Наследники. Выжить в Академии

Глава 4 Боевая магия

Первые шаги дались просто. Около земли мост крепко пружинил под ногами и не собирался раскачивать на ветру. Но с каждым шагом я всё больше и больше чувствовала, как доски немного гуляют то влево, то вправо, как перила-канаты подрагивают под пальцами и так и норовят выскользнуть куда-то в сторону. Ящик трансформировал ноги в кошачьи лапы и как ни в чём не бывало ловкий и приспособленный ко всему на свете, потрусил вперёд. Вот бы мне кошачьи лапы сейчас! Или хотя бы когти! С каким удовольствием я впилась бы ими в эти канаты!

Я держалась двумя руками за оба поручня и крохотными шажочками двигалась вперёд, оставляя надёжную каменную площадку всё дальше и дальше позади. Ветер стал завывать и бросаться мне в лицо куски облаков, проплывающих мимо. Они набегали серым туманом, делали верёвки-перила влажными, а доски, поскрипывающие под ногами, ненадёжно скользкими. Не знаю, сколько мне удалось пройти, наверно, не больше двадцати метров, когда налетел порыв ветра и качнул мост. Наверное, полотно досок сдвинулось не больше чем на метр, но мне показалось, что на все сто!

Я вцепилась в перила со всей силы. Ужас поднялся изнутри. Мигом представила, как я срываюсь, перевалившись через хлипкие перила-канаты, и лечу вниз, размахивая руками и крича что-то невразумительное. Кажется, «Будь ты проклят Дейвон!». Да, определённо пусть это будут проклятья в сторону сводного братца. Да и не брат он мне вовсе! Ни капельки общей крови в нас не было. Король усыновил осиротевшего ребенка своего верного генерала. Жест доброй воли, красивая забота. Ага, конечно! Просто его дети все погибли кто в детстве, а кто на бесконечных войнах с соседями. Вот и состряпал себе ещё одного «сына, лишь бы мне, девчонке из побочной и «недостаточно воинственной для династии ветви» трон не отдавать!

Мысли о Дейвоне меня немного подбодрили. Хрен ему! Не дождётся он моего позора! Но ужас перед высотой был неописуем. Я всегда так боялась её, не могла преодолеть этот страх. Мама шутила, что, наверное, в прошлой жизни я умерла, упав со скалы, поэтому так и не освоила ни полёты на драргах, хотя папа и держал нескольких в загородном поместье, ни зелья левитации, ни чары полёта. Хотя последние мне были не по дару. Куда мне! Из-за страха высоты всё это было для меня табу. Ограничивало.

И вот я стою на хлипком мосту за тысячу километров от родного дома в туманном облаке и с ещё более туманными перспективами, если не пройду эту дорогу. Что со мной будет, если Дейвон Браганский сядет на трон? Что останется мне, отвергнутой наследнице? Его вельможи наверняка будут обеими руками голосовать за то, чтобы свернуть мне шею по-тихому. А если я соберу союзников, то это гражданская война. Да и кого я соберу? Армия будет за Дейвона, к гадалке не ходи. Кто станет поддерживать хлипкую, балованную принцессу вместо сурового военного гения?

Вот и получалось, что без успеха в этой академии мне конец. Никто не станет воспринимать меня всерьёз. Никто за мной не последует. А одна даже принцесса крови не сможет править. Увы, власть так не работает. У дворян всегда найдётся кандидат получше меня. Уже нашёлся.

Я сжала канаты и посмотрела вперёд. Мост уходил в туман, Далеко ли до конца? Я не знала. Но оставалось только одно — идти вперёд и не оглядываться. И неважно как мне страшно, а страшно мне было очень сильно.

Колебания моста успокоились. Я почувствовала капельку уверенности и медленно стала двигаться дальше. Кажется, первый удар я выдержала.

Набегающие то и дело облака скрывали пропасть внизу, и, двигаясь в плотном тумане, я воображала, что земляне так уж и далеко. Но когда ветер смахивал с меня спасительную дымку, и я неосторожно косилась за перила, ужас сковывал по рукам и ногам, сдавливал дыхание, параличом схватывал пальцы. Я останавливалась и стояла, как истукан не в силах заставить себя сделать ещё один маленький шажок вперёд, не в силах даже на секунду оторвать руку от спасительных перил.

Ящик, недоумевая, бегал туда и сюда, отбегал чуть вперёд, возвращался. Один раз даже поточил когти об канаты моста.

— Не тронь мост! — крикнула я. — Я, вообще-то, по нему иду, ты, что не видишь?!

«Иду» было, конечно, громко сказано. Уже минут пять я стояла столбом, потому что ветер снова качнул мост. А поскольку я, похоже, дошла до середины, здесь вибрация была самая большая. Мост ходил ходуном, туда и сюда, влево и вправо, и я ничего не могла поделать со своим животным ужасом и инстинктом вцепиться во что-нибудь и замереть, пока не придёт помощь.

Но помощь ко мне не придёт! Ко мне придёт Дэйвон, который с насмешкой отправит меня домой, похоронив мои амбиции и мечты. А может и меня саму.

Я покосилась на часы. До обеда осталось сорок минут.

Если я опоздаю, все мои страдания здесь будут зря. Зря будет ужас в лабиринте и выбитый зуб и та жуткая черная труба и Ящик, бросившийся под каменную колонну. И моё падение с драрга будет зря. Всё. Это. Будет. Зря.

Мысль ударила меня болезненно как пощёчина. Вот я стою на этом проклятом раскачивающемся мосту вся мокрая от холодного пота. Еле дышу, истерически посмеиваюсь и ради чего я всё это делаю?! Неужели это я? Домашняя девочка Фиона Церингер! Разве это моё? Разве здесь мне место? Может всё бросить? Вернуться домой?

Нет. Я не могу. Нет обратно пути. Я должна обыграть Дейвона в его игру или наш дорогой дядюшка спишет меня со счетов, а весь двор будет смеяться над неказистой никчёмной наследницей, которая возомнила себя способной руководить страной.

Да мне страшно. Но нет, я не готова сдаваться

— Но тогда вперёд, — сказала я себе и кто-то новый, совсем незнакомый мне родился на мосту над пропастью. Фиона, которой я была час назад, не смогла бы оторвать руки и ноги и пойти вперёд, как будто её совсем не страшит высота. — Вперёд, вперёд, вперёд!

