Очень драконий отбор

9

По итогам моей прогулки предположение, сначала казавшееся обострением паранойи, превратилось почти что в уверенность. А желание убить Кио возросло в несколько раз.

Д-драконы… Мне безумно захотелось вспомнить много чего нецензурного. Но было нельзя.

Ведь с очень большой долей вероятности драконьи господа наблюдали за мной прямо сейчас. В реальном времени, так сказать. Хотя, возможно, не только в реальном — некоторые шпионские артефакты имели свойство запоминать информацию. Немногие, конечно, и были они большой редкостью, но… насколько я могу судить, у драконов тут всё самое лучшее.

Так что можно смело предполагать самое худшее.

Я присела на парапете в глубине сада и стала задумчиво смотреть вниз, размышляя. Наблюдают ли за нами, когда мы в комнатах? Это было бы чересчур — с одной стороны. А с другой… Не исторически ли сложилось, что драконам нравятся бои между конкурсантками и Отборы-без-правил?..

От невесёлых мыслей меня отвлекли голоса.

— Ах, я такая неловкая! Прости-прости! Всё в порядке, я надеюсь? Ах, как жаль твоё платье…

— Ты… ты что натворила?! — какой голос знакомый.

Разлапистые кусты жасмина надёжно скрывали меня от чужих глаз. И я не собиралась в ближайшее время себя обнаруживать. Пусть участницы сами развлекаются! И невидимых зрителей развлекают заодно. Так что я только усмехнулась и удобней расположилась на тонком парапете. Мы уже дошли до порчи чужих нарядов, значит? Что же, надеюсь, чешуйчатые извращенцы довольны. И никакого бассейна с грязью не надо, да-да...

Я не собиралась вмешиваться. Правда.

Ровно до тех пор, пока не почувствовала возмущение ментального фона, пока ещё едва заметное, но ощутимое для меня.

Какого?..

Я спрыгнула с насиженного места так быстро, как только позволила «человеческая» роль, и осторожно выглянула из-за кустов.

Ну что сказать? Во-первых, наряд для Дорлины сделали потрясающий. Уж сколько мне сейчас не до тряпок и чужой красоты, а всё равно смотреть приятно. Было бы — если бы по тончайшему шёлку не расплывалось уродливое пятно. Неизвестная мне девица, прыгающая вокруг горной козочкой, постаралась на славу: прожечь подол драконьего одеяния — это, прямо скажем, надо исхитриться.

— Прости! Прости! — щебетала она. — Я всего лишь хотела выпить зелье для сохранения фигуры, и тут ты…

Дорлина молчала. Со стороны казалось, что она не хочет снисходить до разговора, потому что находится в обычном чисто женском режиме «я-на-тебя-обиделась».

Угу, только было бы всё так просто. Я была почти уверена: на самом деле ведьмочка не говорит, потому что просто не может. Скачок магии — он такой, да-да…

Я прищурилась, наблюдая за Дорлиной. Эх, сейчас бы активировать чары. Но нельзя… Впрочем, темнеющие глаза ведьмы безо всяких чар доказали — она балансирует на грани. Ещё немного, и тьма хлынет в разные стороны, тени оживут, а от завистливой идиотки останутся рога да копыта… А потом и от самой Дорлины тоже. Потому что вряд ли драконы станут церемониться со слетевшей с катушек и потерявшей контроль над даром ведьмой.

Одного не пойму: она что, из-за платья так расстроилась? Или просто моральное давление сказалось? Сколько ей лет вообще, что она так плохо себя контролирует?

— Эй ты! Что молчишь?! — испортившая платье девка всё пыталась добиться ответа.

Дорлина прикрыла глаза и сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать свой дар. Дура! Зачем вообще сюда припёрлась, спрашивается, если настолько плохо владеет собой?!

Впрочем, не моё дело. Её проблемы.

Сейчас тут будет весело, и лучше оказаться подальше... Я повернулась было, но едва ощутимый ментальный импульс догнал меня.

Помоги

Гадство.

Я не хочу. Не моя проблема. Я, в отличие от папы, не склонна просто так помогать людям. Люди — неблагодарные, грязные твари. Надо просто уйти….

Гадство! Я об этом пожалею. Наверняка.

Стремительно развернувшись, я вышла из-за кустов и приблизилась к Дорлине.

— А вот и ты, милая, — проворковала, отчего у второй девицы глаза сделались размером с два блюда. — Передашь это господину Кио от меня, коль уж собралась с ним встретиться?

И поцеловала ведьму.

Ну, то есть сделала всё, чтобы со стороны казалось именно так. Изогнулась, наклонилась, чтобы наши лица не были видны… потому что то, что на самом деле происходило, не имело никакого отношения к романтике, в той или иной её форме.

