Найдёныш, или подарок на Новый год

Глава 16. Душа нараспашку, или вещий сон

Лере стало волнительно, едва Артём начал свой рассказ. Она смотрела на него и теребила пальцы, потому что нервы натянулись, словно стальные нити. Страшнее всего было то, что история может оказаться совсем не такой, которую она выдумала, чтобы оправдать Артёма: пьяный мужчина, интрижка на одну ночь и незнание того, что девушка забеременела.

— Полтора года назад в нашей семье случилось горе… — Сердце перевернулось в груди, но Лера продолжила слушать. — Мой брат-близнец попал в аварию и погиб. Пьяный дальнобойщик вылетел на встречную полосу… Как сейчас помню тот день, когда мне позвонила мама… — Сама того не осознавая, Лера взяла Артёма за руки и сжала их. — Терять близкого человека очень тяжело, близнеца особенно. Я провалился в небытие, жизнь покатилась под откос... По сути, на этом история с кошмаром заканчивается… Не так давно мне начали сниться вещие сны… Ты веришь в мистику?

— Лера пожала плечами. — Во сне начал приходить брат. Он умолял отыскать и защитить его ребёнка.

«Отыскать и защитить его ребёнка», — несколько раз набатом прозвучали слова в голове.

Лера посмотрела на Ванечку, осознавая тот факт, что он не сын Артёма. Волнение превратилось в смятение. Правда оказалась совсем не той, что представляла себе Лера, но она ещё сильнее оправдывала мужчину, который сразу же создавал о себе впечатление примерного семьянина, ещё когда спрашивал про конфеты в магазине.

— Я не верил, но сон повторялся снова и снова, пока я не сдался. Я попросил своего доверенного человека найти всю имеющуюся об Андрее информацию: с кем общался, с кем встречался, с кем имел что-то общее. Так я вышел на танцовщицу из стрипклуба. Света - биологическая мать Вани. Нашёл я её слишком поздно. Она уже отдала ребёнка своей подруге, которая пообещала выгодно пристроить его… Отдала со всеми документами и отказом от своих прав на него.

«Подруге»…

Не нужно было долго раздумывать над этими словами. Лера сразу же поняла, что той самой подругой оказалась Лена. Она давно строила глазки Коле, а тут вдруг решила убить двух зайцев одним ударом — пристроить ребёнка подруги и избавиться от соперницы. Стальные цепи сдавили горло. Лера прикусила губу.

— Той подругой оказалась любовница твоего бывшего… Дальше ты уже всё знаешь. Когда я подошёл к тебе в магазине, я понятия не имел, что сын моего брата находится у тебя… И потом, когда пригласил тебя в кафе, я тоже не знал этого… Олегу удалось выйти на Елену и найти её в Тайланде перед самым Новым годом… Я когда узнал, долго не верил, думал, что всё это ошибка какая-то, а потом сверил адрес и понял, что ошибка исключена. Я не хотел причинять тебе боль, но и оставить свою кровинку, единственную связь с братом, я не мог… Прости.

Лера втянула воздух ртом, пытаясь совладать с этим сдавливающим ощущением в груди, и посмотрела на Артёма. Пелена слёз застилала глаза, а сказать что-то в этой ситуации становилось практически невозможно из-за солёного кома, стоящего в горле. Лера думала об Артёме хуже, чем оказалось на самом деле. Теперь ей многое стало понятно.

— Артём, ты не должен извиняться. Я на твоём месте поступила бы точно так же…

— Я мог поговорить с тобой и объясниться, но не сделал этого…

— Ты не виноват!

Лера сильнее сжала руки Артёма, заглядывая ему в глаза. Он смотрел на неё с надеждой, но на что именно понятно не было.

Артём резко вырвал свои руки и подпрыгнул на ноги. Лера не поняла, что произошло, но через пару мгновений до неё дошло осознание того, что Ванечка чуть было не упал с кровати, а Артём быстро среагировал и поймал его.

— Нельзя его оставлять на кровати без присмотра, — дрожащим голосом произнесла Лера.