И я пошла. Не побежала, конечно, куда там, но хотя бы пошла уверенным прогулочным шагом. И когда ветер снова толкнул мост, и перила затанцевали под руками, а доски пришли в движение и подкинули меня по ощущениям чуть не на метр вверх, я не остановилась. Просто твердила «вперёд, вперёд, вперёд» и шла, шла и шла. Середина моста, похоже, осталась позади, колебания стали меньше, я приближалась к концу этого ужаса. Поверить не могла, неужели вот сейчас я снова окажусь на твёрдой земле!

— Ящик, миленький, ну что там? Далеко ещё?..

В этот момент я как никогда жалела, что Ящик не умеет разговаривать. Наконец, из тумана выступили очертания каменного плато. Я была рада видеть твёрдую землю, как утопающий, который пару суток дрейфовал на бревне посреди океана. Припустила чуть не бегом, и в этот момент нога поскользнулась на мокрой доске.

Я упала на мост, одна нога съехала в сторону и повисла над пропастью. Я вскрикнула, вцепилась в перила и замерла. Умом понимала: всего лишь одна нога, я сижу на мосту, он никуда не делся, крепко держусь за перила. Но ужас с новой силой сковал меня. Необоримый животный инстинкт поднялся изнутри и велел мне замереть. И я замерла в каких-то жалких нескольких метрах от земли.

— Вперёд. Вперёд. Вперёд, Фиона. Ты можешь. Ты уже так далеко забралась, столько всего вытерпела, что этот мост просто ерунда. — Пробормотала я. Даже говорить мне было тяжело, ужас сдавил горло.

Я отдышалась и заставила себя встать сначала на четвереньки, не выпуская канаты перил, а потом на ноги.

— Прекрасно. Всё замечательно, мы справляемся. Мы ведь справляемся, Ящик? Мы справляемся, мы справляемся…

С этой скороговоркой я доковыляла до земли. Забежала на неё, отбежала от моста и остановилась задыхаясь. Мне было даже страшно посмотреть назад. Неужели я прошла самый высокий навесной мост академии? Неужели? Я, Фиона, которая боится высоты до смерти, смогла его пройти?

— Я смогла. — Сказала и всхлипнула. Слёзы выступили на глазах, то ли радости, то ли испуга. — Пошли скорее, Ящик! Времени в обрез!

С этого плато вёл такой же мостик: переплетённые канаты и доски, кажется ещё более длинный, а значит, менее устойчивый. Не дала себе время задуматься, пробежала плато и пошла по мосту. Воспользовалась тем же приёмом, что на лестнице: стала напевать. Ритм хоть как-то помогал не останавливаться и не замирать от ужаса. Этот мост был ниже совсем немного, а гулял под ветром ещё хуже. Пару раз я останавливалась, пережидая особенно сильные порывы, но второй раз было уже не так откровенно страшно. Я ни разу не замерла больше чем на несколько секунд, ни разу не посмотрела вниз, и ни разу не оглянулась. Третий мост был совсем короткий, его я преодолела без проблем. Четвёртый очень крутым, тут пришлось немного замедлиться. Но слава богам форменные ботинки, которые выдали всем кадетам, хорошо держались на влажном дереве. Кое-где поскальзываясь и перебирая руками по канатам, преодолела и четвёртый. На пятом уже и не знала чего я так боялась в начале, только нервно смотрела на часы, где стрелки бежали все ближе и ближе к полудню. На шестом мосту снова поскользнулась. Но на этот раз просидела не более нескольких секунд, подтянулась, выпрямилась и пошла дальше.

После десятого мне надоело считать мосты. Где-то на одном из них, между каменными отвесными стенами мелькнул задний двор академии, а на нём группы кадетов. Все уже были там! Времени было без пятнадцати, а ещё до столовой идти!

Я побежала. Побежала во весь дух! Не допущу, чтобы всё пропало зря! Успею! Успею! После очередного моста упёрлась в каменную лестницу, ведущую на задний двор академии со стартовыми столбиками полос. Я уже видела Малику и Ференца в шляпе. Я была так близко! И тут увидела офицеров, что шли от академии. Они были ближе меня! Они придут и если меня не будет…

Я поскакала через две-три ступени вниз, поскользнулась на повороте лестницы, свезла ладони, вцепившись в камень, чтобы не упасть.

Успею, успею, успею!

На последнем пролёте я запнулась.

— Нет! Нет! — замахала руками, пытаясь сохранить равновесие… и кубарем полетела вниз.

Всё завертелось, я неловко попыталась остановить падение и больно ударила правую руку. Что-то хрустнуло. Я кое-как сгруппировалась и позволила силе притяжения доделать всё, что она задумала.

Через несколько бесконечных секунд мир перестал вращаться, а каменная лестница пинать меня. Я пошевелилась и тут же скривилась. Рука болела ужасно.

Неловко приподнялась и осмотрелась. Оказалось, что упала я прямо под ноги капитану Сора. Он стоял в чёрной офицерской форме, а я прикатилась как раз к его начищенным сапогам. Офицер устало вздохнул, скрестил руки на груди.

— Церингер, я правильно понимаю, что ты опаздываешь на… — он запнулся.

— Сэр… — Я вскочила на ноги. — Я уже здесь, сэр.

— Вижу, что здесь. У тебя рука сломана, кадет.

— Что? — посмотрела на правую руку. Ткань рубашки что-то странно приподнимало, расползалось кровавое пятно. — Эт-то ерунда, сэр.

Я снова посмотрела на руку. Это же лучевая кость торчит. У меня открытый перелом!

Осознание медленно добралось до мозга, а с ним и боль. Я подняла глаза на капитана… и медленно опустилась на колени. Ноги перестали меня держать.

— Простите, сэр! Я упала. Не хотела… — я скривилась от боли. — Я не опоздала. Не надо мне удавку, пожалуйста!

От вида сломанной руки меня замутило. От ощущения непоправимого вреда, от ужаса, что тело не может больше работать как следует, меня прошила дрожь. От шока я ничего не понимала поэтому когда капитан Сора крикнул «ЦЕРИНГЕР!», я попыталась встать.

— Да не ты, бестолочь! — заворчал Сора.

От нашей группы Молокососов подбежал Дейвон.

— Сэр!

— Твой кадет? — капитан кивнул на меня.

— Да, сэр.

— Почему первая помощь не оказана?

— Я не видел, сэр.

