Магия льда для мастеров

Глава 12

Комиссия подошла к делу крайне ответственно. Поднять артефакты таки пришлось, потом продемонстрировать их функциональность — что не просто так лежат, а работают. Тетушка с дядюшкой не идиоты, сообразили, что раз я сумела отбиться от бандитов, то и согреть воду сумею. Но мы подготовились, и этот вопрос был успешно снят.

Зато насытившийся господин Ранфельн переключился на другой сомнительный момент.

— Кто ставил защиту? Ты? — в меня уткнулся короткий пухлый палец.

Я молча кивнула, давя порыв его сломать или хотя бы вывихнуть, чтобы научить владельца общаться повежливее. Не время еще.

Господин Ранфельн просиял.

— Налицо нарушение. Использование высших заклинаний несовершеннолетним и неуполномоченным лицом. Прошу пройти с нами.

И помахал рукой, подзывая стражей. У меня было смутное подозрение, что к этому все идет. Родственнички прекрасно понимали, кто в семье главный бунтарь. Убери меня — Кай станет покорнее, а остальные вообще не часть нашего рода, их и спрашивать не нужно. Выпереть на мороз — и дело с концом.

— Объясни ситуацию господину Бергвику, — тихо шепнула я брату, поднимаясь. — В случае, если и он не справится, пусть обратится к подчиненным Хозяина льда. Тот мне должен.

— Я быстро! — заверил Кай.

Я успокаивающе похлопала его по руке.

— Не торопись. Ничего со мной страшного не случится. Ну посижу немного в камере, отдохну.

С желаниями следует быть поосторожнее. Они имеют свойство сбываться самым неожиданным образом. Вот просила возможности поспать подольше — а чем еще заняться в заключении?

Господин Ранфельн самолично поднес мне блокираторы. Увесистые, как кандалы, со сложным выгравированным по металлу узором и инкрустацией камнями. Непростые. Тут явно готовились.

— Давайте я сначала обратно защиту выставлю, а потом уже сдамся? — невинно улыбаясь, предложила в ответ. — Все-таки в садке ценные породы рыб, в доме несовершеннолетние. Вдруг вломятся, ограбят. Кто отвечать будет?

Господин Ранфельн помялся. Видно, по регламенту арестовать меня полагалось на месте. Но и в словах свой резон был: отвечать за возможное преступление представителю властей не хотелось. При том, что он прекрасно осознавал его вероятность. Если его действительно подослали Фроствики, дальнейший план их прост и очевиден. Рейдерский захват, повторение того, что не удался в первый раз. Но теперь, без моей поддержки, у них все шансы на успех.

С другой стороны, ферма — дар молодого наместника. И спросит он в случае чего с комиссии.

— Нельзя, — с откровенным сожалением покачал головой господин Ранфельн. — Вас же за это сейчас и арестовывают. Несанкционированное использование высших заклинаний. Вот когда разберемся, есть ли у вас на такое разрешение, тогда и ставьте себе, сколько влезет.

Я нахмурилась. Ферму было жаль, но за ребят вдвойне тревожно.

— Все — к Бергвикам! — обернувшись к брату, приказала я. — И пока не выйду, носа не высовывать.

Если со злости что-то порушат мародеры, восстановить всегда можно. А вот новых друзей мне не выдадут. Их беречь надо.

Кай понятливо кивнул, вышел следом за нашей короткой процессией и демонстративно запер калитку. Тайринг и Вильда закутались в куртки и нахохлились, с тоской поглядывая на плещущуюся в запруде воду. Ребятам было отчаянно жаль потраченных сил. С такой любовью все устраивали, чтобы отдать на поругание? Впрочем, у меня еще немало сюрпризов по территории припасено. Может, и уцелеют постройки до нашего возвращения.

— Вы уж присмотрите, чтобы ничего с фермой не случилось. — Наивно хлопая глазами, я протянула вперед руки, добровольно сдаваясь.

На запястьях щелкнули браслеты, отсекая магию. Стало трудно дышать. Неудобства ненадолго, скоро сниму гадость. Но пока едем в сторону тюрьмы, придется потерпеть.

Транспорт у комиссии оказался попроще, чем у Хозяина льда, и куда менее удобным. На рытвинах трясло и подбрасывало, а господина Ранфельна, судя по зеленоватому цвету лица, еще и укачало.

Место заключения располагалось в центре, около управления порядка. Отдельная приземистая пристройка с крошечными полуподвальными окошками без стекол, с решетками, сквозь которые не просочилась бы и кошка. Внутри было холодно — что ожидаемо. И многолюдно.