— Прости… Я не углядела…

Она боялась, что в эту секунду Артём скажет, какая она плохая няня, прогонит и будет искать другую...

— Это я отвлёк тебя разговором. Тебе не за что извиняться. К тому же малому понравилось падать и быть пойманным, так что теперь за ним глаз да глаз нужен будет.

Ваня смеялся и показывал пальчиком на кровать.

— Ту-тя-а-а! Ту-тя-а-а! — бормотал он.

— Тутя-а-а мы с тобой не пойдём. Мы пойдём смотреть, как мама Лера готовит вкусняшку.

«Мама Лера»…

Так тепло внутри стало от этих слов. Улыбнувшись уголками губ, Лера поднялась на ноги. Она погладила Ванину ручки и направилась в кухню. Время кормить малыша как раз уже подходило, поэтому она достала мясное пюре из холодильника и поставила греться, ожидая закипания воды.

Артём вызвался сам покормить Ваню, пока Лера будет готовить пасту, а она посмотрела на них и невольно постаралась представить на его месте Колю. Не оказался бы он никогда на месте Артёма. Николай никогда особо не хотел детей, даже на обследование пошёл без особого энтузиазма, делая вид, что его вынудили туда отправиться.

После разговора полегчало, дышать стало свободнее. Лучше было самому рассказать всё Лере, чем она узнала бы правду от третьих лиц и посчитала, что Артём всё ещё не доверяет ей. А он доверял. Знал её так мало времени, но доверял больше, чем самому себе. И боялся предложить ей договорной брак, чтобы не испортить отношения, которые только-только начали формироваться.

Накормив Ваню, Артём порадовался тому, что у малыша совсем спала температура, и появился прекрасный аппетит. Он отнёс мальчика в манежик, положил ему игрушки и вернулся к Лере.

— Пахнет очень вкусно!

Она наложила в тарелки пасту с сосисками и полила сверху белым соусом с какими-то пряными специями.

— Это всего лишь бешамель… По-моему, этот соус умеет готовить каждая хозяйка.

— Хозяйка в моём доме была только одна всегда — моя мама. Она предпочитает российскую и украинскую кухни для приготовления, поэтому не могу судить…

— А как же…

— Вера никогда не готовила что-то кроме овощного салата. Она помешана на идеальной фигуре и правильном питании, — оборвал Леру Артём и улыбнулся, поймав в её взгляде смятение.

— Ладно… Ваня там один, может, я поем позже?

— Не стоит… Не думаю, что это хорошая идея — не давать ему побыть наедине с собой.

Лера взяла вилку. Её рука чуть дрожала.

«И это женщина, что так отчаянно целовала меня», — подумал Артём, понимая, что тогда Лера поддалась чувствам.

Она была во всём такая удивительная и уникальная, что становилось страшно вдруг потерять её, хотя Лера даже пока не принадлежала Артёму.

Остаток дня и вечер провели за просмотром новогодних фильмов. Ваня тоже с интересом смотрел в экран и успел несколько раз задремать. Разлучаться не хотелось, но все устали. Лера пожелала спокойной ночи и вместе с Ваней ушла в комнату, а Артём вышел на веранду, чтобы покурить. Дым, проникающий в лёгкие и обволакивающий их, уже не дарил совершенно никакого наслаждения или облегчения. Артём затушил сигарету и уставился в окно. Он смотрел на снежинки, что плавно опускались на землю и думал о чём-то, но через мгновение понял, что мысли затерялись где-то вдалеке, и он не знает, о чём конкретно размышлял всё это время.

Вернувшись к себе в комнату, Артём лёг на постель и медленно погрузился в сон. Сон казался слишком реальным, потому что Артём отлично помнил, как заснул и оказался в незнакомом для себя месте.

«Уж не попал ли я в другой мир?!» — ухмыльнулся собственным мыслям Артём.

В своё время он прочёл немало книг о попаданцах, и вот теперь смеялся над собой. Впрочем, настолько близкие к реальности сны и раньше были.

— Тёмыч?! — услышал до боли знакомый голос Артём и обернулся.

