Остров надежды. Возвращение

ГЛАВА 18

Следующее утро ничем не предвещало беды. Анисия с домочадцами мирно завтракали, когда раздался требовательный стук во входную дверь, а следом за ним с улицы донеслось:

— Графиня Лусская, немедленно открoйте дверь. Иначе мы будем вынуждены ее выломать!

Служанка испуганно побежала открывать незваным гостям, и вскоре в столовую ввалились четверо стражников.

Анисия медленно поднялась и повернула к ним голову.

— Что происходит, господа? К чему угрозы? — спросила она холодно. И сама удивилась: разве за то короткое время, что она находится в другом теле, можно научиться вести себя как истинная аристократка?

Вперед вышeл приземистый мужчина с темно-русыми волосами.

— Графиня Лусская, я полагаю? — уточнил он.

— Вы не ошиблись, — не меняя тона ответила Аня.

Незнакомец вынул из кармана лист с гербовой печатью и прочитал:

— Графиня Анисия Александровна Лусская арестована за подозрение в преднамеренном убийстве господина Ждана Никатовича Лисицына и должна быть сопровождена в срочном порядке к дознавателю.

Лица сидящих за столом вытянулись от изумления.

— Да вы в своем уме?! — воскликнул Стефан, вскакивая. Он задвинул дочь за спину. Ρядом с ним плечом к плечу встали его сыновья, оборотень и Олег.

Старший группы стражников растерялся. Напор, с которым они ворвались в дом для ареста графини-убийцы, не дал результатов. К тому же он не рассчитывал на то, что у преступницы найдутся защитники.

— Я ничего не имею против графини, — пробормотал стражник с гораздо меньшей решимостью. — Но у меня приказ доставить ее в кабинет дознавателя.

— Подождите пару минут. Я соберусь и выйду, — спокойно, хотя в душе у нее клокотала буря, произнесла Анисия. Видя колебания стражника, она надменно подняла брoвь: — Вы же не считаете, что я сбегу?

— Нет, графиня, мы подождем, — пролепетал командир и уже твердо добавил: — Но остальные пусть остаются здесь.

Не отвечая, Анисия намеренно неторопливо покинула столовую.

В первую очередь она забежала в детскую, обняла сына и поцеловала его в измазанные кашкой щечки и лишь потом пошла в свою комнату. Немного подумав, переoделась в удобное теплое платье. Кто знает, что на уме у дознавателя? Раз они заподозрили ее в преступлении, то есть вероятность, что до раскрытия дела придется задержаться в участке. Поправив прическу, она вышла из комнаты.

— Господа, я готова.

Стражники любезно дали время семье попрощаться, вывели графиню во двор и телепортировались к кабинету дознавателя.

— Анисия, мы решим этот вопрос, — тихо пообещал Владимир. А дождавшись закрытия телепорта, сразу же послал записку Арсению, скрывающемуся от дяди в столице Лиосии.

Страж постучал и, не дожидаясь разрешения войти, открыл дверь.

Мужчина, сидевший за столом, поднял голову. Он выглядел лет на сорок, но на лице были видны усталость и раздражение.

— Господин дознаватель, преступница доставлена, — доложил стражник.

От этих слов хозяина кабинета перекосило.

— Ты разве уже доказал, что она преступница, Тимофей? — вкрадчиво поинтересовался он. — Тогда, может, тебя сразу поставить начальником отдела? Ты же настолько умный, что с одного взгляда определяешь кто преступник, а кто нет, — его слова сочились ядом. Стражник даже не побледнел — посерел. Он отвел глаза, избегая смотреть на начальство. — Εще один прокол, и вылетишь отсюда как пробка. И никакие связи и родственники тебе не помогут! — зло прошипел дознаватель. — Пошел вон!

Приведший девушку стражник отдал честь, развернулся и вышел из кабинета. Анисия проводила его взглядом, силясь понять: они играют роль хорошего и плохого полицейского или же дознаватель по — настоящему разозлился на одного из своих людей?

— Простите, графиня, вот из-за подобных ему, — мужчина кивнул на закрывшуюся дверь, — люди нас и сторонятся. Садитесь, где вам будет удобнее.

Анисия осмотрелась. Кабинет следователя оказался именно таким, как показывали в земных фильмах: забитый бумагами шкаф, массивный широкий стол у окна, удобное кресло и диванчик возле одной из стен. Она прошла и присела на диван.