— Не хватает наблюдательности, Церингер? Так я тебе её живо привью. Оказать помощь и вернуться на построение. Выполнять!

— Есть сэр!

Дейвон попытался взять меня под левую руку, но я отпрянула.

— Пожалуйста…

— Всё хорошо, Фиалка ты моя нежная, я просто отведу тебя к лекарям. Ну же.

И я поверила ему, как верила в детстве. Однажды я спряталась в доспехах и, вылезая, порезала руку об острый край стали до кости. Дейвон нёс меня на спине до взрослых и подбадривал всю дорогу, пока я ревела в три ручья.

— Спасибо.

Он поднял меня, вынул из кармана какую-то бумажку, развернул. На листке было начертано заклятие. Дейвон подул на письмена, они вспыхнули алым, разгорелись, посыпались искры. Дейвон обладал выдающимся магическим даром, но даже он не мог открыть портал по щелчку пальцев. Вот и пользовался «шпаргалками» — так их называли маги. Заранее заготовленные схемы чар, в которые только остаётся вдохнуть магию, заставить энергию пробежать по линиям и сложиться в нужный узор.

Дейвон бросил листок на землю, чары из него вспыхнули на песке, впечатались в него и загудели. Перед нами открывался простенький и явно на короткое расстояние портал.

— Ты меня похищаешь, да? — пробормотала я, неловко прижимая к себе руку. Даже коснуться боялась. — Прости, я несу бред…

— Держись, Фиалка, сейчас тебя залатают.

Дейвон обнял меня за плечи, и мы вдвоём, словно в узкий дверной проход, протиснулись в портал.

Вышли в комнате с большими стрельчатыми окнами. Слева и справа стояли несколько кроватей, лишь одна была занята. Бледный парень лет семнадцати со светлыми пушистыми волосами сидел на койке и читал книгу, держа её одной рукой.

— Лекарь! — крикнул Дейвон.

Дверь в конце комнаты открылась, и вбежал высокий мужчина в сером одеянии с вышитым знаком целителей. Только увидел меня и сразу сбавил шаг.

— И чего так орать, будто у тебя тут голова на одной сопле висит? — сказал он недовольно.

— Садись сюда. — Дейвон усадил меня на койку. Светловолосый парень, не стесняясь, отложил книгу и уставился на меня как на дармовое представление.

— Ну и? — целитель подошёл, привычным жестом подогнул рукава робы. — Четыре удавки? На неё точно стоит тратить время?

Лекарь был темноволосый, волосы длинные убраны в небрежный пучок. Странно это. В академии все, кого я видела из офицеров, стриглись коротко.

— Перелом. Открытый. — Дейвон показал на мою руку.

— Открытый?! — театрально изумился лекарь.

— Хватит кривляться, а? Ей больно вообще-то!

— Какой же я бессердечный! Просто нет слов, как мне стыдно. Сейчас побегу, размазывая слёзы, и спрыгну с Белого пика, — целитель подошёл, не особо церемонясь, взял меня за запястье. — Терпи.

— Что?

Боль скрутила так, что я задохнулась. Целитель окутал мою руку жёлтым свечением, дёрнул, вправляя кость. Я заорала.

— Мне тебе кляп вставить? — поинтересовался лекарь. Посмотрел на меня так, будто зевок давил. — Сказал же, терпи. — Он стал водить рукой, над местом перелома. Зажгло так, что я дёрнула руку, пытаясь вырваться. Мне спокойно позволили это сделать.

— Дорогая моя, драгоценная, — устало сказал лекарь. — Терпи давай или иди свои кости естественным путём дома сращивай.

— Полегче, Врона. — сказал Дейвон. Целитель с наглой улыбкой выпрямился и повернулся к нему.

— А то что? Королевские детки меня возьмут на заметку? Рот закрой, Церингер, и держи свою девку или я ухожу, и лечи её руку сам, как умеешь.

Я, задыхаясь, баюкала руку. Как ни противен был этот целитель Врона, кость, похоже, начала срастаться. Глянула на блондина на койке — он сидел довольный, чуть не светился.

— Вытяни руку, Фиона. — сказал Дейвон, напряжённо буравя взглядом лекаря. — И терпи.

Я подчинилась. Дейвон протянул мне ладонь. Я, ни о чём не спрашивая, вцепилась в неё левой рукой, и когда целитель снов зажёг жёлтый свет, сжала ладонь Дейвона что есть сил. Затопала ногой, закривлялась, заскулила, но не кричала. Врона как будто специально не спешил.

Когда он закончил, я вся была в испарине и в изнеможении упала на койку.

— Она отдохнёт тут немного. — Сказал Дейвон.

— С переломом? Может, и ты отдохнёшь с насморком? Мои койки для больных, а не для отдыха нежных дворянских детишек, которые сюда поиграть приехали.

— Она отдохнёт тут.

Несколько секунд Врона и Дейвон буравили друг друга взглядами.

— Да как угодно. Хоть все койки сдвинь и разложи свою принцеску в позе звезды, мне то что? Но если прибудут настоящие раненые с полосы, ты будешь разбираться с их капитанами, почему я кого-то не успел вылечить. — Едко ворчал лекарь.

— Свали с глаз моих, Врона. Тошно слышать твоё нытьё.

— Пошёл ты

— И ты туда же.

Лекарь ушёл и хлопнул дверью. Я пошевелила рукой. Кажется, та была цела. Парень на койке напротив довольно улыбался.

— Что такого весёлого? — спросила я грубо.

— Просто гадал он лично меня ненавидит, или всех на свете. И вот, убедился что дело не во мне.

— Мне пора на построение. — Дейвон посмотрел на часы, открыл одно из окон и громко свистнул.

— А вы Церингеры, да? — спросил блондин. — Круто, наверное, быть элитой?

— О да. Везде, как видишь, особое отношение, — буркнул Дейвон и полез на подоконник.

— А ты всегда так… — я обвела рукой окно, в которое дорогой сводный братец, очевидно, собирался выпрыгнуть.

— Мне некогда тащиться пешком. Сора с меня шкуру спустит. — Дейвон внимательно смотрел куда-то вдаль. Ещё раз свистнул.

— И как он определяет, что это именно ты свистишь?

— Дотяни до третьего семестра и узнаёшь. — он обернулся, сдвинул на брови «очки» для полётов, шутливо отдал нам честь и эффектно шагнул из окна.

