Обмани меня снова

Глава 18

Макар

Он меня прекрасно слышал и понимал. Даже не смотря на отсутствия мимики, я на животном уровне чуял его злость. От переизбытка эмоций отец попытался наорать, но из перекошенного рта вылетало лишь мычание и утробное завывание. Надо же, никогда не думал, что этот жуткий вой станет для моих ушей лучшей музыкой.

Вышел из палаты, чтобы не провоцировать новый приступ и не сокращать срок его агонии. Подошёл к сестрёнке на посту и попросил вызвать доктора к перенервничащему пациенту. Пока медсестра вызывала доктора, на весь этаж взорвалась сигнализация и замигала лампочка над отцовой палатой.

Отделение ожило, засуетилось, захлопало дверьми. К отцу залетело человек пять и минут двадцать оттуда никто не выходил. Наверное, в тот момент я испугался, что он умрёт. Но не из гуманных соображений. Мне казалось, что за те десять лет, которые отобрал у меня Холмогоров, за все прожитые впустую дни, его недостаточно наказали свыше.

Ожидая новостей, протирал задом диван, а к открывающейся двери подскочил как любящий сын. Разве что не тряс врача за плечи и не молил спасти папочку.

— Мы вкололи вашему отцу снотворное, — поспешил успокоить меня доктор. — Со временем Владислав Артурович смирится со своим состоянием и перестанет так волноваться.

— Когда его можно будет забрать? — выдохнул с облегчением. Есть всё же высшие силы.

— Уже решили где будете осуществлять уход? — поправил очки на переносице.

— Дома. Переоборудуем комнату, наймём сиделок и массажистов.

— Тогда понаблюдаем пациента дней пять-шесть, — на секунду задумался доктор, видимо подсчитывая что-то в уме. — И, если не последует новых кризов, то организуем перевозку спецтранспортом.

Больше здесь делать было нечего. Проспать он должен был до утра, а я испытывал необходимость в мозговом штурме. Информацию об адресе офиса и о месте жительства Виты нанятый детектив отправил на почту, как и собранный на неё материал, так что мне было чем заняться ночью. Набрал мать и долго слушал длинные гудки, пока её величество соизволит ответить на звонок.

— Макарчик, что-то с папой? — в последний момент присоединилась она.

— Ему дали снотворное, так что до утра здесь нет смысла сидеть, — глянул напоследок на закрытую дверь и двинулся на выход. — Отдохни, а я поеду к себе.

— Ой. Папа поменял в твоей квартире замок, — представил, как она всплеснула руками и округлила глаза, обрамлённые накладными ресницами. — Я сейчас пошлю водителя с ключами. Подождёшь его, если что, во дворе дома.

— При слове к себе я имел ввиду гостиницу, — сухо озвучил свою позицию. — Десять лет назад я отказался от всего, что приобретено на ваши деньги.

Все эти годы я обретал независимость от капиталов Холмогорова, привезя с собой в Америку лишь шмотьё по непогоде и около трёх тысяч баксов, что успел отложить за два месяца. Наверное, я пропил бы их все если бы не сцепился в баре с оборзевшим китайцем.

Мы подрались на почве разногласия взглядов. Сначала я думал зашибить этого мелкого одной левой, а в результате огрёб сам от недоделанного каратиста. Так в моей жизни появился Вэй Ким — вечный генератор идей с пустыми карманами.

У меня на тот момент остались пару тысяч и раритетные часы, стоимостью в приличный автомобиль. Удивляюсь, как я их не разбил о стену или не выбросил в окно. В общем, Вэй фонтанировал идеями, а я понемногу спонсировал его.

Оказалось, что китаец в друзьях — прибыльное дело. С его связями в родной стране и с моей наглостью мы быстро освоили сопровождение желающих купить поштучно или мелким оптом в Китае, не выезжая за пределы Штата. Я искал клиентов и отслеживал доставку и оплату, а Вэй через родню закупал заказанный товар, упаковывал и отправлял контейнерами.

Года два мы нарабатывали клиентскую базу и экономили на всём. Снимали студию на двоих, питались лапшой быстрого приготовления и спали по три-четыре часа. Как бы тяжело не было, деньги отца, ежемесячно поступающие на мой счёт, я ни разу не взял.

Пришлось урезать расходы по минимуму и вкладываться в расширение. Если поначалу мы везли сборные с другими компаниями грузы, то со временем стали загружать полные контейнеры. Сняли офис, склад, наняли сотрудников из сородичей Вэя, разместили рекламу в интернете, потихоньку двигаясь к заданной цели.

Только шесть лет назад мы уверено встали на ноги. Конечно, до состояния Холмогоровых мне было далеко, точнее «не в этой жизни», но купить типичную квартиру или скромный дом я мог себе позволить.

— Сынок, зачем ты так, — завела старую пластинку мама, жалостливо всхлипывая и промакивая платком искусственные слёзы. — Столько лет прошло. Давно пора забыть тот конфликт.

— Забыть? — сцепил зубы, боясь выпустить все заковыристые обороты матерной речи. — Предлагаешь забыть нерождённого ребёнка? Или поломанную жизнь? Простить слёзы и страдания, перенесённые Виталиной? Что из этого я должен забыть?

Первым после побега сообщением от отца пришла фотография Виты, выходящей с матерью из платной клиники. «Твоя дворняга с лёгкостью избавилась от своего ублюдка. Я же предупреждал, что её интересуют только деньги» — выжигала нутро приписка. Телефон подружился с мраморным полом бара, а потом пришлось его ремонтировать, чтобы трезво рассмотреть фото.

Оказалось, разгадка кроется в деталях. Стоило приблизить Виталинкино лицо, как сразу всё встало на место. Отрешённый взгляд, впалые щёки, слишком бледное лицо и искусанные в ошмётки губы. Мою девочку вынудили пойти туда, не оставив выбора.

— Он твой отец, — отчаянно выкрикнула в трубку мать. — Возможно, Влад перегнул палку. Но он действовал из лучших побуждений. Тем более, у него была договорённость с Торжевыми. Они готовились объединить компании, и Торжеву нужны были гарантии в виде вашего с Брониславой брака.

— Хочешь сказать, что слияние стоило двух поломанных и одной маленькой убитой жизней?

— Сейчас не важно стоило оно или нет, — откуда-то появилась жёсткость в голосе матери. — Фирма осталась без жёсткой руки Влада. Ты должен взять управление на себя.