Мажор по соседству

Глава 3

Таисия

Я бы вытерпела. Честное слово.

Ну, чего я, маленького паучка испугаюсь, что ли?! Вот еще…

Но наглый паук, вместо того, чтобы быстро спуститься, начал по моему лицу вышагивать с интересом, перебираю длинными лапками.

Это не настолько страшно, сколько щекотно и чуточку противно, что ли.

Я смахнула паука рукой, но жест вышел резкий, куст лопуха закачался.

Я снова притаилась, боясь, что меня обнаружат. Кажется, пронесло!

Прислушалась, о чем говорят. Зазвучало мое имя.

— Значит, ее зовут Таисия Шатохина! — довольно хмыкает Стас.

Вот гад!

А подружки? Тоже хороши! Растрепали все за секунду!

Зря я им, что ли, рассказывала, какой Чарский — мерзавец?!

Они, мало того, что меня не слушали, так еще и глазки ему строят.

— А зачем тебе Шатохина? Понравилась, что ли? — хихикает Оля.

Я просто вижу, как девчонки ломаются, по ногам вижу, как они позы меняют, перед городским себя выставляют опытными соблазнительницами.

Как только этот придурок им еще не нагрубил?!

Лично мне он грубил. Доброго слова я от него не услышала. Только брань, ругань и претензии, взятые просто из воздуха.

Все потому, что он кретин самовлюбленный.

Другой причины нет и быть не может.

Наверняка он любит себя настолько, что даже с собственным отражением в зеркале взасос целуется.

— Шатохина Таисия у нас девушка почти замужняя. За ней Ванюшка со школы бегает. Видела, они вчера в кустах у местного болота целовались… — добавляет Галка. — Типа речка! Фу… Лужа вонючая!

Вот брехло!

Ванюшка за мной бегает, но не целовалась я с ним.

Еще и в кустах у болота!

Чего я там забыла?! Мошку кормить?

Галка, оказывается, та еще врушка… Я ей устрою!

— Ванюша? Звучит, как будто дурачок, — вальяжно замечает Стас.

— Так дурачок и есть, правда, Оль?

Сучки!

Ладно, пусть мне кости перемывают, а Ванюшку за что обижать?

Пусть у него один зуб кривой и торчит некрасиво, но парень он добрый и отзывчивый.

Никому в помощи не откажет.

Чья бы корова мычала, а Галкина бы помалкивала!

Потому что Ванюшка по доброте душевной два дня назад Галке помог крышу покрасить. Полез по жаре на лестницу и выкрасил все, даже денег не попросил!

И она над ним теперь насмехается. Гадина бессовестная…

Разозлившись, я оглядываюсь!

Чем бы отомстить и не выдать себя?!

Сбоку муравейник, устроенный в взрыхленной земле.

Сморщившись, я запускаю в него руку и осторожно хватаю горсть земли прямо с муравьями и подкидываю Галке под ноги.

Она и не заметила, как рядом с ее ногами приземлилась кучка, в которой обеспокоенно муравьи копошатся. Пришлось самой руку отряхивать от назойливых букашек, делая это незаметно. Но это мелочи.

Я принялась наблюдать, как муравьи, пока Галка выкобенивалась, забрались по кедам и поползли вверх по ее ногам.

— Ааааа… Ааа…. Аааа! — завизжала она и начала дергаться, как будто ее бьют током.

— Они у тебя под юбкой! Они на тебе, Галя! — верещит Оля.

От визгов Оли Галка завопила, как свинья, которую режут.

Она всегда боялась насекомых, не переносила их, а теперь прыгает, как умалишенная, орет и трясет подолом юбки, задрав ее так, что трусы видно.

Сбоку улицы как раз двое местных парней, на пару лет старше, ремонтировали старый моцик. У

Увидев, как Галка юбкой машет и на всю округу свои трусы показывает, начали посвистывать и шлепать неприлично ладонью о кулак.

— Галчонок, а Галчонок, давай на мой присядешь? — шевельнул бедрами пошло. — Или сначала к Сидору? — толкнул своего приятеля, заржал. — То не даешь, не даешь, то всех кругом оповестила. Звездой подмахиваешь!

Галка убежала в рыданиях!

Оля бросилась следом за ней, ругая при этом местных парней.

Парни продолжали гоготать, как стадо голодных гусей, и со всеми подробностями смаковали увиденное, мешая пошлые замечания с матерком.

Уверена, эти два балбеса мигом по всей деревне растрезвонят, какого цвета и фасона у Галки трусы.

Более того, к вечеру местные будут говорить, что Галка вообще без трусов ходит и по кустам со всеми подряд шпехается.

Мама Галки в отделении почты работает.

Так что слухи до нее доберутся быстро. Ну и устроит же она своей младшей разбор полетов!

Услышав звук хлопнувшей двери машины и шорох шин, укативших в обратную сторону, я еще немного посидела в кустах лопуха.

Для верности.

Только потом выползла тихонечко и с другой стороны, чтобы не стать объектом насмешек двух парней.

Улучила момент, когда эти двое склонились над разобранным мотором мотоцикла, вылезла осторожно и пошла по другой улице.

Сделав крюк по деревне, вернулась к себе домой.

Уверенно шла к забору, ничего не подозревая.

Остановившись у калитки, я полезла в сумочку за ключами, как вдруг…

Меня потащило в сторону. За пышные заросли сирени, которые еще не превратились в деревце, потому что недавно посадили…

— Отпустите! — пискнула я.

На рот мне опустилась горячая, сухая ладонь. Грудь расплющилась о нагретый металл, а попу огрел шлепок!

— Говорил же, выдеру! — зашипел на ухо взбудораженный голос Чарского. — Не на того напала, малявка!

Да он не посмеет!

Не посмеет меня бить по попе!

Средь бела дня!

Да, в кустах сирени…

Но днем же!

Это неприлично.

Однако плевать было Чарскому на приличия.

Он шлепал меня по заднице тяжелой ладонью и на ухо так часто дышал, как будто всю дорогу за мной бежал, а не крался, тихо и подло.

— Отпусти! Больно… Ой. Ай… Ай-яй-яй! Горячооо… — бормотала в его ладонь, пытаясь укусить хорошенько.

— Горячо?! Это только начало, малявка. Со мной горячее, чем в аду! — рыкнул на ухо.