Обмани меня снова

Глава 6

Виталина

Около одиннадцати лет назад

— Теперь твоя очередь, Виталина, — развернулся ко мне Макар, щёлкнув блокировкой замков. — Называй свой адрес, телефон и дату рождения.

— Адрес с телефоном я ещё понимаю для чего. А дату рождения зачем? — подалась вперёд, вглядываясь в лицо, подкрашенное от приборной панели красной подсветкой, отчего скулы и подбородок казались грубо вырубленные топором, а зубы и глаза мерцали неестественной белизной.

— Вдруг ты ещё маленькая и тебе рано гулять с взрослыми дядями, — подмигнул этот наглец, растягивая губы в улыбке.

— Да пошёл ты, — рявкнула, дёрнув ручку и поняв всю бесперспективность попытки сбежать. — Интересно, где здесь взрослый дядя? Я пока что вижу наглого избалованного мальчишку. Открой двери и выпусти меня.

— И чего завелась-то? Пошутил я, — сползла улыбка, а глаза сверкнули азартом. — День рождения я и так узнаю, адрес мне нужен, чтобы доставить тебя к самой двери, а по телефону хочу пригласить завтра на свидание.

— Уверен, что я пойду? — безразлично ковырнула кнопку на куртке, уже зная, что обязательно пойду. Возможно, куда угодно. Достаточно поманить пальчиком. Но ему знать об этом не стоило.

— У меня обширная программа, — вкрадчиво заговорил, затуманивая разум и искушая естество. — Каток под тёмным небом, затянутым разноцветными гирляндами, кино на огромном экране, не вылезая из машины, кафе-мороженое с экзотическими вкусами и необычными топпингами. Соглашайся. Тебе понравится.

От низкой вибрации в его голосе по коже побежали мурашки, поднимая дыбом тонкие волоски. Порадовалась, что через куртку не просматривается весь мой провал перед его харизмой. Стыдно сказать, но ластовица трусов стала влажной, а грубый шов джинс болезненно впивался в ноющую плоть.

Скороговоркой продиктовала ему адрес и отклонилась назад, втираясь в спинку. Бежать. Быстрее домой, пока не наделала глупостей. Происходящее с телом повергло в шок, дезориентируя в пространстве. Достаточно было посидеть рядом с Макаром несколько минут, подышать разогретым ароматом цитруса с перцем, как по крови растёкся запрещённый наркотик.

— Приехали, — вырвал меня Холмогоров из прощупывания внутреннего содержания. — Провожу тебя до квартиры. И это не обсуждается.

Даже не стала спорить. Взяла себя в руки, вывалилась из салона, по нечищеному снегу дотащилась до подъезда, ткнула в домофон таблетку и уверенно стала подниматься по лестнице. Пятый этаж, но лучше было идти по ней, чем оказаться с Макаром запертой в лифте. Не сейчас, когда мозги плавно покачиваются в киселе, а тело пошло в разгул без отключившегося управленца.

А пока ковырялась ключом в замке, чувствовала спиной тепло от стоящего почти вплотную парня. Ощущала, как путается в волосах шумное дыхание, как между нами прокатывают разряды тока, кусая то его, то меня, судя по дрожи. Сумасшествие какое-то. С Вадиком и сотый части такого не было. Не кружилась голова, не стягивало узлом в животе, не немели конечности.

— Ты мне обещала номер телефона и поцелуй, — шепнул на ухо, дождавшись щелчка провёрнутого замка.

— Я не целуюсь с малознакомыми мужчинами, — выдохнула, выдёргивая ключ из личинки.

— Тогда завтра? — мазнул щекой по затылку, цепляя щетиной волосы.

— И на первом свидание тоже, — улыбнулась, закатывая от какого-то воздушного удовольствия глаза.

— Тогда мне придётся составить длительную программу свиданий и водить тебя на них каждый день, пока твоё сердце не растает, и я не получу свой поцелуй.

— Мне пора, — вдавилась грудью в дверь, чтобы увеличить между нами расстояние. — Иначе выйдет папа и пересчитает тобой ступени.

— До завтра, Виталина, — хрипло попрощался Макар, клюнул губами в макушку, на выдохе оттолкнулся от стены и побежал по лестнице вниз.

Я надеялась прошмыгнуть в свою комнату незамеченной, дабы мне никто не мешал покопаться в себе. Необходимо было вынуть и расщепить на фрагменты эмоции, чтобы найти успокаивающий рецепт. Найти очень быстро, к утру. Не сомневалась, что Холмогоров с компанией теперь будет часто посещать университет, и мне нельзя было перед ним растекаться жидкой массой.

— Вита, ты что, выпила? — не вовремя вышла мама в коридор и буквально врезалась в меня. — Рома! Иди сюда! Твоя дочь пришла домой пьяная!

— И зачем сообщать об этом всем соседям? — присоединился к нам папа, вытирая тряпкой клей с рук. Он увлекался моделями кораблей, отдавая дань мечтам детства. — Витусь, это правда?

— Конечно правда, — всплеснула руками мать и заломила их за спиной. — Сам посмотри. Глаза блестят, щёки горят, тушь потекла.

— На улице снег и сильный ветер, — огрызнулась, с укором глядя на маму. Богатой фантазией боженька её не обделил. Дал с избытком вместо ума. — Посмотрела бы я на тебя после такой прогулки.

— Ну и чего ты панику развела? — вздохнул отец, проглатывая ругательство. — Я только мачту намазал и воткнул.

— Лучше бы ты другую мачту воткнул, — под нос пробубнила мама, приблизилась и втянула воздух у моего рта. — Надо потом руки и ноги проверить.

Покрутила пальцем у виска, провожая её худую, слишком прямую спину. Меня не удивит, если она припрётся ночью ко мне, чтобы просветить фонарём мои вены. Не успокоится, пока не удостоверится, что единственная дочь не покатилась по наклонной.

Прятаться уже не было смысла. Закрылась в ванной, вывернула на всю кран горячей воды, выдавила пену и для верности бросила три солевых шара. Что-нибудь должно было отключить запущенный процесс.

Ожидаемо, ванная с ароматизаторами не помогла. Как и чашка с сон-травой, что любила заваривать себе на ночь мама. Лёжа на вдруг ставшем неудобном матрасе, укрываясь непомерно тяжёлым одеялом, проминая похудевшую подушку, я раскладывала по десятому кругу день и вечер. Первый взгляд, пересёкшийся с его на мгновение, первое касание, прострелившее током, первый раз произнесённое им моё имя.