— И кто теперь должен закрывать это? — заворчал блондин. — Я, вообще-то, руку отращиваю. — он показал правую руку, которая по объёму была не больше детской.

Я встала с койки и закрыла окно.

— Это тебе драрг откусил? Я слышала об этом.

— Да, говорят я главный неудачник этого года. — вздохнул парень. — Хорошо хоть тут этот Врона. Он может и скотина, — блондин понизил голос и посмотрел на дверь лекарской. — Но целитель что надо. Только он может мне руку доделать. Я слыхал, что он из столицы, да только попал в немилость, вроде как, и вот торчит тут в ссылке.

— Ты много о нём слышал, как я посмотрю. — Заметила я. И тут вспомнила! — Ящик?!

Ящик выскочил из-под койки. Я с облегчением выдохнула.

— Ты не знаешь как отсюда найти столовую?

Парень красноречиво посмотрел на меня.

— А ты не очень умная, да?

— Может, ты и про это «слыхал».

— Нет. Не слыхал.

Поскольку расставались мы не на лучшей ноте, я сочла за лишнее спрашивать его имя. Вышла из палаты, осторожно разминая руку, и пошла по лестнице вниз. Если я что и помнила с завтрака, так это, что он был на первом этаже. Увы, из-за архитектуры на скалах и внутри скал, академия представляла собой муравейник. Лестница закончилась на уровне этажа восьмого не меньше. Дальше пошли коридоры. Лестницы, еще коридоры, снова лестницы.

Я смогла спуститься еще на пару этажей. Тут нашлись студенты-второкурсники. Я поискала глазами Лето, но не нашла. Видимо, это был другой отряд. Ни одной девушки среди них не было.

«Четыре последних года ни одна девушка не добиралась до второго курса обучения»

— Добрый день. — обратилась я к парню, что подпирал подоконник.

— М.

— Подскажите, пожалуйста, как пройти в столовую?

Парень выдал смешок. Посмотрел на мои удавки.

— Извини, не знаю.

Врал, конечно. За целый год не выучил дорогу в столовую?

— Поставил против меня? — догадалась я.

— Ничего личного, Ваше Высочество.

— А кто-то здесь ставил на меня? — спросила громко, оглядывая всех по очереди и никого конкретно. Все молчали. — Тогда в чём смысл этого пари?

— В том, что находятся идиоты, которые ставят на вас.

Лето! Лето ставил на меня! Вот бы найти его! Я осмотрела всех, но рыжего паренька тут не было. Увы. Я пошла прочь. Кто-то свистнул вслед. Не реагировать. Только не хватало затеять потасовку и вылететь. Ни за что.

Я спустилась до конца очередной лестницы, снова побродила по коридорам. Те были или пусты, или галдящая ватага парней проносилась мимо единым потоком. Заговаривать с ними я больше решилась. А время меж тем поджимало. Неужели после всех испытаний этого утра я опоздаю на обед и вылечу из академии, потому что не найду проклятую столовую? Ну уж нет!

На моё счастье, в одном из коридоров навстречу попался Лето. Но увы, он был с двумя приятелями-второгодками, в фиолетовой форме.

Они, увидев меня, замолчали и прошли мимо, одарив не менее презрительными и недоверчивыми взглядами, чем все прочие.

— Чего она тут делает? — проворчал кто-то за спиной.

«Я заблудилась! Заблудилась! Пойми это и помоги мне!» — взмолилась я и остановилась за ближайшим поворотом коридора. Слава Богам, Лето вернулся буквально через минуту.

— Ты чего тут бродишь?! — зашипел он. — Ваша еда через десять минут!

— Да знаю я! Заблудилась!

— По этой лестнице вверх два пролёта, потом в арки в третью слева, по галерее… — он махнул рукой. — Бежим!

И мы побежали. Коридоры, галереи, крутые винтовые лестницы. Всё сменяло друг друга. Через пять минут были на месте. В уже знакомые двери заходили первогодки.

— Спасибо! — я чуть не чмокнула Лето.

— Молчи об этом и дуй жрать. Если кто-то заметит, что я тебе помогаю, знаешь, что начнётся?

— Все остальные станут вредить, но поверь они уже…

— Живо давай!

Я вбежала в столовую, нашла наш строй и пристроилась в конце. Все были мокрые, уставшие, но моё появление встретили оживлённо.

— Ну Церингер, ну, удружила! — зашипели на меня со всех сторон.

— Надеюсь, ты довольна? Нам теперь полная жопа тут будет!

— Да что я опять натворила? — изумилась я.

— Молчать! — гаркнул Дейвон спереди, и все заткнулись.

Мы прошли раздачу, получили приличную отбивную с гарниром, большую порцию овощей и сливовый морс.

— А я дура надеялась на десерт, — посетовала Малика.

— Я добуду тебе сладкое, сладкая, — пропел Ференц. — Если согласишься сходить на свидание.

— Я на диете, — сообщила Малика незамедлительно.

Шум разговоров и бряканье ложек хоть немного разбавили тишину. Мы всё ещё стояли в очереди раздачи. Я повернулась к Ференцу.

— Эликсир. — протянула я руку.

— Что прости? А! Банка? Увы, я бросил её на полосе, не захватил с собой.

— Ты извёл весь флакон?!

— Да, не знал, сколько лить, плеснул, а оно как давай проедать всё кругом, ну я бросил его и побежал вперёд. Спасибо преогромное, Ваше Высочество, без вашей помощи я бы не справился.

— Целый флакон неразбавленного жгучего эликсира! — сокрушалась я. — Да тебе трёх капель бы на эти путы хватило!

— Да, наверное, — Ференц смущённо потёр затылок и сдвинул шляпу на глаза. — Но пипетки у меня при себе не было. И я, увы, не так сведущ в зельях.

Настроение совсем упало. Для такого флакона жгучки одной бельской травы понадобится ведро. Папа только её через ящик будет месяц отправлять!

— Мне нужны ингредиенты и лаборатория. — подытожила я. — Подойду к капитану и попрошу…

— О, я бы на твоём месте к нему пока что не совался. — сказал Ференц чуть пригнувшись, как будто боялся, что коротышка Сора, сидящий за офицерским столом в другом конце зала его заметит.

— Но в чём дело? И почему все на меня взъелись? — я взяла компот из рук дежурящего второкурсника. — Спасибо.

Он неожиданно подмигнул.