Позади него стоял брат, одетый в свитер с оленями, связанный когда-то давно бабушкой, и в потёртые джинсы.

— Андрей?! — переспросил Артём.

Он прекрасно помнил о смерти брата, но сейчас видел его таким живым и настоящим, что уже начал верить в свою теорию про попаданца.

— Тёмка, рад, что мы с тобой, наконец, смогли встретиться.

— Это ведь только сон?! — на всякий случай решил уточнить Артём.

— Что такое реальность и что такое сон? Ты ни разу не задумывался о том, что именно во сне происходит всё самое реальное?

— Говоришь как обычно — мудрёными выражениями.

— Бывает. От привычек даже тут сложно избавиться… Знаешь, как это тяжело, когда нет под рукой зубочисток, которые я так любил грызть?

Артём засмеялся и похлопал брата по плечу. Как оказалось, Андрея даже потрогать можно, вот только от него исходили неприятное холодящее излучение.

— Ты сделал хороший выбор. Валерия отлично подойдёт на роль матери моего сына. Не говори Ване обо мне, пусть для него я останусь дядей.

— Я не считаю это хорошей идеей… Если вдруг кто-то расскажет ему…

— Никто не станет этого делать…

— Мне кажется, что ты говоришь то, что мне хочется услышать. Наверное, это игра моего подсознания.

— Не знаю… Я пришёл, чтобы поговорить совсем не о том, чего ты хочешь…

Артём вопросительно вскинул брови.

— Света.

— Серьёзно? Только Богу одному известно, когда я проснусь, и ты хочешь тратить время на разговоры о ней?

— Я любил её, Артём… И сейчас люблю. У нас с ней была яркая любовь, как вспышка света во тьме. Я увидел Свету на шесте, а потом наши глаза встретились, и я понял, что это навсегда. Мы прекрасно дополняли друг друга: она — эмоциональная и чувствительная, и я — холодный и отстранённый… Она согрела моё сердце, показала, что я умею любить… Я знаю, что ты не веришь, но есть кое-что, способное доказать мою любовь к ней и реальность того разговора… В гараже, под старым брезентом, стоит картина. Я нарисовал её. Свою любимую женщину.

— Видимо, ты полюбил не ту женщину, раз она вот так просто взяла и отказалась от вашего ребёнка, позволила бросить малыша на снегу…

— Света не хотела ребёнка… Она сразу сказала, что сгорает без танцев, что пока не наступил тот момент, когда она будет готова матерью, но я уговорил её не делать аборт, обещал всяческую помощь… Я был так рад тому, что у нас может получиться самая настоящая семья. В тот день я ехал к Свете, чтобы рассказать ей правду, сообщить, что я не рисованием зарабатываю на жизнь. Я хотел сделать ей предложение и познакомить с вами. Не успел…

Артём не мог подобрать слова… Всё размывалось в голове. Он считал Свету дрянью, да и продолжал плохо думать о ней.

— После смерти меня прибило к ней, я наблюдал за ней, ненавидел себя за то, что не могу предотвратить аварию и вернуться. Света теряла веру в людей с каждым днём, сжигала наши фотографии и ненавидела меня всё сильнее, вырабатывая внутри стойкое недоверие мужчинам. Ты должен помочь ей. Она из-за меня такой стала. Понимаешь? Я видел будущее, которое ждёт её… Артём, ты обязан оплатить обучение Светы в столице и её проживание там. Поклянись мне, что сделаешь это! Слышишь?! Поклянись!

— Если я помогу ей подняться, то она отнимет Ваню…

— Нет! Она не заберёт Ваню! Я видел её будущее, она родит себе дочь и будет счастлива, когда действительно захочет стать матерью! Поклянись, что поможешь ей!

Рука Андрея мёртвой хваткой вцепилась в руку Артёма. Неприятные ощущения охватили, а по всему телу пошёл холод, поэтому пришлось отстраниться.

— Поклянись!

Артём открыл глаза, чувствуя, как дрожат руки. Ему было немного страшно, словно он соприкоснулся с самой смертью, но в то же время болезненно-приятно после разговора с братом, которого и не надеялся когда-то увидеть.

