Таисия
Макияж поплыл. Я все стерла, почистила зубы…
Вернулась, Аня еще там, подскочила с виноватым выражением на лице, кинулась меня обнимать.
— Прости, я не хотела! Но ты все равно расстроилась. Я же хотела, как лучше, даже подружиться с тобой хотела. Чтобы узнать, какой Стас был с тобой? Другой? Или такой же? Ведь не бывает случайных событий, встреч… Все взаимосвязано. Вы должны были встретиться! Должны… Теперь у нас с ним все стало намного лучше, чем было…
Она ходила за мной по пятам и тараторила, тараторила, добивала своим оптимизмом и добродушием.
То ли блаженная, то ли просто хорошая актриса.
Нет, кажется, она была откровенна и искренна — ее глаза горели воодушевлением.
Аня меня обняла за плечи:
— Мы же с тобой не станем врагами, правда? Подумаешь, спали с одним и тем же парнем. Но все было честно, клянусь. Во время паузы это даже изменой не считается. Просто сейчас мы снова вместе, и, сама понимаешь, да, что вам придется прекратить эти встречи. Плюс мы помолвлены…
— Понимаю, — кивнула я. — Совет да любовь.
— Спасибо! — просияла она, расцеловала в обе щеки.
От нее пахло пахло соленой карамелью, конфетами, сладкими цитрусами. Меня снова чуть не вывернуло от приторного аромата.
— Я хочу узнать тебя поближе. Ты на архитектора учишься? Или на дизайнера? У нас почти одна и та же профессия, представляешь? Давай мы с тобой отправимся погулять? Знаю одно классное заведение, поболтаем. Честное слово, я не хочу, чтобы ты грустила. Ты еще встретишь хорошего мальчика, который будет думать только-только о тебе и больше ни о ком, честное слово!
Отвернувшись, я побрела на кухню, набрала воды в бокал. Грустно посмотрела на фрукты, шоколад. В холодильнике лежало мороженое. В ведерке со льдом — бутылка шампанского.
— Давай погуляем? — снова предложила Аня. — Ну же!
Мне вдруг захотелось схватить это ведерко и… швырнуть его в лицо невесте Чарского. Но разумнее было бы самой сунуть голову в этот лед, чтобы охладиться.
Гулять еще с ней!
Сука… Сука…
Хотя, почему бы и нет, усмехнулась я своим мыслям.
— Только я переоденусь. Платье запачкала, — ответила я.
— Буду ждать! Через пять минут вызову нам такси. Я теперь не вожу машину с того времени, как лишилась близкого человека. А у тебя есть братья-сестры?
— Есть, расскажу.
Я переоделась, снова подкрасила лицо, внутри меня будто все выжгло и стало пеплом.
Потому что я точно знала: Аня не соврала, это реально!
И потусить с ней немного, пофоткаться… Может быть, даже не плохая идея? Нет, дружить с ней точно не выйдет. Но пофоткаться и потом скинуть это фото Стасу, дав понять, что я все знаю, будет даже прикольно.
Интересно, что он скажет: Малявочка, это не то, что ты думаешь?
Или упрекнет, что я влезла, куда не следует?!
Какая же он все-таки мразь!
Приятным заведением оказался клуб. Я танцевала, веселилась с Аней, делая вид, что все прекрасно. Но каждый шаг давался мне с трудом, каждая улыбка, как удар ножом в сердце. Кажется, я поняла, что чувствовала Русалочка, когда решилась на договор с колдуньей и смогла выйти на сушу ради того, чтобы быть вместе с любимым.
Только мои шаги были как раз для того, чтобы не быть вместе с Чарским, вырвать его, будто заразу из своего сердца. Плохой, ядовитый сорняк, которому не место в моей душе и в моих мыслях.
Фотографий я наделала неисчислимое количество. Пить хотелось со страшной силой, взяла коктейль с небольшим количеством алкоголя. Он уже нагрелся, пока я плясала, и не остужал, пришлось осушить его одним махом. Потом я снова отправилась танцевать и будто поплыла. С трудом держалась на ногах, побрела обратно к столику, но запнулась и чуть не рухнула, привалившись на чужой диван.
Все плыло перед глазами. Голоса и музыка звучали иначе.
— Девушка, это наш столик, мы его бронировали. Ой… — раздалось довольно знакомое. — Тася?! Тася, это ты?
Меня затормошили, голос оказался знакомым. Я с трудом открыла глаза.
— Гааааалка? Ты, что ли?
— Я, а ты… Боже, что с тобой. Ты бледная какая-то. Все хорошо? А глаза… У нее что-то с глазами. Вань! Ваня…
Еще один знакомый голос.
Ванька протиснулся через толпу с двумя высокими бокалами, но, увидев меня, быстро грохнул ими о столик и принялся меня тормошить.
— А вы вместе? Вместе? Ваааань, Галка по тебе сохнет. Ты хороший. И Галя тоже хорошая, не то, что другие. Вы все такие хорошие, и Аня… Аня тоже!
— Какая Аня? Что за Аня?! Кто она?
— Аня… Аня. Она там, — махнула я рукой.
— Никого нет. Что за Аня такая?!
— Аня — это невеста моего парня. Она классная и очень красивая, веселая, а я дура... — расхохоталась я и разрыдалась.
Меня просто размазало, еще и снова начало тошнить, холодно. Рук и ног не чувствовала совсем… Провалилась в какой-то черный колодец, а его стены — будто живые, цветные, давили со всех сторон.
Такая дичь перед глазами проносилась… Ни в одном калейдоскопе я таких ярких вспышек и причудливых сочетаний цветов не видела.
Потом отключилась.
Проснулась от холода. Зубы застучали. Пошарила руками, вцепилась в одеяло, натянула повыше.
— Где я?
— В больнице, конечно. Куда же вас таких, красивых и обдолбанных, еще привезут? — раздался женский голос. — Тошнит? Голова болит? Кружится?
— Я не знаю. Еще не знаю. Мне просто холодно. Холодно очень. Можно мне еще одно одеяло?
— Здесь тебе не гостиница, — оборвали сухо. — Сейчас все проверим… Так… Ага… Полежи.
Полная медсестра вышла, вернулась, принесла баночку, сухо сказала, чтобы пописала и принесла в такой-то кабинет:
— Оставишь мочу, сдашь свежую кровь. Если все хорошо, то завтра на чистку.
— К-к-какую чистку?
— Беременность у тебя замершая, кукушка. Матка не в состоянии очиститься самостоятельно после выкидыша. Выскабливать будут.
— Беременность?! Замершая?! Как это? У меня месячные были… Не в срок, но были. Вы ошибаетесь!
Медсестра пожала полными плечами:
— Все подтвердилось, хочешь подробности, загляни к гинекологу, у него все анализы и результаты осмотра.
Она направилась на выход и вернулась.
— Чуть не забыла, — выложила на столик одноразовый бритвенный станок в упаковке. — Побрейся, лобок перед операцией должен быть чистым.