— Привет, на свидание сходим?

Я аж опешила — так далека была от мыслей о свидании в день, когда преодолела мосты, сломала руку и была скинута драргом где-то выше облаков. Свидание? Слово как будто из другой жизни.

— Гуляйте, юноша, дамы заняты. — ту же оскалился Ференц.

Мы продвинулись вперёд.

— Какие наглецы. Своих девушек, значит не уберегли, а на наших уже зарятся. Немыслимая наглость! — возмутился Ференц.

Малика и я уставились на него с толикой благодарности. Да, беречь нас значило, что мы в некотором роде обузы, но всё же как приятно было услышать что-то доброе с толикой заботы в этих холодных, кровожадных стенах, где каждый только и ждал что моего провала.

— В чём я опять провинилась? — напомнила я о вопросе.

— Я единственный прошёл полосу. Увы, это не порадовало капитана Сора.

— Почему?

— Да потому! — влезла Малика. — Никто не должен проходить полосу в первый день. Это показывает слабость третьекурсников. У капитана Сора, оказывается, третьегодки, которые не могут выловить на полосе новичков в их первый день. Над ним теперь все офицеры потешаются.

Мы вышли с раздачи, я бросила взгляд на офицерский стол. Сора сидел мрачнее тучи, невозмутимо ел ножом и вилкой. Офицеры рядом выглядели страшно довольными. Силы колдовские, ну откуда же мне было знать!

Мы сели за стол уже привычной компанией. Малика взялась за мясо, зубами оторвала огромный кусок и стала жевать, Хлоя неловко пилила ножом отбивную, как будто не особенно привыкла пользоваться приборами. Аппетита худышке Хлое было не занимать, так что худобу я списала на бедность. Ференц крутил нож и вилку в длинных пальцах пианиста, а Веснушка Брок, который выбрал наш стол с некоторым колебанием, отложил нож и просто давил мясо на куски вилкой. Та жалобно искривлялась всё больше.

— Я же не знала. Нам всем велели пройти полосу. — заикнулась я оправдаться.

— Да все это понимают. Но ты бы видела лицо командира.

— Капитана Сора?

— Нет. Командир у нас Церингер, а Сора — капитан. Не путать. — пробурчала Малика с набитым ртом.

— Дейвону, значит, не понравилось? — я алчно улыбнулась. О, как бы мне хотелось посмотреть на его лицо в тот момент, когда он узнал, что Ференц прошёл полосу!

— Очень. Он аж весь перекосился.

— А удавку ему повесили? — мне хотелось всё больше подробностей.

— Нет. Но знаешь по мне лучше удавка, чем тот взгляд. — сказал Ференц и поёжился.

— Да уж. Бррр. Сора жуткий тип. — согласился Брок. — Как он вообще может быть главным по боевой подготовке? Сам гном какой-то, а преподаёт бой.

— Что за взгляд? И откуда ты знаешь, что он преподаёт?

— Да на построении он сказал. А взгляд такой… — Брок посмотрел на Ференца.

— Глубочайшее разочарование. — со знанием дела интерпретировал Ференц. — Мой дорогой родитель частенько одаривал. — он кашлянул и взялся за овощи.

— Мне всё равно как он там меня ненавидит. Мне нужны ингредиенты. Жгучки больше нет. Я даже в пояс не успела её разбавить, а это моё единственное атакующее зелье! — я с надеждой посмотрела на соседей, но те недоумённо пялились в ответ.

— Что за пояс?

— Что за жгучка?

— Зельеварение — моя официальная специальность, они не могут не дать мне место и ингредиенты.

— Зельеварение? — Малика закашлялась. — Ты что не колдуешь?

— Ну… — я замялась. — Колдую, но весьма посредственно. Это никогда не было сильной стороной моей семьи. Вот и стали зельеварами. А с хорошим зельем, знаешь ли, не каждое заклятие сравнится.

— Ага, только зелье тебе квасить надо неделями, а заклятье я в любой момент сотворю. — фыркнула Малика.

— Почему сразу неделями, — я решила умолчать про зелье скорости в Ящике, которое готовится месяц. — Жгучий эликсир, например, настаивается всего шесть дней. Но нужны ингредиенты.

Посмотрела на офицерский стол. Они уже закончили и вставали. Вот сейчас капитан Сора уйдёт и кто знает, увижу ли я его на ужине? Я встала.

— Не надо!

— Момент! Нужен хороший момент! — взмолился Ференц. — Потом!

— Они обязаны мне всё это дать. Это всё равно что повесить на вас оковы. Так не по правилам, а я читала их правила.

Я обошла наш стол и подошла к офицерскому. Капитан Сора встал и вытирал руки салфеткой.

— Сэр, можно вас на минуту?

Сора молча смотрел на меня, продолжая натирать ладони салфеткой. Пауза затягивалась.

— Ну? Долго ждать-то? — недовольно поторопил капитан.

— Мне нужны ингредиенты для зелий и помещение, которое я смогу использовать для приготовления. В параграфе 8.4 правил поступления…

— Ты мне правила решила напомнить, Церингер? Намекаешь, что я их не знаю?

— Нет, сэр. П-простите. Я просто…

Может и правда нужен был момент?

— Значит, считаешь, что я нерасторопен с нашей совершенно особенной принцессой? Думаешь, ты единственная, кто захочет зелья варить?

На секунду осеклась, но твёрдо сказала:

— Да, думаю единственная.

— Ты правильно думаешь. Последний зельевар учился здесь лет сорок назад. После него все лаборатории были запечатаны, зелья оставлены там. Во что они превратились ни у кого желания проверять не имеется.

— Я могу проверить.

— И подохнуть от каких-нибудь испарений, пропитавших комнату за сорок лет. Ректор не разрешит вскрывать старые лаборатории.

— Но… что же мне делать, сэр?

— Может, домой поедешь? — с надеждой предложил Сора.

— Нет. Извините.

Капитан глухо хмыкнул.

— Значит я найду тебе ингредиенты и помещение под твои горшки и склянки. А что твой командир сказал на эти требования?

Я открыла и закрыла рот.

— Сразу пошла ко мне через его голову? Нарушение субординации, Церингер.

Я похолодела. Нарушение… Пятая удавка?!

— Простите, сэр. Я не подумала.

— Как и в тот день, когда решила, что поступить в академию это хорошая идея. Я прямо сейчас могу отправить тебя домой. Почему бы мне это не сделать, Церингер? — Сора, кажется, с интересом ждал моего ответа.