Иллюзий особых по поводу комфорта размещения я не питала. Но все же не ожидала, что меня, юную невинную девочку, пойманную на применении высшей магии (не самое страшное преступление, прямо скажем), отправят в одну камеру с убийцами и грабителями.

А именно так и произошло. Предварительное заключение — не тюрьма. Сюда свозят задержанных со всего города, и здесь они ожидают обвинения либо освобождения. Иногда вообще всего сутки сидят — если надебоширили по пьяни, но предъявить особо нечего. Ни погибших, ни раненых, а ущерб готовы оплатить. Я тоже была готова оплатить, но меня не спрашивали.

Глава отряда галантно сопроводил по коридору до самой последней двери, открыл ее и с нескрываемым сочувствием предложил мне зайти.

— Если будешь громко кричать, может, кто-то и придет на помощь, — шепнул он на прощание.

Ну, спасибо, конечно, но кричать я точно не собиралась. Хотя встречающая делегация, несомненно, впечатляла. Казалось, сюда специально ради меня пригнали бандитов со всего Вальмарка и окрестностей. Причем не карманников каких, дохляков с тонкими чувствительными пальцами, а матерых наемников. И камеру как по заказу отвели просторную, есть где развернуться.

За спиной лязгнула металлическая дверь, отсекая меня от свободы.

Толпа ожидающих разом повернулась в мою сторону и синхронно довольно осклабилась.

— Свеженькая. Иди сюда, девочка. Дядя не обидит, — поманил меня бугай самой отталкивающей наружности.

Помимо пересекающего лицо шрама, искривившего рот и навеки закрывшего один глаз, его украшали иные травмы разной степени тяжести. Например, на левой руке не хватало сразу двух пальцев и фаланги третьего, будто по ней в свое время неудачно полоснули лезвием.

— Дяденьки, я здесь случайно… — заблеяла я, старательно изображая дурную овцу.

Может, пожалеют и отстанут? Но, похоже, им приплатили за шоу, потому что с узких лавок вдоль стен поднялось еще трое придурков устрашающего вида.

— Случайно, не случайно, нам все веселее будет, — продолжал глумиться беспалый. — Может, станцуешь что? Такая миленькая домашняя девочка должна уметь хорошо танцевать. И прислуживать тоже. Ты же водница?

— Откуда вы знаете? — вскинулась я, выходя из образа.

Но увлекшийся бандит этого не заметил.

— Мышка на хвосте принесла, — хмыкнул он. — Но тебе с той магии толку не будет. А если будешь поласковее, то останешься живой и даже здоровой. Ну?

— Мышка, значит, — протянула я. — Догадываюсь, что то была за крыса. Ребят, давайте миром разойдемся? Вы слышали про Хозяина льда?

Немного нагло с моей стороны пользоваться чужим авторитетом, но своего я пока еще не нажила. Впрочем, фокус не сработал. Сокамерники дружно заржали.

— Ну ты придумала. Кто ж тебя, малолетку, в команду Хозяина льда возьмет? — прокаркал беспалый. — Будешь себя хорошо вести, познакомлю с ним, так и быть. Ему нужны сильные магички.

— Какой вы добрый и отзывчивый! — восхитилась, все еще надеясь на бескровное решение проблемы.

Но нет, видимо, Фроствики заплатили достаточно, чтобы отбить мужикам инстинкт самосохранения. Еще и наплели наверняка с три короба о том, что я сирая-убогая, никому не нужная. Иначе бы бугаи так не осмелели.

— Полагаю, упоминать знакомство с господином Бергвиком тоже смысла не имеет, — протянула, оглядывая достопочтенное собрание.

— Ври больше, — подтвердил мои догадки беспалый.

Покалеченная рука больно ухватила меня за подбородок, задирая лицо к потолку. Надо мной нависла довольная харя, дыша перегаром и луком.

Я примерилась, взвесила на запястьях браслеты. Сойдут за утяжелители и своеобразные кастеты. Прослойка магии защитит кожу и позволит потом их снять, если повреждения затронут структуру.

— Ребят, как же вы вовремя! — искренне восхитилась вслух, хрустя костяшками. — Я вас и без магии под орех разделаю, настроение подходящее.

Полагаю, Фроствики рассчитывали хорошенько запугать меня, а то и слегка травмировать. Физически или психологически — как получится. Подписанный с господином Бергвиком договор не позволял просто забрать у меня участок. Однако если я по доброй воле оформлю дарственную — что угодно, лишь бы выбраться на волю, тогда у них открывался простор для маневра. Выкупить у мага земли ферму по себестоимости, например. Траты, конечно, немалые. Но учитывая, что взамен они получат действующее отлично налаженное производство — ерунда.