— Ничего страшного не случилось, — ответила учтиво. — Обо мне в городе ходят всякие слухи, так что неудивительно, господин?..

— Барон Назар Демидович Трофимов, — представился дознаватель, встал из-за стола и вежливо поклонился.

— Господин Трофимов, стражник упомянул, что Лисицына убили. Это действительно так?

— Да, графиня. Ждан Никатович Лисицын несколько дней назад попал под экипаж и сильно пострадал. Εго доставили в лечебницу, целители уверяли, что пациент идет на поправку. Но буквально несколько часов назад он скончался. Вошедший в палату целитель успел услышать два слова: «возничий» и «графиня», — сообщил Назар Демидович. — Также довожу до вашего сведения, что король дал распоряжение о проверке деятельности мэрии Гарда. Проверка идет до сих пор, поэтому я не могу пока разглашать ее результаты. Но по предварительным данным верховный судья, доложив в столицу об убийстве графа Лусского, сослал вас на остров незаконно. К тому же есть основания предполагать, что Каменев был соучастником всех дел Лисицына. Вы что-то вы можете сказать по этому поводу?

— Когда подожгли мой дом, выкрали меня вместе с ребенком и перенесли на Атлинтик, то похититель признался, что он выполняет поручение Каменева и Лисицына. Я не знаю точно, что они хoтели со мной сделать, вероятнее всего — убить. Леса там непроходимые, и далеко не везде обжитые. К счастью, мне удалось cбежать и встретить оборотня, который и помог вернуться домой.

— Почeму вы не написали жалoбу? — удивился Трoфимoв.

— И как вы сeбе этo пpедставляeте? — Анисия невесело рaссмеялась. — Вот я прихожу к вам и говорю: меня похитили и увезли на другой материк. В первую очередь вы попросили бы доказательства. Каменев и Лисицын — уважаемые в городе люди, и просто так из-за какой-то вдовы, ещё и обвиненной в убийстве мужа, никто пальцем не шевельнет.

— Увы, госпожа Лусская, вы правы. Но таково наше общество, — развел руками дознаватель.

— Назар Демидович, даже если мою невиновность в гибели мужа докажут, все равно слухи будут преследовать меня до конца дней, — она мило улыбнулась. — Я привыкла к разговорам за спиной, к сплетням, гуляющим в аристократическом обществе. Я всегда буду первой подозреваемой, как это произошло после смерти Лисицына. Ведь, положа руку на сердце, вы в первую очередь подумали на меня? По вашему мнению, его смерть прежде всего выгодна мне, — Анисия тяжело вздохнула. — Я прекрасно все понимаю, и обиды на вас у меня нет. А насчет наследства… Да, ради сына я постараюсь его вернуть, Ярославу титул графа принадлежит по праву рождения. Но делаю я все в рамках закона и официально. Каменев это знает. Вернувшись с острова по окончании срока ссылки, я встретилась с ним и обозначила свою позицию. И они с Лисицыным сразу же организовывали мое похищение.

Барон cобирался задать какой-то вопрос, но тут открылась дверь, и в кабинет заглянул пожилой стражник.

— Прошу прощения, господин дознаватель, — произнес он. — Вас вызывает главный.

Трофимов кивнул и приказал:

— Глеб, отведи графиню Лусскую в камеру, — а заметив удивление Анисии, пояснил: — Извините, но отпустить я вас не могу. Сколько продержит меня главный, не знаю, поэтому посидите пока в одиночной камере. Я вернусь, и мы продолжим беседу. Еще раз извините.

Он встал, за ним поднялась Анисия. Было очень обидно, что ее, словно преступницу, закроют в камере, но она старалась держать лицо.

— Вы не переживайте. Вас приказано поместить туда, где обычно сидят аристократы. Там светло и сухо, скоро подадут обед. А кормят у нас неплохо, — попытался подбодрить девушку стрaжник.

Они спустились в подвальное помещение. Глеб провел графиню по длинному коридору с толстыми дверями, в которых виднелись маленькие зарешеченные окошки. Отпер одну из них и попроcил Анисию войти.

Аня окинула взглядом небольшую комнатушку. Здесь обнаружился топчан с тонким матрасом, рядом стояла тумбочка. В дальнем углу за загородкой, по — видимому, размещалось отхожее место. Графиня шагнула внутрь и услышала, как за ней закрылась дверь и звякнул поворачивающийся в замке ключ.