— Благодаря мне Ференц прошёл полосу сегодня. Много у вас было групп, где хоть один новобранец в первый день прошёл полосу?

— Ни одной.

— Любопытно что дальше будет?

Капитан сжал губы, словно улыбку задушил.

— Ещё раз придёшь ко мне со своими проблемами в обход командира группы, будешь месяц драить мужской душ в спортзале.

— Да, сэр!

— И ещё… — он сделал движение рукой, и я замерла. Но новой удавки не появилось, наоборот, одна слетела с шеи и исчезла в пальцах капитана. — Яранский потратил свою фору на то, чтобы снять с тебя одну удавку.

— Правда?.. Это… очень мило.

— Очень. — закатил глаза Сора. — Я могу уже идти, Ваше Высочество, или ещё какие-то пожелания? Может матрас вам помягче найти?

— Нет, сэр! Это всё, сэр.

— Тогда проваливай.

— Ага. С-сэр!

Я поскорее ретировалась.

За столом все напряжённо наблюдали за нашим разговором. Когда я подошла, Ференц встал, снял шляпу и демонстративно поклонился.

— Моим успехом я обязан вам, Ваше…

— Тебе. Фиона. — поправила его.

— Я не посмею.

— Здесь я кадет Церингер. Не больше.

После обеда нам дали полчаса, чтобы принять душ и переодеться в другой комплект формы. Грязную следовало кинуть в металлические люки в коридоре, над которыми висели потрёпанные таблички, затёртые до нечитаемого вида. Поверх старой краски кто-то вывел красной и свежей «Грязное шмотьё сюда». Очень точно и понятно.

В душевой этот час (как и большинство других) был мужским. Не удивительно, парней было тринадцать, а нас всего трое. Благо и мылись они быстрее в два раза, так что на занятия по Магической подготовке Лето отвёл нас свежих и благоухающих казённым мылом с травами.

Академия внутри была запутанной как лабиринт. Винтовые лестницы заканчивались узкими переходами, где едва протискивались друг навстречу другу два человека. Узкие, как кротовые норы, коридоры в скалах, сменялись широкими застеклёнными галереями с изящными выточенными каменными колоннами между стрельчатых окон, выходящих на долину и горы. За окнами проносились красные и синие драрги, в классах смеялись мужские голоса. А потом коридор заканчивался, и мы оказывались на улице в круглом садике с фонтаном под открытым небом. От фонтана расходилось еще по пять-шесть коридоров во все стороны. Лето шёл уверенно, заводя нас куда-то всё дальше в лабиринт Академии.

Когда мы шли очередной застеклённой галереей, к одному из окон подлетел драрг, завис, махая крыльями, и его наездник в фиолетовой форме второкурсника открыл окно и влез на подоконник.

Драрг крикнул, спиной вперёд упал в воздух, перевернулся и улетел.

— Эй, Лето, наседкой работаешь? — насмешливо сказал второкурсник.

— Отвали, — отмахнулся Лето.

— Не терпится научиться делать так, — сказал Ференц. — Чтобы не ходить по этим бесконечным лестницам.

Я промолчала. Наука полётов на драргах представлялась мне чем-то невозможным и страшным. Силы, я лучше по лестницам прогуляюсь.

Лето довёл нас до кабинета, остался стоять, пока все не вошли внутрь. Мы обменялись с ним заговорщическими взглядами, и я вошла в класс Магической подготовки.

Я ожидала увидеть амулеты, свитки, перья, минералы, книги, и различные приспособления чародеев. Когда я проходила обучение, пользовалась такими, и дома отец тоже держал подобное под рукой. Но это помещение больше походило на спортивный зал. Тут было пусто — ни столов, ни стульев. На одной из стен до самого потолка тянулись деревянные лестницы, прикрученные к стене. На другой в креплениях висело разное оружие: мечи, пики, алебарды, кинжалы, зазубренные серпы, шипастые булавы.

Я сглотнула. Вот уж к чему не было желания прикасаться. Да мне вон ту алебарду и не поднять!

В высоких ящиках тоже стояло оружие, но только тренировочное, деревянное. Отлично, может, сразу не зарежут.

Мы вошли и разбрелись кто куда рассматривать интерьеры. Я подошла к большим панорамным окнам. Наружу вели три двойных двери и на такой высоте из них здорово сквозило. Я с удивлением увидела за ними три длинных доски, выходящих из стены, и дрожащих над пропастью.

«Зачем тут…» — я не успела додумать. За окном показался драрг с наездником на спине. Ящер был почти чёрным, и я захлопала глазами. Таких ещё не видела никогда. Драрг выглядел старым, вибриссы вокруг морды поседели, крылья в нескольких местах разрезали нити шрамов, а левый из трёх глаз был закрыт. Он подлетел, строптиво крикнул, раскрыв зубастую пасть. Наездник (а это был капитан Сора) ловко спрыгнул на тоненькую дощечку, которая угрожающе закачалась под его весом, и как ни в чём не бывало пошёл к окну. Я отпрянула и посторонилась.

Капитан открыл стеклянные двери. Вместе с ним в комнату влетел порыв ледяного ветра. Сора сложил обруч для полётов (у него даже обруч был какой-то хитрый из чёрного металла) и убрал в нагрудный карман. Я посмотрела за окно — драрг капитана уже улетел.

Все были так заняты рассматриванием оружия, что не заметили появления офицера. Брок и другой парень из отряда, как раз собирались сражаться мечом и тяжеленной алебардой, а все остальные подбадривали и смеялись.

Сора остановился и стал смотреть. Я откашлялась:

— Кхем! Смирно! — скомандовала как могла. Вышло, увы, не так впечатляюще, как у Бугая или Дейвона, но главного я добилась — все заметили появление капитана. Алебарда грохнулась на пол, Брок выпрямился по стойке смирно. Все испуганно притихли.

Сора прошёл в дальний угол к столу, на ходу стягивая перчатки.

— Первогодки Церингера значит, — подытожил он, полистав журнал, оставленный Лето. — Построиться.

Мы, неловко толпясь, кое-как выстроились в один ряд.

