Обмани меня снова

Глава 3

Виталина

— Вит, ну чего ты как маленькая? — шевельнула ткань занавески мама, но внедриться в моё личное пространство побоялась. Был инцидент, когда я пришла в себя и осознала ущербность сделанного. А самое главное поняла, кто толкнул меня на это. — Было и было. В тот момент это оказался единственно правильным выходом.

Тогда я ещё не знала, что к ней приходил Владислав Холмогоров, отец Макара, и дал денег, чтобы всё решить «правильно». Был бы дома отец… Мама проговорилась случайно, когда я съезжала в дом к Александру. Никогда не вспоминала о позорном периоде дочери, а тут так и сказала: «Хорошо, что избавились. И денег заработали, и хвостов не оставили. Ну кому ты была бы нужна».

Я сначала не поняла про деньги, но мама так покраснела, ляпнув лишнее, что мне пришлось припереть её к стенке и «клещами» вытянуть информацию.

Можно ли обидеться на мать через восемь лет после содеянного, когда и жизнь сделала кувырок, и острота прошлого поистёрлась во времени? Я уже не видела смысла делать рожу кирпичом и раздувать щёки. Да, она воспользовалась моим апатичным состоянием, но и на цепи меня никто не вёл. Я сама избавлялась от любого напоминания о Макаре, действуя на внутреннем подсознание.

— Я просто снимаю тесное платье, — выровняла драное дыхание и как можно спокойнее ответила родительнице. — Надо взять на размер побольше. Это в груди давит.

— А. Так я сейчас принесу. Девушка! Консультант! — заголосила маман, стуча по полу каблучками.

Осторожно стягивала с себе тончайшую ткань, хотя хотелось содрать её вместе с кожей. Постаралась сделать серию глубоких вдохов, чтобы не сорваться в истерику в салоне. По-хорошему, нужно было бежать, пока ещё раздражение не достигло предельного пика. Спас меня звонок телефона, надрывающегося откуда-то из зала. Выскочила в наполовину снятом одеяние, игнорируя недовольное покачивание головой маму.

— Да, слушаю, — с ликованием ответила на вызов Саши. Обычно Балицкий просто так не звонил, отделываясь короткими сообщениями.

— Ты сейчас очень занята? — почему-то шёпотом поинтересовался Саша.

— Подбираю с мамой платье, — так же шёпотом ответила я.

— Ты должна всё бросить и спасти меня, иначе пострадают невиновные люди, — С трудом расслышала шипение жениха.

— Саша, сынок. Тут ещё четырнадцать вариантов тортов. А можно обойтись персональными пирожными. Смотри, какие они красивые, — резанул по ушам звонкий голос Марины.

— У меня уже слиплась задница, образовалось инородное тело в области живота, а вместо крови течёт патока, судя по рою ос, бьющихся об окно и жаждущих меня сожрать.

— Это срочно? — делано раздражённо гаркнула в динамик, слушая тишину в трубке. — Ничего не трогайте без меня. И остановите бригаду Балицкого. Мы подъедем в течение часа.

Сбросила вызов и набрала Александра, нервно постукивая мыском туфли. Его резкое «да» означало, что он втянулся в игру.

— Кажется, мои косорукие пробили газовую трубу, которая идёт к летнему павильону, — закатила глаза, сочиняя на ходу правдоподобную, страшную историю. — Пришлось остановить и твоих рабочих. Бросай всё и несись на объект. Встретимся там.

— А как же платье, аксессуары? — не преминула влезть мать, стоило отбить вызов.

— Никак, — прямо посреди зала нервно вылезла из шифонового наряда и ломанулась одеваться в примерочную.

— Я с тобой, — посеменила за мной маман, залпом допивая остатки шампанского.

— Собираешься вот в этом месить навоз и грязь? — окинула её ванильное платье смеющимся взглядом, дождалась отрицательный моток головы и стремительно прошла к кассе. — Вызови такси. Девушка, отложите, пожалуйста, платье, что я примеряла. Завтра продолжим.

Сбежав в машину и отъехав на пару километров, притормозила в кармане и отписалась Саше, что возвращаюсь домой.

— Представляешь, два часа в ресторане с матерью, — жаловался Александр, морщась и кривясь, пока я наматывала на вилку пасту и озверело пережёвывала её. У меня, в отличие от него, маковой росинки с утра не было. — Она же пока не перепробовала все закуски, не успокоилась. А потом потащила в кондитерскую выбирать торт. Мало того, что впихнула в меня тонну тарталеток, бутербродиков, ролов и шашлычков, так ещё и напичкала бисквитами, кремом и безе.

— Мог отказаться, — пожала плечами, с кайфом подцепляя кусочек курочки, плавающий в сливочном соусе.

— Издеваешься? — буркнул Балицкий, наполняя холодной водой стакан и с булькающим звуком опустошая его. — Что-то ты сама ешь при ней как не в себя, лишь бы не спорить и не нарываться на лекцию о том, что наше поколение слишком озабочено весом и довело себя до истощения. А после потеешь на тренажёрах несколько часов, борясь с сожранными калориями.

— Поражаюсь, как вы с отцом ещё не превратились во что-то круглое и рыхлое, — хихикнула, представив Сашку с тремя подбородками, плавно переходящими в полноценную грудь.

— У нас метаболизм хороший, — недовольно поёрзал на стуле Александр, меняя тему. — Как у тебя прошёл день? Подобрала наряд?

— Знаешь, перемеряв второй десяток платьев и выслушав мнение матери, я пожалела, что мы с тобой решили играть свадьбу. Расписались бы, и не было всего этого геморроя с ресторанами, с нарядом, с транспортом и с фотосессией. Может ещё не поздно отменить?

— Нет уж, — растёр ладони о домашние штаны и решительно ставя точку. — Наша первая и последняя свадьба. Пусть все знают, что Виталина Стежко стала моей женой.

Странно, но сегодняшнее общение с матерью, чтоб ей икалось пару суток, что-то провернуло в моём мозгу, постоянно подсовывая воспоминания о дне позора. Тогда на нём настояла именно я, хотя Макар уговаривал просто расписаться и поставить родственников перед фактом.

Странно, но я десять лет назад аргументировала теми же фразами, что сейчас Александр. А вот платье не пришлось примерять в ажиотаже. Моё было в самом низком сегменте, а выбора там было — раз-два и обчёлся.

Наверное, не настои я на торжестве и не заройся в подготовке, Макар не поддался бы панике и не сбежал без объяснений. А было бы мне легче от объяснений? Ну что он мог сказать? «Прости, заигрался, но понял, что ошибся?»