То есть как… эта техника, позволяющая выпить магию другого существа, у знатных сидхе называется «поцелуй сладкой феи». Но боль, которую при этом испытывает жертва, впечатляет. Да и по сути своей напоминает это действо скорее дыхание рот в рот: она выдыхает магию, я — вдыхаю. Губам для этого даже не обязательно соприкасаться, главное быть достаточно близко.

Надо отдать Дорлине должное: она поняла, что я делаю, и послушно обмякла в моих руках. Не дёргалась, не орала (хотя мне ли не знать, насколько запредельной была боль) и даже не пыталась сопротивляться.

А ведь рискует. Я могла бы увлечься… очень часто знатные сиды выпивают своих жертв до смерти. Мне самой приходилось несколько раз убивать таким способом.

— Вы что делаете?! — отмерла девица-вредительница.

Я заглянула в глаза Дорлине, увидела, что тьма ушла из радужки, и медленно отстранилась.

— А на что похоже? — проворковала, повернувшись к ней. — Ты, может, присоединиться хочешь? Тоже решила господину Кио что-то передать?

Тут я, конечно, немного рисковала. Вот что бы мы делали, реши дева и вправду присоединиться? А ведь могла бы — чисто из вредности. Или для проверки… или просто из любви к таким играм — всё же, скромниц на этом Отборе не водилось...

Но она оказалась не настолько широких взглядов.

— Извращенки, — попятилась она. — Мерзость!

— Вот и иди, куда шла, — я улыбнулась и подхватила Дорлину под локоток. — А мы в дамскую комнату, пожалуй.

Ведьму пришлось тащить на себе — скорее всего, я всё же взяла слишком много. Повезло, что она хотя бы не упала в обморок; остальное я, скрипя зубами, могла компенсировать силой своего нечеловеческого тела.

— Дура! — прошипела я ей в лицо, прижав к холодной стене уборной. — Чем ты думала, чтоб тебя?! Если не контролируешь свою силу, то зачем явилась сюда? Из-за платья сорваться? Серьёзно?!

— Это было красивое платье, — прошептала она. — У меня такого никогда не было.

И разревелась.

Я фыркнула и позволила ведьме сползти на пол. Ну да, эмоциональный откат после моего вмешательства… с ней пока разговаривать не о чем.

— Спасибо, — пробормотала она.

— Засунь свою благодарность поглубже и соберись, — фыркнула я. — Тебе ещё с Кио ужинать.

— Я — твоя должница, — не желала затыкаться ведьма. — Клянусь Морой, клянусь кровью моего рода, что помогу тебе, в чём захочешь.

Я закатила глаза. Ну как так, а?

— Ты что, совсем? Кто же такие обещания сидам даёт?

— Быть должником принцессы фей — ещё хуже, — Дорлина помотрела на меня больными, но серьёзными глазами. — Ты заберёшь мою душу.

— С чего ты взяла…

— Только принцессы умеют… целовать.

Это начало меня раздражать. Я ещё раз прислушалась к ощущениям, удостоверилась, что нас вряд ли слушают, и сказала негромко:

— Во-первых, не только принцессы. Это ложь, — уточнять, что как раз меня-то к принцессам фей формально можно причислить, я не стала. — На такое способна вся старшая знать. Во-вторых, нужна мне твоя душа — спать не могу. Веришь? Нет? Вот и правильно. В-третьих… если каким-то чудом выживешь, не давай таких обещаний сидам. Никогда. Совсем. Тебе наверняка рассказывали много страшных сказок о нас в детстве… так вот. Мы не такие, как там описано. Мы — хуже.

Она медленно моргнула. Осмысленность и самоконтроль начали понемногу возвращаться к ней, что уже хорошо.

— Между нами нет долгов, — бросила я. — А теперь…

— Сказки врут, — вдруг выдала она. — Совсем.

— Прости?

— Ты уже дважды помогаешь, — сказала ведьма тихо. — Та знать сидхе, о которой мне в детстве рассказывали сказки… те чудовища не стали бы так делать.

Вот ведь…

— Мы и есть чудовища. Первый раз я помогла тебе со скуки, — отрезала я. — А сейчас — просто потому, что на допросе ты бы всё обо мне выболтала. Потому между нами и нет долгов. А если хочешь действительно сделать для меня что-то приятное, то удовлетвори моё любопытство: тебе сколько лет, чудо?

Он дёрнула плечом.

— Восемнадцать.

Пф. Приплыли, называется.

— А на Отбор зачем припёрлась? До двадцати пяти магия нестабильна. Или ты даже этого не знаешь?

— Знаю, — она отвернулась. — Но меня привёл сюда путеводный клубок. Знаешь, что это значит?

Я склонила голову набок.

Ну надо же, вот где бы и кому бы встретиться.