Капитан выглядел уставшим от жизни и откровенно скучающим. Интересно он бывал в настоящем бою? Вряд ли. Такие офицеры, наверное, в армии, а не тут. Да и положа руку на сердце, Сора был ростом и комплекцией немногим крепче меня и каким-то выдающимся воякой совершенно не выглядел. Даже то, что он преподавал Боевую магическую подготовку, стало сюрпризом для меня. По его комплекции я бы ставила на то, что он занимается драргами и летает на них с большим мастерством. Впрочем, судить по внешности боевого мага было последним идиотизмом на свете. К тому же из-под плотно застёгнутого ворота рубашки у капитана виднелась руническая защитная татуировка. Она шла по правой стороне шеи и забиралась под волосы сзади.

Непростая штучка. Такая татуировка постоянно сосала колдовскую силу, накапливала её и отдавала в критических ситуациях, если маг мог её активировать.

— Итак, наш талантливый отряд Церингера, какой навык нужен боевому офицеру больше других?

Все молчали.

— Отвечать по очереди.

— Мозги! — сказала Малика, которая нагло встала в начало шеренги.

— Сила, — сказал Брок.

— Магическая выучка, — ответил высокий темноволосый парень с суровым взглядом.

— Физическая подготовка, — отрапортовал следующий здоровяк, на котором форменная рубаха чуть не трещала.

— Дисциплина, — явно решил выделиться следующий.

— Хороший командир? — ослепительно улыбнулся Ференц.

— Ум, — сказал вихрастый очкарик, который попал в наш отряд.

— Сильная магия, — отрезал следующий.

— Друзья? — нерешительно сказала Хлоя.

Следующими были две «боевых подготовки» и парочка «Магий».

— Трезвая оценка ситуации и сохранение холодной головы в условиях боя, — сказал светловолосый парень, что стоял передо мной.

Сора перевёл взгляд на меня. У меня было время обдумать свой ответ.

— Я не знаю, сэр — решительно сообщила капитану.

Сора задержал на мне взгляд. Отвернулся, сложил руки за спиной.

— Моя задача — научить вас использовать магические умения в условиях боя. Вы все обучались магии или, по крайней мере, владеете ей в каком-то виде. И, конечно, считаете, что сможете применить её с толком в условиях, когда на вас нападут. Как показывает мой опыт, это самое опасное заблуждение. Есть огромная разница, между применением магии в уютном классе рядом с хихикающими симпатичными девочками, и попытками спаси свою жизнь на поле боя. Усвойте для своего блага — на данный момент ваши магические умения не стоят ни хрена. Начнём с чар притяжения.

Парни чуть прыснули.

— Притяжения? Серьёзно? — зашептал кто-то.

Эти чары считались простенькими. Даже я владела ими. Могла приманить что-то не слишком тяжёлое, ручку или карандаш. Правда мне на это требовалось столько времени и усилий, что легче было встать и сходить ногами. В условиях военной академии мой магический дар выглядел убого. Только высокий уровень в зельеварении вытянул меня на необходимый минимум по магической подготовке при поступлении.

— Ваша задача на сегодняшнем уроке приманить оружие. На вас нападают, вы приманиваете оружие и блокируете удар. Используем только тренировочное, — Сора сделал ленивый пас рукой и ящик полный деревянных клинков поднялся в воздух и выплыл на середину комнаты. Все заинтересованно смотрели. Не сказать, что это было какое-то выдающееся колдовство, но всё же не каждый смог бы так просто поднять такую тяжесть.

— Пф! — фыркнул темноволосый парень. На его запястьях змеились рунические вязи, явно был из хорошо подготовленных магов. Не он ли использовал против драргов щиты?

— Доброволец? — Сора не спустил надменность.

— Да, сэр.

Парень вышел вперёд, вынул из ящика деревянный меч и ловко покрутил его в руке.

— Я могу приманить настоящее оружие.

— А я трахнуть твою мать, — отозвался капитан безразлично. — Делай что говорят. Клинок на пол и топай вон туда.

Парень бросил меч у ящика, прошёл куда велено и замер в стойке. Все, затаив дыхание ждали.

— Готов? — спросил Сора. Парень размял плечи и пальцы.

— Гот…

Он недоговорил. Я ничего даже не успела разглядеть. Вот брюнет стоит, а вот уже лежит на спине и трясёт головой.

— В настоящем бою никто не будет интересоваться вашей готовностью, — капитан Сора медленно отошёл от поверженного противника. — Следующий.

Ещё трое парней вышли более менее уверенные в своих силах, в их глазах горел азарт. Но один за другим они оказывались на спине, а деревянный меч так и валялся на полу никем не потревоженный.

— Это слишком быстро! — возмутилась Малика, когда Сора уложил третьего из смельчаков.

— Разве? — спросил капитан, возвращаясь на свою позицию около ящика. — Я даже магию не использую.

— Да идите вы, капитан! — выдохнул Ференц. Сора поднял брови. — То есть… я хотел сказать, это удивительно, сэр.

— Следующий.

Следующим оказался Ференц. Он встал на исходную, потёр ладони друг о друга. И когда Сора бросился к нему (я только-только начала хоть немного различать его движения) и замер в полуметре от Ференца. Брошка на груди Яранского засверкала. Видимо, это артефакт и он создал какую-то защиту вокруг.

— Сюда! — Ференц потянулся к клинку, тот зашатался на полу, подскочил в воздух. Но Сора уже справился с чарами, и мощным ударом под дых уложил Ференца на пол. Тот, откашливаясь, встал на четвереньки и пополз в сторону.

— Прекрасно, Яранский. Использовал щитовые чары для замедления противника. Неплохо.

— С… с…спасибо, с-сэр! — прохрипел Ференц, которому мы с Хлоей помогали встать на ноги. И надо же было так сильно его бить? Обязательно разве это?

— Следующий.

Через несколько минут небитыми капитаном остались только девочки.

Мы переглянулись, и Малика первая шагнула вперёд.

Сора кивнул ей. Готова, мол? Малика кивнула в ответ, встала в стойку. И когда капитан бросился к ней, наплевала на задание приманить меч и просто попыталась драться с ним врукопашную. Замахнулась кулаком. Капитан увернулся, подсёк ей ногу и эффектно кинул через бедро.

— Фамилия? — спросил, заламывая руку так, что Малика шипела от боли.

— Ха-хаден, с-сэр.

— Я разрешал приёмы рукопашного боя, Хаден?

— Н-нет, сэр.

— Я нечётко озвучил тебе задание, Хаден?

— Нет, сэр! Рука, сэр! Пожалуйста!

