Обмани меня снова

Глава 40

Макар

Витка мирно спала, иногда тяжело вздыхая, а у меня чесались руки отлупить её родителей. Слышал всё, чего выкрикивала Валентина Стежко, пытаясь поставить на место дочь. И о себе с гнилой наследственностью, и о нашем малыше, лишённом шанса жить, и о распрекрасном Сашеньке, за деньги соблазнившего Виталину, и о её испорченной натуре, прыгающей по койкам.

Не понимал, как можно так ненавидеть собственного ребёнка. Родители априори должны любить своих детей, защищая их от жестокостей мира, а тут Виту прямо толкали к проблемам и ругали за неторопливое передвижение.

За окном забрезжила золотистая дымка рассвета, когда я утомился от мыслей и погрузился в неспокойный сон, не выпуская любимую из объятий. Стоило ей пошевелиться, как я подрывался и прижимал к себе крепче. Понимал, что, проснувшись, Витка опять попытается отдалиться и оттолкнёт меня, поэтому нагло пользовался нечаянной близостью и дышал вместе с ней.

А утром почувствовал, как Виталина старательно изображает то ли гусеницу, то ли змейку, и выгибается, сползая с кровати.

— Далеко собралась? — хрипло поинтересовался, удерживая её на месте.

— В туалет надо, — испуганно пискнула, не ожидая моего пробуждения. — И вообще, тебе домой пора, а мне на работу собираться.

— Я тебя отвезу, — не стал спорить, нехотя выпуская Виту из рук. — Не стоит сейчас садиться за руль.

— У меня сегодня два объекта, так что я сама, — плотнее укуталась в измятое покрывало и задком попятилась к двери. — Не стоит тебе светиться возле офиса и обострять ещё больше обстановку. Наверняка, там сегодня будет проходной двор из постоянных и несостоявшихся родственников.

— Тем более, тебе понадобится поддержка, — проявил упрямство, обнимая подушку и втягивая слабый аромат Виты. Пахло терпкостью цветов и мёдом. — Вдруг Сашенька нарисуется?

Был уверен, что мудачина не сунется, но его обиженная мамочка могла неплохо поездить по мозгам. Говорят, что родители не несут ответственности за детей, только я считал, что такой урод вырос не на пустом месте.

— Меня есть кому в офисе защитить, а моя мама, если увидит тебя, не выпустит из рук, не освежевав как баранью тушу, — вкрадчиво донесла да меня Виталина, застыв в дверном проёме.

— Когда-нибудь нам всё равно придётся встретиться, — заметил я, отрываясь от подушки и нехотя сползая с кровати. Мышцы затекли от не слишком удобного положения и отдавали ноющей болью. — Какой смысл оттягивать неминуемое?

— На данный момент с родителей достаточно потрясений, — просканировала мой помятый вид и, наверное, такую же скомканную рожу. — Тем более, я не намерена запрыгивать тебе на шею, млея от счастья. Тебя не было десять долбанных лет, Макар. Моё безграничное доверие к тебе вырезали вместе с ребёнком.

— Я же тебе объяснял, почему мне пришлось улететь, — с отчаянием простонал, перебивая её.

— Причины сейчас не так важны, Макар, — устало облокотилась на косяк. — Конечно, мне теперь намного легче, узнав о предательстве под давлением, но от знания осадок меньше не стал. Возможно, когда-нибудь я смогу окончательно излечиться. Время покажет.

— Я понял, — кивнул, оправляя одежду. — Шею пока не подставлять. Будем заново учиться дружить и доверять. Иди, приводи себя в порядок, а я займусь завтраком.

Вита облегчённо выдохнула и метнулась в санузел, волоча по полу хвост покрывала, а я пошёл разбираться с пищевыми запасами. В холодильнике оказалось не густо. Пачка печенья, кусок сыра, упаковка яиц, молоко. В шкафчиках чай, кофе и масса специй, которые некуда было добавлять. Разве что перец с чесноком.

Взболтал яйца, всыпал покрошенный сыр и молоко, вылил в новёхонькую сковородку и накрыл крышкой. Ткнул кнопку чайника и скудненько сервировал стол.

Виталина, зайдя на кухню, зашевелила ноздрями, уловив вкусные запахи. В её глазах читалось неподдельное удивление от вида подрумяненного омлета и сырных вкраплений. В пору нашего сожительства я не мог отварить даже покупные пельмени. Жизнь в Штатах без повара, домработницы и лишних денег научила меня не только готовить, но и полностью обслуживать себя.

— Ешь, — подвинул её тарелку ближе к краю. — Я в ванную и присоединюсь.

Притормозил на выходе, наблюдая, как Вита с опаской пробует малюсенький кусочек. Хмыкнул, уверенно растянул губы в улыбке и покинул кухню. А вернувшись, застал противоположную картину. Витка с такой скоростью метала омлет, что я запереживал за свою порцию.

— Вкусно, — промокнула остатки корочкой хлеба и сыто прикрыла глаза. — Помнится, раньше ты китайскую лапшу заварить не мог и бутерброды нарезать.

— Всё меняется, Вита, — подмигнул ей, садясь за стол. — Я ещё удивлю тебя своими способностями. Нальёшь мне кофе.

— За такой завтрак добавлю в него и сахар с молоком, — улыбнулась, вымыла тарелку и занялась напитками.

Всыпала две ложки порошка, три кусочка рафинада, чуть больше половины кипятка, взбила молоко вилкой. Внутренне порадовался, с невозмутимым лицом продолжая пережёвывать пищу. Ещё помнит мой вкус и из упрямства доказывает, что забыла.

— Давай после работы съездим в магазин, — с благодарностью кивнул, принимая чашку с кофе. Нарочно мазнул своими пальцами по её, отслеживая реакцию. По щекам скользнул румянец, а над верхней губой выступили мизерные бисеринки пота.

— Зачем? — опустила голову, пряча замешательство в глазах.

— Дружеская помощь, — поспешил заверить её в абсолютно невинных намерениях. — Тебе надо много всего купить. Сильные руки при подъёме сумок по лестнице будут нелишними. Тем более, мне до переезда в дом совсем нечего делать.