— Так твоя прародительница была в числе тех, кому принцесса из рода Свет Звезды преподнесла Чашу Истинной Любви в обмен на свободу своих соплеменников?

— Да, — ведьма вздохнула и откинула голову на холодный мрамор. — Меня собирались отдать замуж за… в общем, ничего хорошего. Совсем.

Я подняла брови.

— А матриарх твоего рода что на это сказала? — ну не верилось мне, что ведьму семья насильно отдаёт замуж. Совсем.

— А её нет, — она устало пожала плечами. — Вот уже пять лет как нет. И фоморы, которая нам покровительствовала, тоже. Она была Лесным Лихом, и драконы убили её, давно ещё.

— Ясно, — я задумчиво прищурилась. — Но зачем клубком воспользовалась? Сбежала бы, и вся недолга.

Ведьма вздохнула.

— Суженого хотела встретить, — буркнула она. — Любовь истинную и вечную… Думаешь, дура я?

— Ещё какая, — честно сказала я. — Но это неактуально. Получается, твой этот клубок путеводный привёл тебя искать свою любовь сюда?

— Угу.

— Н-да. Слушай, а ты точно всё правильно сделала? Может, там ошибка какая-то в ритуале была? Потому что ну бред же. Оно бы ещё в бордель тебя привело за любовью!

— Всё я правильно сделала, — буркнула она. — Поднялась простоволоса посреди ночи, пошла в чистое поле задними дверьми, не благословясь и предкам не помолясь. Поклонилась ветрам, встала пред лесом лицом к лицу… Собирала паутину и могильную крапиву, пряла заполночь, чтобы вплести в нить лунный свет… Клубок сиял и вёл себя, как надо. Да и дорога сюда далась мне легко да привольно, будто сама Коша стелила мне под ноги свою пряжу. Так что суженый мой, кажется, точно где-то здесь. На Отборе.

Я задумчиво посмотрела на девчонку, ощущая много странного и неуместного.

— Думаешь, твоя пара — Кио?

— А ты так боишься конкуренции? — усмехнулась она. — Куда уж всяким там остроухим против ведьминской красоты!

Вот мерзавка малолетняя.

— Что-то ты сильно быстро восстанавливаешься, — оскалилась я. — Может, тебя ещё разок поцеловать? Так сказать, для надёжности.

— Не-а, спасибо сердечное, — она прикрыла глаза. — Без обид, но поцелуи у тебя убийственные, принцесса фей. До сих пор в голове звенит колокол и ноги не держат… А второго раза, боюсь, я вообще бы не пережила.

Тут я мысленно согласилась: боюсь, ей и этот случай нехорошо аукнется. Всё же, высшая знать сидхе — существа весёлые и забавные. С нами по-хорошему стоит связываться только тем, кто устойчив к ядам… И, в идеале, не менее хищен да зубаст.

— Насчёт этого Кио я не уверена, — Дорлина вздохнула и снова растеряла свою браваду. — С одной стороны, он вроде как единственный, кто меня выбрал — а значит, именно к нему нить путеводная меня толкает. Только вот незадача: к суженому меня должно тянуть. А к этому дракону я не чувствую вот вообще ничего. Что есть он, что нет — мне пирожки на столе, и те интереснее.

Я задумчиво осмотрела на большеглазую шатенку. Природа не обделила её формами, но в остальном она была довольно тощей.

— Куда в тебя помещается только?

— Ха, — она отмахнулась. — Уж поверь на слово, я найду, куда затрамбовать. У нас в провинции сейчас голод, жрать особо нечего. Да и какая ведьма откажется от халявной еды? Меня всё равно, скорей всего, драконы убьют. Так чего бы перед смертью интересного не посмотреть, разных блюд не попробовать, в платьях красивых не походить?..

Ведьма снова покосилась на прожжённый подол и тихонько вздохнула.

— Я сегодня думала встретиться с этим Кио и попытаться узнать поближе. Если уж я победила, и ещё и платье такое красивое… Я себя прям принцессой почувствовала. Как в сказке. Дурость с моей стороны, конечно.

«Иди сюда, моя принцесса», — папин голос прорвался призраком из тех воспоминаний, которые я старательно в себе хоронила, — «Для твоего первого выхода в свет мы должны выбрать лучшее платье...»

Не хочу. Не хочу об этом думать.

Но… девочкам это важно, так ведь? То есть… нормальным девочкам. Какой я была до той ночи. Какая есть Дорлина.

— Ладно, — сказала я ей. — Хватит притворяться, что тебе ещё плохо. Вставай и иди! Хватит лениться.

— Куда я в таком виде пойду-то?

Я жёстко усмехнулась.

— К Кио. И знаешь что? Подними голову повыше, улыбайся шире и чувствуй себя уверенно.