Сора отпустил её. Малика встала со слезами на глазах, прижимая руку, пошла в строй. Следующей стояла Хлоя. Посмотрела на меня, я, сглотнув, вышла вперёд. Ящик потрусил следом.

— Ваше Высочество, — Сора издевательски приложил руку к сердцу, изобразил поклон. — Насколько я помню ваше личное дело, вы не обладаете магическими навыками, чтобы приманить этот меч, я прав?

От строя послышался удивлённый и презрительный шепоток.

— Всё так, сэр.

— Что будете делать?

— Как обычно, сэр. Выкручиваться.

— Ну, приступайте.

Он двинулся ко мне.

Он двинулся ко мне. Быстро как мелькнувшая тень. И замер. Всё произошло так быстро, что рассмотреть удалось, только когда капитан уже остановился и недоумённо уставился на свою ногу. Ящик трансформировал одну свою конечность в человеческую руку, схватил начищенный сапог капитана, а второй когтистой лапой вцепился в деревянный пол кабинета. Сора протащил его за собой с такой силой, что в полу остались глубокие борозды от когтей. Капитан недоумённо обернулся, а я не теряя времени даром побежала за мечом. Говорю же, легче ногами сбегать. А они всё магия, магия.

Когда капитан стряхнул упрямый артефакт с ноги, я стояла и держала деревянное оружие обеими руками. Бесполезный затупленный кончик смотрел капитану в грудь и выглядел, конечно, жалко, но, право слово, я и не собиралась сражаться ним всерьёз. Как? Я меч держала впервые в жизни.

— Церингер, я разве не велел тебе притянуть это меч магией?

— Но я не могу этого сделать, сэр. Какой смысл пытаться? Разве цель не получить оружие?

Сора несколько секунд смотрел на меня нечитаемым взглядом.

— Ну, допустим. А дальше ты что будешь делать?

— Блокировать удар. Вроде бы. Точно не знаю, сэр. Если честно, меч мне без надобности, я не умею с ним обращаться, но задание было получить оружие и я его получила.

— Хм. — Сора сделал лёгкий пас двумя пальцами. Из деревянного ящика коричневой молнией выскочил деревянный меч и меньше чем за секунду оказался в его руке. Он замахнулся и ринулся ко мне.

Честно сказать, я не успела ничего решить, подумать или прикинуть. Просто неуклюже выставила клинок, пытаясь поставить его между собой и капитаном. Я была уверена, что он мог покалечить меня даже деревянным клинком.

Сора в последний момент крутанул меч, тот поднырнул под мою неуклюжую защиту и упёрся кончиком аккурат мне в шею.

Он выждал секунду, чтобы все могли увидеть и осознать, что произошло. Убрал клинок.

— Вы все считаете, что магия — ваше преимущество. Но полагаясь на неё слишком сильно, упускаете из виду другие, более простые и эффективные возможности. В бою в первую очередь полагайтесь на силу и скорость, и только потом на магию. Кадет Церингер наглядно вам это продемонстрировала. — Сора отправил клинок обратно в ящик небрежным пасом. — Следующий.

Хлоя вышла трясясь и дрожа, но с очень решительным видом.

— Начали. — Сора изобразил нападение, а Хлоя вскинула руку. Меч так яростно кинулся к ней, что повалил ящик на пол. Увы, гарда застряла между досок, ящик поволокло по полу. Естественно, Сора был быстрее.

Он подошел к Хлое, посмотрел на раскуроченный ящик и одобрительно поджал губы.

— Фамилия?

— Портик. Сэр.

— Какая ступень по магии, Портик?

— Н-никакая, сэр. Я не училась.

Все смотрели на Хлою с интересом. Силы магии такого размера не продемонстрировал ещё никто из нашей группы. Это тянуло на выпускную ступень первого круга, такую сдавали ученики магических школ, прежде чем поступать в университеты. А малышка Хлоя была с сюрпризом.

— Пф! — фыркнул парень с руническими браслетами. — Подумаешь. По полу валять этот ящик каждый дурак сможет.

— Что же ты не повалял? Как там тебя?

— Сандерс. Запросто, сэр. Только толку от этого? Лучше приманить настоящее оружие, оно потяжелее будет. Разрешите?

— Нет. — спокойно отрезал Сора. — Настоящее будешь приманивать, когда станешь способен с ним справиться. Ладно, делимся на пары.

Капитан построил нас в две шеренги, и велел меняться ролями — нападать и защищаться поочерёдно.

— Левые, атакуют, правые защищаются. — командовал Сора. — Правые атакуют, левые защищаются… Смена.

И левая шеренга сдвигалась на одного человека влево.

Просторный зал резко стал не таким уж большим, кругом залетали деревянные мечи, кто-то пытался убегать, Сора раздавал резкие команды.

Со мной в пару сначала встала Хлоя. Малика отказала Ференцу и гордо встала с дерзким Сандерсом, видимо, чтобы ни у кого не возникло мысли, что она в чем-то уступает парням.

Пары сменились один раз, второй, третий. Напротив меня встал Сандерс и недобро улыбнулся.

— Выеживаешься, принцесса. Не такая, как все да? — тихо сказал он. — За папочкиным артефактом прятаться милое дело.

— Это артефакт моего прадеда, если что. — поправила я наглеца. — И да, он очень полезный, спасибо, что заметил. Ящику очень лестна твоя зависть.

Зря я, наверное, это сказала. Зря его подначивала. Потом я много раз задавала себе этот вопрос: если бы я не сказала ему про зависть, закончилось бы всё иначе?

— Правая атакует, левая защищается. — скомандовал Сора. — Готовься!

Я подняла деревянный меч и приготовилась кинуться на Сандерса.

— Начали!

Я побежала и, не сделав ещё и шага, поняла, что он приманивает боевое оружие. Сандерс выставил руку в сторону стены, где оно висело в креплениях. Мне оставался ещё шаг. Сандерс напрягся, крепление на стене не выпускало оружие. Он дёрнул рукой, и меч выскочил с такой скоростью, что я не увидела его движения. Просвистел мимо моей головы так близко, что я почувствовала всколыхнувшийся воздух виском и ухом.

Я споткнулась, замерла и не сразу поняла, что случилось.

Сандерс смотрел на меня. Бравады не осталось в его взгляде, только невероятное удивление и обида. Он упал на спину. Меч торчал из его горла.