Каково же было изумление родственничков, когда вместо трясущейся, затравленной девицы их взглядам в общей камере предстал десяток затравленных, трясущихся мужиков разной степени побитости.

Часть временных обитателей проявила благоразумие и в драку не полезла. Им повезло: успели вовремя оценить мои навыки и отодвинулись к стене. Благо размеры камеры позволяли. Зачинщиков же я щадить не собиралась. Нападать кучей на маленькую беззащитную девочку-подростка? Им же хуже.

За прошедшее время в этом теле я успела поработать над ловкостью и скоростью. Сил во мне пока что немного, но зато я тоненькая и довольно верткая. Зацепить меня сложно, зато я могу подныривать под слишком медленные замахи, проскальзывать между расставленными ногами и раздавать короткие, жалящие удары по уязвимым точкам. Браслеты в итоге скорее мешали, чем помогали, но стряхивать их в кутерьме было некогда.

Бугаи попались упертые и осознали свою промашку не сразу. Только когда последний нападающий рухнул без сил, постанывая и держась за пострадавшие места, драка остановилась сама собой.

Я потерла ноющие костяшки — все-таки удар у меня пока нехорошо поставлен, чуть косточки не переломала. Надо бы грушу дома завести. Вопрос только — в котором доме… Можно постепенно начинать обживаться у секретаря. Господин Эйсгем наверняка захочет, чтобы я задержалась подольше: все же и брату личину подделать нужно, и его самого премудростям научить, да и в принципе слишком я загадочная личность, чтобы выпускать из поля зрения.

— Ну что, продолжим? — жизнерадостно уточнила у вяло отползающих прочь, к лавкам, негодяев.

— Что ты за тварь такая? — простонал беспалый, баюкая сломанную руку.

А нечего было тянуть ее к девичьим прелестям!

— Но-но, попрошу! — я воздела к потолку палец, и мужчины разом отшатнулись, решив, что избиение продолжается. — Твари это вы, нехорошие люди. Совесть вообще есть? Я одна, вас много. На что вы рассчитывали?

— На легкие деньги, — проскрипел из угла пожилой бандит.

Я его била не сильно, из уважения к возрасту. Под дых разок, чтоб не встал уже.

— И сколько вам заплатили? — обрадовалась я. — А главное — кто?

— Сто фирнов, — выдохнул с нескрываемой злобой беспалый. Он уже понял, что прогадал. На одного целителя половина уйдет. Но кто ж знал! — Пожилая пара, женщина в мехах вся, очень высокомерная.

— Тетушка, — тут же признала я родственницу. — Чудненько. Вы, ребята, не расползайтесь далеко. Показания давать будете.

— Нас потом никто не наймет! — возмутился один из громил. — Мы храним в тайне личность заказчика, таковы правила!

— Вас и так никто больше не наймет. И не найдет, скорее всего. Сами подумайте. Я же предупреждала не связываться?

— Да… — нестройным хором признали бандиты и погрустнели.

— Я ж просила хорошенько подумать и вспомнить Хозяина льда и господина Бергвика? — еще ласковее продолжила я.

— Просила… — понурились паразиты окончательно.

— Так вот, если не будете слушаться и дальше, я им пожалуюсь! — тоном капризной девочки завершила сеанс воспитания и устроилась на лавке отдыхать.

Толпа задержанных отхлынула на противоположную часть камеры, как по волшебству, хотя магию я не использовала. Проверила на всякий — схемы в наручниках уцелели, так что пусть их снимают уполномоченные лица, как положено.

Посетители явились часа два спустя. На улице давно рассвело, погода выдалась солнечной и в узкое окошко под потолком просачивался яркий луч, безжалостно демонстрируя пляшущие в нем пылинки. Услышав звук отпираемого замка, я лениво приоткрыла один глаз.

— Доброго денечка, дорогие родственники. Вы не торопились, — пробормотала себе под нос, не делая попыток встать.

— Что здесь происходит? — возмутился дядя, глядя на странноватую картину.

Жмущиеся в одном углу уголовники и безмятежно дремлющая я — напротив.

— Это я у вас хотела спросить.

Фроствики переглянулись. Отступать им не позволяли гордость и жадность. Даже не знаю, чего больше.

— Мы готовы оплатить твой долг перед господином Бергвиком, — высокомерно уронил дядюшка.

Он вообще поразительно быстро пришел в себя и вернул былой апломб.

— Не хочу, спасибо, — вежливо отозвалась я и закрыла глаз обратно.

Бесить родню оказалось невыразимо приятно. Интересно, когда они не выдержат и кто лопнет первым?