Подскочив на ноги, Артём начал поспешно одеваться. Ему требовалось найти картину в гараже, если она действительно там есть. Брат частенько рисовал пейзажи, но о портретах Артём услышал впервые.

Лера плохо спала ночью. Она услышала шорох со стороны коридора под утро и начала волноваться, а потом на улице загорелся свет. В окно она заметила Артёма, который в одном свитере спешил к небольшому строению, скорее всего, старому гаражу. Сердце защемило.

«Он же заболеет так».

Лера поспешила одеться. Она не знала, что случилось, но чувствовала, что нужна Артёму. Убедившись, что Ваня спокойно спит в своей кроватке, Лера потихоньку скользнула за дверь. Она тепло оделась и взяла в руки пуховик Артёма. Следовало ему одеться, что бы там ни случилось.

Выйдя на улицу, Лера потихонечку двинулась к строению по узкой тропинке. Она подошла к дверям и замерла: Артём стоял напротив картины, на которой была изображена хрупкая девушка, и плакал, сжимая руки в кулаки и негромко скрипя зубами.

«Он плачет?»

Лера не могла поверить собственным глазам. Она смотрела и боялась пошевелиться, но, совладав с собой, тихонько позвала его.

— Артём?

Он обернулся и вытер ладонями щёки. Действительно плакал. Лере стало интересно, кто эта девушка, но она боялась выдать ревность. Молча протянув Артёму пуховик, потупила взгляд. Он оделся и улыбнулся.

— Прости, что разбудил! Мне приснился сон! Не думал, что он может оказаться настолько правдивым… Я разговаривал с братом, и он попросил позаботиться о его возлюбленной. К слову, знакомьтесь — это Света, биологическая мать Вани.

Лера замерла, разглядывая девушку, которая казалось такой живой. Только влюблённый художник мог изобразить настолько живо, вдохнув в свою работу ощущение реальности.

— Она так похожа на фарфоровую балерину…

Артём уже успокоился. Он кивнул.

— Точнее сравнения не придумаешь. Она живёт танцами… Андрей хочет, чтобы я отправил её в столичную специализированную школу обучаться, чтобы исполнилась её заветная мечта… — Лера смотрела на Артёма внимательно, но ей было невероятно сложно поверить в необъяснимое, поэтому она не знала, что сказать в ответ. — Ты меня психом, наверное, считаешь…

— Нет! Что ты! Нет! Просто… У меня ничего подобного не случалось никогда, я не знаю, каково оно, но я верю тебе.

— Я ничего об этом портрете не знал… Думал, что со мной играет сознание… Ну знаешь, вроде того чтобы поискать связи брата и выяснить, нет ли у него там детей… А сегодня, в подтверждение своих слов, он сказал, что под старым брезентом скрыт портрет. Он никогда раньше ничего, кроме пейзажей, не рисовал… Обычно его картинами были горы… Он очень любил горы… Но её полюбил сильнее, наверное…

Артём опустил голову. Лера больше не могла держаться в стороне. Она сделала два шага навстречу и обняла Артёма, положив ладони на его лопатки, и он прижал её в ответ.

— Я должен выполнить его просьбу…

— Выполни! Это будет правильно…

— Да… Наверное, ты права. Он сказал, что Света ничего не предпримет, не станет просить рассказать Ване правду, а родит себе дочь, когда будет готова.

Лера не знала, принимает ли эти слова за действительность, но улыбнулась. Всё могло быть, и хотелось верить, что Света действительно не станет претендовать на Ваню… И что она, Лера, останется его единственной матерью.

— Нам нужно идти в дом, там Ваня может проснуться в любую минуту, — прошептала Лера.

— Давай постоим так ещё немного? Мне кажется, что я оживаю рядом с тобой.

Сердце вдруг стало биться особенно как-то, словно его живой водой полили. Лера улыбнулась. Её переполняли различные эмоции и чувства, но сильнее всего оказалось желание прислушаться к Артёму и положить голову на его плечо.