: надо привлечь к ответственности хозяина рогара. И мой совет относительно мальчика: покажите его менталисту, чтобы он ослабил воспоминания, которые в будущем будут мешать ему жить, но не стирал окончательно.

Время было обеденное, поэтому Любава решила приготовить что-нибудь съестное.

Стук в дверь отвлёк её от размышлений о главном маге. Ей казалось странным, что она неосознанно стала менять мнение о Верионе в лучшую сторону. Поставив обед на стол, Любава открыла дверь.

На пороге, искренне улыбаясь во весь рот, с букетом шикарных цветов стоял Верион Гласканиэль — недавний объект её мыслей. Удивившись, Любава всё же пропустила его в гостиную.

— Каким ветром вас занесло, господин маг? — спросила Любава.

— Доброе утро, госпожа Инсигнис. М-м-м, какие запахи! Я вас отвлёк от обеда? — Он протянул букет Любаве. — А где принцесса?

— Я не принцесса, я — мамина любимица, так она говорит, — ответила Марьяна, взяв мать за руку, склонила голову вбок и прижалась всем телом к её ноге.

— Хорошо, пусть будет мамина любимица, но для меня ты будешь маленькой принцессой. Держи. — Он вложил девочке в руки небольшой свёрток.

Глаза девочки расширились от удивления, затем наполнились нескрываемым любопытством: там были и радость, и предвкушение, и ожидание чего-то интересного. Она быстро развернула свёрток, и в руках девочки оказалась фарфоровая кукла, одетая в длинное нарядное платье, сшитое из шёлка и парчи. Девочка охнула от восторга и прижала к себе игрушку.

— Спасибо, господин маг, — прошептала она и сделала книксен.

Любава удивилась реакции девочки: она никогда не учила ее реагировать на подарки таким способом. Тут до травницы стало доходить, что она совсем забыла про мероприятие и надо было бы нанять учителя по танцам для будущего бала цветов. От мыслей ее отвлёк вопрос мага.

— А меня покормите?

Он лукаво смотрел на Любаву и довольно улыбался. Его синие глаза светились любовью и нежностью, а симпатичными ямочками на щеках невозможно было не залюбоваться.

«Что-то понесло меня не в ту степь. Соберись, Люба», — дала себе «увесистый подзатыльник» Любава и пригласила мага к столу.

Обед прошел очень весело и оживлённо. Они вели непринужденную беседу за столом, много говорили и смеялись.

Уже после обеда Верион вынул из-за пазухи ту самую книгу из хранилища. Любава совсем забыла о ней, замотавшись бытовыми вопросами.

— Я просмотрел её. Есть моменты, которые нежелательно было бы вам читать, и я даже рад, что вы не знаете языка, но всё же здесь больше полезной информации, чем приносящей вред. Вот этот медальон поможет вам читать на древнем языке. — Он вынул из кармана камень нежно-голубого цвета, висящий на тонкой золотой цепочке. — Советую записать всё интересное, что вам может понадобиться на практике.

Он надел медальон ей на шею. Долго не думая, Любава открыла книгу и пролистала всю. Странным было то, что в некоторых местах вместо текста было расплывчатое пятно.

— Удивительно, не весь текст читаем. Что-то написано на другом языке? — удивилась Любава и указала на то самое место, которое было скрыто.

— Нет, там написан текст, который может принести больше неприятностей, чем пользы. В основном это наведение порчи, приворотов, заклинания, влияющие отрицательно на организм существ, и всё в таком роде. Не просто так хранитель взял с вас слово о непричинении вреда. Как раз об этом и шла речь. — Он посмотрел на разочарованное лицо травницы и улыбнулся. — Поверьте, Любава, так будет лучше для всех.

— Спасибо, что вернули книгу. Теперь надо только выделить время и сходить в тайный город, чтобы взять из хранилища своё семейное достояние, — с нескрываемым чувством восторга, ожидания и любопытства произнесла Любава.

— Меня возьмёте с собой? — поинтересовался Верион и лукаво подмигнул травнице. — В последний раз мы с вами неплохо сработались.

У Любавы пробежали по телу мурашки: в глубине её сердца рождалось что-то дивное от этих, казалось бы, простых слов.

Проводив Вериона, который поцеловал её руку и долго держал её в своих, она находилась в лёгком смятении, не зная, как правильно воспринимать ухаживания мага. Когда голова стала пухнуть от тысячи вопросов, крутившихся в голове, она просто решила отвлечься и пошла в лабораторию. Ничто так не успокаивает нервы как монотонная работа, требующая предельного внимания.