— Но моё платье…

— Открою секрет: всем плевать на твоё платье, — ответила я безмятежно. — Оно не настолько сильно повреждено, да и не суть важно. Роль играет не само платье, а то, как ты себя в нём чувствуешь. Времени исправлять уже нет, да и незачем! Покажи этим курицам, что тебя не пронять; пройдись так, чтобы они проглотили свои языки и закапали ядом собственные подолы.

Она моргнула.

— Но…

Я шагнула к ней и осторожно обняла её лицо. В другой раз этот трюк не получился бы так легко, но сейчас я просто возвращала ту же магию, что забрала у неё.

— Ты прекрасна, девочка, — шепнула я ей на ухо чарующим голосом сидхе. — Прекрасна, как лучшая из принцесс. Это твой вечер! Иди — и покажи им, из какого ты теста. Не заставляй свою фею краснеть за тебя, Золушка. Ну?

Её зрачки немного расширились, а неуверенность стекла, будто грязь под напором воды. Я знала, что не стоит перебарщивать, но всё равно осторожно подарила ей вместе с силой немножечко очарования феи.

Лишним не будет.

О мотивах своих при этом я предпочитала не задумываться. Потому что если задуматься, то совсем уж ерунда бы получалась. А мне не хотелось ерунды; а вот помочь ей — хотелось.

Понятия не имею, зачем.

Вот что, если они с Кио и правда пара? Что, если она займёт его ночью, и я не смогу выполнить задуманное? Слишком много «что?» — и совершенно идиотская ситуация. А с другой стороны… пора быть честной с самой собой: едва ли я переживу эту ночь. А вот ей ещё может повезти. И вроде бы это должно вызывать у меня зависть, но на ум приходят совсем другие слова...

Я слишком задумалась. Только этим я могу объяснить тот факт, что её первое движение осталось для меня незамеченным: девчонка взяла меня за руки и слегка сжала.

— Ты очень странная, сидхе, — голос её стал низким. Я замерла — сквозь тёмные глаза на меня смотрела не только Дорлина.

И не столько она.

— Уж кто бы говорил, — пробормотала я. Вот ведь, прости Лесной Царь, угораздило связаться...

— Ты странная, — сказали мне снова. — Но ты позаботилась о нашей девочке. Мы не останемся в долгу.

Вот только благодарности чужих предков мне не хватало для полного счастья.

— Между нами нет долгов.

— Позволь нам самим решать, сидхе…

Дорлина моргнула. Глаза её немного посветлели, перестали напоминать провалы в самую Бездну.

— Ух ты, — сказала она. — Я чувствую себя такой лёгкой…

Я хотела было съязвить что-то насчёт самоконтроля и придурковатости некоторых юных шаманок. Но подумала — и не стала. Дураку же ясно, что она пока что просто не способна держать магию в узде; возраст сказывается. Да и недостаток обучения, будем честны.

— Ну иди, — сказала я с усмешкой. — Удачи.

— Хорошо, — она широко улыбнулась.

Ого… а не переборщила ли я с очарованием? Хотя нет, всё же — нет. Просто девчонка от природы очень красива, а улыбка, навеянная уверенность и лёгкость и вовсе делают её потрясающей красоткой. Не породистой, как та же призовая курица, но — настоящей.

— Я загляну к тебе, когда вернусь, — прошептала она доверительно. — И всё расскажу.

— С чего бы? — удивилась я.

— Ну мы же теперь подруги, — она подмигнула.

Я закатила глаза. Всё же переборщила, ага…

— … А ещё предки сказали, что этот Кио нужен тебе.

Я прищурилась.

— Ты позвала их специально, — а я-то решила, что она потеряла контроль. Когда это успела стать настолько наивной?

— Да, — она очень внимательно посмотрела мне в глаза. — Хотела знать, зачем ты это делаешь. Понять, что тебе нужно от меня.

Я ощутила раздражение и злость.

— Иди уж, — отрезала я. — Только не советую пользоваться этим же способом с Кио, если не хочешь мучительной смерти. И забудь: мы не подруги. У меня не бывает подруг.

— Ещё нет, но — будем, — сказала Дорлина безмятежно, и у меня мурашки побежали по спине от уверенности в её голосе. Неужели пророчество? Но что должно случиться, чтобы оно сбылось? — Я зайду к тебе, когда вернусь, и расскажу, как всё прошло. Не волнуйся: на твоё покушаться не буду!

С этими словами она шустро выскользнула прочь. До того, как я придумала, что бы такое в неё швырнуть.

Проклятые ведьмы, чтоб их. Они ж все поголовно чокнутые! Не зря считаются подручными и товарищами фоморов. Куда там уж тихим скромным сидам… Только свяжись с ними! И где, спрашивается, были мои мозги?..